СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14180/2022(2)-АК

Дело № А71-12016/2021

18 января 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 января 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В.,

судей                                      Гладких Е.О., Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2. – ФИО3, доверенность от 05.11.2022, паспорт; ФИО4, доверенность от 10.01.2023, паспорт;

представителя ООО «Невский кондитер» – ФИО5, доверенность от 01.02.2022, паспорт;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО6 

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 08 ноября 2022 года 

о включении в реестр кредиторов должника требований ФИО2 в размере 111 361 534 руб. 25 коп., 

вынесенное в рамках дела № А71-12016/2021 

о банкротстве ФИО7 (ИНН 

<

***>)

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.09.2021 к производству суда принято (поступившее в суд 26.08.2021) заявление общества с ограниченной ответственностью «Невский Кондитер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.10.2021 (резолютивная часть от 13.10.2021) заявление ООО «Невский Кондитер» признано обоснованным, в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6, являющаяся членом союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Соответствующие сведения размещены на сайте ЕФРСБ 18.10.2021 (сообщение № 7523621), опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 194(7156) от 23.10.2021.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.02.2022 (резолютивная часть от 14.02.2022) процедура реструктуризации долгов ФИО7 завершена. ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина размещено на сайте ЕФРСБ 17.02.2022 (сообщение № 8222039), опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 36(7237) от 26.02.2022.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 11.02.2022 поступило заявление ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 111 631 534 руб. 25 коп., из которых 94 000 000 руб. 00 коп. основного долга, 17 361 534 руб. 25 коп. процентов за пользование заемными денежными средствами на сумму долга 94 300 000 руб. 00 коп. из расчета 12% годовых за период с 01.04.2020 по 12.09.2021 по договору займа от 01.03.2019 на сумму 10 000 000 руб. и приходному кассовому ордеру к нему за № 3 от 01.03.2019 на сумму 10 000 000 руб.; договору займа от 11.03.2019 на сумму 65 300 000 руб. 00 коп. и приходному кассовому ордеру к нему за № 4 от 11.03.2019 на сумму 65 300 000 руб. 00 коп.; договору займа от 09.04.2019 на сумму 10 000 000 руб. 00 коп. и приходному кассовому ордеру к нему за № 6 от 09.04.2019 на сумму 10 000 000 руб. 00 коп.; договору займа от 01.09.2019 на сумму 5 000 000 руб. 00 коп. и приходному кассовому ордеру к нему за № 5 от 01.09.2019 на сумму 5 000 000 руб. 00 коп.; договору займа от 01.04.2020 на сумму 95 300 000 руб. 00 коп. и приходному кассовому ордеру к нему за № 1 от 01.04.2020 на сумму 4 000 000 руб. 00 коп. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 08.11.2022 (резолютивная часть от 03.11.2022) в третью очередь реестр требований кредиторов ФИО7 включены требования ФИО2 в размере 111 361 534 руб. 25 коп., в том числе: 94 000 000 руб. 00 коп. – основной долг, 17 361 534 руб. 25 коп. – проценты.

Финансовый управляющий ФИО6, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловала его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

В апелляционной жалобе указывает на то, что судом первой инстанции не дана оценка доводам финансового управляющего о недоказанности факта того, что финансовое положение кредитора позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства; представленные в материалы дела справки из банков, выписки по счетам и расходные кассовые ордера подтверждают лишь факт снятия и внесения денежных средств; ни одной доходной или расходной операции по указанным счетам кредитора по не указано. Ссылаясь на представленные документы, отмечает, что кредитором в период с 01.10.2012 по 30.08.2019 было заработано 164 922 848 руб. 15 коп., из которых 94 300 000 (57,78%) были переданы должнику в период с 01.03.2019 по 01.04.2020, однако до 2022 года попыток к взысканию указанных сумм предпринято не было. Оспаривает вывод суда о том, что факт заключения договора не оспаривается, о фальсификации договоров или приходно-кассовых ордеров заявлено не было, указывает, что финансовый управляющий заявляя возражения указывал на признаки мнимости сделки по заключению договора (договоров) займа между должником и кредиторов, в том числе ссылался на пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». Указывает, что финансовым управляющим в суде первой инстанции было заявлено о том, что достоверность приходно-кассовых ордеров вызывает сомнения, однако указанному доводу не было дано какой-либо оценки. Ссылаясь на то, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.09.2018 по делу № А71-11675/2016 ФИО7 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Салдомир» (ИНН 

<

***>) как бывший генеральный директор должника; в то время учредителем ООО «Салдомир» с долей 50 % в УК являлась ФИО2, настаивает на том, что должники кредитор являются заинтересованными друг к другу лицами. Кроме того, указывает, что от кредитора в суд поступают противоречивые сведения относительно взаимоотношений с должником, в частности в обжалуемом определении приведены показания ФИО2 из которых следует, что кредитор познакомился с ФИО7 приблизительно 10 лет назад через своего знакомого ФИО8 и с этого времени начал заключать с должником договоры займа; в заявлении о включении в реестр требований должника кредитор указал, что дружил с ФИО7 семьями более 15 лет и неоднократно помогал ему финансово, что противоречит сведениям об обмене со стороны ФИО7 

До начала судебного заседания от ФИО2 поступил письменный отзыв, в котором кредитор просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «Невский кондитер» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представители ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве; просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X «Банкротство граждан», регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. 

В соответствии со статьей 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов.

Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами. 

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, исходя из заявленного требования и подтверждающих документов, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований, определяется характер, размер и обязательства, не исполненные должником. При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений. Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Стороны в соответствии со статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, требования ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника мотивировано наличием неисполненных должником обязательств (по возврату займа) по договорам займа от 01.03.2019; от 11.03.2019; от 09.04.2019; от 01.09.2019; от 01.04.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807, пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества в срок и в порядке, предусмотренные договором займа. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В силу статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить сумму займа в порядке и сроки, определенные договором займа.

В соответствии со статьей 811 ГК РФ в случае нарушения заемщиком срока возврата займа, на эту сумму подлежат начислению неустойка, независимо от уплаты процентов, предусмотренных договором займа.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование заявленных требований кредитором указано, что в период с 01.03.2018 по 01.04.2020 между ФИО2 и ФИО7, являющимся на тот момент индивидуальным предпринимателем, были заключены следующие договоры займа: 

- договор займа от 01.03.2019 на сумму 10 000 000 руб., сроком погашения до 01.03.2022, под 16% годовых (приходный кассовый ордер № 3 от 01.03.2019 на сумму 10 000 000 руб.; 

- договор займа от 11.03.2019 на сумму 65 300 000 руб., сроком погашения до 11.03.2022, под 20% годовых (приходный кассовый ордер № 4 от 11.03.2019 на сумму 65 300 000 руб.; 

- договор займа от 09.04.2019 на суму 10 000 000 руб., сроком погашения до 09.10.2019, под 12% годовых (приходный кассовый ордер № 6 от 09.04.2019 на сумму 10 000 000 руб.; 

- договор займа от 01.09.2019 на сумму 5 000 000 руб., сроком погашения до 31.08.2021, под 22% годовых (приходный кассовый ордер № 5 от 01.09.2019 на сумму 5 000 000 руб.; 

- договор займа от 01.04.2020 на сумму 95 300 000 руб., сроком погашения до 01.04.2025, под 12% годовых (приходный кассовый ордер № 1 от 01.04.2020 на сумму 4 000 000 руб.. 

Со слов представителя кредитора, по инициативе должника стороны намеревались заключить Соглашение о новации, предусматривающее прекращение действия всех ранее заключенных договоров, имевшихся по состоянию на 01.04.2020, с установлением единого процента 12% годовых. Необходимость заключения данного соглашения ФИО7 объяснил тяжелым финансовым положением, возникшим в связи и неисполнением денежных обязательств ФИО9 (Ижтрейдинг), объем поставок которому, составлял 40% от всего финансового оборота ФИО7 Факт наличия задолженности ФИО9 перед ФИО7 в размере 25 377 749 руб. 50 коп. подтвержден решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.12.2019 по делу № А71-15788/2019. 

Соглашение о новации стороны не подписали, заключив новый договор займа от 01.04.2020 на сумму 95 300 000 руб., в рамках которого которому должнику была выдана сумма займа в размере 4 000 000 руб.

Ссылаясь на то, что денежные средства должником кредитору возвращены не были, кредитор обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование наличия финансовой возможности выдачи займов на заявленную сумму кредитором в материалы дела представлены справки и выписки АО «Альфа-Банк», Банка ВТБ (ПАО), АО «БКС Банк» по счетам ФИО2, расходные кассовые ордера, подтверждающие внесение и снятие денежных средств. 

Исходя из документов, представленных ФИО2, за период с 02.10.2012 по 30.08.2019 всего им было получено 164 922 848 руб. 15 коп. 

Супругом кредитора ФИО2 в материалы дела представлено нотариально заверенное согласие (18 АБ 1880938 от 06.08.2022) на заключение ФИО2 с ИП ФИО7 на любых условиях по ее усмотрению договора займа от 01.03.2019 на сумму 10 000 000 руб., договора займа от 11.03.2019 на сумму 65 300 000 руб., договора займа от 09.04.2019 на суму 10 000 000 руб., договора займа от 01.09.2019 на сумму 5 000 000 руб., договора займа от 01.04.2020 на сумму 95 300 000 руб. (т.2, л.д.78). 

Принимая во внимание, что представленные кредитором доказательства, пояснения супруга кредитора позволяют сделать вывод о наличии у семьи К-вых финансовой возможности для предоставления должнику денежных средств в размере 94 300 000 руб., учитывая, что доказательств возврата денежных средств суду не представлено, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что требования кредитора в заявленном размере, а именно: 111 361 534 руб. 25 коп. (из них: 94 000 000 руб. 00 коп. основной долг, 17 361 534 руб. 25 коп. проценты начисленные на сумму долга 94 000 000 руб. из расчета 12% годовых за период с 01.04.2020 по 12.10.2021); подлежат включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

При этом, судом первой инстанции были рассмотрены доводы финансового управляющего относительно мнимости договоров займа и обоснованно отклонены исходя из следующего. 

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. 

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. 

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). 

Вместе с тем, проанализировав все доказательства в совокупности, в том числе пояснения кредитора, должника об обстоятельствах и степени их знакомства, причинах и обстоятельствах предоставления займа, сведения о доходах семьи кредитора, наличие у должника бизнеса, развитие которого могло потребовать привлечения заемных средств, а также приняв во внимание структуру кредиторской задолженности должника (долги основаны на займах, предоставленных физическими лицами), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается мнимость спорной сделки (договора займа). 

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (абзац 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). 

Факт заключения договоров займа в рамках настоящего обособленного спора не оспаривается, о фальсификации договоров или приходных кассовых ордерах заявлено не было (статья 161 АПК РФ). 

Таким образом, при отсутствии доказательств фальсификации приходных кассовых ордеров и при наличии документов о доходах семьи К-вых, который, позволял в спорный период предоставить должнику заем в размере 94 300 000 руб., суд полагает, что договоры займа не являются мнимыми сделками. 

Кроме того, с учетом обстоятельств знакомства должника и кредитора (дружеских отношений), продолжительности такого знакомства, отсутствуют основания для критического отношения к тому обстоятельству, что денежные займы были выданы в наличной форме и без предоставления какого-либо обеспечения, поскольку как следует из пояснений кредитора и должника, именно, дружеские доверительные отношения, являлись гарантом неоднократного предоставления займов кредитором должнику и их возврат последним.

Наличие на момент выдачи спорных займов судебных актов о взыскании задолженности в пользу должника также не свидетельствует о мнимости займа, более того, напротив, подтверждает то обстоятельство, что должник мог нуждаться в привлечении заемных денежных средств для пополнения оборотных средств на развитие бизнеса. Доказательства того, что стороны сделки стремились создать искусственный документооборот, действовали против интересов иных кредиторов должника, не представлены. 

При изложенных обстоятельствах, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом сведений о доходах ФИО10, пояснений кредитора и должника, следует признать, что материалами дела подтверждено наличие у ФИО2 финансовой возможности выдать должнику заем в сумме 94 300 000 руб. по состоянию на дату заключения договоров займа. 

При этом, относительно расходования денежных средств ФИО7, судом первой инстанции верно отмечено, что в рамках проверочных мероприятий по заявлению ФИО2 о возбуждении уголовного дела по факту мошеннических действий ФИО7, пояснил, что денежные средства, предоставленные ему в качестве займа, были потрачены на бизнес, а также выплату процентов по договорам займа, возврат денежных средств, полученных от физических лиц по иным договорам займа. 

Кроме того, должник пояснял, что брал кредит у физических лиц, с которым должника связывали товарищеские отношения. 

Договоры займа, в том числе договор займа от 11.12.2017 № ЗВ-17-12-1, заключенный с ФИО11, в соответствии с условиями которого, кредитор предоставил заемщику (ФИО7) заем в сумме 10 000 000 руб. под 12% годовых, денежные средства были переданы кредитором должнику, что подтверждается квитанциями к приходному кассовому ордеру № 4259 от 11.12.2017 на сумму 6 500 000 руб., № 162 от 11.03.2018 на сумму 3 500 000 руб., содержащими подпись и печать должника), ничем по форме и содержанию от договоров займа, заключенных с ФИО2 не отличается, займы не были ничем обеспечены. 

Согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ФИО7 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 24.11.2017, дата прекращения деятельности в качестве ИП – 05.08.2020 (т.2, л.д.128- 129). 

Основным видом деятельности ИП ФИО7 являлась «Торговля оптовая шоколадом и сахаристыми кондитерскими изделиями» (ОКВЭД 46.36.11), дополнительными видами деятельности – «Торговля соками, минеральной водой и прочими безалкогольными напитками» (ОКВЭД 46.34.1), «Торговля оптовая мучными кондитерским изделиями» (ОКВЭД 46.34.3), «Торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитками, табачными изделиями в неспециализированных магазинах» (ОКВЭД 47.11), «Торговля розничная хлебом и хлебобулочными изделиями в специализированых магазинах» (ОКВЭД 47.11). 

Доводы должника об использовании им в предпринимательской деятельности денежных средств, полученных по договорам займа, заключенным с физическими лицами подтверждаются в том числе, пояснениями, отобранными в рамках проверочных мероприятий по заявлению ФИО2, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.09.2022 по делу № А71-12016/2021 о включении требования ФИО11 (ИНН 

<

***>) в размере 14 711 232 руб. 87 коп. (из них: 10 000 000 руб. основной долг и 4 711 232 руб. 87 коп. проценты) в реестр требований кредиторов ФИО7 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) с очередностью удовлетворения в составе третьей очереди. 

Вопреки доводов апелляционной жалобы, обстоятельства, свидетельствующие о наличии приятельских отношений между должником и семьей К-вых, их давнее знакомство, не являются безусловным доказательством наличия признаков фактической аффилированности и совершения сделки с противоправной целью контроля в процедуре банкротства должника. При этом, наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки. 

Поскольку сторонами совершены действия, направленные на исполнение принятых по спорной сделке обязательств, ФИО2 исполнены обязательства по предоставлению займа, должником получены денежные средства в заем, следует признать, что сделка носила реальный характер. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что истинная воля сторон при заключении договоров займа, не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, не представлены. 

Доказательства того, что при заключении спорных договоров стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалах дела отсутствуют. 

Цель создания искусственной кредиторской задолженности для последующего контроля за процедурой банкротства должника материалами дела не подтверждена (статья 65 АПК РФ). 

Таким образом, вопреки доводов апелляционной жалобы, оснований для признания сделок, как заключенных без намерения создать соответствующие правовые последствия, мнимыми сделками не имеется.

С учетом вышеуказанного, суд первой инстанции правомерно признал ошибочными доводы финансового управляющего о том, что кредитором не подтверждена финансовая возможность предоставления должнику суммы займа в размере 94 300 000 руб., стороны договоров с самого начала не имели намерения создать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, фактически отношения займа между ними не возникли, договоры направлены исключительно на создание искусственной кредиторской задолженности.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 08 ноября 2022 года по делу № А71-12016/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

 

Т.С. Нилогова