АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-59029/2022

г. Краснодар

15 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  15 июля 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Воловик Л.Н., судей Гиданкиной А.В. и Черных Л.А., при участии в судебном заседании, от заинтересованного лица – Краснодарской таможни – ФИО1 (доверенность от 09.01.2025), ФИО2 (доверенность от 16.12.2024), в отсутствие заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Люкс-Юг», надлежаще извещенного о времени и месте судебного заседания путем размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Люкс-Юг» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 07.02.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 по делу № А32-59029/2022, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Люкс-Юг» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Краснодарской таможни (далее – таможня) о признании недействительными решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товар                                      от  07.07.2022 № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901 и № 10313140/240820/0071934 (далее также – ДТ, спорные ДТ).

Требование о признании недействительными решений  Краснодарской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товар после выпуска товара от  07.07.2022 № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901 и № 10313140/240820/0071934 определением Арбитражного суда Краснодарского края                          от  03.11.2022 по делу № А32-34781/2022 выделено в отдельное производство. Делу присвоен № А32-59029/2022. 

Решением от 07.02.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 21.03.2025, суд отказал в удовлетворении заявленного требования.  Судебные акты мотивированы тем, что представленные  обществом при декларировании документы и сведения о товаре, в том числе инвойсы, где стоимость выражена в долларах США, экспортные декларации, где стоимость товара выражена в манатах, а также иные собранные таможенным органом доказательства и полученные сведения, не устраняют выявленные таможенным органом признаки недостоверности заявленной  обществом таможенной стоимости товара  по спорным ДТ, выразившиеся в более низкой стоимости, чем установлено в экспортных декларациях.

В кассационной жалобе общество просит отменить указанные судебные акты и принять новое решение об удовлетворении заявленных требований или направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, определение цены экспортной сделки путем конвертации маната в рубли по курсу, установленному Центральным Банком Российской Федерации (далее также – ЦБ России), не учитывает специфики определения экспортной цены товара, сложившейся в Туркменской Республике, ввиду значительного превышения реального курса доллара США над официально установленным. Сумма сделки в туркменских манатах, поступающих на счет производителя при продаже валютной выручки, в действительности больше, чем было бы в случае продажи валюты на внутреннем рынке по официальному курсу. Общество полагает, что предполагаемые нарушения туркменского валютного законодательства необоснованно возложены на заявителя, не являющегося участником сделки и не обладающим механизмом воздействия на содержание экспортных документов. Декларантом представлена информация, подтверждающая оплату товара, ввезенного по спорным ДТ, по цене, определенной в соответствии с условиями контрактов, а также представлена  информация о реализации товара на территории Российской Федерации по ценам, сопоставимым с ценой приобретения с учетом нормальной наценки. Базис поставки CPT предусматривает возложение на продавца расходов по перевозке товара до указанного пункта, а также расходов по фрахту и погрузке товара в месте отправления (расходов по разгрузке в месте назначения, если это предусмотрено контрактом). Установление в контракте на условиях CPT момента перехода права собственности и соответствующих рисков к покупателю, а также определение даты и места поставки иного (промежуточного) по отношению к пункту назначения, до которого оплачивается перевозка, не меняют базиса поставки в части распределения обязанностей по оплате перевозки. 

В отзыве на кассационную жалобу таможня просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, полагая, что они приняты в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела. По мнению таможенного органа, заявитель на этапе таможенного декларирования скрыл от таможни истинную стоимость товара, задекларированного по спорным ДТ, путем предоставления коммерческих документов, содержащих информацию о заниженной цене за единицу товара. Информация о таможенной стоимости товара, указанная при таможенном декларировании спорных ДТ является недостоверной. Доводы общества о том, что оно не знало о противоречивости сведений в представленных документах, опровергаются представленными в материалы доказательствами, получившими оценку судебных инстанций. В экспортных декларациях на товар, представленных Государственной таможенной службой Республики Туркменистан, указана стоимость спорного товара, по которой производитель товара на территории Республики Туркменистан продал спорный товар посреднику на условиях поставки FCA.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей общества и таможенного органа, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует и судами установлено, что таможней проведена камеральная проверка в отношении общества по вопросу достоверности заявленной таможенной стоимости товара, задекларированного по ДТ  № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901 и  № 10313140/240820/0071934,  в ходе которой установлено, что общество на Прикубанском таможенном посту Краснодарской таможни, Ростовском таможенном посту (ЦЭД) Ростовской таможни и Южном таможенном посту (ЦЭД) Южной электронной таможни в соответствии с таможенной процедурой «Выпуск для внутреннего потребления» по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901 и № 10313140/240820/0071934, задекларировало товар («белье туалетное из махровых полотенечных   тканей..»), произведенный в Туркменистане, классифицируемый в подсубпозиции 6302 60 000 0 товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза. 

Согласно сведениям, заявленным обществом в графе 44 «Дополнительная информация/представляемые документы» спорных ДТ, поставка товара «белье туалетное из махровых полотенечных тканей...», в данном случае, осуществлялась в рамках исполнения обязательств по внешнеторговому контракту от 03.06.2020 № 03/06/ОГ (далее – Контракт). 

В счет исполнения обязательств по Контракту  общество ввезло и  задекларировало товар: «белье туалетное из махровых полотенечных тканей...» по ДТ  № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901 и № 10313140/240820/0071934.

Внешнеторговый Контракт заключен обществом (покупатель)  и «IMPEX GLOBAL TRADING» LLC (Азербайджанская Республика, продавец) на поставку товара «махровые текстильные изделия из хлопка». Согласно условиям контракта, продавец обязуется поставить покупателю товар в ассортименте, по цене и количеству согласно приложениям, а покупатель обязуется принять и оплатить товар на условиях CPT – г. Краснодар, РФ (ИНКОТЕРМС – 2010); страна происхождения товара – Республика Туркменистан; производитель товара – Байрамалинский АОЗТ «Текстильный комплекс им. Великого Сапармурата Туркменбаши»; цена товара установлена в долларах США и понимается как СРТ –  г. Краснодар (ИНКОТЕРМС – 2010), в которую включены стоимость товара, упаковки, маркировки, если иное не указано в спецификациях; общая сумма контракта 500 000 долларов США. Согласно разделам 5  и 6 контракта покупатель осуществляет предоплату  товара в размере 50% на счет продавца в течении 3 рабочих дней после выставления продавцом инвойса на согласованный объем товара, оставшиеся 50% – в течение 5 рабочих дней с момента получения товара на склад покупателя; валюта контракта – доллары США; оплата производится в долларах США; вместе с товаром продавец предоставляет покупателю транспортную накладную, инвойс, упаковочный лист, сертификат происхождения товара, экспортную ГТД с отметкой таможенного органа (форма СТ-1); датой поставки считается дата штампа таможни Республики Туркменистан на транспортной накладной (ж/д, авиа, авто); грузоотправителем по контракту является продавец. В дополнительном соглашении  от 03.06.2020 № 1 к контракту от 03.06.2020                               № 03/06/ОГ сторонами согласована  общая сумма контракта – 800 000 долларов США.

По спорному контракту товар («белье туалетное из махровых полотенечных тканей...») доставлен на территорию ЕАЭС в Российскую Федерацию по маршруту Туркменистан, г. Ашхабад – Россия, г. Краснодар, автомобильным транспортом на условиях поставки CPT.

Согласно экспортным таможенным декларациям Республики Туркменистан товары поставлялись автомобильным транспортом до Краснодара на условиях FCA.

В соответствии с международными правилами толкования торговых терминов Инкотермс 2010 термин CPT Carriage paid to / перевозка оплачена «до» означает, что договор перевозки заключается продавцом за свой счет. Обязательства по страхованию товаров у продавца отсутствуют, но он обязан по просьбе покупателя предоставить ему информацию, которая необходима для получения страхования; продавец несет все расходы, связанные с товарами до момента их поставки. Поскольку заключение договора перевозки является обязанностью продавца, то он оплачивает также фрахт и расходы по погрузке товаров в месте поставки. Кроме того, если это предусмотрено в договоре перевозки, продавец оплачивает также все сборы по разгрузке товаров в месте назначения.

В соответствии с  международными правилами толкования торговых терминов Инкотермс 2010 термин  FCA FREE CARRIER/ Франко-перевозчик означает, что продавец должен очистить товары для экспорта, т. е. получить  разрешение на экспорт, а также выполнить все таможенные формальности, если они требуются. Продавец не имеет обязанности  по заключению договора перевозки товара; обязанность по заключению договора перевозки возложена на покупателя.

Таким образом, стоимость товара, поставленного на условиях CPT должна отличаться от стоимости товара, поставленного на условиях EXW и FCA на величину расходов по доставке товаров.

Судебные инстанции установили, что при  декларировании товара, ввезенного обществом на таможенную территорию  ЕАЭС по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934, общество представило таможне комплекты документов с содержащимися в них сканированными образами экспортных таможенных деклараций Республики Туркменистан. Таможня провела камеральную проверку, в ходе которой установила, что, сведения по товару, указанные в экспортных таможенных декларациях, идентифицируются со сведениями по товару, заявленными  обществом в  спорных ДТ, по наименованию товара, по весовым характеристикам, номеру транспортного средства, номеру и дате CMR, отправителю товара, получателю товара, номеру и дате инвойса, при этом стоимость товара, заявленная обществом в российских импортных ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934, отлична от стоимости товара, указанного в экспортных таможенных декларациях Республики Туркменистан, в меньшую сторону (в 3 раза). 

Согласно сведениям о цене товара, указанным в экспортных таможенных декларациях Республики Туркменистан, таможенная стоимость экспортируемого товара в пересчете по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату регистрации ДТ составляет:  по ДТ № 10309200/270720/0010716 (товар № 1) – 3 334 219 рублей 32 копейки, в экспортной ДТ № 07514/150720/0001937 от 15.07.2020 стоимость товара, рассчитанная в соответствии с экспортной ДТ – 9 706 380 рублей 73 копейки, заниженная таможенная стоимость составила 6 372 161 рубль 41 копейка; по ДТ № 10309200/040820/0010901  (товар № 1) – 3 829 131 рубль 26 копеек, в экспортной ДТ № 07514/210720/0002058 от 21.07.2020 стоимость товара, рассчитанная в соответствии с экспортной ДТ – 10 218 458 рублей 28 копеек, заниженная таможенная стоимость – 6 389 327 рублей 02 копейки; по ДТ № 10313140/ 240820/00 71934  (товар № 1) – 3 897 545 рублей 16 копеек, в экспортной ДТ № 07218/100820/0006028 от 10.08.2020 стоимость товара, рассчитанная в соответствии с экспортной ДТ – 10 900 854 рубля 06 копеек, заниженная таможенная стоимость составила 7 003 308 рублей 90 копеек. 

В рамках камеральной таможенной проверки на требование таможни от 29.03.2022 № 12-16/08130 общество представило документы, в том числе экспортные таможенные декларации Республики Туркменистан. Таможня также направила запросы, заявленным обществом в качестве контрагентов ОсОО «ALL TEX TRADE», ОСОО «Гуример»,                    ОСОО «Ортекс Групп», ОСОО «ФАЙЗ-М», ОСОО «ЭКО-ТЕКС», «IMPEX GLOBAL TRADING LLC»,  о представлении документов и сведений по спорным поставкам, ответы на которые, в том числе, на дату завершения таможенной проверки,  таможенному органу не поступили (запросы возвращены по причине отсутствия контрагентов по  адресам, указанным в контрактах и справках, представленных обществом по требованию таможенного органа). 

Таможенный орган,  установив, что общество фактически импортирует товар «белье туалетное из махровых полотенчатых тканей...» от Ашхабадского текстильного комплекса (Туркменистан) и ГП «Текстильный Комплекс Им. Великого Сапармурата Туркменбаши», минуя третьи страны, в рамках внешнеторгового контракта, заключенного, в данном случае, с компанией «IMPEX GLOBAL TRADING LLC» и на этапе таможенного декларирования скрыло от таможни истинную стоимость товара «белье туалетное из махровых полотенчатых тканей.», задекларированного по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934, путем предоставления коммерческих документов (инвойсы, контракт и другие), содержащих информацию о заниженной цене за единицу товара,  пришел к выводу о том, что информация о таможенной стоимости товара, указанная обществом  при таможенном декларировании товара по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934, является недостоверной. Таможня установила, что вследствие отражения обществом в документах, составленных от имени  вышеназванного контрагента формального документооборота, цена товара, поставленного обществу по спорным ДТ занижена в три раза, тогда как, если бы контракт на поставку товара заключался обществом напрямую с туркменским производителем товара, его цена значительно превысила бы цену, заявленную декларантом в ходе таможенного декларирования спорных  ДТ.

На основании выявленных в ходе камеральной таможенной проверки обстоятельств и полученных документов,  свидетельствующих о недостоверном заявлении обществом таможенной стоимости товара, ввезенного обществом по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934, таможня, на основании имеющейся у неё информации, пересчитала таможенную стоимость  товара, ввезенного по  спорным ДТ и приняла решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ, что повлекло доначисление таможенных платежей по каждой из указанных ДТ.  Источниками ценовой информации для корректировки таможенной стоимости товара, ввезенного по спорным ДТ, послужили экспортные туркменские декларации.

Не согласившись с решениями таможенного органа, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Судебные инстанции установили фактические обстоятельства по делу, исследовали и оценили представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и, руководствуясь положениями статей 69, 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 38 – 45, 106, 108, 112, 313, 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее также  – ТК ЕАЭС), разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – постановление № 49), пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного требования.

Согласно подпункту 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе её величину и метод определения, относятся к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации  в пункте 9 постановления от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» разъяснил, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Судебные инстанции установили, что в комплекте документов, представленных обществом при декларировании товара, ввезенного по спорным ДТ, содержатся сканированные образы экспортных таможенных деклараций Республики Туркменистан; согласно представленным таможенному органу экспортным  таможенным декларациям цена ввезенного товара выше цены, заявленной обществом при таможенном декларировании, при этом сведения, указанные в экспортных таможенных декларациях идентифицируются со сведениями, заявленными в российских импортных ДТ по наименованию товара, по весовым характеристикам, номеру транспортного средства, номеру и дате CMR, отправителю товара, получателю товара, номеру и дате инвойса; стоимость товара, указанная в спорных ДТ отлична от стоимости товара, указанной в экспортных таможенных декларациях Республики Туркменистан, в меньшую сторону                         (в 3 раза).

Приняв во внимание сведения, содержащиеся в экспортных туркменских таможенных декларациях и товаросопроводительных документах, представленных  обществом; сведения о географических  пунктах фактической перевозки товаров, свидетельствующих о фактической перевозке товаров от туркменского завода-изготовителя по наименьшему пути следования в таможенной орган прибытия Российской Федерации без разгрузки (перегрузки) и оформления иных транспортных накладных (CMR), судебные инстанции согласились с выводом таможни о недостоверном указании обществом при декларировании товара по спорным ДТ транспортных расходов, непосредственно влияющих на  достоверность  таможенной стоимости товара, а также  включения в цепочку поставок иностранных посредников  с целью  избежания упоминания  в спорных ДТ идентичной экспортной стоимости товара (с учетом транспортных расходов), определенной туркменским производителем (ашхабадские завод-изготовитель и предприятие), и ее сопоставления со стоимостью,  заявленной в импортных ДТ. 

Суды установили, что общество, согласно имеющимся документам и сведениям, не включило в структуру таможенной стоимости товара, задекларированного по спорным ДТ, стоимость транспортировки и/или дополнительных расходов, понесенных при перевозке до пункта пропуска через государственную границу ЕАЭС, что также свидетельствует о представлении таможенному органу заведомо недостоверных и/или неполных сведений о цене товара, об условиях поставки. Суды учли наличие в туркменских экспортных декларациях условия поставки FCA, тогда как на таможенную территорию ЕАЭС спорный товар ввезен на условиях поставки CPT; согласно полученным  по запросу таможенного органа ответам непосредственных перевозчиков, указанных в транспортных накладных (СМR), осуществивших перевозку товаров  в адрес общества по спорным ДТ, разбивка транспортных расходов до границы ЕАЭС и после границы ЕАЭС не производилась; стоимость за оказанные услуги по перевозке товаров из пункта отправления (г. Ашхабад) до пункта  назначения (г. Краснодар) выставлена одной суммой. Доказательства обратного общество не представило.

Установив, что общество импортирует товар «бельё туалетное из махровых полотенечных тканей» от Ахабадского текстильного комплекса (Туркменистан) и                           ГП «Текстильный комплекс им Великого Сапармурата Туркменбаши», минуя третьи страны в рамках внешнеторгового контракта, в данном случае заключенного с компанией «IMPEX GLOBAL TRADING LLC», судебные инстанции согласились с выводом таможенного органа о том, что если бы контракты на поставку товара были заключены обществом напрямую с фактическим продавцом товара, стоимость товара значительно превысила бы заявленную обществом в ходе таможенного декларирования и указали, что общество на этапе таможенного декларирования указало недостоверную информацию о таможенной стоимости товара «белье туалетное из махровых полотенчатых тканей», задекларированного по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934, представив коммерческие документы (инвойсы, контракт и др.), содержащие информацию о заниженной цене за единицу товара.

С целью проверки ценовой информации о стоимости транспортировки товаров, суды проанализировали, содержащиеся в базах данных таможенных органов данные  относительно ввозимого товара при  сопоставимых условиях (аналогичный товар ввозился по маршруту Туркменистан, г. Ашхабад – Россия) и  установили, что в сопоставимом периоде времени различными участниками внешнеэкономической деятельности осуществлялся ввоз товаров по маршрутам Туркменистан, г. Ашхабад до границы ЕАЭС, пункт пропуска Темир-Баба, Туркменистан г. Ашхабад до границы ЕАЭС, пункт пропуска Тажен, Туркменистан, г. Байрамали до границы ЕАЭС, пункт пропуска Темир-Баба, Туркменистан, г. Байрамали до границы ЕАЭС, пункт пропуска Магарамкентский по  цене, превышающей заявленную обществом  по спорным сделкам. 

Установив, что общество не включило в структуру таможенной стоимости товара, задекларированного по спорным ДТ, стоимость транспортировки и (или) дополнительные расходы, понесенные при перевозке до пункта пропуска через государственную границу ЕАЭС, при этом недостоверная таможенная стоимость общества не могла определяться по цене сделки, суды указали, что таможня, учитывая правила статей 39, 41 – 44 ТК ЕАЭС, правильно рассчитала таможенную стоимость товара резервным методом, исходя из ценовой информации, содержащейся в  инвойсах производителя товара и экспортных таможенных декларациях Республики Туркменистан, относящихся к товарам, задекларированным обществом по спорным ДТ.

Экспортная декларация страны вывоза является официальным документом, подтверждающим сведения о вывозимом товаре из страны экспорта. Суды установили, что сведения из туркменских экспортных деклараций соотносятся с поставками оцениваемого товара, ввезенного по спорным ДТ, по номерам и датам инвойсов, наименованию товаров, весу брутто/нетто, наименованию отправителей, получателей и производителей товара, другим данным, в том числе перевозочным документам и отраженными в них пунктами следования товара,  импортируемого  из  Республики Туркменистан.

Судебные инстанции проверили и согласились с расчетом таможни о таможенной стоимости спорного товара на условиях поставки, заявленных в  экспортных таможенных декларациях Республики Туркменистан, после ее корректировки на основании информации, содержащейся в экспортных таможенных декларациях Республики Туркменистан, инвойсах, счетах на оказание  транспортно-экспедиционных услуг.

Суды не приняли в качестве  надлежащих доказательств по делу  письма фабрик    «Ашхабадский текстильный комплекс» и «Текстильный комплекс имени Сапармурата Туркменбаши Великого», согласно которым товар «хлопковые полотенца»  реализуется только через Государственную товарно-сырьевую биржу, стоимость товара в период ввоза товара по спорным ДТ составила 4.3-4.5 долл. США за 1 кг, указав, то  договоры на поставку товара непосредственно с фабриками общество не представило, не представило и  нормативные документы иностранного государства, позволяющие сделать вывод о единственном указанном выше способе осуществления реализации товара, ввезенного на таможенную территорию ЕАЭС по спорным ДТ. 

Суды не приняли довод общества о реализации  спорного товара  в Российской Федерации по более низкой цене, установив непредставление обществом в подтверждение данного довода  надлежаще оформленных документов.

В соответствии со статьей 33 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ                                          «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации» в случаях, если для  определения таможенной стоимости товаров требуется произвести пересчет иностранной валюты в валюту Российской Федерации, такой пересчет производится по официальному курсу иностранной валюты к рублю Российской Федерации, установленному Центральным Банком Российской Федерации и действующему на день регистрации таможенной декларации таможенным органом.

Согласно указанию  Банка России от 14.03.2019 «О порядке установления и опубликования Центральным Банком Российской Федерации официальных курсов иностранных валют по отношению к рублю» официальные курсы иностранных валют  по отношению к рублю устанавливаются Банком России по перечню иностранных валют, опубликованному на официальном сайте Банка России.

 Официальный курс Туркменского маната по отношению к рублю устанавливается Банком России и опубликовывается на официальном сайте Банка России, а также доводится до таможенных органов приказами Банка России.

Установив указанные обстоятельства,  сославшись на положения пункта 8                     статьи 38 ТК ЕАЭС, согласно которому таможенная стоимость товара определяется в валюте того государства-члена, в котором, в соответствии  со статьей 61 и пунктом 7 статьи 74 ТК ЕАЭС подлежат уплате таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины и, обоснованно указав, что в случае, если при определении таможенной стоимости товара  требуется произвести пересчет иностранной валюты в валюту государства-члена, такой пересчет производится по курсу валют, устанавливаемому (определяемому) в соответствии  с законодательством  этого государства-члена, действующему на день регистрации таможенным органом таможенной декларации, проверив расчет  таможенной стоимости ввезенного товара, суды обоснованно указали, что таможенная стоимость товара, ввезенного  на таможенную территорию ЕАЭС по спорным ДТ, определена таможней по резервному методу определения таможенной стоимости товаров, путем последовательного применения методов, предусмотренных статьями 41 – 45 ТК ЕАЭС с учетом действующего курса иностранной валюты к рублю Российской Федерации, установленному Центральным Банком Российской Федерации. Документально данный вывод общество не опровергло, контррасчет не представило.

Представленные при декларировании документы и сведения о товаре, в том числе инвойсы, где стоимость выражена в долларах США, и экспортные декларации, где стоимость товара выражена в манатах, а также иные собранные таможенным органом документы и полученные сведения не устраняют, выявленные  таможенным органом и судом, признаки недостоверности заявленной обществом  таможенной стоимости товара, ввезенного  по  спорным ДТ, выразившиеся в более низкой стоимости, чем указано в экспортных декларациях.

Схожая правовая позиция поддержана Верховным Судом Российской Федерации (определения от 17.06.2025 № 308-ЭС25-5731, от 23.06.2025 № 308-ЭС25-5429, от 03.07.2025 № 308-ЭС25-6598).

С учетом изложенного, судебные инстанции пришли к правильному выводу о том, что оспариваемые обществом решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары после выпуска товара от  07.07.2022 по ДТ № 10309200/270720/0010716, № 10309200/040820/0010901, № 10313140/240820/0071934 являются законными и не нарушают права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Доводы общества были предметом исследования судебных инстанций и получили соответствующую правовую оценку.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

То обстоятельство, что в судебном акте не названы какие-либо из имеющихся в деле доказательств либо доводы, не свидетельствует о том, что данные доказательства                         и доводы судом не оценены (определение Верховного Суда Российской Федерации                                от 01.02.2016 № 308-КГ15-18261, от 06.102017 № 305-кг17-13953).

Нормы права при рассмотрении дела применены судами правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие безусловную отмену обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 07.02.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 по делу № А32-59029/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                     Л.Н. Воловик

Судьи                                                                                                                    А.В. Гиданкина  

                                                                                                                               Л.А. Черных