АРБИТРАЖНЫЙ СУД  САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

И М Е Н Е М   Р О С С И Й С К О Й  Ф Е Д Е Р А Ц И И

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А59-1630/2018

г. Южно-Сахалинск

14 ноября 2018 года.

Резолютивная часть решения объявлена 13 ноября 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 14 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи              Портновой О. А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о признании сделки недействительной и возврате доли истцу, 

при участии в судебном заседании представителей:

-от истца (ФИО2) – ФИО5 по доверенности от 16.10.2018 года,

от соистца (ФИО3) – представитель ФИО5 по доверенности от 13.03.2018 года,

от ответчика:

-представители ФИО4 – ФИО6  по доверенности от 17.04.2018 года, ФИО7 по доверенности от 22.03.2018 года,

от третьих лиц:

-представитель ООО «Парус» - ФИО6 по доверенности от 27.04.2018 года, ФИО7 по доверенности от 07.08.2018 года, ФИО8 по доверенности от 07.08.2018 года,

представители ООО «Посьет», ИФНС № 1 по Сахалинской области, ФИО9 – не явились,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Парус» от 20.10.2017 года и применении последствий ее недействительности в виде возврата доли истцу.

В обоснование иска указано, что ФИО2 являлся владельцем доли в уставном капитале ООО «Парус» (далее – Общество») в размере 50% уставного капитала Общества, номинальной стоимостью 20 000 рублей, что подтверждается сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц, взятыми с сайта ФНС РФ, а также списком участников ООО «Парус».

20 октября 2017 года ФИО2 и ФИО4 (ответчик) заключен договор дарения указанной доли в уставном капитале ООО «Парус».

Истец полагает, что указанный договор является недействительной (ничтожной) сделкой, поскольку фактически прикрывает собой иную сделку, а именно договор купли-продажи доли в уставном капитале общества.

При заключении договора дарения доли в уставном капитале ООО "Парус" от 20 октября 2017 ФИО2 преследовал одну цель - передать принадлежащую ему долю в уставном капитале ООО "Парус", а взамен получить обусловленные в переписке и согласованные сторонами денежные средства. Часть денежных средств, которые, как предполагалось, поступят в собственность истца, должны были поступить на счет третьего лица в виде займа от АО «Интраст Торг», генеральным директором которого является ФИО8, который представлял интересы ответчика ФИО4 при совершении последним всех сделок по приобретению долей в уставном капитале ООО «Парус».

Размер денежных средств, которые должен был получить истец от сделки купли-продажи, составляет 2 500 000 долларов США в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на дату перечисления денежных средств. Данное обстоятельство подтверждается перепиской сторон, а также заключенным между участником общества ФИО10 и ООО «Посьет», генеральным директором и участником которого является ФИО4, договором купли-продажи от 26.01.2018г. доли в уставном капитале ООО «Парус» в размере 25% номинальной стоимостью 10 000 рублей.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также, учитывая отсутствие волеизъявления сторон на безвозмездную передачу доли в уставном капитале ООО "Парус", договор займа от № 7 от 30.10.2017 г., совершение иным участником общества ФИО10 сделки купли-продажи фактически с тем же лицом, истец полагает, что стороны оспариваемой имели намерение заключить договор купли-продажи.

С учетом изложенного, истец считает, что указанная сделка подлежит признанию недействительной (ничтожной), как притворная.

Поскольку доказательств передачи ответчиком ФИО4 денежных средств истцу ФИО2 не имеется, истец просит применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО2 от ФИО4 доли в уставном капитале ООО «Парус» в размере 50% номинальной стоимостью 20 000 рублей.

Определением суда от 29 марта 2018 года исковое заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 4  мая 2018 года.

Определением суда от 29 марта 2018 года также удовлетворено заявление ФИО2 о принятии обеспечительных мер по делу и запрещено ФИО4 совершать действия, направленные на отчуждение и обременение доли в уставном капитале ООО «Парус» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 50 % номинальной стоимостью 20 000 рублей, а Межрайонной ИФНС № 1 по Сахалинской области вносить изменения в ЕГРЮЛ, связанные с прекращением, изменением и обременением права собственности ФИО4 на долю в уставном капитале ООО «Парус» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 50 % номинальной стоимостью 20 000 рублей.

Определением суда от 04.05.2018 года подготовка по делу завершена, назначено судебное заседание на 27.06.2018 года, в котором объявлялся перерыв до 03.07.2018 года.

27.06.2018 года в электронном виде в суд поступило заявление ФИО3 о вступлении в дело в качестве соистца, в обоснование которого указано, что иск ФИО2 вытекает из владения долей в уставном капитале общества (т.е. корпоративных правоотношений), последствием удовлетворения иска является возврат сторон в первоначальное положение, т.е. восстановление состава участников, который был в обществе до оспариваемой сделки и является иском, направленным на защиту нарушенного права участника общества при совершении недействительной сделки.

Учитывая, что ФИО3 является участником ООО «Парус» с долей участия в размере 10% уставного капитала общества, что подтверждается представленными в материалы дела выписками из ЕГРЮЛ и не оспаривается сторонами, ФИО3 полагает, что оспариваемой сделкой нарушены ее права аналогично с правами ФИО2 и подлежат защите аналогичным образом, т.е. имеют одно основание и предмет. 

ФИО3 полагает возможным в данном случае по аналогии сослаться на ч.3 п. 18 ст.21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно которой арбитражный суд, рассматривающий дело по иску, обеспечивает другим участникам общества возможность присоединиться к ранее заявленному иску.

Таким образом, ФИО3 заявлено о вступлении в деле в качестве соистца по требованиям ФИО2, в частности, по требованиям о признании договора дарения доли недействительным.

Определением суда от 03.07.2018 года на основании заявления ФИО3 последняя привлечения к участию в деле в качестве соистца по требованию о признании сделки недействительной; к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ООО «Посьет» и ФИО9, судебное заседание отложено на 02.08.2018 года, а затем на 16.08.2018 года, 09.10.2018 года.

08.08.2018 года ФИО3 заявила об уточнении иска, указав, что в дополнение к ранее изложенным доводам и требованиям истца, к которым соистец присоединился, ФИО3 полагает необходимым дополнить требование о признании недействительной сделки дарения как притворной и прикрывающей сделку по возмездному отчуждению доли, требованием о применении последствий в виде перевода прав и обязанностей по договору купли-продажи доли в размере 50% уставного капитала ООО «Парус».

В судебном заседании 09.10.2018 года заявлен отвод судье, рассматривающей дело, в связи с чем в судебном заседании объявлен перерыв до 15.10.2018 года.

Определением заместителя председателя суда от 15 октября 2018 года заявление об отводе судьей Портновой О.А. оставлено без рассмотрения.  

В судебном заседании 15.10.2018 года судье, рассматривающей дело, вновь заявлен отвод, в связи с чем рассмотрение дела отложено на 13.11.2018 года.

Определением заместителя председателя суда от 24 октября 2018 года отвод, заявленный   судье Портновой О.А., отклонен.

В судебном заседании 13.11.2018 года представитель ФИО3 заявленное ранее уточнение иска в части последствий недействительности сделки не поддержал, в связи с чем суд рассматривает ФИО3 в качестве соистца по делу по требованию о признании договора дарения доли недействительным как притворной сделки с применением заявленных истцом последствий недействительности сделки в виде возврата доли истцу.

Рассмотрев исковые требования ФИО2 и ФИО3 о признании договора дарения доли недействительной сделкой, суд отказывает в удовлетворении иска, исходя из следующего.

Судом установлено, что 18 августа 2009 года зарегистрировано ООО «Парус» за ОГРН 

<

***>. 

По состоянию на 07 июня 2017 года участниками Общества являлись:

-ФИО2 с долей 50% уставного капитала, 

-ФИО3 с долей 25% уставного капитала, 

-ФИО10 с долей 25% уставного капитала.

20 октября 2017 года между ФИО2 и ФИО4, интересы которого представлял ФИО8 по доверенности от 18.10.2017 года, заключен договор дарения доли в уставном капитале Общества, по условиям которого ФИО2 (даритель) передал ФИО4 (одаряемый) долю в уставном капитале ООО «парус» в размере 50 % (т. д. 1, л. д. 15-18).

Полагая, что указанный договор дарения доли от 20.10.2017 года является недействительным на основании ст. 170 АПК РФ и прикрывает договор дарения доли, совершенный с нарушением действующего законодательства и Устава Общества, ФИО2 и ФИО3 просят признать его недействительным и применить последствия недействительности в виде возврата доли ФИО2

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны свободны в заключении договоров.

В силу презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений предполагается, что содержание волеизъявления сторон сделки полностью соответствует их действительному намерению, действительной воле лица, пока не доказано обратное (статья 1, пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Наличие встречной передачи вещи или права, в т.ч. уплату денежных средств за переданную часть доли, а также совершение сторонами сделки, имеющей целью прикрыть другую сделку, должен в данном случае доказывать истец.

В соответствии со ст. 170 АПК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Правовой статус общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности участников общества регламентированы в главе 4 Гражданского кодекса Российской Федерации и в Федеральном законе от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

Согласно пункту 11 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки. Нотариальное удостоверение этой сделки не требуется в случаях перехода доли или части доли к обществу, предусмотренных пунктом 18 настоящей статьи и пунктами 4 - 6 статьи 23 настоящего Федерального закона, и в случаях распределения доли между участниками общества и продажи доли всем или некоторым участникам общества либо третьим лицам в соответствии со статьей 24 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 подпункта "б" пункта 12 Постановления от 09.12.1999 N 90/14 Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что на случай безвозмездной передачи участником принадлежащей ему доли третьему лицу право преимущественной покупки не распространяется. Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия общества или остальных его участников на уступку доли участника третьему лицу иным образом, чем продажа.

Уставом ООО «Парус» установлено, что участник Общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале Общества либо ее часть одному или нескольким участникам Общества с согласия всех участников Общества на совершение такой сделки (п. 11.1 Устава).

В п. 11.2 Устава установлено, что продажа или уступка иным образом участником Общества доли (части доли) третьим лицам допускается с согласия участников Общества, обладающих большинством не менее ¾ от общего числа голосов участников Общества.

Таким образом, при совершении ФИО2 договора дарения своей доли участия в ООО «Парус», размер которой составлял 50 %, третьему лицу (не участнику Общества) необходимо было поучить согласие участников Общества, обладающих ¾ голосов.

Согласно имеющемуся в материалах дела заявлению ФИО2 (т. д. 2 л. д. 24) указанный участник Общества, обладающий 50%-ной долей подтвердил свое решение о передаче в дар ФИО4 своей доли в указанном размере, заявление удостоверено нотариально.

Согласно нотариально заверенному 24.10.2017 года нотариусом штата Вашингтон США заявлению, ФИО3 дала свое письменное согласие на передачу ФИО2 в дар ФИО4 доли в размере 50% (заявление имеет апостиль, перевод нотариально заверен).

20.10.2017 года ФИО2 лично подписал договор дарения своей доли в размере 50 % в ООО «Парус» ФИО4

Сделка проведена нотариусом в г. Москве 20.10.2017 года, от имени ФИО4, договор подписан ФИО8 по доверенности от 18.10.2017 года, содержащей право на заключение договоров и принятие в дар доли в уставном капитале ООО «Парус».

Согласно статье 163 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности. Нотариальное удостоверение сделок обязательно: в случаях, указанных в законе; в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась.

В пункте 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Например, если судом будет установлено, что участник общества с ограниченной ответственностью заключил договор дарения части принадлежащей ему доли в уставном капитале общества третьему лицу с целью дальнейшей продажи оставшейся части доли в обход правил о преимущественном праве других участников на покупку доли, договор дарения и последующая купля-продажа части доли могут быть квалифицированы как единый договор купли-продажи, совершенный с нарушением названных правил. Соответственно, иной участник общества вправе потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 2 статьи 93 ГК РФ, пункт 18 статьи 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Доказательств наличия таких обстоятельств в материалы дела также не представлено.

По данным  ФНС России 27.10.2017 года в ЕГРЮЛ внесена запись о регистрации ФИО4 в качестве участника ООО «Парус» с долей в размере 50 %, указанная запись внесена на основании заявления нотариуса, удостоверявшего договор дарения от 20.10.2017 года, которое поступило в налоговый орган 22.10.2017 года (т. д. 1, л. д. 77-93).

При этом, решением Первореченского районного суда г. Владивостока от 24.09.2018 года установлено отсутствие необходимости получения согласия супруги дарителя на отчуждение им спорной доли, так как спорная доля приобретена дарителем до заключения барка, брачный договор на момент заключения договора дарения от 20.10.2017 года отсутствовал.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что заключенный сторонами (ФИО2 и ФИО4) договор дарения доли соответствует требованиям, установленным Законом об обществах с ограниченной ответственностью по форме, содержанию и порядку его заключения.

В судебном заседании и в исковом заявлении ФИО2 указывает на то, что фактически сторонами заключен договор купли-продажи доли, в подтверждение чего представлены в материалы дела копии электронной переписки (т. д. 2, л. д. 45-48).

В то же время, из представленной переписки не следует вывод о том, что стороны сделки (ФИО2 и ФИО4) лично обсудили и пришли к соглашению о заключении договора купли-продажи доли либо о передаче доли на возмездной основе, согласовали цену сделки, порядок и сроки оплаты по договору.

В дело не представлено и истцами не оспорено, а наоборот, указано в иске на отсутствие встречного исполнения (оплаты) со стороны одаряемого (ФИО4).

По правилам статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане свободны в заключении договора. 

Из анализа документов, представленных в материалы дела, следует, что воля сторон в момент заключения спорного договора однозначно была направлена именно на дарение доли в уставном капитале общества, а не на ее продажу.

Стороны, заключая договор, не имели в виду установление каких-либо иных, чем определены в договоре, правоотношений.

Ссылки истца на справку ООО «Парус» от 17.10.2017 года о том, что Общество извещено о продаже доли уставного капитала ФИО2, оферта поступила в Общество 16.10.2017 года, заявления других участников об использовании преимущественного права покупки отчуждаемой доли не поступили, Общество выражает согласие на отчуждение доли (т. д. 2, л. д. 49), а также заявление директора ООО «Парус» ФИО11, заверенное нотариально 16.10.2017 года о том, что оферта о продаже ФИО2 своей доли в размере 50% получена Обществом 16.10.2017 года, цена продажи составила 335 000 долларов США (т. д. 2, л. д. 29) не свидетельствуют о договоренности сторон оспариваемой сделки о намерении совершить ими куплю-продажу доли.

Указанные документы могут подтверждать совершение ФИО2 действий, предшествующих заключению договора купли-продажи доли, однако, не могут свидетельствовать о намерении второй стороны сделки (ФИО4) заключить договор на возмездных условиях, тем более, что в подписанном самим ФИО2 договоре от 20.10.2017 года (после 16.10.2017 года – дата получения оферты Обществом) в п. 13 указано, что ранее достигнутые условия, обязательства и соглашения сторон отменяются заключением договора дарения от 20.10.2017 года.

Ссылки ФИО2 в обоснование доводов о возмездности оспариваемой сделки на то, что доля ФИО10 в ООО «Парус» размере 25 % продана им по договору купли-продажи от 26.01.2018 года за 1 250 000 долларов США, не имеют правового значения для данного спора, так как сторонами договора купли-продажи от 26.01.2018 года являются иные лица, их воля определена ими в договоре по своему усмотрению и исходя из существующего положения в Обществе, когда сведения об отчуждении ФИО2 своей доли в Обществе в пользу ФИО4 по договору дарения уже были внесены в ЕГРЮЛ.

Доводы представителя истца на то, что оплата за долю фактически произведена посредством договора займа, заключенного ООО «Парус» и АО «Интраст Торг», не нашли своего подтверждения и признаются судом необоснованными, так как вступившим в законную силу решением суда по делу № А59-6257/2017 от 08.02.2018 года задолженность договору займа № 7 от 30.10.2017 года  сумме 4 000 000 долларов США взыскана с ООО «Парус» в пользу акционерного общества «Интраст торг». Доказательства того, что указанный договор займа заключен с целью оплаты по договору дарения от 20.10.2017 года, в нарушение ст. 65 АПК РФ, в материалы дела не представлены.

Таким образом, истцами не предоставлены доказательства наличия между ФИО2 и ФИО4 договоренности об иных правовых последствиях договора дарения, а также доказательства последующего наступления таких последствий.

Отсутствуют в деле и доказательства определения сторонами оспариваемого договора стоимости доли и порядка ее оплаты. 

Истцом не предоставлено в материалы дела ни одного доказательства возмездности договора дарения, равно как и наличия договоренности  и фактического наступления иных правовых последствий данного договора, кроме тех, что указаны в договоре дарения. 

Анализ условий оспариваемого договора дарения по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации не позволяет утверждать, что условия договора свидетельствуют о его возмездности, устанавливают для сторон обязательства продавца и покупателя, содержат условие о цене отчуждаемой доли.

То обстоятельство, что ФИО4 не состоит в родственных и/или иных отношениях с ФИО2, наличие которых предполагает передачу ему безвозмедного дорогостоящей доли участия в Обществе, также не свидетельствует о недействительности договора дарения, так как отсутствие родственных и иных связей между сторонами сделки, само по себе не свидетельствует о возмездности спорного договора, поскольку согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по собственному усмотрению распоряжаться принадлежащим ему имуществом, в том числе, в пользу лица, не состоящего с ним в родственных отношениях.

Кроме того, заявляя о том, что стороны сделки фактически не знакомы, истец, в противоречие указанному доводу, ссылается на переписку сторон, которая свидетельствует, как указывает истец, о согласовании сторонами условий договора купли-продажи.

Доказательства того, что одаряемым передавались дарителю в оплату за подаренную долю денежные средства, либо иное имущество, а также оказание дарителем каких-либо услуг одаряемому взамен полученной доли в материалы дела не представлены, равно как и не представлены доказательства наличия между сторонами сделки обязательственных отношений, оплата по которым произведена путем передачи доли.

Учитывая отсутствие в деле доказательств возмездности договора дарения, фактическое наступление последствий, на совершение которых была направлена сделка дарения, исходя из того, что оспариваемый договор дарения не противоречит Уставу Общества и нотариально удостоверен, в государственный реестр юридических лиц внесена запись о новом участнике общества, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора дарения ничтожным в силу его притворности, так как договор заключен с соблюдением части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", равно, как и не находит оснований для применения заявленных последствий недействительности указанного договора.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 167-176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 и Леванидовой Надежны Геннадьевны к ФИО4 о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Парус» от 20.10.2017 года и применении последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО2 50%-ной доли в уставном капитале ООО «Парус» отказать. 

После вступления в законную силу настоящего решения суда, обеспечительные меры, принятые определением суда от 29.03.2018 года по настоящему делу, отменить.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

СудьяО. ФИО12