АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5031/24 

Екатеринбург

30 января 2025 г.

Дело № А60-45368/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Селивёрстовой Е. В.,

судей Сафроновой А. А., Черемных Л. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лаборатория Гемотест» (далее – общество «Лаборатория Гемотест») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024  по делу А60-45368/2023 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

         В судебном заседании приняла участие представитель общества «Лаборатория Гемотест» - ФИО1 (доверенность от 05.08.2024 № Д-01/09).

         Общество «Лаборатория Гемотест» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Центральная городская больница № 3 г. Екатеринбурга» (далее – учреждение «ЦГБ № 3») о взыскании 89 300 руб.

          Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2024 1. исковые требования удовлетворены. 2. С учреждения «ЦГБ № 3» в пользу общества «Лаборатория Гемотест» взыскана задолженность в размере 89 300 руб., а также 3 572 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 3. Обществу «Лаборатория Гемотест» из федерального бюджета возращена государственная пошлина в размере 114 руб., излишне уплаченная по платежному поручению № 94380 от 10.07.2023.

         Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024 решение Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2024 отменено в части пунктов 1 и 2 резолютивной части. В удовлетворении исковых требований отказано. С общества «Лаборатория Гемотест» в пользу учреждения «ЦГБ № 3» взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб. Пункт 3 резолютивной части решения оставлен без изменения.

          В кассационной жалобе общество «Лаборатория Гемотест» просит постановление суда апелляционной инстанции отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, неполное исследование обстоятельств дела.

           Ответчик в отзыве просит обжалуемый судебный акт оставить в силе по доводам, изложенным в отзыве.

    Поверив в соответствии со статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность принятых по делу судебных актов в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд округа приходит к следующим выводам.

          Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Лаборатория Гемотест», Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Свердловской области (далее - Фонд) и страховыми медицинскими организациями (в том числе СМК «Астрамед»), АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» заключен договор от 25.01.2021 № 2021_1831_01 на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС, в соответствии с условиями которого общество «Лаборатория Гемотест» обязалось оказать застрахованным лицам медицинскую помощь в соответствии с базовой и территориальной программой ОМС, а Фонд и СМО- оплатить данную медицинскую помощь (Фонд – если помощь оказана в соответствии с базовой программой ОМС, а СМО – если в соответствии с территориальной).

          В Приложении № 1 к данному договору предусмотрено оказание обществом в амбулаторных условиях медицинской помощи в виде проведения диагностических (лабораторных) исследований на выявление новой коронавирусной инфекции в количестве 40 000 единиц. В Приложении № 2 определен объем финансового обеспечения договор – 41 120 000 руб.

         В соответствии с пунктами 6.1 и 7.1 названного договора медицинская помощь оплачивается Фондом и СМО по тарифам, установленным в соответствии с частью 2 статьи 30 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Закон № 326-ФЗ), на основании представленных обществом «Лаборатория Гемотест» реестров счетов и счетов на оплату медицинской помощи с учетом результатов контроля объемов, сроков, качества и условий ее предоставления. 

        В 2020 году между обществом «Лаборатория Гемотест» и страховыми медицинскими организациями (СМО) на аналогичных условиях были заключены договоры на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС (в рамках территориальной программы), в том числе договор от 24.04.2020 с СМК «Астрамед-МС» (АО), договор от 18.09.2020 с АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед».

          В соответствии с условиями указанных договоров общество «Лаборатория Гемотест» оказывало медицинские услуги по тестированию на новую коронавирусную инфекцию прикрепленных к учреждению «ЦГБ № 3» пациентам, на основании выданных учреждением «ЦГБ № 3» направлений и полученного биоматериала. 

          Учреждение «ЦГБ № 3» не оспаривает, что производило отбор биологического материала пациентов и доставляло его в лабораторию общества «Лаборатория Гемотест». Общество «Лаборатория Гемотест» проводило лабораторные исследования данного биоматериала и направляло готовые результаты учреждению «ЦГБ № 3» без какого- либо прямого взаимодействия с ее пациентами. Доступа к документам пациента и внутренней документации медицинской организации общество «Лаборатория Гемотест» не имело.

         Для получения платы за оказанные услуги общество «Лаборатория Гемотест» направило Фонду и СМО реестры счетов на оплату медицинской помощи.

         Общество «Лаборатория Гемотест» свои обязательства исполнило надлежащим образом: медицинские услуги согласно полученным направлениям ответчика оказаны бесплатно и в полном объеме, своевременно и качественно; истец формировал и направлял через единую информационную систему взаимодействия участников ОМС электронные реестры счетов и счета на оплату. 

         По результатам проведенного контроля объемов, сроков и условий предоставления медицинской помощи Фонд и СМО отклонили и отказали истцу в оплате лабораторных исследований в 94 случаях, установив следующие  нарушения:

- код 1.10.5 или 5.7.5 «включение в реестр счетов медицинской помощи, оказанной амбулаторно, в период пребывания застрахованного лица в условиях стационара (кроме дня поступления и выписки из стационара, а также оказания медицинской помощи (консультаций) в других медицинских организациях в экстренной и неотложной форме)» (согласно приложению к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2021 № 231н; до вступления в силу данного приказа нарушение обозначалось кодом 5.7.5 в соответствии с приложением № 8 к приказу ФФОМС от 28.02.2019 № 36) (84 направления); 

- код 1.4.3 «наличие незаполненных полей реестра счетов, обязательных к заполнению, в том числе отсутствие указаний о включении в группу диспансерного наблюдения лица, которому установлен диагноз, при котором предусмотрено диспансерное наблюдение, отсутствие сведений о страховом случае с летальным исходом при наличии сведений о смерти застрахованного лица в период оказания ему медицинской помощи, по данным персонифицированного учета сведений о застрахованных лицах и (или) о медицинской помощи, оказанной застрахованным лицам» (согласно приложению к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2021 № 231н (1 направление);

-по 9 направлениям в оплате отказано на стадии автоматизированной обработки реестров счетов, так как установлен факт отсутствия страхования пациентов в системе ОМС (в том числе военнослужащие). 

          Общество «Лаборатория Гемотест», ссылаясь на указанные обстоятельства, полагая, что нарушения  произошли вследствие ошибок, допущенных учреждением «ЦГБ №3» при заборе биологического материала и/или оформлении заказов на проведение лабораторных исследований, при этом обществом «Лаборатория Гемотест» обязательства по оказанию услуг выполнены надлежащим образом, претензии к качеству, объёму, срокам и условиям оказанной медицинской помощи со стороны учреждения «ЦГБ № 3», не предъявлялись, приняты без замечаний и использованы, а страховыми медицинскими компаниями эти услуги не оплачены в связи с необоснованно выданными ответчиком направлениями для оказания услуг в рамках программы ОМС без установленных законом оснований, между истцом и ответчиком сложились фактические гражданско-правовые отношения по оказанию услуг вне рамок программы ОМС,  которые не оплачены учреждением «ЦГБ № 3», обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

          Как пояснил истец, письмом от 22.11.2022 № 3503 ответчик подтвердил свои обязательства перед истцом по рассматриваемым случаям, как возникшим вне рамок программы ОМС, и обязался оплатить сумму долга. Однако впоследствии в письме от 24.05.2023 №1490 отказался от погашения суммы долга.

        Учреждение «ЦГБ № 3», возражая против удовлетворения исковых требований, сослалось на то, что рассматриваемые правоотношения нельзя рассматривать как фактические договорные, поскольку учреждение  производило отбор и направляло биологический материал пациентов на исследование истцу на основании Приказа Минздрава Свердловской области от 27.03.2020 № 491-П «Об организации лабораторной диагностики новой коронавирусной инфекции в лабораториях учреждений здравоохранения Свердловской области». Поскольку договорные отношения у истца сложились с Фондом и СМО, проведенные истцом лабораторные исследования подлежат оплате за счет средств ОМС.

         Суд первой инстанции, руководствуясь ст. 309, 310, п. 1 ст. 432, ст. 433, п. 3 ст. 434, п. 1 ст. 779, п.1 ст. 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, проанализировав характер спорных отношений, пришел к выводу о том, что между сторонами сложились договорные отношения по возмездному оказанию услуг.

         При этом суд, установив, что обязательства истца исполнены надлежащим образом, однако в рамках программы ОМС (межучрежденческих расчетов) данные услуги не оплачены по основаниям, предусмотренным Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.221 № 231н, при это общество «Лаборатория Гемотест», являясь участником программы ОМС, не имело права в силу закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ и Приказа Минздрава Свердловской области от 27.03.2020 № 491-П «Об организации лабораторной диагностики новой коронавирусной инфекции в лабораториях учреждений здравоохранения Свердловской области», отказаться от приема биоматериала от ответчика и проведения лабораторных исследований,  пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

          Суд апелляционной инстанции, отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении исковых требований, указав, что, поскольку ответчик направлял в лабораторию истца взятый у своих пациентов биоматериал, а лаборатория принимала и исследовала (тестировала) этот материал на новую коронавирусную инфекцию именно в рамках территориальной программы ОМС (с 2021 года – также в рамках базовой), к сложившимся правоотношениям следует применять законодательство об ОМС, при таких обстоятельствах взыскание с больницы в пользу лаборатории долга по оплате услуг только на основании ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (в силу одного лишь факта их оказания), причем исходя из сложившихся у лаборатории цен на такие услуги (950 руб. за одно исследование), а не тарифа, установленного вышеуказанным Тарифным соглашением, не соответствует обстоятельствам дела и нормам материального права.

           Суд апелляционной инстанции также указал, что на причинение истцу убытков в результате незаконных действий (бездействия) ответчика в исковом заявлении не указывается; соответствующий состав, необходимый для взыскания убытков (в том числе причинно-следственная связь между неправомерными действиями (бездействием) ответчика и возникшими у истца убытками в связи с неоплатой ему страховыми медицинскими организациями оказанных услуг) истцом не доказывается. 

           Истцом также не указывается, что он пытался оспорить отказ фонда и страховых медицинских организаций в оплате части проведенных исследований (по 94 направлениям, выданным ГАУЗ СО «ЦГКБ №3» в период с сентября 2020г. по март 2021г.) со ссылкой на нарушения по кодам 1.10.5 или 5.7.5 (включение в реестр счетов медицинской помощи, оказанной амбулаторно, в период пребывания застрахованного лица в условиях стационара), 1.4.3 (отсутствие сведений о страховом случае с летальным исходом при наличии сведений о смерти застрахованного лица в период оказания ему медицинской помощи). 

            Доводы истца о ненадлежащем ведении ответчиком персонифицированного учета сведений о застрахованных лицах, прикрепленных к медицинской организации, не учитывают то обстоятельство, что больница обязана оказывать медицинскую помощь и иным застрахованным лицам (причем за счет ОМС). Кроме того, эти доводы не объясняют вину больницы в том, что услуги по лабораторным исследованиям в 85 случаях оказались оказанными лицам, находившимся к моменту проведения в стационаре (либо умершему). Истцом не ставится под сомнение, что ответчик взял биоматериал у лиц в момент их нахождения в больнице (в день оказания амбулаторной помощи), о фальсификации соответствующих направлений не заявлено. Из приведенных истцом норм не следует, что риски последующего попадания больных в стационар (или их смерти) должна нести больница, а не бюджет или страховые медицинские организации. Не доказывается также нарушение больницей сроков отправки биоматериала в адрес лаборатории. 

             При этом апелляционный суд отметил, что указанное не лишает истца права доказывать соответствующие обстоятельства в рамках спора о взыскании убытков с фонда, СМО или той же больницы. 

             Проверив материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

     Согласно статье 3 Федерального закона Российской Федерации от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании» (далее - Закон № 326-ФЗ) обязательное медицинское страхование - вид обязательного социального страхования, представляющий собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на обеспечение при наступлении страхового случая гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования в пределах территориальной программы обязательного медицинского страхования и в установленных названным Федеральным законом случаях в пределах базовой программы обязательного медицинского страхования.

  В соответствии со статьей 9 Закона № 326-ФЗ субъектами обязательного медицинского страхования являются застрахованные лица, страхователи, Федеральный фонд, участники обязательного медицинского страхования - территориальные фонды, страховые медицинские организации и медицинские организации.

  В силу пункта 9 статьи 14, статьи 37 Закона № 326-ФЗ права застрахованных лиц на бесплатное оказание медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, равно как и деятельность страховых медицинских организаций в сфере обязательного медицинского страхования реализуются на основании договоров о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования, а также договоров на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию.

 В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 16 Закона № 326-ФЗ застрахованные лица имеют право на бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая на всей территории Российской Федерации в объеме, установленном базовой программой обязательного медицинского страхования.

Согласно пункту 1 статьи 38 Закона № 326-ФЗ по договору о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования страховая медицинская организация обязуется оплатить медицинскую помощь, оказанную застрахованным лицам в соответствии с условиями, установленными территориальной программой обязательного медицинского страхования, за счет целевых средств.

По договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию медицинская организация обязуется оказать медицинскую помощь застрахованному лицу в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования, а страховая медицинская организация обязуется оплатить медицинскую помощь, оказанную в соответствии с территориальной программой обязательного медицинского страхования (пункт 2 статьи 39 Закона № 326-ФЗ).

 Согласно подпункту 1 пункту 1 статьи 20 Закона № 326-ФЗ медицинская организация имеет право получать средства за оказанную медицинскую помощь на основании заключенных договоров на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию в соответствии с установленными тарифами на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию и в иных случаях, предусмотренных названным Законом.

          Пунктом 6 статьи 39 Закона № 326-ФЗ предусмотрено, что плата медицинской помощи, оказанной застрахованному лицу по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, осуществляется по тарифам на оплату медицинской помощи, установленным в соответствии с частью 2 статьи 30 настоящего Федерального закона, по результатам контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи и в соответствии с порядком оплаты медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, установленным правилами обязательного медицинского страхования, на основании представленных медицинской организацией реестров счетов и счетов на оплату медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 40 Закона № 326-ФЗ контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями в объеме и на условиях, которые установлены программами ОМС, договором на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС и договором на оказание и оплату медицинской помощи в рамках базовой программы ОМС, проводится в соответствии с утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти порядком проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, устанавливающим в том числе формы его проведения, его продолжительность, периодичность.

Контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи (часть 2 статьи 40 Закона № 326-ФЗ).

 Контроль случаев оказания медицинской помощи осуществляется в соответствии с Порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденным Приказом ФФОМС от 28.02.2019 № 36 (далее – Порядок № 36, действовал до 24.05.2021) и Порядком проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения, утвержденным Приказом Минздрава России от 19.03.2021 № 231н (далее – Порядок № 231н).

 Судами установлено и из материалов дела следует, что общество «Лаборатория Гемотест» в 2020, 2021 в рамках программы ОМС оказывало медицинские услуги по тестированию на новую коронавирусную инфекцию прикрепленных к учреждению «ЦГБ № 3» пациентам, на основании выданных последним направлений и полученного биоматериала.

Истец проводил лабораторные исследования данного биоматериала и направлял готовые результаты ответчику без какого-либо прямого взаимодействия с его пациентами.

Как указано судами и установлено в ходе рассмотрения дела № А60-39102/2023 истец является участником межучрежденческих отношений - не имеет прикрепленных застрахованных лиц как поликлиники, не ведет их персонифицированный учет, не актуализирует списки застрахованных лиц, и оказывает услуги исключительно на основании полученных направлений от медицинских учреждений. 

Факт оказания услуг не оспаривался сторонами. Также не оспаривалось, что истец и ответчик являются участниками системы обязательного медицинского страхования.

Как указывает ответчик, отношения между учреждением «ЦГБ № 3» и обществом «Лаборатория Гемотест» возникли в результате издания приказа Министерства здравоохранения Свердловской области от 27.03.2020 № 491-п, согласно которому учреждение обязано было направлять пациентов на лабораторные исследования к истцу.

Приказом Министерства здравоохранения Свердловской области от 27.03.2020 № 491-п общество «Лаборатория Гемотест» включено в перечень медицинских организаций и клинико-диагностических лабораторий, на базе которых организована диагностика новой коронавирусной инфекции в Свердловской области.

Согласно утвержденной указанным приказом маршрутизации общество «Лаборатория Гекмотест» было обязано производить прием биологического материала и лабораторную диагностику новой коронавирусной инфекции от медицинских организаций города Екатеринбурга и Свердловской области.

Для получения платы за оказанные услуги общество «Лаборатория Гемотест» направило в СМО реестры счетов и счета на оплату медицинской помощи.

По результатам проведенного медико-экономического контроля страховые медицинские организации отказали обществу в оплате части проведенных исследований.

Суд первой инстанции, рассматривая настоящий спор, проанализировав детально все случаи отказов по 94 направлениям, выданных учреждением «ЦГБ № 3», руководствуясь положениями Закона № 326-ФЗ, Приказа Минздрава Свердловской области от 15.01.2020 № 24-п и ТФОМС Свердловской области от 15.01.2020 № 5, Приказа Министерства здравоохранения Свердловской области и ТФОМС Свердловской области от 15.07.2013 № 898-п/270 «Об утверждении Регламента взаимодействия участников ОМС при ведении персонифицированного учета сведений о застрахованных по ОМС лицах, прикрепленных к медицинским организациям для получения первичной медико-санитарной помощи в рамках Территориальной программы обязательного медицинского страхования Свердловской области», «Регламентом взаимодействия участников ОМС по учету и оплате медицинской помощи в системе ОМС Свердловской области», утвержденным Приказом ТФОМС Свердловской области от 31.12.2013 № 546 «Об утверждении Регламента взаимодействия участников ОМС по учету и оплате медицинской помощи в системе ОМС Свердловской области», Приказом Минздрава РФ № 29н от 25.01.2011 «Об утверждении порядка персонифицированного учета в сфере обязательного медицинского страхования», установив, что все факты нарушения, а именно по 84 направлениям – код 1.10.5 или 5.7.5 «включение в реестр счетов медицинской помощи, оказанной амбулаторно, в период пребывания застрахованного лица в условиях стационара (кроме дня поступления и выписки из стационара, а также оказания медицинской помощи (консультаций) в других медицинских организациях в экстренной и неотложной форме)» (согласно приложению к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2021 № 231н; по одному направлению – код 1.4.3 «наличие незаполненных полей реестра счетов, обязательных к заполнению, в том числе отсутствие указаний о включении в группу диспансерного наблюдения лица, которому установлен диагноз, при котором предусмотрено диспансерное наблюдение, отсутствие сведений о страховом случае с летальным исходом при наличии сведений о смерти застрахованного лица в период оказания ему медицинской помощи, по данным персонифицированного учета сведений о застрахованных лицах и (или) о медицинской помощи, оказанной застрахованным лицам» (согласно приложению к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2021 № 231н; по 9 направлениям в оплате отказано на стадии автоматизированной обработки реестров счетов, так как установлен факт отсутствия страхования пациентов в системе ОМС (в том числе военнослужащие) подтверждены материалами дела, при этом ответственность за ненадлежащий персонифицированный учет и предоставление некорректных направлений несет ответчик, который, являясь профессиональным участником программы ОМС, знал, что вышеуказанные случаи, не подлежат оплате по программе ОМС, однако в нарушение требований закона выписывал направления и отправлял биоматериал истцу для проведения исследований, от выполнения которых истец не имел права отказаться в силу закона, обоснованно пришел к выводу о том, что обязанность по оплате оказанных истцом услуг, заказчиком которых является ответчик, возникла на стороне ответчика в силу сложившихся между истцом и ответчиком в рассматриваемом деле правоотношений (ст. 309, 310, п. 1 ст. 779, п. 1 ст. 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, осуществив лабораторные исследования на основании направлений, выданных ответчиком, истец за свой счет выполнил возложенные на него функции, от которых он не вправе был отказаться в силу названных положений закона, а также сложившихся правоотношений.

С учетом того, что в ходе рассмотрения настоящего спора, судом первой инстанции были исследованы и проанализированы все рассматриваемые случаи отказа Фонда, что не противоречит положениям законодательства об обязательном медицинском страховании, и мотивированно признано наличие заявленных нарушений, что свидетельствует об отсутствии оснований для оплаты оказанных истцом услуг за счет средств ОМС, суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения истовых требований, в связи с тем, что лаборатория принимала и исследовала биоматериал в рамках территориальной программы ОМС, и взыскание с больницы долга на основании ст. 779 ГК РФ не соответствует материалам дела и нормам материального права. 

Выводы суда нельзя признать соответствующими имеющимся в деле доказательствам.

Кроме того, суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции о том, что доводы истца о ненадлежащем ведении ответчиком персонифицированного учета сведений о застрахованных лицах, прикрепленных к медицинской организации, не учитывают то обстоятельство, что больница обязана оказывать медицинскую помощь и иным застрахованным лицам (причем за счет ОМС). Кроме того, эти доводы не объясняют вину больницы в том, что услуги по лабораторным исследованиям в 85 случаях оказались оказанными лицам, находившимся к моменту проведения в стационаре (либо умершему). Истцом не ставится под сомнение, что ответчик взял биоматериал у лиц в момент их нахождения в больнице (в день оказания амбулаторной помощи), о фальсификации соответствующих направлений не заявлено. Из приведенных истцом норм не следует, что риски последующего попадания больных в стационар (или их смерти) должна нести больница, а не бюджет или страховые медицинские организации. 

          При этом апелляционный суд отметил, что указанное не лишает истца права доказывать соответствующие обстоятельства в рамках спора о взыскании убытков с фонда, СМО или той же больницы. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан самостоятельно определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела с тем, чтобы обеспечить восстановление нарушенного права, за защитой которого обратился истец.

Аналогичные разъяснения содержатся и в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положении раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

С учетом изложенного, при рассмотрении настоящего спора, у суда апелляционной инстанции имелась возможность исследовать и установить указанные им самим же обстоятельства с учетом представленных в материалы дела доказательств, не ссылаясь на наличие у истца возможности обратиться с иском о взыскании убытков.

Отсутствие возмещения понесенных затрат на лабораторные исследования в рамках рассматриваемых правоотношений с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела нарушает закрепленные Конституцией Российской Федерации принципы на защиту экономических ресурсов и на свободу экономической деятельности истца, который оказал услуги, услуги приняты ответчиком без замечаний и возражений, при этом возможность возмещения оказанных услуг за счет ОМС исследована судом, оснований не установлено. 

Доказательств возмещения истцу понесённых расходов в порядке ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено, также как и доказательств, опровергающих их наличие и размер (ст. 9 АПК РФ). В силу ч. 4 ст. 131 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ арбитражный

Ссылка ответчика на неправильное применение тарифа в расчете истца отклоняется судом, поскольку в рассматриваемом деле услуги оказаны в рамках фактических договорных отношений. При этом контррасчет ответчиком не представлен, доказательства, свидетельствующие о необоснованности, чрезмерности заявленных требований в материалах дела отсутствуют.  

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции  пришел к выводу о том, что  постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене, решение суда первой инстанции - оставлению в силе. 

Расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе подлежат распределению применительно к положениям ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 286- 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024 по делу № А60-45368/2023 Арбитражного суда Свердловской области отменить.

      Решение Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2024  по делу № А60-45368/2023 оставить в силе.

       Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Центральная городская клиническая больница № 3 город Екатеринбург» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лаборатория Гемотест» в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе 3000 руб.

 Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                             Е.В. Селивёрстова 

Судьи                                                                          А.А. Сафронова 

                                                                                      Л.Н. Черемных