ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-12845/2024

Дело № А41-56760/21

24 июля 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 июля 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от АО «Первоуральскбанк» - ФИО2 по доверенности от 15.01.2024,

от ООО «Сокол Телеком» - ФИО3 по доверенности от 02.08.2023,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО «Первоуральскбанк» на определение Арбитражного суда Московской области от 20 мая 2024 года по делу №А41-56760/21, 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2021 в отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5. 

Сообщение о введении процедуры банкротства опубликовано в официальном издании «Коммерсант» №6(7207) от 15.01.2022. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 11.08.2022 ИП ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5. 

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в официальном издании «Коммерсант» №152(7353) от 20.08.2022.

АО «Первоуральскбанк» обратилось в суд с заявлением к ответчику ООО «Сокол Телеком» (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ), о признании недействительными сделками платежи на общую сумму 4 608 500 рублей, произведенных должником на счет ООО «Сокол Телеком» в период с 18.11.2019 по 17.08.2020, о применении последствий недействительности сделок. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 03.04.2023 заявление конкурсного кредитора АО «Первоуральскбанк» было удовлетворено, признаны недействительными сделками платежи на общую сумму 4608500 рублей, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Сокол Телеком» в конкурсную массу должника денежных средств в размере 4608500 рублей.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 03.04.2023 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.10.2023 по делу №А41-56760/21 определение Арбитражного суда Московской области от 03.04.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда Московской области от 20 мая 2024 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Первоуральскбанк» обратилось с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд.

В судебном заседании представитель кредитора поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить, удовлетворить заявленные требования. 

Представитель ООО «Сокол Телеком» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы кредитора, просил определение суда оставить без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121-123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru. 

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. 

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. 

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из материалов дела, в трехлетний период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве должник со своих счетов, открытых в АО «Райффайзенбанк», Банк ВТБ (ПАО), ПАО Сбербанк осуществляла переводы денежных средств на счет ответчика. 

Всего выявлено 19 платежей на общую сумму 5 464 500 рублей. 

Кредитор просил признать недействительными сделками платежи на общую сумму 4 608 500 рублей, полагая, что они совершены в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда правам кредиторов.

Согласно доводам кредитора, денежные средства были перечислены должником в условиях неплатежеспособности заинтересованному лицу с целью вывода активов. 

Кредитор оспаривает платежи по специальным основаниям (статья 61.2 Закона о банкротстве), а также по основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации

При повторном рассмотрении обособленного спора суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления кредитора, указав, что кредитором не представлено доказательств совершения платежей в целях причинения вреда кредиторам, интересы конкурсной массы в результате совершения платежей не пострадали. Также суд первой инстанции сделал вывод о том, что платежи совершены возмездно, что подтверждено представленными в дело документами (копиями договора займа, распорядительных писем с указанием назначения платежей). 

Апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, оспариваемые кредитором платежи в пользу ООО «Сокол Телеком» на общую сумму 4 608 500 рублей совершены должником в период с 18.11.2019 по 17.08.2020.

С учетом даты возбуждения в отношении должника производства по делу о несостоятельности (банкротстве) (16.09.2021) оспариваемые перечисления совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Как следует из текста правовой нормы и приведенных разъяснений, указанные основания должны быть доказаны в совокупности. 

Наличие признаков неплатежеспособности должника по состоянию на 30.07.2018 подтверждается следующими доказательствами. 

12.02.2018 между АО «Первоуральскбанк» и ООО «Смартех» заключен договор факторинга по которому Банку были уступлены права требования к АО «УПРАВЛЕНИЕ ВОЛС-ВЛ» по договору № УВВ-77Д-0016-18 от 17.01.2018.

12.02.2018 между АО «Первоуральскбанк» и ФИО4 был заключен договор поручительства во исполнение вышеуказанного договора.

Срок исполнения обязательств по договору факторинга наступил 30.07.2018, что установлено апелляционным определением Московского областного суда от 14.07.2021 по делу №2-50/20. 

30.09.2018 между Банком и ФИО4 подписан акт сверки наличия задолженности по основному долгу в размере более 41 000 000 руб. 

Указанная задолженность послужила основанием для возбуждения дела о банкротстве и введения процедуры реструктуризации. 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

В материалы дела не предоставлено доказательств того, что по состоянию на 30.07.2018 ФИО4 располагала денежными средствами в размере, позволяющим выплатить долг перед кредитором и исполнять текущие денежные обязательства перед иными кредиторами. 

Поскольку долг перед АО «Первоуральскбанк» не погашен до настоящего времени, суд полагает, что причиной неоплаты долга явилось именно отсутствие денежных средств. 

Получение ФИО4 кредитов в различных банках в 2018-2019 годах является доказательством дефицита собственных денежных средств, учитывая, что требования АО «Райффайзенбанк», ООО «Бланк Банк», АО «Альфа-Банк», ПАО Сбербанк предъявлены ко включению в реестр. 

Наличие у должника дорогостоящего имущества не противоречит выводу о наличии признака неплатежеспособности, поскольку Закон о банкротстве разделяет состояние неплатежеспособности, выражающееся в отказе от исполнения денежных обязательств по причине дефицита денежных средств, и состояние недостаточности имущества (объективное банкротство), выражающееся в превышении размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. 

Соответственно, неплатежеспособный должник также является банкротом по смыслу пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве.

Как видно, из представленных в дело материалов не позднее 30.07.2018 ФИО4 отвечала признакам неплатежеспособности. 

К аналогичным выводам пришел и Десятый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 19.09.2022 по настоящему делу. 

Как следует из пояснений банка, ООО «Сокол Телеком» является заинтересованным в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве лицом по отношению к должнику по следующим основаниям.

ФИО4 с 03.06.2016 и до момента банкротства общества являлась единоличным исполнительным органом ООО «Смартех». 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в период с 03.05.2017 - 10.07.2017 участниками ООО «СМАРТЕХ» (прежнее наименование ООО «РБС ТЕЛЕКОМ») являлись ФИО6- 80%, ООО «АИСТ» (ИНН 

<

***>) - 20%., с 10.07.2017 по 08.08.2019 единственным участником ООО «СМАРТЕХ» является ООО «АИСТ» (ИНН 

<

***>). 

В период с 15.02.2017 участником ООО «АИСТ» (ИНН 

<

***>) с долей 90% в уставном капитале являлся ООО «РБС ТЕЛЕКОМ» (правопреемник ООО «СМАРТЕХ»), а генеральным директором с 30.04.2019 являлась ФИО4 ООО «РБС» и ООО «АИСТ» находятся по одному адресу. 

Основным и единым видом деятельности ООО «РБС», ООО «СМАРТЕХ», ООО «АИСТ», ООО «Торговый дом РБС» является деятельность в области связи на базе проводных технологий. 

Бенефициаром ООО «Смартех» и ООО «РБС» является ФИО6 (установлено вступившими в законную силу судебными актами – постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2022по делу № А40-292132/18, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по делу №А40-292132/18). 

ФИО6 является руководителем ООО «Сокол Телеком» с 21.01.2020 г. ФИО4 являлась генеральным директором ООО «Сокол Телеком» с 07.06.2019 г. по 20.01.2020 г. 

Как указано судом, ФИО6 и ФИО4 участвовали в управлении организациями, входящими в одну группу компаний, подконтрольных одним и тем же лицам, то есть, связаны между собой общими корпоративными (внутригрупповыми) интересами.

Указанные признаки апелляционная коллегия находит достаточными для подтверждения факта заинтересованности между должником и ответчиком по признаку пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку и должник и ФИО6 были вовлечены в процесс управления подконтрольными им юридическими лицами, аффилированными по отношению другу к другу. 

Сам по себе факт аффилированности (заинтересованности) сторон сделки не является бесспорным основанием полагать, что платежи являются недействительными сделками.

В то же время, как следует из материалов дела, безналичные платежи совершались с указанием различных оснований: 

«выплата краткосрочного процентного займа по договору 010420/3»;

«выплата процентного займа по договору 1/01-З»; 

«возврат неизрасходованных подотчетных средств»; 

«выдача краткосрочного процентного займа».

Согласно пояснениям ответчика и должника, изложенным в письменных пояснениях в суде первой инстанции, денежные средства перечислялись в рамках гражданских правоотношений отношений, предполагающих встречное предоставление.

Наличие встречного предоставления ответчик и должник обосновывают наличием обратных платежей (ответчика в пользу должника) по договору займа, копия которого представлена в материалы дела.

В то же время, апелляционная коллегия критически относится к доводам о том, что  платежи на сумму 1 117 000 руб., перечисленные со стороны ООО «Сокол Телеком» на счет ФИО4, являются возвратом займа по Договору от 01.04.20 (т.1 л.д.41-42), поскольку данное обстоятельство явно следует из назначений платежей, а также по результатам сопоставления размера денежных средств, поступивших от ФИО4 на счет ООО «Сокол Телеком» и со счета ООО «Сокол Телеком» на счет ФИО4 

Так, на 08.05.20 ФИО4 перечислила на счет ООО «Сокол Телеком» лишь 550 000 руб., в то время как 08.05.20 ООО «Сокол Телеком» возвращает на счет ФИО4 575 000 руб., при этом даже если предположить что это был возврат займа с начислением процентов, то за 1 день пользования денежными средствами ООО «Сокол Телеком» должно уплатить 240,44 руб. (550 000Х 16 %Х1/366), что составит 550 240,44 руб. (550 000+240,44), но никак не 575 000 руб., а потому данное перечисление в большем размере явно не является возвратом займа.

Пояснений о том, по каким причинам ООО «Сокол Телеком» перечислило большую сумму, чем сумма займа в материалы дела не представлено. 

В связи с чем, у суда имеются разумные сомнения в том, что данное перечисление являлось возвратом займа.

В отношении второй суммы перечисления апелляционной коллегией установлено следующее. 

Так, по состоянию на 31.05.2020г. ФИО4 перечислила на счет ООО «Сокол Телеком» 160 000 руб. от 25.05.2020 и 340 000 руб. от 26.05.2020г.

В связи с чем, по состоянию на 31.05.2020г. в случае если бы имел место возврат займа и процентов, то эта сумму составила бы 160 000 руб. основной долг и проценты 349,73 руб. (160 000Х 16 %Х5/366), а также 340 000 руб. основной долг и проценты 594,54 руб. (340 000Х 16 %Х4/366), а всего 500 944,27 руб. 

В то время как ООО «Сокол Телеком» 31.05.2020г. перечисляет всего 500 000 руб., в назначении платежа было указано ФИО4 «оплата за май 2020г. по финансовому сопровождению компании согласно договору № СИ-23/01/20 от 23.01.2020 г. заключенному между ООО «Сокол Телеком» и ИП ФИО4»

Оснований полагать, что данное перечисление с учетом суммы являлось возвратом займа, у апелляционной коллегии не имеется.

Вместе с тем, по всем трем платежам на стадии судебного разбирательства ФИО4 и ООО «Сокол Телеком» заявляли об уточнении трех назначений платежей как возврат займа.

При этом все документы от имени ООО «Сокол Телеком» подписаны генеральным директором ФИО6 (бенефициар ООО «Смартех»), который наряду с ФИО4 (единоличный исполнительный орган ООО «Смарех») привлечен к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Смартех», из которого по аналогичным схемам (путем предоставления сканов договоров, писем об утонении платежей и актов сверок, подписанных данными лицами были выведены денежные средства), что подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.11.2023 по делу № А56-16911/2021.

АО «Первоуральскбанк» в суде первой инстанции было заявлено о фальсификации документов, представленных ответчиком и должником (договоров займа, распорядительных писем), при этом после заявления о фальсификации (на предмет давности составления документов) ответчик и должник заявили  об утрате всех оригиналов документов (договора займа, соглашения о расторжении, акты сверок, письма и пр.).

В суде апелляционной инстанции на вопрос суда представитель ответчика пояснил, что все документы утеряны сторонами, ввиду давности их составления.

Согласно пункту 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", приказу Росархива от 20.12.2019 N 236 "Об утверждении Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения" первичные учетные документы и связанные с ними оправдательные документы (кассовые документы и книги, банковские документы, корешки денежных чековых книжек, ордера, табели, извещения банков и переводные требования, акты о приеме, сдаче, списании имущества и материалов, квитанции, накладные и авансовые отчеты, переписка), бухгалтерская (финансовая) отчетность подлежат хранению в течение 5 лет.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание то, что срок хранения ответчиком первичной бухгалтерской документации по спорным правоотношениям не истек.

Таким образом, суд апелляционной инстанции критически относится к пояснениям об одновременной утрате документов как со стороны должника, так и со стороны ответчика. 

Иных доказательств того, что наличие правоотношений, вытекающих из займа, отражались ответчиком в первичной бухгалтерской документации, не представлено.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия критически относится к пояснениям сторон о том, что между сторонами существовали правоотношения, вытекающие из договора займа, в счет которого сторонами осуществлялись платежи, оспариваемые кредитором.

Судом установлено, что изначально представителем ФИО4 не оспаривался факт перечисления спорных платежей по договору ГПХ. Однако впоследствии в обоснование возражений представитель должника указала на то, что оспариваемые платежи были перечислены в рамках правоотношений сторон по договору займа № 010420/3 от 01.04.2020, приобщив в материалы дела копию договора займа и писем об уточнении платежей.

В то же время иных перечислений со счета ООО «Сокол Телеком» на счет ФИО4 не было.

С учетом заявленных кредитором возражений относительно реальности сделки, представленная в материалы дела копия договора займа  безусловным доказательством наличия между сторонами реальных заемных правоотношений не является, в отсутствие иных первичных документов. 

К правоотношениям сторон в деле о банкротстве подлежит применению повышенный стандарт доказывания - пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве". 

О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве указывалось в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), согласно которому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Указанный правовой подход является универсальным в рамках рассмотрения споров при банкротстве и подлежит применению при судебной оценке не только при рассмотрении вопроса о включении требования в реестр, но и при необходимости установления соответствия действительности любых правоотношений сторон, связанных с оценкой доказательств в обоснование заявленных требований и возражений.

В абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении N 6616/11 от 04.10.2011, при наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права истребовать от заимодавца документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Оригинал или надлежащим образом заверенная копия договора займа ни суду первой инстанции ни апелляционному суду не представлены, равно как и не представлены иные документы, подтверждающие реальность заемных правоотношений.

В силу части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него.

Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда (часть 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По правилам части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не может считать доказанным факт, подтвержденный только копией документа, если подлинник документа в материалы дела не представлен, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой.

В рассматриваемом случае в материалы дела представлены незаверенные копии договора займа, соглашения о расторжении, акты сверок, письма и пр., которые при наличии возражений кредиторов, не могут безусловно подтверждать реальность правоотношений между сторонами.

Кроме того, размер перечислений от ФИО4 на счет ООО «Сокол Телеком» по которым не было встречных поступлений составляет 1 012 000 руб. (2 129 000 – 1 117 000). При этом судом первой инстанции сделан вывод о начислении процентов в размере 27 412,60 руб., что в совокупности составляет не 1 038 027,69 руб. как указано судом первой инстанции, а 1 039 412,6 руб.

В материалы дела представлен договор №СТ-15/06/20 от 15.06.20, по которому ИП ФИО4 производила выполнение работ для ООО «Сокол Телеком», а ООО «Сокол Телеком» перечислило ей аванс двумя платежами на сумму 3 986 718 руб. (03.07.2020г. 970 000 руб., 07.07.2020г. 3 016 718 руб. (Том 1 л.д.136-137). 

При этом сумма аванса по договору должна быть 5 000 000 руб.

Оплата от 08.07.2020г. 500 000 руб. произведена по договору ГПХ, а не в счет аванса за услуги, что следует из назначения платежа. При этом по всем платежам, которые ответчик и должник представляют как встречные, они меняют назначение платежей письмами, что вызывает у суда апелляционной инстанции разумные сомнения в своевременности уточнений назначений платежей.

Более того, объективных доказательств расторжения договора не представлено в материалы дела. 

Если действительно имело место быть расторжение договора №СТ-15/06/20 от 15.06.20, как утверждает должник и ответчик 31.08.2020г., то, ООО «Сокол Телеком» имело возможность предъявить требование ФИО4 о возврате оставшихся после произведенного зачета требований в размере 3 448 690,31 руб. 

Однако, ООО «Сокол Телеком» не заявляло на протяжении трех лет требований о включении их в реестр, фактически простив долг ФИО4, что не характерно для взаимоотношений между контрагентами по сделке. 

Подписанное ФИО6 от имени ООО «Сокол Телеком» соглашение о расторжении вышеуказанного договора и подписания соглашения о зачете аффилированными лицами в отсутствие иных доказательств, не является безусловным подтверждением факта гашения долга зачетом. 

С учетом вышеуказанного, оснований для установления факта возврата со стороны ООО «Сокол Телеком» денежных средств на сумму 2 129 000 руб. путем перечисления на сумму 1 117 000 руб. с назначением платежей «выплата за работы по ГПХ», а также путем зачета на сумму 1 012 000 руб. по якобы расторгнутому договору №СТ15/06/20 от 15.06.20, не имеется.

В подтверждение факта уточнения назначений платежа представлены письма за подписью ФИО6 как руководителя ООО «Сокол телеком» № Ст-037 от 08.05.2020 г., №ст-038 от 31.05.2020 г., №СТ-051 от 17.06.2020 г.

Между тем, доказательств отправки писем в адрес ФИО4 не представлено, на письмах не указан адрес ФИО4, на который были направлены письма, доказательств отправки писем в банк также не представлено. 

Вместе с тем, ФИО6 и ФИО4 являются аффилированными лицами, что установлено в рамках ряда процессов. В том числе, аффилированность сторон установлена вступившим в законную силу определение Арбитражного суда Московской области от 14.09.2023г. по рассмотрению заявления по оспариванию аналогичных платежей ФИО8 в пользу ФИО6

Также стоит отметить, что с 2021г. и интересы ФИО6 и интересы ФИО4 представляет адвокат Аличеева Е.С., которая формирует данным заинтересованным лицам идентичную позицию. В каждом споре представитель ссылается на договоры займа, оригиналы которых отсутствуют, а также на копии писем, которые сторонам не направлялись,  оригиналы которых также отсутствуют.

Согласно п. 1 ст. 854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. 

В силу статьи 863 Гражданского кодекса Российской Федерации платежное поручение - это распоряжение владельца счета (плательщика) обслуживающему его банку, оформленное расчетным документом, перевести определенную денежную сумму на счет получателя средств, открытый в этом или другом банке. 

В соответствии с п. 1 ст. 864 ГК РФ содержание платежного поручения и представляемых вместе с ним расчетных документов и их форма должны соответствовать требованиям, предусмотренным законом, и установленным в соответствии с ним банковским правилам. 

Порядок осуществления безналичных расчетов между юридическими лицами на территории Российской Федерации, правила заполнения, оформления используемых расчетных документов и проведения расчетных операций регулируются Положением Банка России от 19.06.2012 N 383-П "О правилах осуществления перевода денежных средств". 

В силу главы 5 Положения платежное поручение является расчетным документом, который должен содержать установленные реквизиты, в том числе, указание на назначение платежа. Назначение платежа в платежном поручении определяется самим плательщиком.

Согласно п. 1.25 названного Положения банки не вмешиваются в договорные отношения клиентов. Взаимные претензии по расчетам между плательщиком и получателем средств, кроме возникших по вине банков, решаются в установленном законодательством порядке без участия банков. 

Следовательно, указание в платежном поручении назначения платежа производится с целью идентификации перечисленных денежных средств у получателя платежа и при наличии ошибок или в других случаях ничто не препятствует сторонам по сделке (плательщикам и получателям средств) по взаимному волеизъявлению изменить назначение соответствующих денежных средств. 

Из указанного следует, что внесение изменений в назначение платежа без согласования с получателем платежа, противоречит вышеназванным требованиям.

Кроме того, в силу п. 16 Приказа Минфина России от 29.07.1998 N 34н "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации" внесение исправлений в кассовые и банковские документы не допускается. В остальные первичные учетные документы исправления могут вноситься лишь по согласованию с лицами, составившими и подписавшими эти документы, что должно быть подтверждено подписями тех же лиц, с указанием даты внесения исправлений, что подтверждается позицией, изложенной в постановлении  Арбитражного суда Московского округа по делу А40-70191/13 от 24.06.2015.

В силу п. 2.2 Положения Банка России от 19.06.2012 N 383-П "О правилах осуществления перевода денежных средств" порядок выполнения процедур приема к исполнению, отзыва, возврата (аннулирования) распоряжений, в том числе распоряжений на общую сумму с реестрами, устанавливается кредитными организациями и доводится до клиентов, взыскателей средств, кредитных организаций в договорах, документах, разъясняющих порядок выполнения процедур приема к исполнению распоряжений, а также путем размещения информации в местах обслуживания клиентов. 

После того, как изменение в назначении платежного поручения согласовано с получателем, плательщик, действуя добросовестно, должен уведомить банк об изменении в платежном поручении, что подтверждается актуальной судебной практикой (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.09.2019 N Ф08-5924/2019 по делу N А53-22871/2018, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 N 09АП-18259/2021 по делу N А40-80322/2020, постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.02.2021 N Ф05-31/2021 по делу N А40- 296200/2019, постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15.06.2020 N Ф04-1874/2020 по делу N А46-10377/2019).

Таким образом, суду необходимо исходить из факта отсутствия выполнения вышеуказанных требований закона, а соответственно об отсутствии надлежащих доказательств своевременного уточнения сторонами платежа, в том числе и не направления данного письма в адрес Банка. 

Высшие суды предписывают в рамках дела о банкротстве использовать повышенный стандарт доказывания, при сделках с заинтересованностью, поскольку сокрытие действительного смысла сделки находится в данном случае в интересах обеих ее сторон (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда РФ №5 (2017), Определения ВС РФ от 17.05.2019 N 302-ЭС19-5458, от 23.04.2019 N 309-ЭС19-4473, от 04.04.2019 N 305-ЭС18-25788(2)).

Таким образом, специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, подписанным должником и ответчиком, если содержание этих документов не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствам.

Платежи на сумму 978 500 руб. от 09.04.2020 г. с назначением платежа: «Окончательный возврат займа по договору № б/н от 7.01.2020» и от 09.04.2020 г. на сумму 85 553,88 руб. назначением платежа: «Оплата процентов и разового платежа по договору займа б/н от 28.01.2020», перечисленные со стороны ООО «Сокол Телеком» на счет ФИО4 не являются возвратом займа по спорному договору. Данное обстоятельство явно следует из назначений платежей, а также по результатам сопоставления размера денежных средств поступивших от ФИО4 на счет ООО «Сокол Телеком» и со счета ООО «Сокол Телеком» на счет ФИО4

Суд первой инстанции установил, что вышеуказанные денежные средства были перечислены по договору займа от 27.01.2020г. (Том 1 л.д. 140-142) и возвращены ООО «Сокол Телеком» с процентами. 

Вместе с тем, как следует из текста договора займа от 27.01.2020г. (п.2.3) по окончанию срока займа заемщик обязуется выплатить проценты в размере 76 553, 88 руб., при этом процентная ставка в договоре не указана. В свою очередь, такого рода условия не характерны для договоров займа, которые устанавливают размер процентной ставки, на случай если обязательство не будет исполнено и имелась бы возможность взыскания процентов до момента возврата суммы займа.

Указанное обстоятельство также вызывает у апелляционной коллегии разумные сомнения в реальности его заключения.

Судом первой инстанции не приняты во внимание доводы АО «Первоуральскбанк» о фальсификации данных документов. Суд пришел к выводу о наличии заемных отношений и о погашении займа и процентов, исходя из представленных только копий документов, соответственно, не применив повышенный стандарт доказывания. 

Также суд первой инстанции не учел, что письмо об уточнении платежа №СТ-035 от 08.04.2020г. представлено только по платежу от 09.04.2020 на сумму 85 553,88 руб. 

Таким образом, ни ответчик, ни должник не оспаривают, что платеж от 09.04.2020г. на сумму 978 500 руб. не имеет отношения к заявленному ФИО4 договору от 27.01.2020г.

С учетом конкретных обстоятельств дела, пояснений сторон, представленных доказательств, оснований полагать доказанным факт наличия реальных заемных отношений по договору займа от 15.06.2020г., ввиду отсутствия оригинала, с учетом представленных в процессе письма об уточнении платежа, актов сверки, у апелляционной коллегии не имеется.

При этом судом установлено, что 29.05.2019г. между ИП ФИО4 и ООО «Сокол Телеком» был заключен договор оказания услуг по управлению Обществом (т.1 л.д.15-18). 

ФИО4 по вышеуказанному договору в период с 07.06.2019 по 20.01.2020 являлась единоличным исполнительным органом ООО «Сокол Телеком», о чем внесены сведения в ЕГРЮЛ. 

В связи с чем, выводы суда первой инстанции о том, что данный договор прекратил свое действие, а платеж следует расценить как возврат займа лишь на основании письма об уточнении платежа, являются ошибочными.

10.02.2020г. от ООО «Сокол Телеком» поступил платеж на сумму 270 000 руб. с назначением платежа «Оплат за декабрь по договору оказания услуг по управлению ЮЛ №СТ29/05/19 от 29.05.2019г.», в связи с чем, данный платеж нельзя расценить как возврат займа. 

Доводы о том, что имело место уточнение назначения платежа письмом б/н от 10.02.2020г., заслуживают критической оценки, поскольку не представлено надлежащих доказательств таких уточнений, совершенных между фактически аффилированными лицами, занимающими согласованную позицию. 

Данное письмо не может являться надлежащим доказательством встречного предоставления в силу ст. 64 АП КРФ по указанным выше основаниям.

Также судом установлено, что 29.05.2019г. между ИП ФИО4 и ООО «Сокол Телеком» был заключен договор оказания услуг по управлению Обществом.

В связи с чем, можно сделать вывод, что, ООО «Сокол Телеком» в период с 30.08.19г. по 07.12.2019г. перечисляло платежи в счет оплаты услуг ФИО4 по данному договору, но по зарплатному проекту с целью оптимизации расходов, а не выдавало ФИО4 подотчетные средства. 

Поскольку в 2020г. у ФИО4 уже сформировалась задолженность перед кредиторами, имеются основания полагать, что должник выводила денежные средства на подконтрольную ей компанию ООО «Сокол Телеком», а данные средства выбыли из конкурсной массы.

Как указывает кредитор, с позицией которого соглашается апелляционная коллегия, платежи ООО «Сокол Телеком» произведены в 2019г. в счет оказанных ФИО4 услуг по управлению Обществом, в то время как спорные платежи со счета ФИО4 произведены в 2020г. с назначением возврат подотчетных средств. При этом предоставление подотчетных средств на год не характерен для такого рода отношений. 

Более того, ФИО4 в период с января по декабрь 2019г. не работала в ООО «Сокол Телеком» по трудовому договору, в связи с чем, не могла получать подотчетные средства по кадровым документам. Все расчеты могли проводиться только как аванс по оказанию услуг по управлению Обществом (т.1 л.д.15-18). 

Вместе с тем, ООО «Сокол Телеком» представляет фактически трудовые документы, которые характерны лишь для трудовых отношений (приказы о выдаче подотчетных средств) – т.2 л.д. 32-37, в то время как фактических трудовых отношений между сторонами не было, а потому данные документы нельзя расценивать как документы подтверждающие факт выдачи подотчетных средств.

Поскольку сумма, перечисленная со счета ООО «Сокол Телеком» с назначением платежей «выплата заработной платы», которая, как утверждают должник и ответчик, являлись подотчетными средствами, то должник должен был направлять заявления/отчеты в ООО «Сокол Телеком» в подтверждение наличия необходимости несения таких расходов, а также доказательства их расходования (по той сумме которая не была возвращена ФИО4), при этом сторонами не представлено пояснений относительно накладных расходов ФИО4 в размере 200 000 – 300 000 руб. 

Вышеуказанные обстоятельства ответчиком и должником не раскрыты, соответственно, доводы АО «Первоуральскбанк» о мнимости представленных аффилированными лицами документов заслуживают внимания. Аналогично как по всем другим перечислениям ответчик и должник строят позицию на копиях писем об уточнении всех платежей, которые они заявляют как встречные, предоставив чеки от 2023 года.

Ссылка ответчика и должника на аналогичный спор с ООО "СК СИНЕРГИЯ" (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.11.2023 N Ф05-23425/2022 по делу N А41-56760/2021) является не состоятельной, поскольку отказ в удовлетворении заявления был обусловлен наличием одного перечисления в размере около 200 000 руб. 

В связи с чем, судом в рамках указанного спора сделан вывод об отсутствии факта вывода активов, ввиду не значительности платежа. 

В силу ст. 34 Федерального закона от 10 июля 2002 года N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" установлено, что Банк России определяет порядок ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России (далее - наличные деньги) на территории Российской Федерации юридическими лицами. 

В силу соответствующего указания Банка России подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами (абз. 2 пп. 6.3 п. 6 Указания ЦБ РФ от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства"). 

В нарушение ст. 65 АПК РФ в материалы дела и апелляционному суду не представлено доказательств того, что подотчетные средства ФИО4. выдавались в разумный срок в сопоставимых объемах, предшествующей дате перечисления указанных сумм. 

Для расчетов с подотчетными лицами предусмотрен авансовый отчет, авансовые отчеты также в материалы дела не представлены. 

Согласно подпунктам 1, 3 статьи 9 Закона N 402-ФЗ каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. 

Работник организации, получивший денежные средства в подотчет, обязан представить в бухгалтерию авансовый отчет по унифицированной форме N АО-1 "Авансовый отчет", утвержденной Постановлением Госкомстата России от 01.08.2001 N 55. К авансовому отчету должны быть приложены все оправдательные документы, подтверждающие произведенные расходы. На оборотной стороне формы N АО-1 "Авансовый отчет" подотчетное лицо записывает перечень документов, подтверждающих произведенные расходы (в частности, чеки контрольно-кассовой машины, товарные чеки и другие оправдательные документы), а также указывает суммы затрат по ним. 

Если работник не вернул неизрасходованные подотчетные суммы, то их удерживают из его заработной платы в силу абзаца 2 части 2 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ). 

В силу части 3 статьи 137 ТК РФ для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, ранее выданного сотруднику в подотчет, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы указанного сотрудника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса. 

Таким образом, по совокупности указанных правовых норм выдача подотчетных сумм возможна только сотруднику на цели, соответствующие уставной деятельности предприятия. В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.02.2009 N 11714/08 приведена позиция о том, что не являются объектом обложения НДФЛ денежные суммы, выданные работникам организации под отчет для приобретения товарно-материальных ценностей, при условии, что работники документально подтвердили понесенные расходы, а товарно-материальные ценности приняты организацией на учет. 

Вместе с тем, ФИО4 подотчетным лицом не являлась, документы-обоснования подотчетных сумм в материалы дела не представлены, соответственно перечисления по указанным основаниям являлись недействительными и подлежат возврату. 

Все оспариваемые платежи являются взаимосвязанными сделками, которые были совершены аффилированными лицами последовательно и взаимосвязано, преследуя единую цель по выводу активов ФИО4, при наличии у нее задолженности перед независимыми  кредиторами. 

Возможность применения такого подхода следует из позиции, изложенной в определении Верховного суда РФ от 30.08.2018г. по делу № 305-ЭС17-23336.

Последовательно совершенные должником 19 платежей являются взаимосвязанными сделками применительно к положениям статьи 153 ГК РФ. 

С учетом вышеизложенного, перечисление денежных средств ФИО4 в пользу ООО «Сокол Телеком» в период с 06.09.2018г. по 06.09.2021 г. подлежит квалификации как единая сделка по выводу активов ФИО4 

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие  правоотношений в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, чем причинен вред кредиторам. 

В связи с чем, апелляционная коллегия считает доказанным кредитором совокупность обстоятельств, позволяющих признать спорные платежи недействительными сделками на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции считает, что из совокупности доказательств следует, что целью сторон являлось сокрытие действительной их воли, направленной на вывод активов согласованными действиями во вред имущественным интересам конкурсных кредиторов.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Из смысла указанных норм следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Поскольку в результате совершения оспариваемых платежей денежные средства без какого-либо встречного представления были переданы ООО «Сокол Телеком», апелляционная коллегия в порядке применения последствий недействительности этих сделок считает необходимым обязать ответчика возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4 608 500 рублей.

С учетом установленных по делу обстоятельств определение от 20.05.24 подлежит отмене.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы подлежат распределению в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 20 мая 2024 года по делу №А41-56760/21 отменить.

Признать недействительными сделками платежи, произведенные ФИО9 в пользу ООО «Сокол Телеком» в период с 18.11.19 по 17.08.20 в общем размере 4 608 500 рублей.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 4 608 500 рублей.

Взыскать с ФИО9 в пользу АО «Первоуральскбанк» 1 500 рублей.

Взыскать с ООО «Сокол Телеком» в пользу АО «Первоуральскбанк» 1 500 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи:

 

С.Ю. Епифанцева

А.В. Терешин