Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-99429/2023

22 марта 2024 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  07 марта 2024 года.

Полный текст решения изготовлен  22 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Устинкина О.Е.,

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску (заявлению):

Заявитель: общество с ограниченной ответственностью «ЭКОР»

Заинтересованное лицо: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 16 по Санкт-Петербургу

Об оспаривании решения № 05/1479 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, требования №44210 от 06.10.2023

 

при участии:

от заявителя: до и после перерыва ФИО2 (по доверенности от 11.10.2023)

от заинтересованного лица: до перерыва: ФИО3 (по доверенности от 06.12.2023), до и после перерыва ФИО4 (по доверенности от 05.02.2024) 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭКОР» обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке ст. 49 АПК РФ, согласно которому просит признать недействительным решения Межрайонной ИФНС России №16  по Санкт-Петербургу №05/1479 от 18.04.2023 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, требования №44210 от 06.10.2023 об уплате задолженности.

Определением от 31.10.2023 заявление принято к производству. 

В материалах дела имеется отзыв заинтересованного лица. 

В судебном заседании, состоявшемся 29.02.2024, объявлен перерыв до 07.03.2024.

07.03.2024 судебное заседание продолжено после перерыва.

В судебном заседании представитель Общества поддержал заявленные требования.

Представитель налогового органа возражал против удовлетворения заявленных требований, поддерживая позицию, изложенную в отзыве. 

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

26 октября 2022 года Межрайонной ИФНС России №16 по городу Санкт-Петербургу  (далее по тексту – Инспекция, МИФНС, налоговый орган) был составлен акт выездной налоговой проверки №05/11845, в соответствии с которым было предложено по результатам рассмотрения выездной налоговой проверки в отношении Общества доначислить налог на прибыль организаций и налог на добавленную стоимость за налоговые периоды 2018 и 2019 г.г., внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета, привлечь Общество к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, отказать в привлечении к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неполную уплату налога на добавленную стоимость за 1-3 кварталы 2017 года  в виде штрафа в связи с истечением срока давности привлечения к налоговой ответственности.

Акт выездной налоговой проверки №05/11845 рассмотрен заместителем начальника Инспекции 11 января 2023 года.

07 марта 2023 года Инспекцией составлены дополнения к акту налоговой проверки №05/1, которые рассмотрены заместителем начальника Инспекции 14 апреля 2023 года.

Решением Инспекции от 18 апреля 2023 года №05/1479 было отказано в привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Экор» к налоговой ответственности, предложено уплатить указанную в пункте 3.1 решения недоимку в сумме 30 792 445 руб. 00 коп. Решение МИФНС также содержит примечание о том, что пени будут рассчитаны в автоматическом режиме по срокам уплаты доначисленных налогов, на дату вступления Решения МИФНС в законную силу.

С Решением МИФНС Общество было ознакомлено 08 июня 2023 года.

Не согласившись с указанным Решением, Общество 10 июля 2023 года в порядке, предусмотренном п.9 ст. 101, п.2 ст. 139.1 НК РФ подало апелляционную жалобу в Управление Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу (далее – Управление ФНС). Апелляционная жалоба зарегистрирована Управлением ФНС 14 июля 2023 года.

Впоследствии срок рассмотрения апелляционной жалобы Общества был продлен Управлением ФНС на один месяц, до 14 сентября 2023 года.

Решение по апелляционной жалобе принято Управлением ФНС по Санкт-Петербургу 27 сентября 2023 года. В удовлетворении апелляционной жалобы ООО «Экор» отказано. 

В соответствии с п. 2 ст. 138 Налогового кодекса Российской Федерации акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц (за исключением актов ненормативного характера, принятых по итогам рассмотрения жалоб, апелляционных жалоб, актов ненормативного характера федерального органа исполнительной власти, уполномоченного по контролю и надзору в области налогов и сборов, действий или бездействия его должностных лиц) могут быть обжалованы в судебном порядке только после их обжалования в вышестоящий налоговый орган в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом.

На основании Решения МИФНС 06 октября 2023 года в адрес Общества от Инспекции поступило Требование № 44210 об уплате задолженности по состоянию на «06» октября 2023 года, в соответствии с которым Общество было поставлено в известность об обязанности уплатить числящуюся задолженность по уплате налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов, процентов, из которых сумма недоимки составляет 39 691 485 рублей 68 копеек, сумма подлежащей уплате пени - 18 279 842 рубля 13 копеек, а всего по Требованию № 44210 Общество обязано уплатить 57 971 327 рублей 81 копейку. Перечисленные обстоятельства, при несогласии Общества с ними, послужили основанием для обращения Заявителя в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с рассматриваемым заявлением, в котором Заявитель возражает против начисления суммы недоимки и пени в указанном в Решении МИФНС объеме.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Из Решения №05/1479 по выездной налоговой проверки в отношении Общества следует, что по результатам проведенной в отношении ООО «Экор» выездной налоговой проверки по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) в бюджет налогов и сборов, страховых взносов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, Инспекцией вынесено решение от 18.04.2023 № 05/1479 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Доначислено: НДС 26 418 393 руб., налог на прибыль - 4374 052. Общая сумма доначислений 30 792 445 руб.

Основанием для принятия решения послужил вывод Инспекции о том, что Обществом в нарушение п. 1 и 2 ст. 54.1, ст. 169, ст. 171, п. 1 ст. 172, ст. 173, п. 1 ст. 252, п.п. 3 п. 1 ст. 268 Налогового кодекса Российской Федерации ООО «Экор» в целях получения необоснованной выгоды необоснованно заявлены налоговые вычеты по НДС, а также в состав расходов по налогу на прибыль включены затраты в результате создания формального документооборота создания искусственных договорных отношений и включения в цепочку поставки товара в качестве посредников ООО «СНТ-ТРАНС», ООО «Модернизация», ООО «Квартал», ООО «Деталь-Эксперт», ООО «Магма-Сторис», ООО «Экспресстехсервис», ООО «Легион», ООО «Трансойл», ООО «Виктория», ООО «Нефтегазовая мануфактура», ООО «Торг М», ООО «Автосегмент», ООО «Ремсервис», ООО «Премьера», ООО «Холи Групп», ООО «Зона торговли», ООО «Терминалпром Логистик», ООО «ТК БСП», ООО «Клинтекс», ООО «Профрешение» (спорные контрагенты).

Как указано заинтересованным лицом в Решении, по результатам проведённых мероприятий налогового контроля Инспекцией установлено, что документы со спорными контрагентами оформлялись Обществом таким образом, чтобы перераспределить весь объем поставок на контрагентов, которые использовались только в целях завышения цены приобретенной ООО «Экор» продукции, фактически продукция приобреталась Обществом у иных поставщиков.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные указанной статьей налоговые вычеты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 – 8 статьи 171 НК РФ. Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном названной главой. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5, 5.1 и 6 названной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению. Право налогоплательщика на применение налоговых вычетов по НДС непосредственно связано с представлением организацией подтверждающих документов. Документы, представляемые налогоплательщиком с целью подтверждения данного права, должны содержать достоверную информацию. Следовательно, для применения вычетов по НДС налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подтверждающими реальное осуществление сделки.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, представленной в альбомах унифицированных форм первичной документации, а документы, форма которых не определена в этих альбомах, должны содержать следующие обязательные реквизиты: наименование документа, дату составления документа, наименование организации, от имени которой составлен документ, содержание хозяйственной операции, измерители хозяйственной операции в натуральном и денежном выражении, наименование должностей лиц, ответственных за совершение хозяйственной операции и правильность ее оформления, личные подписи указанных лиц. Отсюда следует, что перечисленные требования к первичным документам касаются не только полноты заполнения всех реквизитов, но и достоверности содержащихся в них сведений.

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-0, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет (возмещению из бюджета), вычет сумм налога, начисленных исполнителями.

Согласно постановлению Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком- покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных статьей 169 НК РФ, возлагается на продавца. Следовательно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных, либо противоречивых сведений.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

В целях пунктов 1 и 2 указанной статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (пункт 3 статьи 54.1 Кодекса).

Из изложенного следует, что законодателем определены конкретные действия налогоплательщика, которые признаются злоупотреблением правами, и условия, которые должны быть соблюдены налогоплательщиком для возможности учесть расходы и заявить налоговые вычеты по имевшим место сделкам (операциям). В противном случае, при установлении факта злоупотребления правами налогоплательщик лишается права учесть их по имевшим место сделкам (операциям) в полном объеме.

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Из анализа указанных норм следует, что для применения налоговых вычетов, при условии, что товары (работы, услуги) приобретаются для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ необходимо одновременное соблюдение следующих условий: наличие счета-фактуры с выделенной суммой налога, принятие на учет товаров (работ, услуг), использование приобретенного товара (работ, услуг) в деятельности, облагаемой НДС. При этом налоговое законодательство исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики (часть 7 статьи 3 НК РФ), в силу которой предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль организаций, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в представленных им документах, — достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (абзац третий пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

Положения пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ в их нормативном единстве с положением подпункта 3 пункта 2 статьи 45 НК РФ, предусматривающим право налоговых органов изменять юридическую квалификацию сделок, совершенных налогоплательщиком, его статус и характер деятельности, устанавливают ряд критериев оценки операций, отраженных налогоплательщиками в целях налогообложения:

а) реальность операции, то есть, имела ли место операция в действительности

и получено ли исполнение по сделке налогоплательщиком;

б) исполнение обязательства надлежащим лицом;

в) действительный экономический смысл хозяйственной операции, отсутствие

искажения юридической квалификации операций, статуса и характера деятельности их

сторон в целях налогообложения;

г) наличие иной основной цели совершения налогоплательщиком операции, чем

уменьшение налоговой обязанности (деловая цель).

При этом, цель противодействия налоговым злоупотреблениям реализуется законодателем путем закрепления в НК РФ как общей антиуклонительной нормы (статья 54.1 НК РФ), так и правил налогообложения, направленных на исключение злоупотреблений и обхода налогового закона по соответствующим видам операций (и соответствующим видам налогов).

В целях недопущения предъявления налогоплательщикам формальных претензий при установлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что обязанное по договору лицо не производило и не могло произвести исполнение в пользу налогоплательщика ввиду отсутствия необходимых для исполнения экономических ресурсов, в связи с чем, сделка в действительности исполнена иными лицами, на которых исполнение обязательства не могло быть передано (возложено) в силу номинальности контрагента, налоговым органам необходимо предпринимать меры, направленные на оценку действий самого налогоплательщика и на доказывание противоправного характера этих действий.

Нарушение налогового законодательства контрагентом налогоплательщика, а также подписание документов от имени контрагента неустановленным, неуполномоченным лицом или лицом, отрицающим свое участие в деятельности контрагента в силу недостоверности сведений о нем как о руководителе, бухгалтере или ином уполномоченном лице контрагента, само по себе не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания неправомерным уменьшения налогоплательщиком налоговой обязанности. Данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Налоговым органам необходимо устанавливать как факт неисполнения обязательства надлежащим лицом, так и обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик преследовал цель неправомерного уменьшения налоговой обязанности либо знал или должен был знать об обстоятельствах, характеризующих контрагента как «техническую» компанию, и об исполнении обязательства иным лицом. Вывод о таком знании может следовать из осведомленности налогоплательщика о лице, которое фактически производило исполнение, например, в силу факта проведения переговоров и согласования условий обязательства, обеспечения его исполнения, гарантий на случай ненадлежащего исполнения непосредственно между налогоплательщиком и таким лицом.

При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок (операций), в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. Необходимо указывать конкретные действия налогоплательщика (его должностных лиц), которые обусловили совершение правонарушения, и приводить доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении причинить вред бюджету.

Как указано в Решении №05/1479, а также указано  заинтересованным лицом в отзыве на заявление, основанием для принятия Решения №05/1479 послужил вывод Инспекции о том, что Обществом в нарушение п. 1 и 2 ст. 54.1, ст. 169, ст. 171, п. 1 ст. 172, ст. 173, п. 1 ст. 252, п.п. 3 п. 1 ст. 268 Налогового кодекса Российской Федерации ООО «Экор» в целях получения необоснованной выгоды необоснованно заявлены налоговые вычеты по НДС, а также в состав расходов по налогу на прибыль включены затраты в результате создания формального документооборота создания искусственных договорных отношений и включения в цепочку поставки товара в качестве посредников ООО «СНТ-ТРАНС», ООО «Модернизация», ООО «Квартал», ООО «Деталь-Эксперт», ООО «Магма-Сторис», ООО «Экспресстехсервис», ООО «Легион», ООО «Трансойл», ООО «Виктория», ООО «Нефтегазовая мануфактура», ООО «Торг М», ООО «Автосегмент», ООО «Ремсервис», ООО «Премьера», ООО «Холи Групп», ООО «Зона торговли», ООО «Терминалпром Логистик», ООО «ТК БСП», ООО «Клинтекс», ООО «Профрешение» (спорные контрагенты).

Эти выводы сделаны налоговым органом по основаниям, перечисленным как в Решении №05/1479, так и в отзыве на заявлении, которые в целом сводятся к следующим: представление некоторыми из перечисленных контрагентов Общества уточненных налоговых деклараций, отсутствие у некоторых контрагентов Общества платежей за транспортные услуги, аренду транспортных средств, услуги связи, электроэнергию, отсутствие оборотных средств, подписание некоторых документов неуполномоченным лицом, не являющимся руководителем организации, визуальное отличие подписей некоторых руководителей организаций-контрагентов Общества в первичных учетных документах от подписей, имеющихся в регистрационном деле, обналичивание денежных средств некоторыми контрагентами Общества, непредставление в материалы налоговой проверки части документов, запрошенных налоговым органом на основании требований.

В связи с тем, что на основании приведенных доводов налоговым органом сделан вывод о том, что Обществом в целях получения необоснованной выгоды необоснованно заявлены налоговые вычеты по НДС, а также в состав расходов по налогу на прибыль включены затраты в результате создания формального документооборота создания искусственных договорных отношений и включения в цепочку поставки товара в качестве посредников спорных контрагентов, Обществу также доначислен налог на прибыль организаций.

На основании действующего налогового законодательства и разъяснений, включенных в Письмо ФНС РФ от 31.10.2017 № ЕД-4- 9/22123@, суд приходит к выводу о том, что Инспекцией допущен формальный подход как при оценке полученных в ходе налоговой проверки доказательств, так и при установлении факта создания формального документооборота, а также при установлении факта создания искусственных договорных отношений и включения в цепочку поставки товара в качестве посредников спорных контрагентов, что подразумевает под собой согласованность действий налогоплательщика и его контрагентов. К такому выводу суд приходит на основании следующего.

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-0, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе услуг, поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет (возмещению из бюджета), вычет сумм налога, начисленных исполнителями.

Согласно постановлению Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком- покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных статьей 169 НК РФ, возлагается на продавца. Следовательно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.

Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово- экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 № 41-П, Определения от 16.10.2003 № 329-О, от 10.11.2016 № 2561-О, от 26.11.2018 № 3054-О и др.)

Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации No 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 No 12670/09, от 30.06.2009 No 2635/09, от 12.02.2008 No 12210/07.

Как указано в Постановлении № 53, в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункт 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком- покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Из толкования статьи 54.1 НК РФ следует, что при формальном документообороте с заявленным контрагентом, но при фактическом исполнении обязательства третьим лицом при несоблюдении условий пункта 2 указанной статьи, установлен запрет на получение необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком именно по недостоверным (формальным) документам, что не освобождает налоговые органы от обязанности проверить осуществлялись ли в действительности какие-либо хозяйственные операции под прикрытием формального документооборота, выявить их действительный экономический смысл и определить действительный размер соответствующих налоговых обязательств.

Согласно пункту 7 статьи 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

Суд полагает, что доводы налогового органа носят формальный характер.

Так, вывод о том, что часть представленных первичных учетных документов подписывались не руководителем организации, от имени которой подписан этот документ, а иным лицом, основан лишь на предположении налогового органа, который ограничился формулировкой о том, что по его мнению подпись в спорном документе визуально отличается от подписи, имеющейся в регистрационном деле, однако, доказательства такому выводу не приведены.

Доводы об обналичивании некоторыми из спорных контрагентов денежных средств не могут служить надлежащим подтверждением недобросовестности Общества, доказательств причастности Общества к этим спорным операциям Решение не содержит. Само по себе обналичивание денежных средств спорным контрагентом, хотя и при установлении этого факта является нарушением законодательства контрагентом, не свидетельствует о том, что спорные сделки в действительности не осуществлялись, так и не свидетельствует об участии Общества в этом обналичивании денежных средств.

Как указано Обществом, налогоплательщик при проведении налоговой проверки, в целях доказывания своей позиции, обратился к налоговому органу с предложением проверить изложенное обстоятельство: одним из доводов возражений Общества являлось указание на ошибочность выводов Инспекции, положенных в акт выездной налоговой проверки о том, что у контрагентов Общества осуществлялись в значительном по сравнению с оборотами по банковским счетам денежные перечисления на счета физических лиц, не представлены в налоговые органы Российской Федерации справки о доходах по ф.2-НДФЛ и поэтому это якобы свидетельствует о наличии формального документооборота между Обществом и его контрагентами, являются необоснованными, поскольку Инспекция не проверила, были ли с перечисленных физических лиц удержаны установленные законодательством Российской Федерации налог на доходы физических лиц и страховые взносы. Налоговый орган такую проверку проводить отказался, что отражено в разделе 6 Решения на странице 222.

Согласно Письму ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123 «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» 23.03.2017 № ЕД-5-9/547, об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) могут свидетельствовать факты обналичивания денежных средств проверяемым налогоплательщиком или взаимозависимым (подконтрольным) лицом, а также факты использования таких средств на нужды налогоплательщика, учредителей налогоплательщика, его должностных лиц. Доказательства обналичивания денежных средств Обществом, а также доказательства взаимосвязи между Обществом и спорными контрагентами, как и доказательства использования денежных средств, которые, по мнению налогового органа, обналичивались некоторыми из спорных контрагентов, на нужды налогоплательщика, в деле и в Решении №05/1479 отсутствуют. Способ распоряжения контрагентами денежными средствами, полученными от налогоплательщика, не может быть проконтролирован последним, следовательно, не может быть основанием для лишения его права на налоговые вычеты и включение в состав расходов.

По доводам Инспекции о непредставлении спорными контрагентами налоговых деклараций или о представлении ими уточненных налоговых деклараций, а также по доводу о том, что некоторые из представленных при проведении проверки документов (в частности счета-фактуры от 27.04.2022 № 18/0003 на сумму 1 540 000,00 руб., в том числе НДС 234 915,25 руб., от 10.05.2018 № 18/0009 на сумму 1 998 560,00 руб., в том числе НДС 304 865,08 руб., от 10.05.2022 № 18/0008 на сумму 1 863 000,00 руб., в том числе НДС 284 186,44 руб. на приобретение мазута, которые подписаны неуполномоченным лицом ФИО5)  суд отмечает, что нарушение налогового законодательства контрагентом налогоплательщика, а также подписание документов от имени контрагента неустановленным, неуполномоченным лицом или лицом, отрицающим свое участие в деятельности контрагента в силу недостоверности сведений о нем как о руководителе, бухгалтере или ином уполномоченном лице контрагента, само по себе не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания неправомерным уменьшения налогоплательщиком налоговой обязанности.

При постановке вывода о том, что ООО «Экор» приобрело у ООО «Магма-Сторис» тяжелый вакуумный газойль в количестве 35.56 т. по цене 19788,14 руб., а у ООО «Битех» по цене 16101.69 руб., разница составила 3686,45 руб., в связи с чем разница в ценах признана не обоснованной и неправомерно учтенной ООО «Экор» в составе расходов по налогу на прибыль в сумме 131 090,00 руб., налоговый орган не учел фактические обстоятельства закупки этого товара, в том числе место закупки, наличие либо отсутствие в цене товара услуг по доставке товара до адреса покупателя и иные рыночные условия закупки товара такого рода. Обоснование завышения стоимости товара носит формальный характер и следует лишь из самой стоимости за единицу товара, иная аргументация отсутствует.

В заявлении и в возражениях на отзыв заинтересованного лица Общество отдельно указало, что по контрагентам ООО «СНТ-Транс», ООО «Модернизация», ООО «Квартал» в распоряжении налогового органа находились все необходимые первичные документы, которые необоснованно не были приняты во внимание Инспекцией. Также Общество приобщило в материалы дела подтверждение последующей поставки закупленного у ООО «Квартал» топлива в адрес контрагента, который, в соответствии с Решением налогового органа, не включен в перечень спорных. Указанные обстоятельства заинтересованным лицом не оспорены.

Приведенные обстоятельства в их совокупности не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Налоговым органам необходимо устанавливать как факт неисполнения обязательства надлежащим лицом, так и обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик преследовал цель неправомерного уменьшения налоговой обязанности либо знал или должен был знать об обстоятельствах, характеризующих контрагента как «техническую» компанию, и об исполнении обязательства иным лицом. Вывод о таком знании может следовать из осведомленности налогоплательщика о лице, которое фактически производило исполнение, например, в силу факта проведения переговоров и согласования условий обязательства, обеспечения его исполнения, гарантий на случай ненадлежащего исполнения непосредственно между налогоплательщиком и таким лицом. Налоговым органом не представлено документального подтверждения, того, что Общество каким-либо образом могло оказывать влияние на формирование показателей налоговой отчетности спорных контрагентов, а также не представлено доказательств отсутствия источников формирования налоговых вычетов у спорных контрагентов.

Согласно Письму ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123 «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» 23.03.2017 № ЕД-5-9/547, об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) могут свидетельствовать факты  использования ІР-адресов, обнаружение печатей и документации контрагента на территории (в помещении) проверяемого налогоплательщика.

Исходя из текста Решения по налоговой проверке ІР-адрес налогоплательщика не совпадает с адресами контрагентов.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 23.11.2020 № 305-ЭС20-17829, оценивая материалы проверки в совокупности и взаимосвязи, необходимо, чтоб налоговым органом был доказан факт, свидетельствующий о создании самим налогоплательщиком схемы, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды, в частности, ввиду аффилированности и подконтрольности контрагентов самому налогоплательщику, и неуплате в бюджет налога на прибыль и налога на добавленную стоимость в результате создания этой схемы. Такие доказательства и доводы налоговым органом не приведены.

Между тем, Инспекция не представила доказательств безтоварности спорных сделок и, как следствие отсутствия товара и получения заявителем необоснованной налоговой выгоды.

При данных обстоятельствах, из оспариваемого решения и позиции налогового органа следует, что Инспекция не установила фактов, свидетельствующих о неприобретении и нереализации топлива, по которому доначислены оспариваемые суммы налогов.  Документально не подтвержденные Инспекцией обстоятельства, связанные с действиями отдельных организаций, могут свидетельствовать только о возможных нарушениях в деятельности этих организаций.

Инспекция не представила доказательств, свидетельствующих об искусственном создании налогоплательщиком совместно с его контрагентами оснований для получения необоснованной налоговой выгоды. Не представлено доказательств наличия взаимосвязанных и согласованных действий. При отсутствии в материалах дела таких доказательств, а также учитывая ранее изложенные в настоящем решении обстоятельства, суд приходит к выводу о том, согласованность действий налогоплательщика и спорных контрагентов не подтверждается.

Налоговый орган указал на отсутствие в действиях Общества должной осмотрительности при подборе контрагентов. Общество же при проведении налоговой проверки в ответ на Требование № 05/1006 о представлении документов (информации) от 30 января 2023 года предоставило письменные пояснения, в которых сообщило о том, что в ООО «Экор» установлен алгоритм проверки благонадежности контрагентов: изучается сайт контрагента (при наличии); проверяется, отражена ли информация о видах соответствующей предпринимательской деятельности контрагента в ЕГРЮЛ (коды ОКВЭД); если для осуществления сделки требуется соответствующая лицензия контрагент проверяется на наличие такой лицензии, проверяется также срок ее действия; проверяются сведения о наличии/отсутствии незавершенных судебных споров, в частности тех, в которых потенциальный контрагент являлся бы ответчиком, проверяется информация о наличии/отсутствии открытых исполнительных производствах, а также информация о наличии/отсутствии задолженности по налогам и сборам, о наличии/отсутствии блокировки расчетных счетов; производится проверка данных, содержащихся в общедоступных источниках на предмет наличия/отсутствия недостоверных сведений в ЕГРЮЛ, а также информация о наличии/отсутствии принятого решения регистрирующего органа о предстоящем исключении контрагента из ЕГРЮЛ как недействующего; проверяется информация о поданных в регистрирующий орган документов (решений, заявлений) о смене адреса, Генерального директора и так далее; проверяется информация о публикациях в СМИ (в частности, в «Вестнике государственной регистрации») сведений о существенных фактах деятельности юридических лиц: на наличие/отсутствие ликвидации, реорганизации в любой из законодательно предусмотренных форм, об отзыве доверенностей и так далее; проверяется информация, размещаемая в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (Федресурс) о наличии/отсутствии публикаций о предстоящей подаче заявлений о признании должника банкротом; при заключении сделок проверяются полномочия лиц – подписантов договоров. В соответствии с должностными инструкциями, все полученные в результате проверки благонадежности контрагентов вышеперечисленные сведения оформляются в единый файл и хранятся на рабочем компьютере сроком не менее полугода. При заключении последующих сделок с ранее проверенным контрагентом, вышеизложенные сведения о нем подлежат повторной проверке на предмет актуализации данных. Общество исходит из информации, получаемой им посредством доступа к специальным открытым информационным ресурсам (позволяющим получать сведения, в том числе вышеперечисленные, об экономической деятельности юридических лиц – потенциальных контрагентов), таким как rusprofile.ru, sbis.ru, Casebook, сайт Федеральной налоговой службы, сервис «Прозрачный бизнес», сайт журнала «Вестник государственной регистрации», Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (Федресурс), отзывы о деловой репутации в открытых источниках в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также закрытых информационных ресурсах в проприетарных программных средств обмена информацией с закрытым кодом, обеспечивающие голосовую и видеосвязь через информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» (WhatsApp, Telegram), созданных участниками рынка коммерческого сбыта продуктов нефтепереработки с целью обмена информацией о контрагентах.

В основу выводов Инспекции, указанных в Решении №05/1479, положены также показания свидетелей, а именно ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8 Ока Р.Б., ФИО9, которые являлись руководителями организаций ООО «Магма-Сторис», ООО «Экспресстехсервис», ООО «Автосегмент», ООО «Холи Групп», ООО «Клинтекс», ООО «Торг-М», в результате допросов которых налоговый орган сделал вывод о том, что они руководили указанными организациями номинально. Ответчиком как при проведении налоговой проверки, так и при рассмотрении заявления в рамках настоящего дела, заявлены следующие возражения против этих допросов как доказательств: как следует из дополнения к акту, в рамках проведения дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией в адрес налоговых органов по месту учета свидетелей были направлены поручения о допросе свидетелей ФИО6, ФИО5, ФИО10, Ока Р.Б., ФИО9, на основании которых свидетелем были направлены повестки о вызове на допрос в порядке ст. 90 НК РФ. Указанные свидетели на допросы не явились. При этом, при формировании дополнения к акту Инспекций использовались результаты допросов указанных свидетелей, полученные ранее вне рамок налоговой проверки.

Ознакомившись с имеющимися в деле протоколами допросов указанных свидетелей, суд усмотрел, что они были допрошены в период до проведения налоговой проверки в отношении Общества,  а также что они не допрашивались на предмет наличия или отсутствия сделок, совершенных с ООО «Экор». В связи с этим выводы, основанные на допросе лиц, имеющих какое-либо отношение к вышеуказанным юридическим лицам, не могут являться допустимым и достаточным доказательством исполнения или неисполнения сделок, заключенных между налогоплательщиком и вышеуказанными юридическими лицами. Налоговый орган, по мнению суда не должен был ограничиваться допросами лиц, проведенными в период до назначения в отношении Общества налоговой проверки, а всецело исследовать иные доказательства, которые бы однозначно и достоверно подтверждали позицию налогового органа.

Выводы налогового органа о неправомерном уменьшении Обществом полученных доходов на стоимость товара, приобретенного у части спорных контрагентов, проистекают из доводов, сделанных Инспекцией в пункте 2.1 Решения, и не подкреплены относимыми, допустимыми и достаточными для однозначного вывода о неправомерности такого уменьшения полученных доходов доказательствами.

06 октября 2023 года Налоговый орган направил в адрес Общества Требование № 44210 об уплате задолженности по состоянию на 06 октября 2023 года, в соответствии с которым Общество было поставлено в известность об обязанности уплатить числящуюся задолженность по уплате налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов, процентов, из которых сумма недоимки составляет 39 691 485 рублей 68 копеек, сумма подлежащей уплате пени - 18 279 842 рубля 13 копеек, а всего по Требованию № 44210 Общество обязано уплатить 57 971 327 рублей 81 копейку.

Между тем, как указано в Решении №05/1479, Обществу вменяется недоимка в сумме 30 792 445 руб. 00 коп. Вместе с тем, сумма недоимки, указанной в Требовании № 44210 именно на 8 889 040 руб. 60 коп. превышает сумму недоимки, вменяемой Обществу по Решению №05/1479.  Какие-либо пояснения о расхождении суммы недоимки по Требованию № 44210 от суммы недоимки по Решению № 05/1479 заинтересованным лицом не представлены.

В соответствии с п. 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.03.2003 N 71 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений части первой Налогового кодекса Российской Федерации» отсутствие в акте проверки и в решении по результатам проверки указания на характер и обстоятельства вменяемого налогоплательщику правонарушения, ссылок на документы и иные сведения, на которых основаны выводы налогового органа, лишает налогоплательщика возможности обеспечить надлежащую защиту своих прав и является основанием для признания решения налогового органа недействительным.

Как следует из п. 6 ст. 100 НК РФ, налогоплательщик вправе представить в соответствующий налоговый орган письменные возражения по акту налоговой проверки в целом или по его отдельным положениям. Таким образом, налогоплательщик не может быть лишен права представить свои возражения, в том числе и в отношении правильности начисления налоговым органом пеней.

По смыслу статей 80, 101 и 114 НК РФ основанием для предъявления ко взысканию налогов, пени и штрафа являются налоговая декларация (расчет по авансовым платежам), решения налогового органа, принятые по результатам камеральной или выездной налоговой проверки, расчеты пени, поэтому допустимым доказательством наличия обязанности должника по уплате налога, пени и штрафа является либо налоговая декларация, либо решение налогового органа, принятое по результатам камеральной или выездной налоговой проверки.

Согласно п. 14 ст. 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных НК РФ, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом. Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения. 

Из материалов дела следует, что Общество при проведении налоговой проверки, усмотрев в Акте налоговой проверки № 05/11845 от 26 октября 2022 года сумму пени в размере 35 528 318 руб. 26 коп. заявило ходатайство от 27.12.2022 № б/н, которым просило расшифровать сумму начисленной пени, предоставить расчет пени для проверки его корректности и предоставления контррасчета, на что получило ответ Инспекции № 25-08/038797@, в котором налоговый орган сообщил, что «в акте выездной налоговой проверки от 26.10.2022 № 05/11845 сумма пени по налогу на добавленную стоимость и сумма налога на прибыль в результате технической ошибки сформировались не корректно. При вынесении Решения по результатам выездной налоговой проверки указанные суммы будут приведены в соответствии результатам выездной налоговой проверки», однако, ни в Решении № 05/1479, ни в Требовании № 44210, ни в ходе рассмотрения настоящего спора налоговый орган не представил расчет пени по каждому подлежащему доплате налогу и по периодам расчета.

Таким образом, налогоплательщик в результате действий налогового органа лишен возможности проверить правильность расчета подлежащей уплате пени, проверить, учтены ли в расчете периоды, в которые пени не начисляются в связи с действием моратория на банкротство, которым приостанавливается начисление пени, а также лишен возможности представить свои возражения на него. С учетом того обстоятельства, что налоговым органом ранее было признано некорректное формирование суммы подлежащей уплате пени, доводы заявителя о неправомерности начисления пени в заявленном размере без возможности проверки расчета признаются обоснованными. 

Налоговым органом в ходе проверки не доказаны ни умысел налогоплательщика на уклонение от налогообложения, ни его ненадлежащая осмотрительность при выборе контрагентов, ни осведомленность налогоплательщика о нарушениях, допущенных его контрагентами, ни его прямая взаимосвязь со спорными контрагентами, что позволяет применить к обстоятельствам настоящего спора вышеизложенные правовые позиции и разъяснения.

В налоговых правоотношениях действует принцип презумпции добросовестности налогоплательщика, сформулированный Конституционным Судом Российской Федерации (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О, от 16.10.2003 No 329-О).

Выводы Налогового органа, указанные в оспариваемом Решении, основаны на формальной оценке собранных доказательств, при этом не приведено бесспорных доказательств наличия со стороны налогоплательщика осведомленности о нарушении налогового законодательства его контрагентом, наличия взаимозависимости Общества и его контрагента, доказательств поставки товара в таком объеме иным поставщиком. В основе вынесенного Решения № 05/1479 в основном лежат не факты и достаточные доказательства, а предположения, не подкреплённые доказательствами. Выводы налогового органа основаны на доводах о недобросовестности контрагентов, что не может означать недобросовестность самого налогоплательщика. 

В части выводов Инспекции о несвоевременном перечислении в бюджет НДФЛ налогоплательщиком возражения по существу не заявлялись, вместе с тем, следуя пункту 3.1 резолютивной части Решения № 05/1479, в общую сумму недоимки не включена недоимка, пени или штраф по НДФЛ, также налоговый орган в указанном Решении пришел к выводу об истечении срока давности привлечения Общества к ответственности за допущенные нарушения.

По смыслу п. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Руководствуясь статьей 71 АПК РФ, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд пришел к выводу о том, что требования заявителя о признании решения Инспекции недействительным в части подлежат удовлетворению.

В соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ, принимая во внимание правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженную в пункте 5 Информационного письма от 13.03.2007 №117 «Об отдельных вопросах практики применения главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации», расходы, понесенные заявителем в связи с уплатой государственной пошлины за рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции в сумме 3000 руб., подлежат взысканию в его пользу с Инспекции как со стороны по делу о признании решений, действий (бездействия) государственного органа незаконными.

Руководствуясь ст.ст. 197, 200-201  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

 

Арбитражный суд решил:

 

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России №16 по Санкт-Петербургу от 18 апреля 2023 года №05/1479 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также Требование №44210 об уплате задолженности по состоянию на 06 октября 2023 года, вынесенное в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Экор» (ИНН 

<

***>).

Взыскать с Межрайонной ИФНС России №16 по Санкт-Петербургу в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Экор» (ИНН 

<

***>) расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

 

Судья                                                                            Устинкина О.Е.