АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СТАВРОПОЛЬСКОГО  КРАЯ

РЕШЕНИЕ

14 июля 2021 года                    Дело № А63-17432/2020

                                     Резолютивная часть решения объявлена 07 июля  2021 года

                                                   Решение изготовлено в полном объеме 14 июля   2021  года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Чернобай Т.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем  ФИО1,  

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Федерального государственного казенного учреждения «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Ставропольскому краю», г. Ставрополь (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО2, г. Ставрополь,  с привлечением  к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах»,           г. Люберцы о взыскании 94 274,37 руб. ущерба,

        при участии в судебном заседании от истца – представителя ФИО3 (доверенность от 11.01.2021 №Д-1/195, диплом от 04.07.2012 №2638/СФ/О/12), в отсутствие ответчика,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное казенное учреждение «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Ставропольскому краю» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с иском к ФИО2, г. Ставрополь,  о взыскании 94 274,37 руб. ущерба. 

Ответчик в судебное заседание не явился. 

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования. Заявил ходатайство об уточнении исковых требований, просил взыскать с ответчика 188 548,73 руб. ущерба, образовавшегося  в результате излишней выплаты денежных средств по оплате страховых премий ПАО СК «Росгосстрах».

           Суд, в порядке статьи 49 АПК РФ, принял уточнения исковых требований и рассматривает спор с учетом указанных обстоятельств.

Из материалов дела следует, что   ревизионной группой отдела финансового контроля и аудита Северо-Кавказского округа войск национальной гвардии  Российской Федерации проведена проверка отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности в ФГКУ «УВО ВНГ России по Ставропольскому краю». В ходе проверки установлено, что в отдельных случаях  коэффициент страховых тарифов в зависимости от территории преимущественного использования транспортного  средства был установлен для всех транспортных средств, в том числе используемых в филиалах ФГКУ «УВО ВНГ России по Ставропольскому краю»,  в размере 1.2 как для городов Ставрополь, Кисловодск, Михайловск, в то время как при расчете страховых премий для транспортных средств следовало  КТ определить по месту нахождения филиалов, в размерах установленных указанием ЦБ РФ от 19.09.2014 № 3384-У (от 0,7 до 1). В результате указанных нарушений излишние выплаты денежных средств по оплате страховых премий составили 228 129,48 руб., что послужило основанием для обращения в суд с исковым заявлением к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании неосновательного обогащения.

ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Ставропольскому краю» (далее - истец, учреждение) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с иском к ПАО СК «Росгосстрах» (далее - ответчик, компания) о взыскании 228 129,48 руб.  неосновательного обогащения (уточненные требования).

В обоснование своих исковых требований учреждение указало, что Указание Банка России от 19.09.2014 № 3384-У «О предельных размерах базовых ставок страховых тарифов и коэффициентах страховых тарифов, требованиях к структуре страховых тарифов, а также порядке их применения страховщиками при определении страховой премии по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств»  утратило силу в связи с изданием Указания Центрального банка Российской Федерации от 04.12.2018 № 5000-У «О предельных размерах базовых ставок страховых тарифов (их минимальных и максимальных значений, выраженных в рублях), коэффициентах страховых тарифов, требованиях к структуре страховых тарифов, а также порядке их применения страховщиками при определении страховой премии по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств». Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и Указание № 3384-У не определяют, что при передаче федеральным казенным учреждением как заказчиком, владеющим транспортными средствами на праве оперативного управления, их в безвозмездное пользование иным юридическим лицам коэффициент преимущественного использования (Кт) должен быть применен по месту нахождения юридического лица - пользователя имущества. Учреждение в конкурсной документации представило максимальное значение цены с учетом территориального коэффициента - по месту нахождения юридического лица. Подлежащий применению коэффициент должен определяться в зависимости от мест преимущественного использования транспортного средства. 

Решением Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-13295/2019  от 19.12.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.05.2020,  постановлением арбитражного суда кассационной инстанции от   20.08.2020,  в иске отказано на том основании, что ответчик правильно произвел расчет размера страховых премий.

В своих судебных актах суды указали, что согласно приложению № 2 к Указанию    № 3384-У, подпункту «а» пункта 2 статьи 9 Закона об ОСАГО территория преимущественного использования транспортного средства определяется для юридических лиц, их филиалов или представительств - по месту нахождения юридического лица, его филиала или представительства, указанному в учредительном документе юридического лица.

Следовательно, коэффициент территории для федерального казенного учреждения определяется исходя из места нахождения федерального казенного учреждения, его филиала или представительства, указанного в уставе. 

Суды пришли к выводу о правомерности применения компанией территориального коэффициента исходя из сведений о месте регистрации учреждения - собственника транспортных средств, указанного самим учреждением, поэтому обоснованно сочли не подлежащими удовлетворению исковые требования истца ввиду отсутствия неосновательного обогащения на стороне ответчика.

По итогам проведенной служебной проверки в Федеральном государственном казенном учреждении «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Ставропольскому краю»  ФИО2 был признан виновным в излишней  выплате денежных средств  в счет  оплаты страховых премий в сумме 188 548,73  руб.

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 указанного  Кодекса). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является установление совокупности условий: факта причинения убытков, наличия причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

На основании пункта 3 статьи 53 ГК РФ  лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

 Согласно пункту  1 ст. 53.1 ГК РФ  лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 указанного Кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 2 статьи 56 ГК РФ  учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных  названным Кодексом или другим законом.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62) разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

При этом вина директора презюмируется, действия директора считаются виновными, если с его стороны имели место недобросовестные и (или) неразумные действия (бездействие).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лицамогут быть взысканы с директора (пункт 4 постановления № 62).

Следовательно, только недобросовестность или неразумность действий (бездействия) органов юридического лица является основанием для привлечения к ответственности в случае причинения убытков юридическому лицу.  Вина в данном случае рассматривается как непринятие объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Вина как элемент состава правонарушения при оценке действий (бездействия) органов юридического лица отдельно не доказывается, поскольку подразумевается при доказанности недобросовестности или неразумности действий (бездействия) органов юридического лица.

В соответствии с пунктами 2 и 3 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 ГК РФ, суд отказывает  в удовлетворении требований ввиду недоказанности недобросовестности либо неразумности действий ФИО2 Е.,   повлекших убытки. 

Согласно разъяснениям, содержавшимся  в  пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-13295/2019  от 19.12.2019 установлено, что  ПАО СК «Росгосстрах»  правильно произвело  расчет размера страховых премий, следовательно,   ФГКУ «УВО ВНГ России по Ставропольскому краю»  не доказало факт  наличия  убытков.

Руководствуясь статьями   167- 176, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья     Чернобай  Т. А.