ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

19.09.2019

Дело № А41-53724/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 12.09.2019 

Полный текст постановления изготовлен  19.09.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Закутской С.А., Зеньковой Е.Л.

при участии в заседании:

от ООО «УК «Навигатор» - ФИО1 по дов. от 26.09.2018, ФИО2 по дов. от 02.08.2019

от ЗАО «Логистический терминал» - ФИО3 по дов. от 09.08.2018

от ФНС РФ – ФИО4 по дов. от 10.09.2019

рассмотрев 12.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ООО "УК "Навигатор" Д.У. ЗПИФН "Собрание" 

на определение от 27.02.2019

Арбитражного суда Московской области,

Постановление Десятого Арбитражного суда от 04.06.2019 года

вынесенное судьей Гараевой Н.Я., Терешиным А.В., Катькиной Н.Н.,

по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «Логистический терминал» ФИО5 и Межрайонной ИФНС России №5 по Московской области о признании сделки по отчуждению имущества недействительной, применении последствий недействительности сделки к ответчикам ООО «МегаПром», ЗПИФ «Собрание» в лице доверительного управляющего ООО «УК Навигатор» 

по делу о признании ЗАО «Логистический терминал» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.04.2017 по делу №А41-53724/16 ЗАО «Логистический терминал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора № 6 купли-продажи недвижимого имущества от 21.12.2015, заключенного между должником и ООО «МегаПром», и истребовании имущества из чужого незаконного владения ЗПИФ «Собрание» в лице доверительного управляющего ООО «УК МДМ».

Уполномоченный орган (Межрайонная ИФНС России №5 по Московской области) также обратился с заявлением о признании недействительной сделки должника по передаче объектов недвижимости ЗАО «Логистический терминал» по договору купли-продажи № 6 от 21.12.2015.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.08.2018 заявление конкурсного управляющего ЗАО «Логистический терминал» ФИО5 объединено в одно производство для совместного рассмотрения с заявлением Межрайонной ИФНС России №5 по Московской области.

Определением суда от 13.11.2018 произведена процессуальная замена доверительного управляющего ЗПИФ «Собрание» - ООО «УК МДМ» на его правопреемника - ООО «УК «Навигатор».

В ходе судебного разбирательства конкурсный управляющий в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил заявленные им требования и просил признать договор № 6 купли-продажи недвижимого имущества от 21.12.2015, заключенный между ЗАО «Логистический терминал» и ООО «МегаПром», недействительным, а также истребовать из чужого незаконного владения ЗПИФ «Собрание» в лице доверительного управляющего ООО   «УК  «Навигатор»  в   конкурсную   массу  ЗАО   «Логистический  терминал» недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 февраля 2019 года заявления конкурсного управляющего ЗАО «Логистический терминал» ФИО5 и МРИ ФНС России №5 по Московской области удовлетворены.

Суд признал недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 21.12.2015 № 6, заключенный между ЗАО "Логистический терминал" и ООО "МегаПром".

Из чужого незаконного владения ЗПИФ "Собрание" в лице доверительного управляющего ООО "УК Навигатор" в конкурсную массу ЗАО "Логистический терминал" истребовано следующее недвижимое имущество:

- нежилое четырехэтажное здание - корпус №7 (литер Б) общей площадью 6955,4 кв. м, инвентарный номер 206:063-1806, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 50:55:0020128:42;

- пристройка к цеху № 7 общей площадью 3069,7 кв. м, инвентарный номер 206:063-1806/3, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 50:55:0000000:3689;

- земельный участок, на котором расположены вышеуказанные здания, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для промышленных целей, площадью 21791 кв.м., кадастровый номер 50:55:0020128:23, адрес: 

<

...>.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2019  указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ООО "УК "Навигатор" Д.У. ЗПИФН "Собрание" обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты. Заявитель в кассационной жалобе указывает на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, указывает на неправильное применение норм процессуального и материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, на момент совершения оспариваемой сделки за должником было зарегистрировано право собственности на следующие объекты недвижимого имущества (далее по тексту - недвижимое имущество):

- нежилое четырехэтажное здание - корпус №7 (литер Б) общей площадью 6955,4 кв. м, инвентарный номер 206:063-1806, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 50:55:0020128:42;

- пристройку к цеху № 7 общей площадью 3069,7 кв. м, инвентарный номер 206:063-1806/3, расположенная по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 50:55:0000000:3689;

- земельный участок, на котором расположены вышеуказанные здания, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование для промышленных целей, площадью 21791 кв.м., кадастровый номер 50:55:0020128:23, адрес: 

<

...>.

21.12.2015 между должником и ООО «МегаПром» заключен договор № 6 купли-продажи недвижимого имущества (далее по тексту - договор купли-продажи), по условиям которого должник продал ООО «МегаПром» вышеуказанные объекты недвижимости.

В соответствии с п. 2.1 договора купли-продажи общая стоимость недвижимого имущества составляет 6 900 000 долларов США, в том числе НДС в размере 947 288,13 долларов США.

Согласно п. 2.2.1 договора купли-продажи оплата в размере 6 100 531,5 долларов США перечисляется на счет получателя HELLENIC BANK LTD, назначение платежа «Для зачисления на ASPELKA COMMERCIAL LTD номер счета CY07 0050 0240 0002 4007 7114 8802 в счет исполнения обязательства по кредитному договору № 

<

***> от «31» января 2013г. и мировому соглашению от 21.12.2015 г.».

В соответствии с п. 2.2.2 договора купли-продажи сумма в размере 799 468,5 долларов США перечисляется на счет получателя HELLENIC BANK LTD, назначение платежа «Для зачисления на ASPELKA COMMERCIAL LTD номер счета CY07 0050 0240 0002 4007 7114 8802 в счет исполнения обязательства по кредитному договору № 

<

***> от «13» июня 2013 г. и мировому соглашению от 21.12.2015 г.».

Оплата недвижимого имущества произведена ООО «МегаПром» путем перечисления денежных средств на общую сумму 480 265 450,04 рублей по указанным выше реквизитам, что подтверждается платежными поручениями № 78 от 25.12.2015, № 79 от 28.12.2015 и № 80 от 28.12.2015.

Прекращение права собственности ЗАО «Логистический терминал» на недвижимое имущество зарегистрировано 27.01.2016, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 06.07.2017 № 66/001/575/2017-4197.

05.07.2016 ООО «МегаПром» передало недвижимое имущество ООО «УК «МДМ», действующему в качестве управляющей компании закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Собрание», в обмен на инвестиционные паи ЗПИФ «Собрание» на общую сумму 394 000 000 рублей, что подтверждается заявкой на приобретение инвестиционных паев от 05.07.2016 № 614-044-1534 и актом приема-передачи к указанной заявке.

11.08.2016 в отношении недвижимого имущества зарегистрировано право общей долевой собственности владельцев инвестиционных паев ЗПИФ «Собрание», что подтверждается выписками из ЕГРН от 20.07.2018, согласно которым доверительное управление недвижимым имуществом осуществляет ООО «УК МДМ».

В настоящее время доверительное управление недвижимым имуществом от имени ЗПИФ «Собрание» осуществляет ООО «УК «Навигатор».

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на то, что оспариваемая сделка совершена при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, заключена в период подозрительности с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

В соответствии с абзацем 6 п. 3 ст. 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Пунктом 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В силу положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, заявление о признании ЗАО «Логистический терминал» банкротом принято к производству арбитражного суда 18.08.2016, следовательно, оспариваемая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной целидолжника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 настоящего Постановления).

Пунктом 6 вышеуказанного Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Как следует из бухгалтерского баланса ЗАО «Логистический терминал», по состоянию на 31.12.2014 (на конец последнего отчетного периода, предшествующего дате совершения договора купли-продажи), общий размер долгосрочных обязательств должника составлял 47 780 тыс. руб., общий размер краткосрочных обязательств -10 202 тыс. руб.

Соответственно, все обязательства должника на указанную дату составляли в совокупности 57 982 тыс. руб.

При этом общая стоимость имущества (активов) должника на указанную дату согласно балансу (разделы I и II баланса) составляла 42 226 тыс. руб., что на 15 миллионов рублей меньше, чем общий размер обязательств должника.

По состоянию на 31.12.2015, т.е. через десять дней после совершения оспариваемой сделки, общий размер обязательств должника превышал стоимость его имущества почти на 25 миллионов рублей - согласно бухгалтерскому балансу, общая стоимость имущества на указанный период составляла 42 469 тыс. руб., общий размер обязательств (раздел V баланса) - 67 409 тыс. руб.

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки размер денежных обязательств и обязательных платежей должника значительно превышал стоимость его имущества, соответственно должник отвечал признакам недостаточности имущества.

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью подразумевается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается.

Из материалов дела следует и судами установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнение обязательств по кредитному договору от 13.06.2013 № 

<

***>, заключенному с ОАО «МДМ Банк» (далее - Банк), что послужило основанием для обращения Банка в Ленинский районный суд г. Екатеринбурга с иском о взыскании образовавшейся задолженности.

Как следует из определения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга об утверждении мирового соглашения от 21.12.2015, на дату совершения оспариваемой сделки задолженность по указанному кредитному договору составляла: 787 143,77 долларов США - сумма просроченного основного долга, 12 324,73 - сумма просроченных процентов за пользование кредитом.

Также ЗАО «Логистический терминал» являлось поручителем по кредитному договору от 31.01.2013 № 

<

***>, заключенному между Банком и ООО «Уральский электронный завод» (ООО «УЭЗ»), на основании договора поручительства от 14.06.2013 № 15/

<

***>-ПЮЛ.

Согласно указанному договору поручительства, исполнение обязательств по кредитному договору, заключенному между Банком и ООО «УЭЗ», обеспечивается поручителем в полном объеме.

Неисполнение обязательств по кредитному договору от 31.01.2013 № 

<

***> также послужило основанием для обращения Банка в Ленинский районный суд г. Екатеринбурга с иском о взыскании образовавшейся задолженности.

Как следует из определения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 21.12.2015 об утверждении мирового соглашения с участием ЗАО «Логистический терминал», на дату совершения оспариваемой сделки задолженность по указанному кредитному договору составляла: 9 236 960,21 долларов США - сумма основного долга, 92 031,30 - сумма просроченных процентов за пользование кредитом.

Исходя из изложенного, на момент совершения оспариваемой сделки у ЗАО «Логистический терминал» имелась задолженность по указанным выше кредитным договорам на общую сумму более 10 000 000 долларов США (более 700 миллионов рублей по курсу доллара США к рублю на дату совершения сделки), что превышает стоимость имущества должника и свидетельствует о его неплатежеспособности.

Кроме того, из анализа финансового состояния должника, проведенного арбитражным управляющим должника, следует, что в период с 01.01.2015 происходило уменьшение платежеспособности должника, величина коэффициента абсолютной ликвидности принимала экстремально низкие значения, с устойчивой тенденцией на снижение.

Таким образом, судами установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник, наряду с недостаточностью имущества, отвечал также признакам неплатежеспособности.

Исходя из положений абзацев 2 и 3 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, отвечающего в момент ее совершения признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, предполагается в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки имущества составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанной сделки.

Как следует из ведомости амортизации основных средств должника, на дату совершения оспариваемой сделки балансовая стоимость отчужденного по ней имущества составляла 35 408 тыс. руб., при этом балансовая стоимость активов должника на 31.12.2014, по данным бухгалтерского баланса должника, составляла 42 226 тыс. руб.

Следовательно, общая стоимость имущества, переданного по оспариваемой сделке, превышает 83% балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанной сделки.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку на момент ее совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, при этом общая стоимость имущества, переданного по сделке, превышает двадцать процентов балансовой стоимости активов должника.

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы

Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно представленному в материалы дела анализу финансового состояния ЗАО «Логистический терминал», основным видом деятельности общества на момент совершения оспариваемой сделки являлась сдача внаем собственного недвижимого имущества.

Переход к покупателю (ООО «МегаПром») права собственности на имущество, переданное по договору купли-продажи, зарегистрирован 27.01.2016.

Согласно бухгалтерскому балансу ЗАО «Логистический терминал» общая стоимость основных средств должника на 31.12.2015 составляла 35 408 тыс. руб., т.е. сумму, равную балансовой стоимости отчужденного по оспариваемой сделке имущества.

Общая стоимость основных средств должника по состоянию на 31.12.2016 по данным бухгалтерского баланса составляла 0 рублей.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в результате совершения оспариваемой сделки должник полностью лишился принадлежащего ему недвижимого имущества (основных средств), что привело к прекращению осуществления им хозяйственной деятельности, при этом должник фактически не получил встречного предоставления за указанное имущество.

Поскольку должник после совершения сделки лишившись основных средств и не получив за них оплаты,  прекратил осуществлять хозяйственную деятельность, в результате совершения сделки кредиторы должника лишились возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Кроме того, в результате совершения сделки у должника возникла обязанность по уплате налогов в связи с реализацией имущества на сумму более 135 миллионов рублей, что привело к возникновению требований по обязательным платежам и одновременно к невозможности их удовлетворения в связи с утратой имущества и неполучением денежных средств в его оплату.

Таким образом, обстоятельства дела свидетельствуют о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку её заключение привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Доводы ООО «УК «Навигатор» о том, что на момент совершения сделки должник не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества и не получил их в результате её совершения, а также о том, что в результате совершения сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов, отклонены как необоснованные.

ООО «УК «Навигатор» ссылается на то, что срок исполнения обязательств по кредитным договорам на момент совершения сделки был изменен мировыми соглашениями от 21.12.2015, при этом рыночная стоимость отчужденного по сделке имущества значительно превосходила балансовую, в связи с чем у должника на момент совершения сделки отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Между тем утверждение Ленинским районным судом г. Екатеринбурга мировых соглашений в один день с заключением договора купли-продажи не опровергает наличие у должника задолженности по указанным выше кредитным договорам, поскольку именно прекращение исполнения обязательств по ним со стороны должника (абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве) явилось основанием для обращения Банка в суд с исками о взыскании задолженности.

То обстоятельство, что требования, возникшие из кредитных договоров от 31.01.2013 № 

<

***> и от 13.06.2013 № 

<

***>, и подтвержденные мировыми соглашениями от 21.12.2015, не были погашены в полном объеме, а оплата недвижимого имущества по договору купли-продажи производилась его покупателем (ООО «МегаПром») путем перечисления денежных средств в счет частичного исполнения указанных обязательств непосредственно кредитору (Компании «Аспелка Коммершиал ЛТД», являющейся правопреемником Банка), свидетельствует об отсутствии у должника в спорный период денежных средств, достаточных для исполнения его денежных обязательств.

То обстоятельство, что недвижимое имущество было продано по цене, в несколько раз превышающей его балансовую стоимость, не опровергает наличие у должника признаков недостаточности имущества, поскольку, как следует из определений Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 21.12.2015 об утверждении мировых соглашений, общий размер обязательств должника на дату совершения сделки превышал стоимость недвижимого имущества, указанную в договоре купли-продажи, более чем на 3 000 000 долларов США, что по курсу доллара США к рублю на указанную дату составляло более 200 млн. рублей.

При этом, согласно бухгалтерскому балансу ЗАО «Логистический терминал», стоимость иного имущества, принадлежащего должнику на 31.12.2015, составляла 7 061 тыс. рублей (отложенные налоговые активы на сумму 6 112 тыс. рублей и оборотные активы на сумму 949 тыс. руб.).

Доказательств того, что рыночная стоимость указанного имущества превышала балансовую, в материалы дела не представлено.

Таким образом, довод об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества противоречит обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Довод ООО «УК «Навигатор» о том, что в результате совершения сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку должник взамен недвижимого имущества приобрел права требования к ООО «УЭЗ» и иным лицам (дебиторской задолженности) на сумму более 420 млн. рублей, также отклонен в силу следующего.

Как следует из информации, опубликованной в Едином государственном реестре сведений о банкротстве, дебиторская задолженность в виде валютных обязательств ООО «УЭЗ» на сумму 6 100 531 доллар США 50 центов, что на 25.12.2015 эквивалентно 424 087 598,02 рублям, продана на открытых торгах в рамках реализации имущества должника по цене 600 000 рублей.

При этом общий размер требований кредиторов ЗАО «Логистический терминал», включенных в реестр требований кредиторов, составил более 300 млн. рублей.

Следовательно, в результате совершения сделки превышение обязательств должника над стоимостью имущества, оставшегося после её совершения, многократно увеличилось, что свидетельствует о значительном увеличении неплатежеспособности и недостаточности имущества должника и причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств того, что после совершения сделки действительная стоимость имущества должника превысила размер его неисполненных обязательств, в материалы дела не представлено.

Доказательства получения должником в результате совершения сделки иного ликвидного имущества или денежных средств, достаточных для погашения требований кредиторов и восстановления платежеспособности, в материалах дела также отсутствуют.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в п. 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Общество с ограниченной ответственностью «МегаПром» (другая сторона оспариваемой сделки) к моменту совершения сделки знала о цели должника причинить вред имущественным интересам кредиторов, поскольку на осведомленность ООО «МегаПром» о наличии у должника неудовлетворенных требований кредиторов указывает содержание пунктов 2.2.1, 2.2.2 договора купли-продажи, в соответствии с которыми уплата денежных средств по договору купли-продажи производилась третьему лицу по указанным выше кредитным договорам.

Проявляя должную степень осмотрительности, ООО «МегаПром» должно было ознакомиться с мировыми соглашениями от 21.12.2015 и кредитными договорами № 

<

***> от 31.01.2013 и № 

<

***> от 13.06.2013, сведения о которых включены в договор купли-продажи, в результате чего узнать об ущемлении интересов кредиторов должника, а также о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

При этом оспариваемым договором купли-продажи предусмотрена оплата недвижимого имущества Компании «Аспелка Коммершиал ЛТД» в счет исполнения обязательств по кредитным договорам и мировым соглашениям, минуя счета должника, что не является обычной практикой для договоров такого рода.

Так, согласно пункту 2.2.1 договора купли-продажи часть стоимости имущества в размере 6 100 531,50 долларов США перечислялась для зачисления на счет указанной компании в счет исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 31.01.2013 и мировому соглашению от 21.12.2015.

В соответствии с пунктом 2.2.2 договора купли-продажи оставшаяся часть стоимости имущества в размере 799 468,50 долларов США перечислялась для зачисления на ASPELCA COMMERCIAL LTD в счет исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2013 и мировому соглашению от 21.12.2015.

Также в договоре купли-продажи указаны сведения о заключении между должником и Банком договоров залога отчуждаемого по сделке имущества (пункт 1.3 договора), а также об уступке Банком прав залогодержателя по указанным договорам компании Компании «Аспелка Коммершиал ЛТД».

Кроме того, отчуждение имущества по сделке производилось с согласия залогодержателя, соответственно, Обществу «МегаПром» не могли быть неизвестны указанные обстоятельства, связанные с залогом имущества.

Вышеуказанные условия договора купли-продажи свидетельствуют о том, что в момент его заключения ООО «МегаПром» (покупатель) должно было знать и знало о признаках неплатежеспособности должника, а именно о наличии просроченной задолженности по кредитным договорам (прекращении исполнения должником денежных обязательств), явившейся основанием для обращения Банка в суд и последующего утверждения мировых соглашений, заключенных в один день со спорным договором купли-продажи, а также о нахождении имущества в залоге по договорам ипотеки, заключенным с Банком, и об уступке прав залогодержателя по данным договорам новому кредитору, с которым заключены мировые соглашения.

Изложенные обстоятельства подтверждают осведомленность ООО «МегаПром» о совершении оспариваемой сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку при заключении сделки указанное общество, проявляя должную осмотрительность, должно было установить наличие обстоятельств, свидетельствующих о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Учитывая тот факт, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, оспариваемая сделка совершена в условиях недостаточности имущества и неплатежеспособности должника, в результате совершения сделки должник полностью лишился основных средств и прекратил осуществление хозяйственной деятельности, суды пришли к выводу, что сделка по отчуждению недвижимого имущества, оформленная договором № 6 купли-продажи недвижимого имущества от 21.12.2015, совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При таких обстоятельствах суды пришли к правильному выводу о наличии оснований для признания договора № 6 купли-продажи недвижимого имущества от 21.12.2015 недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В отношении заявления конкурсного управляющего должника об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения ЗПИФ «Собрание» в лице доверительного управляющего ООО «Управляющая компания МДМ» судами установлено следующее.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне.

Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи.

Согласно ч. 1 ст. 38 АПК РФ иски о правах на недвижимое имущество предъявляются в арбитражный суд по месту нахождения этого имущества.

Исходя из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Поскольку истребуемое в рамках настоящего обособленного спора недвижимое имущество расположено по адресу: 

<

...>, то виндикационный иск об истребовании указанного недвижимого имущества предъявляется в Арбитражный суд Московской области, т.е. в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, в связи с чем требования о признании договора купли-продажи недействительным и об истребовании недвижимого имущества могут быть рассмотрены в рамках настоящего обособленного спора.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Пунктом 34 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 предусмотрено, что в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Возможность признания лица добросовестным приобретателем обусловлена соблюдением совокупности условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 302 ГК РФ: отсутствие осведомленности приобретателя о приобретении имущества у лица, которое не вправе было его отчуждать, возмездное приобретение имущества, наличие воли собственника либо лица, которому имущество было передано собственником во владение, на отчуждение имущества.

Истребование имущества у недобросовестного приобретателя возможно во всех случаях, независимо от возмездности приобретения и поведения собственника.

После совершения оспариваемого в рамках настоящего обособленного спора договора купли-продажи и регистрации права собственности на отчуждаемое недвижимое имущество за ООО «МегаПром» указанное имущество было передано ООО «УК МДМ» как доверительному управляющему ЗПИФ «Согласие».

Как следует из списка аффилированных лиц ПАО «МДМ Банк» на 30.09.2016, в период с 07.08.2009 по 30.09.2016, т.е. на момент передачи недвижимого имущества конечному приобретателю и регистрации его прав на данное имущество, ООО «УК МДМ» являлось аффилированным лицом Банка, основание признания аффилированным лицом - право Банка распоряжаться более 20% голосов, приходящихся на доли, составляющие уставный капитал данного юридического лица.

Из указанного списка также следует, что ООО «УК МДМ» в тот же период принадлежало к группе лиц ПАО «МДМ Банк».

Из материалов дела следует, что одновременно с заключением мировых соглашений от 21.12.2015 недвижимое имущество продано должником по оспариваемому договору купли-продажи ООО «МегаПром» (покупатель), при этом условиями договора купли-продажи изначально предусматривалась невозможность получения должником денежных средств в оплату указанного имущества (пункт 2.2 договора).

В дальнейшем недвижимое имущество поступило во владение ООО «УК МДМ» как доверительного управляющего ЗПИФ «Согласие».

Следовательно, в результате согласованных действий участников указанных сделок конечным приобретателем недвижимого имущества явилось юридическое лицо, подконтрольное Банку в силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (аффилированное с ним), и входящее с Банком в группу лиц в силу статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Таким образом, обстоятельства дела свидетельствуют о том, что продажа должником имущества ООО «МегаПром» и его последующее внесение в ЗПИФ «Согласие», управляющим которым являлось аффилированное с Банком лицо (ООО «УК МДМ»), совершены в интересах и под контролем Банка, являвшегося первоначальным залогодержателем недвижимого имущества, в целях неправомерного завладения недвижимостью должника в обход установленных процедур обращения взыскания на нее и в целях ущемления прав иных кредиторов.

Довод об отсутствии аффилированности между ООО «УК МДМ», ООО «МегаПром» и Компанией «Аспелка Коммершиал ЛТД» не опровергает факт недобросовестности приобретения недвижимого имущества конечным приобретателем, поскольку из обстоятельств дела следует, что ООО «МегаПром» при совершении оспариваемой сделки использовалось в качестве «промежуточного звена» для создания видимости приобретения недвижимого имущества незаинтересованным лицом.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «МегаПром» зарегистрировано по адресу массовой регистрации (

<

...>) с уставным капиталом размером 10 000 рублей, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у указанного общества финансовой возможности приобретения менее чем через год после регистрации недвижимого имущества стоимостью 6 900 000 долларов США, что на дату его оплаты, как следует из указанных выше платежных поручений от 25.12.2015 и от 28.12.2015, составило более 480 млн. рублей.

Кроме того, факт последующего внесения недвижимого имущества в закрытый паевой инвестиционный фонд под управлением ООО «УК МДМ», являющегося аффилированным лицом Банка, в обмен на инвестиционные паи стоимостью 394 млн. рублей, т.е. его отчуждения по цене, которая значительно меньше стоимости приобретения, свидетельствует об отсутствии у ООО «МегаПром» какой-либо экономической заинтересованности в приобретении данного имущества.

Довод об отсутствии на момент совершения оспариваемой сделки договорных отношений между Банком и должником также не опровергает осведомленность Банка о её совершении и об иных обстоятельствах, при которых недвижимое имущество выбыло из владения должника, поскольку договор купли-продажи заключен в один день с утверждением Ленинским районным судом г. Екатеринбурга мировых соглашений по делам о взыскании задолженности, возникшей из указанных выше кредитных договоров.

При этом интересы Банка и Компании «Аспелка Коммершиал ЛТД» при рассмотрении указанных дел представляло одно и то же лицо - гр. ФИО6, что подтверждается определениями об утверждении мировых соглашений, а также копиями искового заявления Банка к должнику и доверенности от 25.09.2015.

Кроме того, как следует из указанных выше платежных поручений от 25.12.2018 и от 28.12.2015, перечисление денежных средств Компании «Аспелка Коммершиал ЛТД» в оплату недвижимого имущества производилось с расчетного счета ООО «МегаПром», открытого в ПАО «МДМ Банк».

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности, должны учитываться при разрешении вопроса о добросовестности приобретателя.

Поскольку на момент приобретения недвижимого имущества ООО «УК МДМ», как лицо, подконтрольное Банку, и входящее с Банком в одну группу лиц, могло знать об обстоятельствах, при которых данное имущество выбыло из владения должника, в том числе о признаках его неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент заключения договора купли-продажи и о совершении данной сделки по продаже имущества в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, данное общество является недобросовестным приобретателем спорного имущества.

Кроме того, при таких условиях ООО «УК МДМ» должно было усомниться в праве продавца (ООО «МегаПром») на отчуждение имущества (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, суды пришли к выводу, что материалами дела не подтверждена необходимая совокупность всех обстоятельств, при которых приобретатель спорного имущества в силу статьи 302 ГК РФ признается добросовестным.

Поскольку, исходя из смысла статьи 302 ГК РФ, недобросовестность конечного приобретателя недвижимого имущества, выбывшего из владения должника, подлежит установлению на момент его отчуждения по последней из «цепочки» сделок, которой в данном случае является сделка обмена имущества на паи в инвестиционном фонде, переход прав и обязанностей управляющей компании ЗПИФ «Собрание» к ООО «УК «Навигатор» не свидетельствует в безусловном порядке о добросовестности лица, к которому предъявлено требование о виндикации указанного имущества.

Как следует из материалов дела, договор о передаче прав и обязанностей управляющей компании ЗПИФ «Собрание» заключен между ООО «УК МДМ» и ООО «УК «Навигатор» 07.08.2018, права и обязанности по управлению инвестиционным фондом перешли к ООО «УК «Навигатор» 21.09.2018, при этом заявление об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения предъявлено конкурсным управляющим должника в арбитражный суд 30.03.2018.

Следовательно, на момент перехода прав и обязанностей по доверительному управлению недвижимым имуществом ООО «УК «Навигатор» как правопреемник ООО «УК МДМ» знало и могло знать об обстоятельствах совершения указанной сделки, и, как следствие - о недобросовестности приобретения имущества.

В связи с тем, что договор купли-продажи является недействительной сделкой, недвижимое имущество отчуждено ООО «МегаПром» незаконно, арбитражный суд приходит к выводу, что ЗПИФ «Собрание» в лице нынешнего доверительного управляющего ООО «УК «Навигатор» также владеет недвижимым имуществом незаконно.

Соответственно при признании указанной сделки недействительной недвижимое имущество в силу статей 301 и 302 ГК РФ правомерно истребовано судом первой инстанции от ООО «УК «Навигатор» и в конкурсную массу должника, кроме того, рассмотрение данного требования в рамках дела о банкротстве не противоречит действующему законодательству и процессуальным правам лиц, привлеченных к участию в обособленном споре..

Довод о том, что в случае сохранения действительности договора произойдут поступления в бюджет за счет уже сформированной конкурсной массы должника, заявлен без учета реального размера конкурсной массы, который не позволяет не только погасить требования кредиторов, но даже покрыть в полном объеме текущие расходы должника, иного не доказано.

Довод о том, что перечисление оплаты непосредственно залогодержателю является обычной хозяйственной практикой, не опровергает подтвержденную материалами дела осведомленность ООО «МегаПром» о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения сделки.

Перечисление оплаты непосредственно залогодержателю свидетельствует об осведомленности указанного общества (покупателя) о том, что кредитные обязательства перед Банком (Компанией) были обеспечены залогом проданного имущества, при этом общий размер данных обязательств превышал его (имущества) стоимость.

Довод о том, что открытие ООО «МегаПром» расчетного счета в ПАО «МДМ-банк» не свидетельствует о недобросовестности или аффлированности ООО «МегаПром», Компании «Аспелка Коммершиал ЛТД» и ООО «УК МДМ», заявлен без учета иных доказательств по делу, свидетельствующих о неформальной аффилированности ООО «МегаПром» с Банком.

Из материалов дела следует, что у ООО «МегаПром» не только был открыт расчетный счет в Банке, но также с указанного счета осуществлялось перечисление оплаты по оспариваемой сделке.

Данный факт в совокупности с иными обстоятельствами дела также свидетельствует об использовании ООО «МегаПром» в качестве номинального приобретателя спорного имущества под контролем Банка.

Довод о том, что в материалах дела нет никаких доказательств осведомленности ООО «УК МДМ» о заключении договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и недобросовестных действий данного общества, также отклонен, как противоречащий обстоятельствам дела, поскольку конечный приобретатель имущества мог знать об этих обстоятельствах в силу подтвержденной аффилированности с Банком, также осведомленным об обстоятельствах совершения сделки.

Как следует из материалов дела, ООО «УК МДМ» являлось аффилированным лицом Банка в силу его преобладающего участия в уставном капитале данного общества как на момент заключения договора, так и на момент внесения имущества в ЗПИФН «Собрание».

Соответственно его осведомленность об обстоятельствах заключения договора (совершения сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов) подтверждается указанной аффилированностью, а также совокупностью обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что отчуждение имущества производилось под контролем Банка, с использованием ООО «МегаПром» как номинального приобретателя.

Указанные факты являются достаточными для признания ООО «УК МДМ» недобросовестным приобретателем, в связи с чем вывод судов о наличии оснований для истребования имущества из чужого незаконного владения полностью соответствует обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов нарушений норм процессуального права судами, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 27.02.2019, Постановление Десятого Арбитражного суда от 04.06.2019 года по делу № А41-53724/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий-судьяВ.Я. Голобородько

 

Судьи:С.А. Закутская 

Е.Л. Зенькова