АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-23050/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее - ответчик) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.12.2022 (судья Бакулин А.В.) и постановления Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 (судьи Кудряшева Е.В., Дубовик В.С., Фролова Н.Н.) по делу № А27-23050/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Производственное объединение «СибМашСтрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - ООО «ПО СМС», должник), принятые по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4.

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Сибирский завод металлических конструкций», принятого определением Арбитражного суда Кемеровской области от 11.11.2020.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 14.09.2021 в отношении ООО «ПО СМС» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, который обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании недействительным договора субаренды от 01.10.2018 № 13, заключенного между ООО «ПО СМС» и ИП ФИО2, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу должника неосновательного обогащения в сумме 350 000 руб., составляющих исполнение ООО «ПО «СМС» по договору субаренды от 01.10.2018 № 13.

Определением Арбитражный суд Кемеровской области от 29.12.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023, удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на то, что на момент заключения оспариваемого договора аренды и совершения платежа финансовое состояние должника было удовлетворительным, просроченной кредиторской задолженности не имелось. Судами не дана оценка доводам об отсутствии ясных и убедительных доказательств недобросовестности ответчика, а также в отсутствии аффилированности сторон сделки. По мнению кассатора, сделка не выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности должника. С позиции кассатора в материалах дела отсутствуют доказательства того, что стороны не намеревались создать соответствующие условиям сделки правовые последствия или не имели намерений ее исполнять и требовать исполнения, напротив, все действия и поведение сторон свидетельствуют о реальности заключения указанной сделки.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий, считает несостоятельными доводы, изложенные в ней, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, между должником (субарендатор) и ИП ФИО2 (арендатор) 01.10.2018 подписан договор субаренды № 13 (далее - договор), в соответствии с которым ответчик передал должнику во временное владение и пользование часть двухэтажного отдельно стоящего нежилого здания общей площадью 157,4 кв.м., состоящую из первого этажа здания, расположенного по адресу: Россия, 

<

...> (кадастровый номер 42:30:0303001:317).

В соответствии с пунктом 1.4 договора аренды помещение передается субарендатору для размещения офиса.

Согласно пункту 1 дополнительного соглашения от 01.10.2018 к договору за пользование недвижимым имуществом субарендатор ежемесячно уплачивает арендатору арендную плату в размере 175 000 руб. в месяц.

Должник 31.10.2018 уплатил арендатору 350 000 руб. с назначением платежа «Оплата за аренду части нежилого помещения по договору № 13 от 01.10.2018, счету № ИП_0011 от 30.10.2018, НДС не облагается».

В подтверждение факта передачи имущества представлен акт приема-передачи помещения от 01.10.2018, в соответствии с которым ответчик сдал, а должник принял указанные помещения (приложение № 2 к договору), и акт приема-передачи помещения от 30.11.2018, в соответствии с которым должник сдал, а ответчик принял помещения (приложений № 3 к договору).

Полагая, что договор заключен должником при наличии признаков неплатежеспособности, по завышенной стоимости арендных платежей, при наличии в спорный период собственного нежилого здания, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сделка является мнимой, поскольку совершена в условиях неплатежеспособности должника, в отсутствие логического объяснения в действиях сторон, в частности заключения договора аренды сроком на два месяца, оплаты всего срока аренды в день заключения договора аренды, отсутствие экономической целесообразности в заключение договора аренды на два месяца, при наличии своих и арендованных помещений должником, пришел к выводу об осведомленность ответчика о наличии цели причинения вреда от совершения спорной сделки, в результате которой произошло выбытие имущества должника без получения равноценного встречного исполнения от ответчика.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Между тем судами не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть, сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В то же время для признания сделки мнимой необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

Тем самым, разрешая вопрос об обоснованности требования и о наличии (отсутствии) оснований для признания сделки недействительной, суды должны были исследовать характер спорных отношений, дать оценку доказательствам, представленным в подтверждение реального характера спорной сделки.

При этом пункт 1 статьи 170 ГК РФ направлен на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 463-О).

Таким образом, согласованные действия участников мнимой сделки, выражающиеся в изготовлении формально безупречных документов без цели создания реальных правовых последствий, являются заведомо недобросовестными.

Применительно к банкротству такая недобросовестность проявляется, в частности, в создании искусственной кредиторской задолженности в ущерб интересам независимых кредиторов или сокрытии обстоятельств безвозмездного, по сути, отчуждения должником принадлежащего ему имущества.

Между тем по смыслу правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 1004/14, при признании участника сделки недобросовестным суда должны проверить, имелся ли у него разумный интерес в ее совершении в целях причинения вреда кредиторам или должнику.

Судебное решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Выводы судов о мнимости договора являются преждевременными, судами не дана оценка всем доводам ответчика.

Указывая на реальный характер отношений сторон спорной сделки ответчиком приводились следующие доводы, не получившие надлежащей оценки судами.

Оспариваемый договор субаренды заключен 01.10.2018, платеж по нему совершен 31.10.2018, настоящее дело о банкротстве возбуждено спустя 2 года - 11.11.2020.

Недобросовестность контрагента по сделке предполагает его осведомленность о фраудаторной цели должника, направленной на причинение вреда кредиторам.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела судами не приведены убедительные доводы, что ответчик мог знать о наличии признаков неплатежеспособности должника, не дана оценка доводам об отсутствии аффилированности сторон, в частности ответчик приводил довод о том, что финансовое состояние должника было удовлетворительным. В частности указывалось, что отсутствовали публикации кредиторов о намерении обратиться с заявлением о банкротстве должника, совокупный размер активов должника составлял 268 122 000 руб. в 2017 году и 204 935 000 руб. в 2018 году, за месяц до заключения оспариваемой сделки (21.09.2018), должник получил кредит от Банка «Левобережный» в размере 10 000 000 руб., банковские счета должника заблокированы не были, операции по счетам не приостановлены, инкассовые поручения или требования к счету не предъявлены, должник заключал мировые соглашения.

Судами не дана оценка доводам ответчика о том, что он не знал и не мог знать о неплатежеспособности должника, не оценен его довод об отсутствии аффилированности по отношению к должнику, с учетом приводимых им доводов о том, что должник не отвечал признакам неплатежеспособности, не был аффилированным к нему лицом.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества. При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Иными словами, суду, по существу, следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника (определениие Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707).

В рамках настоящего обособленного спора судам следовало оценить доводы ответчика о его добросовестности с учетом приводимых им доводов о том, что должник и ответчик не входят в одну группу компаний, не имеют общего собственника, учредителя, общие органы управления, не имеют обобщенную бухгалтерию или иные признаки формальной или фактической аффилировнности.

Судам следует установить является ли ответчик аффилированным к должнику лицом, мог ли ответчик узнать о признаках неплатежеспособности должника, являлась ли оспариваемая сделка нетипичной для должника и ответчика, с учетом доводов ответчика о том, что передача недвижимого имущества в аренду является основным видом деятельности ответчика.

Судами также не оценен довод ответчика о том, что, оспариваемый платеж составляет 0,13 % от совокупного размера активов должника на последнюю отчетную дату (268 122 000 руб.).

Достаточными доказательствами мнимости суды нижестоящих инстанций посчитали двухмесячный срок договора аренды и отсутствие экономической целесообразности (по мнению судов) в его заключении, поскольку у должника имелись на момент совершения сделки иные помещения, пригодные для офиса, а также завышение цены аренды.

Вместе с тем, суды не указали, в связи с чем ответчик должен был знать о наличии у должника иных помещений для размещения сотрудников, а если и должен был знать, в чем заключается недобросовестность ответчика, учитывая, что основным видом деятельности ответчика является сдача в аренду имущества, а доказательств аффилированности ответчика к должнику судами не установлено.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной правовой нормы мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия.

При этом отсутствие лишь у одной из сторон сделки намерения создать такие последствия и фактически исполнить эту сделку само по себе не может служить основанием для вывода о мнимом характере сделки (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2018 № 4-КГ18-53).

Ответчик ссылался на то, что предоставил должнику доступ в арендуемое помещение, то есть исполнил свое обязательство по договору, в обоснование чего представил акт приема-передачи имущества. Данное обстоятельство судами не оценено.

Суды не указали, каким образом ответчик мог подтвердить факт неиспользования в хозяйственной деятельности арендованного у ответчика имущества.

В свою очередь, перечисленные судом первой инстанции обстоятельства в подтверждение мнимости договора, такие как заключение договора аренды сроком на два месяца, заключение договора аренды при наличии своих и арендованных помещений у должника, с учетом приведенных доводов ответчика являются преждевременными.

При этом оплата произведена не в день заключения договора аренды. Договор субаренды заключен 01.10.2018, а оплата по нему произведена 31.10.2018.

Со стороны третьего лица ФИО4 в материалы дела представлены пояснения, в соответствии с которыми должник занимался реализацией инвестиционного проекта по созданию омедненной сварочной проволоки, для чего должником привлечены кредитные денежные средства и арендованы дополнительные помещения. Эти пояснения третьего лица также не получили должной оценки судами.

В частности, суды не оценили доводы ответчика о том, что ему не было известно на момент заключения оспариваемой сделки о наличии какой-либо просроченной кредиторской задолженности, не оценены доводы об отсутствии аффилированности сторон.

Кроме этого, ответчик ссылался на заключение договора аренды по аналогичной стоимости (том 73, листы дела 43-44). Данный довод судами не оценен.

Отклоняя доводы ответчика суды пришли к выводу о недоказанности использования должником указанного имущества.

Однако суды не оценили доводы о том, что в указанный период должник осуществлял деятельность, которая, как указывает ответчик, могла потребовать аренды дополнительных площадей, в частности - получение кредитов, приобретение оборудования, наличие работников, наличие договоров подряда.

Сам по себе срок договора аренды на 2 месяца не является достоверным и достаточным доказательством мнимости сделки.

Кроме этого, ответчик не протяжении всего спора ссылался на отражение хозяйственных правоотношений с ответчиком в налоговой отчетности должника - в книге покупок должника за 4 квартал 2018 года. Данные доводы также не оценены.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Суды признавая сделку мнимой и указывая на злоупотребление правом не оценили доводы ответчика о реальности отношений по оспариваемому договору.

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что судами первой и апелляционной инстанций не были установлены и исследованы все существенные для правильного рассмотрения дела обстоятельства, выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, сделаны при неполном исследовании обстоятельств дела, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, в связи с чем указанные судебные акты не могут быть признаны законными и подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ.

Поскольку оценка доказательств и установление фактических обстоятельств в полномочия суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ не входит, обжалуемые судебные акты подлежат отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, в том числе установить имелись ли признаки неплатежеспособности должника, признаки аффилированности сторон,   установить исполнялась ли фактически сделка, мог ли знать ответчик о признаках неплатежеспособности должника (при  наличии) на дату совершения сделки, при наличии признаков недействительности сделки указать конкретную статью, предусматривающую недействительность сделки,  подробно оценить все доводы сторон, установить значимые для дела обстоятельства для чего дать надлежащую оценку доказательствам и доводам участвующих в деле лиц в соответствии с нормами статьи 71 АПК РФ, принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.12.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 по делу № А27-23050/2020 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов по настоящему делу, принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31.03.2023, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    М.Ю. Бедерина

 

ФИО1