Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-93731/2023

05 сентября 2024 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  29 августа 2024 года.

Полный текст решения изготовлен  05 сентября 2024 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Данилова Н.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бурячек В.И.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

ответчик: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ФИРМА "ПРОМХИМ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ ВТБ ФАКТОРИНГ (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).

о взыскании

при участии

от истца (заявителя): ФИО1 (доверенность от 16.06.2023)

ФИО2 (доверенность от 16.06.2023)

от ответчика: ФИО3 (доверенность от 21.12.2023) 

                        ФИО4 (доверенность от 21.12.2023)

от третьего лица: не явился, извещен

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" (далее – истец, поклажедатель) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  с иском к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ФИРМА "ПРОМХИМ" (далее – ответчик, хранитель) о взыскании по договорам от 16.07.2021 №130/21-ХП, №131/21-ХП, №161/21-ХП: 6 916 766 934,44 руб. убытков, причиненных недостачей нефтепродуктов, переданных на хранение.

Определением от 14.12.2023  суд в порядке статьи 49 АПК РФ принял уточнения исковых требований, истец просит взыскать 6 876 174 645,55 руб. убытков.

Определением от 06.02.2024 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ ВТБ ФАКТОРИНГ.

Представители истца, ответчика в настоящее судебное заседание явились.

Представитель третьего лица - ООО ВТБ ФАКТОРИНГ, заявивший ходатайство об участии в судебном заседании от 29.08.2024 путем использования системы веб-конференции на  онлайн-связь не вышел, неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания не установлено, что исключает отложение судебного заседания применительно к части 5 статьи 158 АПК РФ. 

Дело рассмотрено в порядке ст.156 АПК РФ в отсутствие третьего лица.

В ходе судебного заседания, суд по ходатайству истца приобщил к материалам дела объединенные объяснения по делу от 26.08.2024 с приложениями.

Представитель ответчика заявил ходатайство о принятии к производству встречного иска с требованиями:

1. Обязать ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" забрать у ООО "ФИРМА "ПРОМХИМ" нефтепродукты, ранее переданные на хранение в соответствии с договорами от 16.07.2021 №130/21-ХП, №131/21-ХП, №161/21-ХП по адресу: 

<

...> в количестве 71577,761 тонны, из которых:

- АИ-92 - 58 529,855 тонны; 

- АИ-95 - 2 640,361 тонны; 

- ДТ летнее – 6 174,428 тонны; 

- ДТ межсезонное - 84,286 тонны;

- ДТ зимнее / арктическое - 4 148,831 тонны.

2. В случае, если суд придет к выводу о количестве недостачи нефтепродуктов по данным истца - обязать ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" забрать у ООО "ФИРМА "ПРОМХИМ" нефтепродукты, ранее переданные на хранение в соответствии с договорами от 16.07.2021 №130/21-ХП, №131/21-ХП, №161/21-ХП по адресу:

<

...> в количестве 99 405,387 тонны, из которых:

- АИ-92 - 78 775,28 тонны;

- АИ-95 - 4 869,13 тонны;

- ДТ летнее – 7 009,37 тонны;

- ДТ межсезонное - 84,90 тонны;

- ДТ зимнее / арктическое - 8 666,71 тонны.

Представитель истца возражал протии принятия встречного иска, ссылаясь на длительный период  рассмотрения настоящего дела, полагает, что  ответчик злоупотребляет своими правами, а его действия направлены на затягивание процесса. По мнению истца, встречное исковое заявление не соответствует положениям части 3 статьи 132 АПК РФ, принятие встречного иска не позволит завершить рассмотрение дела по существу. Истец также заявил об отсутствие полномочий у представителя ФИО3 на подписание и подачу встречного иска.

Представитель ответчика, не соглашаясь с доводами истца и указывая на материально-правовую природу первоначального и встречного исков, совпадение в предмете и средствах доказывания по первоначальному и встречному требованиям, считает, что совместное рассмотрение заявленных исков не повлечет затягивание судебного процесса, а приведет к более быстрому и правильному разрешению спора.

При этом представитель ответчика указал на то, что полномочия ФИО3  на подписание и подачу встречного искового заявления от имени предприятия ответчика подтверждено доверенностью от 21.12.2023, выданной генеральным директором ООО "ФИРМА "ПРОМХИМ" ФИО5, а также  заявил, что со стороны ответчика отсутствуют намерения  затягивания процесса, ответчик не против рассмотрения спора по существу в настоящем судебном заседании. 

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном данным Кодексом.

Институт встречного иска направлен на обеспечение справедливого баланса процессуальных прав истца и ответчика.

Право ответчика на предъявление встречного иска предусмотрено статьей 132 АПК РФ, при этом с учетом оснований для его принятия, перечисленных в пункте3 указанной нормы, следует исходить из того, что встречный иск как правовое средство является самостоятельным и эффективным средством защиты против первоначального иска, поскольку их совместное рассмотрение позволяет быстрее разрешить спорные вопросы сторон и устраняет возможность вынесения противоречивых решений, упрощает исполнительное производство по делу.

Для реализации указанного права необходимо наличие хотя бы одного из следующих условий: встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела (часть 3 статьи 132 АПК РФ).

В рассматриваемом случае,  исходя из оснований заявленных требований и возражений сторон спора, принимая во внимание, что встречное исковое заявление отвечает требованиям, предусмотренным статьей 132 АПК РФ и имеет взаимную связь с первоначальным иском, суд  с учетом мнения сторон, для целей процессуальной экономии, определил принять к производству встречный иск для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

То обстоятельство, что предметы первоначального и встречного исков различны, не свидетельствует, что их совместное рассмотрение будет способствовать затягиванию рассмотрения дела, поскольку в данном случае первоначальные и встречные исковые требования носят взаимоисключающий характер.

Довод истца об отсутствии полномочий на подписание и подачу встречного иска у представителя ответчика ФИО3 отклоняется судом как необоснованный, поскольку встречное исковое заявление подписано представителем ФИО3 по доверенности от 21.12.2023, выданной генеральным директором ООО "ФИРМА "ПРОМХИМ" ФИО5 на право представлять интересы Общества и вести дела от его имени во всех судебных органах со всеми правами, предоставленными заявителю, в т.ч. с правом подписания и подачи  искового заявления, встречного искового заявления. Кроме того истинная воля доверителя - генерального директора ООО "ФИРМА "ПРОМХИМ" ФИО5 на выдачу указанной доверенности была выражена при непосредственном его участии в режиме  веб-конференции в судебном заседании от 06.02.2024. 

В ходе судебного заседания представитель ответчика заявил повторное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы по определению объема остатков нефтепродуктов, находящихся на хранении  в соответствии с договорами от 16.07.2021 №130/21-ХП, №131/21-ХП, №161/21-ХП, определению объема недостачи нефтепродуктов, переданных ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" на основании названных Договоров на хранение, а также по установлению рыночной стоимости недостачи нефтепродуктов по состоянию на 31.07.2023, 02.10.2023, 29.12.2023, на дату назначения судебной экспертизы.

Ответчик полагает, что для разрешения настоящего спора требуется привлечение специальных познаний через производство судебной экспертизы, что подтверждается, по мнению ответчика, следующими обстоятельствами.

Постановлением старшего следователя по ОВД СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю вынесено постановление от 13.08.2024 о проведении обыска на нефтебазе ООО "ФИРМА "ПРОМХИМ" по адресу: 

<

...>, с целью установления наличия нефтепродуктов, принадлежащих ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" и их изъятия. 

Обыск проведен на нефтебазе ответчика, расположенной в г. Ставрополе, 19.08.2024, о чем составлен протокол обыска (выемки) от 19.08.2024.

По результатам обыска на нефтебазе в г. Ставрополе, как указывает ответчик, выявлено наличие нефтепродуктов, принадлежащих истцу, в количестве, превышающем количество остатков, которое истец истребовал, в том числе письмом от 25.06.2024.

 Представитель истца, возражая против заявленного ответчиком повторного ходатайства  о назначении по делу судебной экспертизы, полагает, что  данное ходатайство не подлежит удовлетворению. 

При этом истец считает, что ответы на все вопросы, которые предложены ответчиком в отношении количества нефтепродуктов по существу представляют собой правовой результат оценки доказательств, а вопросы в отношении рыночной стоимости противоречат статьи 5 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации и пункту 7.11 договора хранения. 

Протокол обыска на нефтебазе в г. Ставрополе от 19.08.2024, по мнению истца, не опровергает позицию истца об отсутствии нефтепродуктов на указанной нефтебазе, стоимость нефтепродуктов определяется сторонами в порядке, установленном договорами, а не оценкой рыночной стоимости. 

Представленный в материалы дела отчет №ИО-0324-56 об оценке стоимости нефтепродуктов, наряду с иными доказательствами, а также договорными условиями в отношении порядка установления цены, по мнению истца, исключает возможность назначения экспертизы по определению стоимости.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле; в случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу части 1 статей 64, 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1, 2 статьи 71 АПК РФ).

В силу частей. 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Учитывая, что назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 АПК РФ является правом, а не обязанностью суда, суд с учетом мнения сторон, установив, что имеющиеся в деле доказательства позволяют рассмотреть спор по существу, являются достаточными и надлежащими, пришел к выводу об отсутствии необходимости для ее проведения, в связи с чем ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы оставил без удовлетворения.

Представителем ответчика также заявлено ходатайство об истребовании (с учетом уточнения в ходе судебного заседания) в Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам №3 следующих документов в отношении  ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ": регистры налогового и бухгалтерского учета, книги покупок, книги продаж, декларации по налогу на добавленную стоимость с расшифровкой налоговых вычетов за 2020, 2021, 2022, 2023 годы. 

В обоснование ходатайства об истребовании доказательств ответчик указал, что данные документы необходимы для исследования вопроса о том, принимали истец к налоговому вычету НДС, оплаченный своим поставщикам.

Истец возражал против удовлетворения ходатайство об истребовании доказательств, считает, что обстоятельства, имеющие значения для рассмотрения настоящего дела, не подтверждаются запрашиваемыми ответчиком сведениями. При этом истец отметил, что в ходатайстве ответчиком не указаны какие именно регистры налогового и бухгалтерского учета необходимо истребовать, а также не обосновал период, с учетом момента причинения убытков.

В соответствии с частью 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Суд, рассмотрев ходатайство ответчика об истребовании доказательств, с учетом мнения сторон, предмета и основания спора, обстоятельств дела, не усматривает правовых оснований для истребования заявленных документов в порядке статьи 66 АПК РФ, в связи с чем в удовлетворении данного ходатайства  отказал.

Представитель истца первоначальные исковые требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить, в удовлетворении встречного иска просил отказать.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения первоначальных исковых требований в заявленном размере, просил удовлетворить встречный иск.

Третье лицо представило в материалы дела письменный отзыв.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Стороны заключили договоры от 16.07.2021 № 130/21-ХП (т. 1 л.д. 8), от 131/21-ХП (т. 1 л.д. 39), № 161/21-ХП (т. 1 л.д. 71) (далее – Договоры).

По условиям Договоров ответчик принял на себя обязательство оказывать истцу услуги, связанные с хранением нефтепродуктов истца, на нефтебазах, расположенных по следующим адресам:

1) 

<

...> (по договору № 130/21-ХП);

2) Республика Ингушетия, 

<

...> (по договору № 131/21-ХП);

3) Краснодарский край, г. Армавир, территория Северная Промзона, участок 125 (по договору № 161/21-ХП).

Согласно п. 2.1 Договоров ответчик осуществляет прием и хранение нефтепродуктов истца, прибывающих в ж.-д. цистернах и автомобильных цистернах, с соблюдением всех нормативных требований, сохраняя качество, не допуская смешения нефтепродуктов различных по наименованию, характеристикам и качеству, а также осуществляет отпуск нефтепродуктов с хранения. 

В соответствии с п. 1.1.7 Договоров ответчик принял на себя обязательства вести учет поступающих/возвращенных с хранения нефтепродуктов истца.

Согласно  п. 2.5 Договоров право собственности на нефтепродукты, передаваемые истцом ответчику на хранение, у ответчика не возникает. Без письменного распоряжения (согласия) истца ответчик не вправе осуществлять отпуск нефтепродуктов с хранения или использовать нефтепродукты на собственные нужды. Ответчик не вправе без согласия истца передавать нефтепродукты на хранение третьему лицу, за исключением случаев, когда он вынужден к этому силою обстоятельств в интересах истца и лишен возможности получить его согласие. О передаче нефтепродуктов на хранение третьему лицу ответчик обязан незамедлительно уведомить истца.

Согласно п. 2.6 Договоров ответчик обязан ежемесячно в последний день календарного месяца проводить инвентаризацию объемов хранения нефтепродуктов Истца на каждой нефтебазе с составлением инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, по унифицированной форме № ИНВ-5, утвержденной постановлением Госкомстата России от 18.08.1999 № 88, а при выявлении недостачи/излишков – дополнительно составлять сличительную ведомость результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, по унифицированной форме № ИНВ-19, утвержденной тем же постановлением, с последующим предоставлением данных документов истцу.

Пунктом  2.7 Договоров установлено, что ответчик своевременно (в режиме работы нефтебаз) производит отпуск нефтепродуктов в резервуарном парке нефтебазы, с оформлением актов о возврате товарно-материальных ценностей, сданных на хранение в соответствии с унифицированной формой МХ-3, утвержденной Постановлением Росстата от 09.08.1999 № 66, в случае отпуска нефтепродуктов в автотранспорт заказчика или указанным им третьих лиц и актов приема-передачи товара (форма – Приложение № 3), в случае передачи нефтепродуктов в резервуаре исполнителя.

В силу п. 5.1 Договоров выдача нефтепродуктов с хранения осуществляется на основании поручения заказчика, которое оформляется по форме, предусмотренной приложением № 1 к договору.

Как следует из пояснений истца, отношения между истцом и ответчиком по Договорам начались с 01.01.2022 по окончании срока действия договора оказания услуг от 10.02.2016 № 85/16-ХП с учетом п.1 дополнительного соглашения № 9 от 17.12.2020 к этому договору, на основании которого до 31.12.2021 включительно ответчик хранил нефтепродукты истца, в том числе на нефтебазах в поселении Плиево, городах Армавире и Ставрополе.

В качестве доказательств передачи утраченных нефтепродуктов на хранение ответчику истец представил в материалы дела по каждому из Договоров за каждый календарный месяц в период с 01.01.2022 по 31.07.2023 включительно заверенные копии подписанных со стороны ответчика:

– отчета о движении товарно-материальных ценностей в местах хранения по унифицированной форме № МХ-20;

– расшифровки расчета естественной убыли нефтепродуктов;

– инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, по унифицированной форме № ИНВ-5;

– сличительной ведомости результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, по унифицированной форме №ИНВ19.

Истец также пояснил, что представленные в материалы дела отчеты о движении товарно-материальных ценностей в местах хранения по унифицированной форме  №МХ-20 и инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, по унифицированной форме № ИНВ-5 подтверждают, сколько нефтепродуктов истца за период с 01.01.2022 по 31.07.2023 фактически поступало в каждом месяце на нефтебазы ответчика (графа 9 «Приход за» в отчетах) и сколько фактически выбывало (графа 11 «Расход за» в отчетах), а также, сколько нефтепродуктов должно было находиться на конец месяца на нефтебазах ответчика (графа 13 «Остаток на» в отчетах и графа 13 «Фактическое наличие» в описях).

В качестве доказательств поступления нефтепродуктов на нефтебазу ответчика в г. Ставрополе в августе 2023 года истец представил акты о приеме-передаче ТМЦ на хранение по унифицированной форме № МХ-1, утвержденной постановлением Госкомстата России от 09.08.1999 № 66, и железнодорожных транспортных накладных за период с 01.08.2023 по 26.08.2023, подписанных ответчиком, вместе с основанным на этих документах расчетом прихода нефтепродуктов в августе 2023 года.

Кроме того, истец представил в материалы дела заверенные копии универсальных передаточных документов, составленных по форме приложения № 1 к постановлению Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 № 1137, подтверждающих реализацию истцом нефтепродуктов на нефтебазах ответчика в г.Ставрополе и г. Армавире за период с 01.08.2023 по 26.08.2023, вместе с расчетами расхода нефтепродуктов на этих нефтебазах. При этом указал, что в период с 01.08.2023 по 26.08.2023 истец передавал нефтепродукты на хранение ответчику только на нефтебазе в г. Ставрополе, а реализация нефтепродуктов в этот  период осуществлялась истцом с нефтебаз в г. Ставрополе и г.Армавире.

Письмами от 20.07.2023 № /246-С (т. 1 л.д. 100), от 04.08.2023 № 271-С (т. 1 л.д. 101) ответчик уведомил истца о приостановлении выдачи нефтепродуктов бензиновой группы с нефтебазы, расположенной в г. Армавир (по договору № 161/21-ХП), в связи с нештатной ситуацией: обнаружение протечек в трубопроводной системе резервуарного парка, сроком ориентировочно на 1 месяц, до завершения ремонтных работ.

По факту получения истцом писем ответчика  от 20.07.2023 № /246-С (т.1, л.д.100), от 04.08.2023 № 271-С (т.1, л.д.101), от 24.08.2023 б/н (т. 1 л.д. 102), были проведены совместные инвентаризация остатков нефтепродуктов истца на трех нефтебазах, расположенных в г. Ставрополе, п. Плиево (Республика Ингушетия), г.Армавире, по итогам которых выявлена недостача принадлежащих истцу нефтепродуктов и составлены подписанные сторонами инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, по унифицированной форме № ИНВ-5 выявлена недостача принадлежащих истцу нефтепродуктов и составлены подписанные сторонами  инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, от 25.08.2023 № 169, от 26.08.2023 № 172, от 26.08.2023 № 168 (т. 1 л.д. 104 – 116) и сличительные ведомости результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей по унифицированной форме № ИНВ-19.

Согласно инвентаризационным описям сторонами по состоянию на 26.08.2023 зафиксирована недостача нефтепродуктов на перечисленных нефтебазах ответчика в следующем размере:

1) Недостача на нефтебазе в г. Ставрополе (по договору № 130/21-ХП) составляет 33603,924 тонн, в том числе:

- бензин АИ-92-К5 – 27 727,992 тонн;

- бензин АИ-95-К5 – 1 532,147 тонн;

- топливо дизельное ДТ-3-К5 – 1 196,326 тонн;

- топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 271,583 тонн;

- топливо дизельное ДТ-Е-К5 – 0,611 тонн;

- топливо дизельное ДТ-А-К5 – 2 875,265 тонн.

2) Недостача на нефтебазе в п. Плиево (по договору № 131/21-ХП) составляет 9797,222тонн, в том числе:

- бензин АИ-92-К5 – 7 931,18 тонн;

- бензин АИ-95-К5 – 1 778,549 тонн;

- топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 87,493 тонн.

3) Недостача на нефтебазе в г. Армавире (по договору № 161/21-ХП) составляет 56647,44 тонн, где:

- бензин АИ-92-К5 – 43 116,103 тонн;

- бензин АИ-95-К5 – 1 558,437 тонн;

- топливо дизельное ДТ-3-К5 – 4 412,650 тонн;

- топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 6 921,877 тонн;

- топливо дизельное ДТ-Е-К5 – 84,286 тонн;

- топливо дизельное ДТ-А-К5 – 554,087 тонн.

Общее количество недостачи нефтепродуктов истца, согласно сведениям инвентаризации, на трех нефтебазах ответчика по состоянию на 26.08.2023 составило 100 048,586 тонн.

Претензией от 29.08.2023 № ДМ-05/1221 истец потребовал от ответчика возместить ущерб, причиненный недостачей нефтепродуктов истца, в размере 6 916 766 934,44 руб. (т. 1 л.д. 113).

Расчет стоимости ущерба произведен истцом на основании п. 4.6 Договоров хранения, а также письма от 31.07.2023 № 3007-НП/2023 (т. 1 л.д. 112), которым устанавливается оценочная стоимость нефтепродуктов на нефтебазах ответчика в период с 01.08.2023 по 31.08.2023. 

Впоследствии письмом от 08.11.2023 № СГ-05/1540 (т. 7 л.д. 95) истец сообщил ответчику, что в инвентаризационных описях от 25.08.2023 № 169, от 26.08.2023 № 172, от 26.08.2023 № 168 (т. 1 л.д. 104 – 116) допущена ошибка в отношении количества дизельного топлива ДТ-А-К5, что завышает недостачу, а также указал на то, что не был учтен отпуск нефтепродуктов на основании поручений истца, согласно следующим товаросопроводительным документам:

- 214 тонн по УПД от 24.08.2023 № 230824-00000067; 

- 174,624 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000124;

- 122,028 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000125;

- 119,330 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000116;

- 22,836 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000116;

- 15,524 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000117;

- 5,081 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000118;

- 9,463 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000119;

- 13,419 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000120;

- 3,837 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000121;

- 9,992 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000122;

- 13,715 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000123;

- 9,707 тонн по УПД от 25.08.2023 № 230825-00000147.

Согласно уточненным расчетам истца, общее количество недостачи нефтепродуктов истца на трех нефтебазах ответчика по состоянию на 26.08.2023 составляет 99 405,387 тонн,   оценочная стоимость - 6 876 174 645,55 руб. (т.2, л.д.32).

Оставление ответчиком претензии от 29.08.2023 № ДМ-05/1221 без удовлетворения, явилось основанием для обращения ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" с настоящим иском в суд (с учетом уточнения) о взыскании убытков, причиненных недостачей нефтепродуктов, переданных на хранение  в общем размере 6 876 174 645,55 руб. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указывает, что истец не доказал факт причинения ему убытков действиями ответчика. Ответчик полагает, что обязательство по каждому из договоров хранения может быть исполнено в натуре, что подтверждается, по мнению ответчика, фактом исполнения поручений истца на выдачу нефтепродуктов с хранения после 26.08.2023 (т. 7 л.д. 98 – 152, т. 8, т. 9, т. 10 л.д. 1 – 47). При этом, по мнению ответчика, в случае утраты  нефтепродуктов хранитель имеет право приобрести и возвратить истцу товар, наделенный теми же родовыми признаками.

Вместе с тем  ответчик указал, что постановлением старшего следователя по ОВД СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю вынесено постановление от 13.08.2024 о проведении обыска на нефтебазе ООО "ФИРМА «ПРОМХИМ" по адресу: 

<

...>, с целью установления наличия нефтепродуктов, принадлежащих ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" и их изъятия.

По результатам обыска от 19.08.2024 на нефтебазе в г. Ставрополе выявлено наличие нефтепродуктов, принадлежащих истцу, в количестве, превышающем количество остатков, которое истец истребовал, в том числе письмом от 25.06.2024.

бензин АИ-92-К5 – 46,493 тонн;

бензин АИ-95-К5 - 25,851 тонн;

топливо дизельное – 358,076 тонн;

Как пояснил ответчик, протокол обыска, содержащий сведений о количестве хранимых на нефтебазе в г. Ставрополе нефтепродуктов, опровергает исковое заявление как по количеству якобы утраченных нефтепродуктов, так и по доводу об отсутствии у ответчика возможности возвращать нефтепродукты, ранее переданные на хранение.

Дополнительно, в обоснование довода о наличии возможности исполнения обязательств в натуре, ответчик указал, что постановлением руководителя следственной группы – старшего следователя по ОВД СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю подполковника юстиции ФИО6 от 12.07.2024 по уголовному делу №12301070035290620 отменен арест на сельскохозяйственную продукцию общей стоимостью  1 484 304 186,10 руб. (определена органами следствия по состоянию на 2023 год). По текущим ценам стоимость указанной сельскохозяйственной продукции составляет более 2 500 000 000 руб. В собственности ответчика также находится нефтебаза в г. Ставрополь (ориентировочная стоимость 1600 000 000 руб.

Таким образом, как заключает ответчик, ООО "ФИРМА «ПРОМХИМ" обладает достаточным ликвидным имуществом, позволяющим приобретать нефтепродукты и передавать их по поручению истца, вследствие чего исковое требование о взыскании убытков не может быть удовлетворено.

Поскольку истец не направляет поручения на выдачу нефтепродуктов с хранения в остальной части, то обязательство по возврату товара на стороне ответчика не возникло. 

Кроме того, ответчик заявил, что истец уклоняется от получения нефтепродуктов, ранее переданных на хранение, в обоснование чего указал, что несмотря на то, что протокол обыска (выемки) от 19.08.2024 находится в распоряжении ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ", поклажедатель извещен о готовности возвратить нефтепродукты на нефтебазе либо доставить их по адресам, которые будут указаны поклажедателем, ответа на письмо от 12.08.2024 исх. № 95-С до сих пор не поступило.

Также ответчик не согласен с расчетом убытков, произведенным истцом. Указывает на то, что инвентаризационные описи от 25.08.2023 № 169, от 26.08.2023 № 172, от 26.08.2023 № 168 (т. 1 л.д. 104 – 116) составлены без осмотра всех резервуаров на нефтебазах, содержат недостоверные сведения, не учитывают показатели естественной убыли и «мертвые остатки» нефтепродуктов.

В целях опровержения сведений, изложенных в инвентаризационных описях от 25.08.2023 № 169, от 26.08.2023 № 172, от 26.08.2023 № 168, ответчик предоставил Заключение ООО Центр экспертиз «Эквиум» № 77 АД 5059579 (т. 13 л.д. 1 – 181), подготовленное на основании постановления нотариуса города Москвы ФИО7 от 11.01.2024 № 77 АД 5059579 о нотариальном обеспечении доказательств (ст. 103 Основ законодательства о нотариате).

По результатам проведенного исследования экспертами установлены иное количество недостачи нефтепродуктов, вычислена естественная убыль и «мертвые остатки» нефтепродуктов, определена рыночная стоимость нефтепродуктов на различные даты, которая отличается от сведений, указанных в инвентаризационных описях.

Экспертами установлено, что общий объем передачи нефтепродуктов, переданных истцом на хранение по Договорам хранения, (с учетом естественная убыль и «мертвые остатки»  и с учетом отгрузки нефтепродуктов грузополучателям на основании поручений истца) во всех резервуарах на всех нефтебазах по состоянию на дату составления инвентаризационных описей составляет 74 544,603 тонн, а по состоянию после 26.08.2023 – 71 577,761 тонн (стр.125 Заключения). При этом экспертом установлено, что объем «мертвых остатков»  на нефтебазах составляет 1284,641 тонн, объем естественной убыли  определен экспертами на основании сведений о движении нефтепродуктов на нефтебазах (ст.30-48 Заключения). Также экспертами учтены обстоятельства отгрузки нефтепродуктов в пользу грузополучателей на основании поручений истца (ст.78-89 Заключения).

Помимо этого, ответчик считает, что оценочная стоимость письмом от 31.07.2023 № 3007-НП/2023 (т. 1 л.д. 112) не устанавливалась, указывая на то, что данное письмо по адресу, указанному в Договорах, истец не направлял, подлинник письма в адрес ответчика не передавал. 

Также ответчик оспаривает сведения об оценочной стоимости, приведенные в письме от 31.07.2023 № 3007-НП/2023, указывая на то, что истец необоснованно включил в расчет оценочной стоимости расходы на транспортировку и хранение, которые истец не понес. Однако стороны не согласовывали включение в оценочную стоимость иных показателей, кроме средневзвешенной стоимости нефтепродуктов на определенный период.

Кроме того, возражая против определения рыночной стоимости спорных нефтепродуктов по состоянию на 31.07.2023 (письмо от 31.07.2023 № 3007-НП/2023), также как и на дату составления инвентаризационных описей от 25.08.2023 № 169, от 26.08.2023 № 172, от 26.08.2023 № 168 (т. 1 л.д. 104 – 116), ответчик ссылался на то, что в период с июля по октябрь 2023 года стоимость нефтепродуктов достигала исторически рекордных показателей в связи с топливным кризисом, вызванным «серым экспортом» и иными нерыночными факторами. С учетом данных обстоятельств ответчик полагает, что стоимость нефтепродуктов надлежит определять на момент стабилизации цен на нефтепродукты, то есть с декабря 2023 года.

В обоснование рыночной стоимости нефтепродуктов ответчик представил аналитическую справку в качестве дополнения к заключению ООО Центр экспертиз «Эквиум» № 77 АД 5059579, в которой определена на указанную дату рыночная стоимость нефтепродуктов.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ответчик оценивает действия истца как неразумные, направленные на умышленное увеличение исковых требований, поскольку, по мнению, ответчика, истец умышленно уклоняется от направления заявок на выдачу товара с хранения, а также отказывается исполнять договор поставки от 09.02.2018 № 20/18-РП, на основании которого истец мог передать спорные нефтепродукты ответчику. По утверждению ответчика, подобное поведение вызвано тем, что истец не стремится восстановить собственное положение до состояния, которое существовало до момента обнаружения недостачи, а преследует цель взыскать максимально возможную компенсацию, рассчитанную на основании исторически рекордных цен на нефтепродукты, что приведет к неосновательному обогащению истца.

Ответчик также просит исключить сумму налога на добавленную стоимость из заявленного размера убытков.

В соответствии с представленным контр-расчетом ответчик предлагает различные вариации расчета убытков, в том числе в соответствии с количеством недостачи нефтепродуктов по версии истца и версии ответчика, по состоянию на 31.07.2023, 02.10.2023, 29.12.2023.

Ответчик также заявил, что в рамках факторинговой концепции, истец передал ответчику право собственности на спорные нефтепродукты в пределах 2 950 тонн, стоимостью 160 114 200 руб., ввиду того, что заявка от 28.08.2023 №1 по заказу № 26 была исполнена, а также истец имел возможность минимизировать либо компенсировать в полном объеме потенциальные убытки, исполнив свои обязательства по договору поставки.

Непосредственно после составления инвентаризационных описей 25.08.2023 и 26.08.2023 истец направил в адрес ответчика поручения на выдачу с хранения нефтепродуктов общим количеством 9 183,1584 тонн (т. 7 л.д. 98-152, т. 8 л.д. 1-176, т. 9 л.д. 1-150, т. 10 л.д. 1-47).

При этом в период с 05.05.2021 по 20.07.2023 между ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" и ООО "ФИРМА «ПРОМХИМ", как указывает ответчик,  согласовано к поставке в пользу ответчика 164 702,111 тонн нефтепродуктов, общей стоимостью 7 560 327 828,50 руб., согласно соответствующим заказам к договору поставки.

24.08.2023 ответчиком в адрес истца направлены заявки № 1, № 2, № 3, № 4, № 5, № 6, № 7, № 8, № 9 на поставку (передачу права собственности) 73 526,239 тонн нефтепродуктов, общей стоимостью 4 203 341 063,20 руб. (т. 6 л.д. 200-201, т. 7 л.д. 1-24, т. 37 л.д. 15-17).

Вместе с тем, в ходе рассмотрения спора по настоящему делу, ответчик заявил, что документы, содержащие признание ответчиком обстоятельств утраты нефтепродуктов, их количества и стоимости (письмо от 24.08.2023 исх. № б/н, инвентаризационные и сличительные ведомости от 25.08.2023 и 26.08.2023, результаты замера на нефтебазах по состоянию на 25.08.2023, а также иные документы) подписывались генеральным директором ответчика ФИО5  в результате обмана, под давлением и угрозами возбуждения уголовного дела, в связи с чем, в судебном заседании от 14.05.2024 ФИО5 отозвал свои подписи из представленных в материалы дела документов.

При этом ответчик считает, что акт инвентаризации без первичных учетных документов, на основании которых он составлен, не является бесспорным доказательством, подтверждающим размер задолженности одной стороны перед другой стороной. 

Третье лицо, представило правовую позицию по делу, в которой указало, что между ООО «ВТБ ФАКТОРИНГ» (Фактор) и ООО "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" (Клиент) заключен Генеральный договор о факторинговом обслуживании от 06.03.2018  № 02611-БР (далее – Договор факторинга).

В соответствии с п. 3.1 - 3.9 Договора факторинга, Клиент мог уступать Фактору будущие денежные требования к ООО "ФИРМА «ПРОМХИМ" (Дебитор), возникающие из договора поставки от 09.02.2018 № 20/18-РП (далее – Контракт), на следующих условиях:

- Фактор на основании собственных расчетов устанавливает значения Лимитов и доводит их до сведения Клиента (п.3.1.). Например, с 21.02.2020 лимит финансирования на Клиента (Лимит на Дебитора) составляет 200 000 000 руб. в целом по всем заказам, заключенным к Контракту.

- Денежные требования, уступаемые Клиентом Фактору, фиксируются в Реестре (п. 3.2.)

- В случае уступки Клиентом Фактору будущего Денежного требования, которое Клиент желает уступить Фактору, Клиент направляет на рассмотрение Фактора в т.ч. надлежащим образом заверенную копию Контракта, надлежащим образом заверенную копию соответствующего Заказа; подписанное уполномоченным лицом Дебитора уведомление об уступке Денежных требований; надлежащим образом заверенные копии доверенностей от имени Клиента и Дебитора, уполномочивающих лиц на подписание Контракта и Заказа от имени Клиента и Дебитора (п. 3.3.);

- Безотзывная и безусловная уступка Клиентом указанных в Реестре Денежных требований Фактору считается совершенной с момента Акцепта Реестра Фактором. При этом будущее Денежное требование считается перешедшим к Фактору после того, как возникло право получения с Дебитора денежных средств, которые являются предметом уступки. Факт перехода будущего денежного требования в существующее и, соответственно, факт перехода от Клиента к Фактору будущего денежного требования отражается Сторонами в Акте приема передачи посредством указания соответствующего Реестра, к которому относится данное Денежное требование  (п. 3.5.);

- В случае уступки Клиентом Фактору будущего Денежного требования Клиент обязан предоставить Фактору Первичные документы, подтверждающие надлежащее исполнение Клиентом соответствующего Заказа, оформленные в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ, с обязательным указанием ссылки на номер и дату соответствующего Заказа, не позднее 20 календарных дней с Даты поставки по Заказу. Клиент вправе предоставлять Фактору Первичные документы, подтверждающие исполнение Клиентом соответствующего Заказа, как целиком, так и частично, по мере исполнения Клиентом обязательств, вытекающих из соответствующего Заказа, при условии, что сумма Денежных требований, уступленных Фактору в соответствии с Актом приёма передачи, Дата погашения по которым не наступила, не будет превышать Лимит на Дебитора, установленный Фактором в соответствии с условиями Договора факторинга;

- В случае если сумма Денежных требований Клиента к Дебитору, подтверждающих исполнение Клиентом соответствующего Заказа, превысит Лимит на Дебитора, то уступка Денежных требований в части превышения Лимита на Дебитора не происходит. При этом по мере погашения Денежных требований и высвобождения Лимита на Дебитора ранее возникшие Денежные требования могут быть уступлены Клиентом Фактору посредством подписания очередного Акта приёма-передачи в пределах установленного срока (п. 3.7);

- Первичные документы передаются Клиентом Фактору по Акту приема-передачи, который подписывается руководителями (уполномоченными лицами) Клиента и Фактора и скрепляется печатями Сторон (п. 3.7);

- если по истечении 331 календарного дня с даты Акцепта Фактором Реестра, в который было включено будущее Денежное требование, Клиент предоставит Фактору в порядке, предусмотренном п.3.7 Договора факторинга, Первичные документы на сумму меньшую, чем сумма соответствующего будущего Денежного требования, указанная в Реестре (в том числе ввиду отказа Дебитора от приемки товара/работ/услуг, а также ввиду отказа Фактора в принятии Первичных документов на основании п. 3.7 Договора факторинга), Клиент обязан перечислить Фактору сумму, равную разнице между суммой будущего Денежного требования, указанной в соответствующем Реестре, и суммой Денежных требований согласно всем подписанным Сторонами Актам приема-передачи, в течение 5 рабочих дней с даты истечения 331 календарного дня с даты Акцепта Фактором Реестра, в который было включено соответствующее будущее Денежное требование.

Третье лицо, пояснило, что за период с 05.05.2021 по 20.07.2023 Фактор осуществлял финансирование Клиента на сумму 9 416 531 576,00 рублей в счет уступки будущих денежных требований к Дебитору.

По истечении установленных Договором факторинга сроков Клиент подтвердил возникновение прав требования к Дебитору на сумму 2 148 261 529,16 рублей, передав Фактору соответствующие первичные документы, а Дебитор, в свою очередь, осуществил оплату уступленных денежных требований в указанном размере в пользу Фактора.

Сумма в размере 7 268 270 046,84 рублей, составляющая разницу между суммой осуществленного финансирования и суммой возникших прав требования к Дебитору, была возвращена Клиентом Фактору.

Таким образом, как указало третье лицо, Фактор, действуя своей волей и в своем интересе, руководствуясь условиями Договора факторинга, посредством отбора по собственному усмотрению, определил объем денежных требований, возможных к уступке, осуществил финансирование Клиента и получил исполнение обязательств от Дебитора и Клиента.

Также третье лицо - Фактор, ознакомившись с обстоятельствами проведенной инвентаризации и последующей перепиской, полагает, что у Клиента при поступлении ему 28.08.2023 от Дебитора Заявок от 24.08.2023 № 1 – 9 отсутствовала как обязанность, так и возможность осуществить поставку, в том числе по причине отсутствия товара.

Следовательно, вопреки доводам ответчика - Дебитора, даже формальное исполнение Заявок путем оформления товарораспорядительных документов было невозможным, поскольку без фактической передачи отсутствующих нефтепродуктов это не позволило бы минимизировать убытки, а могло бы свидетельствовать о противоправных действиях и злоупотреблении правом.

Исходя из изложенного, а также результатов анализа правовых позиций сторон, третье лицо - Фактор считает, что если не будет представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств исполнения ответчиком-Дебитором обязательств перед истцом-Клиентом по договорам № 130/21-ХП, 131/21-ХП и 161/21-ХП от 16.07.2021, ответчик - Дебитор обязан компенсировать истцу - Клиенту все причиненные убытки в размере заявленных исковых требований по настоящему делу.

Истец, возражая против доводов ответчика по количеству утраченных нефтепродуктов, указал на следующие обстоятельства.

Согласно составленному ответчиком на основании пункта 2.7 договора от 16.07.2021 № 131/21-ХП в отношении нефтебазы в поселении Плиево (т.1, л.д.39) отчету о движении товарно-материальных ценностей в местах хранения № 88 от 01.08.2023 (т.4, л.д.55), подписанному старшим товарным оператором ФИО8 и заместителем главного бухгалтера ФИО9, на нефтебазе в поселении Плиево на 31.07.2023 должны были находиться нефтепродукты истца в количестве всего 9 797,222 тонн, в том числе:

бензин АИ-92-К5 – 7 931,18 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 1 778,549 тонн;

топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 87,493 тонн.

Этот же отчет представил в дело ответчик (т.21, л.д.144) и не оспаривает этот документ ни полностью, ни в какой-либо части.

Ровно то же количество товара, принадлежащего истцу, указано в колонке «Фактическое наличие» инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, № 141 от 31.07.2023 (т.4, л.д.57), которая подписана старшим товарным оператором ФИО8, заместителем главного инженера ФИО10, бухгалтером ФИО11, оператором слива-налива ФИО12, заместителем главного бухгалтера ФИО9.

Такую же инвентаризационную опись представил в дело ответчик (т.21, л.д.146) и не оспаривает этот документ ни полностью, ни в какой-либо части.

Ни поступлений, ни выбытий нефтепродуктов Истца в период времени с 01.08.2023 по 25.08.2023 на нефтебазе в поселении Плиево не было, что не оспаривается ответчиком.

Результаты замеров, произведенных на нефтебазе в поселении Плиево 25.08.2023, которые подписаны комиссией в составе ФИО5 и представителя истца ФИО13 (т.39, л.д.52), показывают, что "Остатки отсутствуют". Ревизионные люки открыты», а в разрезе видов топлива указано, что:

бензин АИ-92-К5 – 0 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 0 тонн;

топливо дизельное – 0 тонн.

Таким образом, по расчету истца, на нефтебазе в поселении Плиево утрачено 9 797,222 тонн нефтепродуктов, переданных на хранение ответчику.

В соответствии с составленному ответчиком на основании пункта 2.7 договора от 16.07.2021 № 130/21-ХП в отношении нефтебазы в городе Ставрополе (т.1, л.д.8) отчету о движении товарно-материальных ценностей в местах хранения № 86 от 01.08.2023 (т.3, л.д.89), подписанному старшим товарным оператором ФИО8 и заместителем главного бухгалтера ФИО9, на нефтебазе в городе Ставрополе на 31.07.2023 должны были находиться нефтепродукты истца в количестве 38 012,598 тонн, в том числе:

бензин АИ-92-К5 – 28 429,086 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 1 524,809 тонн;

топливо дизельное ДТ-З-К5 – 1 196,326 тонн;

топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 2 259,116 тонн;

топливо дизельное ДТ-Е-К5 – 0,611 тонн;

топливо дизельное ДТ-А-К5 – 4 602,650 тонн.

Этот же отчет представил в дело ответчик (т.23, л.д.160) и не оспаривает его ни полностью, ни в какой-либо части.

Ровно то же количество товара, принадлежащего истцу, указано в колонке «Фактическое наличие» инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, № 140 от 31.07.2023 (т.3, л.д.91), которая подписана старшим товарным оператором ФИО8, заместителем главного инженера ФИО10, бухгалтером ФИО11, оператором слива-налива ФИО12, заместителем главного бухгалтера ФИО9.

Такую же инвентаризационную опись представил в дело ответчик (т.23, л.д.163) и не оспаривает этот документ ни полностью, ни в какой-либо части.

В период времени с 01.08.2023 по 26.08.2023 на нефтебазе в г. Ставрополе истец и передавал свои нефтепродукты на хранение ответчику, и осуществлял их реализацию.

Результаты замеров, произведенных на нефтебазе в городе Ставрополе 26.08.2023, которые подписаны комиссией в составе ФИО5 и представителя Истца ФИО13 (т.39, л.д.59), показывают, что остатки топлива составляли:

бензин АИ-92-К5 – 193,521 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 402,630 тонн;

топливо дизельное – 5 074,411 тонн (указаны ФИО5 без распределения).

Истец, отталкиваясь от предоставленных ответчиком данных на 31.07.2023, учитывая указанные поступление и выбытие нефтепродуктов истца, а также остаток на нефтебазе в Ставрополе на 26.08.2023, указывает, что, с учетом уточненного расчета стоимости недостачи на 08.12.2023 (т.10, л.д.54), всего утрачено на нефтебазе г. Ставрополе 33 514,812 тонн из которых:

бензин АИ-92-К5 – 27 727,992 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 1 532,147 тонн;

топливо дизельное ДТ-З-К5 – 1 196,326 тонн;

топливо дизельное ДТ-Е-К5 – 0,611 тонн;

топливо дизельное ДТ-А-К5 – 3 057,736 тонн.

Согласно составленному ответчиком на основании пункта 2.7 договора от 16.07.2021 № 161/21-ХП в отношении нефтебазы в городе Армавире (т.1, л.д.71) отчету о движении товарно-материальных ценностей в местах хранения № 87 от 01.08.2023 (т.5, л.д.104), подписанному старшим товарным оператором ФИО14 и заместителем главного бухгалтера ФИО9, на нефтебазе в городе Армавире на 31.07.2023 должны были находиться нефтепродукты истца в количестве 60 622,003 тонн, в том числе:

бензин АИ-92-К5 – 43 380,217 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 1 694,882 тонн;

топливо дизельное ДТ-З-К5 – 4 412,650 тонн;

топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 6 921,877 тонн;

топливо дизельное ДТ-Е-К5 – 84,286 тонн;

топливо дизельное ДТ-А-К5 – 4 128,091 тонн.

Этот же отчет представил в дело ответчик (т.19, л.д.202) и не оспаривает этот документ ни полностью, ни в какой-либо части.

Ровно то же количество товара, принадлежащего истцу, указано в колонке «Фактическое наличие» инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, № 139 от 31.07.2023 (т.5, л.д.106), которая подписана старшим товарным оператором ФИО14, заместителем главного инженера ФИО10, бухгалтером ФИО15, оператором слива-налива ФИО12, заместителем главного бухгалтера ФИО9.

Эту же инвентаризационную опись представил в дело ответчик (т.19, л.д.209) и не оспаривает этот документ ни полностью, ни в какой-либо части.

В период времени с 01.08.2023 по 26.08.2023 на нефтебазе в г. Армавире истец не передавал свои нефтепродукты на хранение ответчику, но осуществлял их реализацию.

Результаты замеров, произведенных на нефтебазе в г. Армавире 26.08.2023, которые подписаны комиссией в составе ФИО5 и представителя истца ФИО13 (т.39, л.д.54), показывают, что остатки топлива составляли:

бензин АИ-92-К5 – 0 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 136,445 тонн;

топливо дизельное – 3 574,004 тонн (указаны ФИО5 без распределения).

Истец, отталкиваясь от предоставленных ответчиком данных на 31.07.2023, учитывая указанное выбытие нефтепродуктов Истца, а также остаток на нефтебазе в Армавире на 26.08.2023, считает, с учетом данных уточненного расчета стоимости недостачи на 08.12.2023 (т.10, л.д.54), что на нефтебазе в городе Армавире утрачено 56 093,353 тонн, из которых:

бензин АИ-92-К5 – 43 116,103 тонн;

бензин АИ-95-К5 – 1 558,437 тонн;

топливо дизельное ДТ-Е-К5 – 84,286 тонн;

топливо дизельное ДТ-З-К5 – 4 412,650 тонн;

топливо дизельное ДТ-Л-К5 – 6 921,877 тонн.

В отношении доводов об установлении рыночной стоимости нефтепродуктов, истец указал, что согласно пункту 4.6 Договоров оценочная стоимость нефтепродуктов устанавливается на один календарный месяц путем направления Исполнителю письменного уведомления на электронный адрес: BuhFPStav@fp1.su и info@fp1.su не позднее дня изменения оценочной стоимости. Размер оценочной стоимости определяется Заказчиком в разрезе НФБ и действует с 1 числа отчетного периода. 

Исполнитель производит переоценку стоимости остатков нефтепродуктов, находящихся на хранении, на 01 число отчетного периода, в соответствии с установленной Заказчиком оценочной стоимостью.

Истец  указал, что на основании письма от 31.07.2023 № 3007-НП/2023  об оценочной стоимости нефтепродуктов на август 2023 года (т.1, л.д.119, т. 38, л.д.155), которое получено ответчиком 31.07.2023 по электронной почте ФИО9 (т.38, л.д.154), ответчик исполнил второй абзац пункта 4.6 каждого из Договоров от 16.07.2021 и произвел переоценку стоимости остатков нефтепродуктов, находящихся на хранении, на 01 августа, в соответствии с установленной истцом оценочной стоимостью, указанной в этом письме.

Также истец указал, что оценочная стоимость нефтепродуктов установленная письмом  от 31.07.2023  № 3007-НП/2023 (т.1, л.д.119, т. 38, л.д.155) указана ответчиком в актах о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение унифицированной формы № МХ-1, составленных ответчиком при принятии нефтепродуктов на хранение в августе 2023 года (т.5, л.д.121-244 и с подписью истца т.41, л.д.92-130), чем подтверждается, по мнению истца, и получение, и согласие ответчика с указанной в письме от 31.07.2023 № 3007-НП/2023 (т.1, л.д.119, т. 38, л.д.155) оценочной стоимостью нефтепродуктов.

Кроме того, в каждой представленной в материалы дела инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, принятых на ответственное хранение, и сличительной ведомости результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей, которые были составлены и подписаны ФИО5 о недостаче 25 и 26 августа 2023 года на трех нефтебазах, имеется указание на стоимость конкретного количества нефтепродуктов каждой марки на каждой нефтебазе: как стоимость фактически имеющегося, так и стоимость количества, составляющего недостачу в ценах, установленных письмом от 31.07.2023 № 3007-НП/2023 (т.1, л.д.119).

Применительно к тому обстоятельству, что письмо от 31.07.2023 № 3007-НП/2023 (т.1, л.д.119) направлено по электронному адресу иному, нежели указанном в договорах, истец пояснил, что на каждый месяц 2023 года вплоть до сентября 2023 года истец направлял письма об оценочной стоимости на адреса ФИО9 7 раз (т.38, л.д.140, 142, 146, 148, 150, 154, т.41, л.д.41) и ФИО11 2 раза (т.38, л.д.144, 152), и они всегда принимались к исполнению, что подтверждают имеющиеся в деле ежемесячные отчетные документы к договорам от 16.07.2021 за 2023 год.

Таким образом, по мнению истца, из поведения ответчика, с учетом направляемых истцом якобы не по тем адресам электронной почты (но в адрес уполномоченных лиц), выразившимся в переоценке нефтепродукты в августе и сентябре 2023 года, а также использовании при составлении и подписании первичных инвентаризационных документов в августе 2023 года, усматривается сложившийся порядок направления писем об оценочной стоимости в адреса уполномоченных лиц ФИО9, ФИО11 отличных от тех, которые указаны в Договорах.

Истец полагает, что ответчик проявил явную волю на использование именно этой оценочной стоимости (т.1, л.д.119), направленной 31.07.2023 по электронной почте (т.38, л.д.154), использовал во множестве первичных документов, о нарушении истцом Договоров не заявил, в декабре 2023 года использовал ее при подписании первичных документов за август и сентябрь 2023 года.

Представленное ответчиком Заключение эксперта № 77 АД 5059579 ООО Центр экспертиз «Эквиум», подготовленное на основании постановления нотариуса г.Москвы ФИО7 от 11.01.2024, зарегистрированного в реестре за №77/567-н/77-2024-3-3,  истец  считает недопустимым доказательством по делу, указывая на то, что оно получено с нарушением федерального закона как результат неправильного и незаконного нотариального действия по назначению экспертизы, которые обжалованы в суде (гражданское дело №02-8792/2024).

Вместе с тем истец обратил внимание, что на стр. 23 Заключения указано, что измерение остатков товарно-материальных ценностей (топлива) во время натурного обследования не производилось. Экспертиза проводилась на основании представленных документов.

Дополнительно истец представил заключение специалиста (рецензия) № 26 от 02.04.2024 (т.39, л.д.127) на Заключение № 77 АД 5059579 ООО Центр экспертиз «Эквиум», составленное сотрудниками РГУ нефти и газа имени Н.М.Губкина (т.13, л.д.1), согласно которому, как указывает истец, на основании материалов настоящего дела, в частности, ежемесячно составлявшихся ответчиком отчетов по форме № МХ-20, инвентаризационных ведомостей от 25 и 26 августа 2023 года и прочих, были подтверждены расчеты количества утраченных нефтепродуктов, сделанные истцом. В данном заключении (рецензии)  также отражены  недостатки, допущенные экспертами в Заключении.

В отношении довода ответчика о подписании документов содержащих признание ответчиком обстоятельств утраты нефтепродуктов, их количества и стоимости (письмо от 24.08.2023 исх. № б/н, инвентаризационные и сличительные ведомости от 25.08.2023 и 26.08.2023, результаты замера на нефтебазах по состоянию на 25.08.2023, истец пояснил, что ответчиком в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено относимых и допустимых доказательств того, что ФИО5 подписывал документы помимо своей воли, как и не привел ни одного доказательства, что какое-либо конкретное физическое лицо в какой-либо конкретный момент времени обманывало ФИО5, принуждало и/или угрожало ему чем-либо.

Заявление ответчика, что он готов исполнить поручения истца на выдачу нефтепродуктов с хранения, что, в том числе, подтверждается фактом исполнения всех поручений, полученных после 25.08.2023 и 26.08.2023, по мнению истца, не имеет отношения к выявленной недостаче, предъявляемой в качестве убытков в рамках настоящего дела, поскольку ответчик действительно исполнял поручения истца, поданные после 26.08.2024 в отношении нефтебаз в городах Ставрополь и Армавир, однако, исключительно в пределах количества, которое оставалось на хранении, и выдача ответчиком истцу его оставшегося имущества никоим образом не доказывает, что ответчик имел, а тем более имеет возможность выдавать утраченное имущество.

Также истец указал, что часть остатков нефтепродуктов истца ответчиком так и не выдана. 

Письмом от 05.10.2023 № ДМ-05/1396 (т.10, л.д.112) истец уведомил ответчика, что вывез не все остатки дизельного топлива на нефтебазах в городах Ставрополь и Армавир, и просил подтвердить наличие остатков и произвести выдачу не позднее 16.10.2023. 

Ответным письмом от 13.10.2023 № 04/334-С (т.10, л.д.113) ответчик наличие остатков дизельного топлива подтвердил, сообщил о готовности выдать часть остатков с 16.10.2023, о готовности оставшегося – уведомить по завершении работ по их сбору.

Однако, как указал истец, остатки выданы не были, никакие сообщения ответчик в пределах срока действия Договоров так и не направил.

Истец направил ответчику запрос от 01.12.2023 № ИИ-05/1680 (т.10, л.д.114-115), в котором просил сообщить о сроках выдачи остатков на нефтебазах, но он был оставлен без ответа.

Истцом был направлен еще один запрос от 14.12.2023 № ИИ-05/1756 (т.10, л.д.116-117), в котором истец просил подтвердить наличие на нефтебазе в г. Ставрополе бензина АИ-92-К5 – 31,267 тонн, бензина АИ-95-К5 – 13,841 тонн; топлива дизельного – 261,852 тонн, на нефтебазе в г. Армавире бензина АИ-95-К5 – 4,032 тонн, топлива дизельного – 83,607 тонн и выдать остатки в кратчайшие сроки.

Поскольку Договоры действовали до 30.06.2024, то истец 25.06.2024 направил ответчику письмо № ДМ-05/970 от указанной даты о выдаче остатков нефтепродуктов в упомянутом количестве не позднее 01.07.2024.

Истец 28.06.2024 направил ответчику поручение от 28.06.2024 № 1858-НП/2024 о выдаче нефтепродуктов с нефтебазы в г. Ставрополе и поручение от 28.06.2024 № 1859-НП/2024 о выдаче нефтепродуктов с нефтебазы в г. Армавире. На указанные обращения какого-либо ответа истец от ответчика до 01.07.2024 так и не получил, а нефтепродукты так и не были выданы.

Также истец направил в адрес ЗАО «НП НБ ЮНК» как собственника нефтебазы в г.Армавире письмо от 28.06.2024 № ДМ-05/991, которым уведомил о намерении забрать остатки своих нефтепродуктов с этой нефтебазы 01.07.2024.

Ответным письмом от 01.07.2024 № 196 ЗАО «НП НБ ЮНК», эксплуатирующее нефтебазу в г. Армавире, сообщило, что все остатки нефтепродуктов были выданы по заявкам ответчика ранее, а нефтепродуктов, принадлежащих ответчику или истцу, на нефтебазе в городе Армавире уже нет.

Таким образом, на основании изложенных обстоятельств, истец полагает, что материалах дела содержится достаточно доказательств отсутствия возможности исполнять поручения истца на выдачу товаров с хранения, а также указал, что  поданные 28.06.2024 поручения не исполнил.

В отношении довода ответчика о том, что последний имеет финансовую возможность исполнять поручения истца на возврат нефтепродуктов путем их предварительного приобретения, истец указал, что в силу пунктов 7.1 и 7.11 Договоров у ответчика возникло перед истцом денежное обязательство возместить убытки, которое признано в письме ответчика от 24.08.2023 (т.1, л.д.102). 

Также истец пояснил, что договоры хранения прекратились 30.06.2024. Договоры аренды нефтебаз в городе Армавире и поселении Плиево не действуют с 18.10.2023 и 01.01.2024 соответственно.

Учитывая, что ответчик не исполнил поручение от 28.06.2024 № 1858-НП/2024 о выдаче нефтепродуктов с нефтебазы в г. Ставрополе и поручение от 28.06.2024 № 1859-НП/2024 (приложение 9,10) о выдаче нефтепродуктов с нефтебазы в г. Армавире, истец заключает, что у ответчика отсутствует возможность выдавать истцу какие-либо нефтепродукты.

Истец также считает подлежащим отклонению довод ответчика о необоснованности включения истцом в состав оценочной стоимости нефтепродуктов расходов на оплату различных услуг, не связанных с определением их рыночной стоимости, в т.ч.  поклажедателя, которые фактически не были понесены истцом. По мнению истца,   указанный  довод ответчика   противоречит п.4.6 Договоров хранения, т.к. эти  условия договора не предусматривают обязанность истца расшифровывать и доказывать установленный истцом размер оценочной стоимости.

 Кроме того, истец считает, что детально обосновал в своей справке №1 от 03.04.2024 о расчете оценочной стоимости нефтепродуктов к письму от 31.07.2023 № 3007-НП/2023 (т.40, л.д.74), что размер не произволен, а экономически обоснован и представляет собой  в расчете за тонну: усредненной биржевой цены на конец июля 2023 года, усредненной цены транспортировки до г. Ставрополя, цены услуг, связанных с хранением на нефтебазе ответчика в г.Ставрополе.

В качестве дополнительного обоснования, что заявленный истцом размер убытков 6 876 174 645,55 руб. соответствует рыночной стоимости утраченных нефтепродуктов, истец  в материалы дела представил выполненный оценщиком отчет №ИО-0324-56 об оценке нефтепродуктов, а также положительное экспертное  заключение №293/04-24. Согласно  данному  отчету оценщика рыночная стоимость всего количества нефтепродуктов на нефтебазах в размере 99 405,387 тонн на 26.08.2023 и на 25.08.2023 составляет 7 101 409 200 руб., что, по мнению истца, полностью подтверждает оценочную стоимость, исходя из которой истец рассчитал свои исковые требования.

Касательно позиции ответчика в отношении исключения налога на добавленную стоимость из начисленного размера убытков, истец пояснил, что стороны в Договорах согласовали порядок определения размера убытков в случае утраты имущества истца, а именно: сумма убытков определяется как произведение количества утраченного товара на его оценочную стоимость в месяце утраты товара (пункт 7.11), оценочная стоимость нефтепродуктов устанавливается на один календарный месяц, и размер оценочной стоимости определяется истцом (пункт 4.6).

Таким образом, по мнению истца, восстановлением имущественной сферы по прямому соглашению сторон, в данном случае, будет возмещение ответчиком убытков в размере, определенном истцом в соответствии с Договорами.

Дополнительно истец указал, что ответчиком не доказано, что сумма в размере 1 146 029 107,59 руб. является НДС, включенной в состав убытков, равно как и не представлено доказательств того, что эта сумма компенсирована истцу или будет компенсирована в полном объеме как НДС за счет иного источника, то есть предъявлена или может быть предъявлена истцом к вычету при исчислении НДС в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

Истец не основывает исковые требования на фактах покупки нефтепродуктов вместо неправомерно утраченных ответчиком, а потому, как заявил истец, у истца нет и не может быть ни счетов-фактур, ни первичных документов, которые обосновывают цену иска как сумму расходов на восстановление нарушенного права и которыми может быть обоснован налоговый вычет денежной суммы в размере 1 146 029 107,59 руб. как НДС.

Применительно к доводу ответчика о том, что по результатам обыска, произведенного 19.08.2024, обнаружено количество нефтепродуктов, принадлежащих истцу, в количестве, превышающем количество остатков, истец пояснил следующее: из протокола обыска следует, что из 42 резервуаров так называемые «горюче-смазочные материалы» обнаружены только в 5 из них и отобраны образцы. 

Всего 19.08.2024 выявлено 430,42 тонн «горюче-смазочных материалов», но даже их принадлежность к конкретному виду указана «предположительно», соответственно, невозможно утверждать, что выявленные нефтепродукты можно отнести в том или ином количестве, например, к бензину АИ-92-К5.

Таким образом, как указывает истец, протоколом обыска установлено, что на нефтебазе в городе Ставрополе на 19.08.2024 всего находилось 430,42 тонн каких-то «горюче-смазочных материалов» неясной принадлежности, как в разрезе марок, так и в разрезе собственников. Этим же протоколом доказано, что на этой нефтебазе на 19.08.2024 не было 33 603,924 тонн нефтепродуктов Истца.

С учётом изложенного, а также позиции ответчика, содержания протокола обыска от 19.08.2024, принимая во внимание, что ответчик прекратил с конца августа 2023 года проводить ежемесячную инвентаризацию, истец не видит законных оснований считать себя владельцем 430,42 тонн неустановленных «горюче-смазочных материалов», в связи с чем в удовлетворении встречного иска, по мнению истца, следует отказать.

Применительно к доводу ответчика о передаче нефтепродуктов в рамках факторинговой концепции, истец указал, что истец не передавал ответчику никакое количество нефтепродуктов с 25.08.2023. После 25.08.2023 истец не имел ни возможность, ни обязанность поставить «остальной товар» по «факторинговой концепции» и не уклонялся от исполнения обязательства, поскольку у истца после указанной даты не возникла обязанность поставить нефтепродукты ответчику, а наличие такой обязанности в конкретном количестве на конкретной нефтебазе ответчик не доказал.

В силу положений статей 309 и 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Согласно пункту 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Из положений пункта 1 статьи 889 и пункта 1 статьи 891 ГК РФ следует, что хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока и принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

В силу статьи 892 ГК РФ хранитель не вправе без согласия поклажедателя пользоваться переданной на хранение вещью, а равно предоставлять возможность пользования ею третьим лицам, за исключением случая, когда пользование хранимой вещью необходимо для обеспечения ее сохранности и не противоречит договору хранения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 900 ГК РФ хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890).

Пунктом 1 статьи 901 ГК РФ предусмотрено, что хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 ГК РФ. 

Убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 ГК РФ, если законом или договором хранения не предусмотрено иное (пункт 1 статьи 902 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и определяемые по правилам, предусмотренным статьей 15 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором, в пределах, установленных гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление N 7), если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Согласно пункту 5 постановления N 7, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ)

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч.1 ст. 65 АПК РФ).

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями статей 68, 71 АПК РФ на основании доводов, приведенных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, в т.ч.: условия Договоров, переписку сторон, акты о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение, транспортные накладные, инвентаризационные описи от 25.08.2023 № 169, от 26.08.2023 № 172, от 26.08.2023 № 168 и сличительные ведомости от 25.08.2023 и 26.08.2023, результаты замеров на нефтебазах по состоянию на 25.08.2023, подписанные генеральным директором ответчика, суд пришел к выводу о доказанности материалами дела противоправного поведения ответчика, выразившегося в ненадлежащем исполнении договорных обязательств и повлекшее за собой возникновение у истца убытков, и наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и понесенными истцом убытками.

Факт наличия недостачи нефтепродуктов в заявленном истцом количестве 99 405,387 тонн подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Из представленных сторонами в материалы дела документов и доказательств, а также пояснений представителей сторон в судебных заседаниях, следует, что ответчиком не оспаривается факт передачи истцом имущества на хранение в заявленном размере, а также факт утраты переданного на хранение имущества, что подтверждается инвентаризационными описями, письмами ответчика за подписью генерального директора, представленные в материалы дела. Ответчиком о фальсификации данных доказательств в ходе рассмотрения спора в установленном порядке не заявлено.

Надлежащих бесспорных доказательств, подтверждающих наличие естественной убыли и «мертвых остатков» при  хранении нефтепродуктов,  в материалы дела не представлено.

Ссылка ответчика на заключение эксперта № 77 АД 5059579 ООО Центр экспертиз «Эквиум», подготовленное на основании постановления нотариуса города Москвы ФИО7 от 11.01.2024, судом не принимается, поскольку указанное нотариальное действие об обеспечении доказательства по данному делу совершено в период нахождения в производстве суда рассматриваемого дела, суд не установил наличие обстоятельств, не терпящих отлагательств, при возникновении которых нотариус вправе произвести действия по обеспечению доказательств, при этом экспертом новые доказательства, которые могли быть утрачены к моменту разрешения спора по существу, не представлены.

В отношении исполнения заявок в рамках факторинговой концепции, суд, с учетом  возражений истца, отзыва третьего лица-фактора, условий п.3.5 Договора о факторинговом обслуживании, отсутствии в материалах дела бесспорных доказательств наличия у ответчика нефтепродуктов в указанном в заявках количестве, равно как и отсутствие первичных документов, приходит к выводу о недоказанности исполнения ответчиком заявок истца, равно как и передачи права требования по условиям Договора о факторинге.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В рассматриваемом случае условиями п. 7.11 Договоров определена формула расчета суммы убытков как произведение количества утраченного товара на его оценочную стоимость в месяце утраты товара.

Пунктом 4.6 Договоров  установлено, что оценочная стоимость нефтепродуктов устанавливается на один календарный месяц путем направления Исполнителю письменного уведомления на электронный адрес: BuhFPStav@fp1.su и info@fp1.su не позднее дня изменения оценочной стоимости. Размер оценочной стоимости определяется Заказчиком в разрезе НФБ и действует с 1 числа отчетного периода.

Из материалов дела следует, что оценочная стоимость товара за период с 01.08.2023 по 31.08.2023 определена письмом истца от 31.07.2023 №3007-НП/2023 в следующем размере:

Наименование продукта

Цена, руб./тонн (в т.ч. НДС)

Бензин неэтилированный АИ-92-К5

70 000

Бензин неэтилированный АИ-95-К5

75 420

Топливо дизельное ДТ-З-К5

63 110

Топливо дизельное ДТ-Л-К5

63 110

Топливо дизельное ДТ-Е-К5

63 110

Доводы ответчика о том, что  указанное письмо об установлении оценочной стоимости направлено истцом по иным электронным адресам, нежели указанным в Договорах, отклоняется судом как необоснованные, поскольку истцом в материалы дела представлены доказательства сложившийся деловой практики направления писем об установлении оценочной стоимости по адресам, отличным от указанных в Договорах.

Имеющиеся в материалах дела доказательства показывают, что в отношении писем истца об оценочной стоимости по Договорам между истцом и ответчиком в период времени с 01.01.2022 установилась практика,  согласно которой сторонами было принято направлять письма об оценочной стоимости на электронный адрес преимущественно ФИО9

Материалами дела подтверждается, что на каждый месяц 2023 года вплоть до сентября 2023 года Истец направлял письма об оценочной стоимости  работнику ответчика ФИО9 7 раз (т.38, л.д.140, 142, 146, 148, 150, 154, т.41, л.д.41). Аналогичная практика сложилась с начала 2022 года (т.43, л.д.139 – т.43, л.д.153).

Работники ответчика в 2022 года запрашивали у истца оценочную стоимость со своих личных электронных адресов: это делала и ФИО9, обращаясь к ФИО16 в феврале 2022 года (т.43, л.д.181), это делала и ФИО11, обращаясь к ФИО16 и ФИО17 в январе 2022 года (т.43, л.д.153), а в августе 2022 года – к ФИО18 (т.43, л.д.152).

Сравнительный анализ цен нефтепродуктов, указанных в письмах об оценочной стоимости истца на январь-июль 2023 года, и цен нефтепродуктов, указанных в отчетах по форме № МХ-20, составленных и подписанных ответчиком за эти месяцы (т.44, л.д.102), подтверждает практику, установившуюся во взаимоотношениях истца и ответчика по Договорам касательно направления писем об оценочной стоимости и ежемесячной переоценки нефтепродуктов Истца.

Ответчик не привел никаких доказательств, что какие-либо его работники, включая генерального директора, когда-либо при исполнении Договоров с 01.01.2022 заявляли истцу о несоответствии стоимости нефтепродуктов или ненадлежащего уведомления ответчика относительно оценочной стоимости.

 Кроме того, в деле имеется приказ ФИО5 от 31.08.2023 (т.44, л.д.100), который был направлен, в том числе ФИО9 как сотруднику, получающему письменную корреспонденцию от истца (т.44, л.д.101).

Также, в инвентаризационных ведомостях, актах ответчика указанны цены, установленные письмом от 31.07.2023 №3007-НП/2023, что свидетельствует об осведомленности ответчика об установленной истцом данным письмом оценочной стоимости нефтепродуктов, находящихся на хранении  у ответчика на август 2023 года.

Доказательства подписания указанных документов руководителем ответчика ФИО5 под давлением работников истца и против своей воли в материалах дела отсутствуют. Ссылки на введение работниками истца руководителя ответчика в заблуждение  также необоснованны.

В пункте 7.11 Договоров истец и ответчик согласовали, как определяется размер убытков, которые должен возмещать Ответчик: в случае, если действия или бездействие сотрудников Исполнителя привело к утрате Товара на территории нефтебазы, в том числе при приеме Товара на хранение или его отпуске в автотранспорт, Исполнитель обязан в указанный Заказчиком срок возместить последнему убытки. При этом сумма убытков определяется как произведение количества утраченного Товара на его оценочную стоимость в месяце утраты Товара.

Суд, учитывая положения пункта 1 статьи 902 ГК РФ, считает, что  истец обоснованно произвел расчет убытков, исходя из установленного сторонами количества недостачи нефтепродуктов и предусмотренного п. 7.11 Договоров порядка определения суммы убытков как произведение количества утраченного Товара на его оценочную стоимость в месяце утраты Товара.

Руководствуясь положениями статей 393, 886, 889, 891, 900, 901, 902 ГК РФ,  суд приходит к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для взыскания убытков за утрату заявленного объема нефтепродуктов, вместе с тем, считает, что из определенной истцом суммы убытков, подлежит исключению сумма НДС.

Как указано письмом от 31.07.2023 №3007-НП/2023, цена за тонну нефтепродуктов определена истцом с учетом НДС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 154 Налогового Кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), по общему правилу, налоговая база по налогу на добавленную стоимость при реализации налогоплательщиком товаров определяется как стоимость этих товаров.

Согласно пункту 1 статьи 166 НК РФ, по общему правилу, сумма налога на добавленную стоимость при определении налоговой базы в соответствии со статьей 154 НК РФ исчисляется как соответствующая налоговой ставке (20%) процентная доля налоговой базы.

В силу пункта 1 статьи 8 НК РФ под налогом понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований.

В рассматриваемом случае при надлежащем исполнении исполнителем обязанностей по хранению имущества истца и передачи его соответствующим получателям (покупателям) заказчика, истец получал бы денежные средства (цену продукции), часть из которых, составляющую сумму НДС (20%), истец не оставлял в своем распоряжение, а обязан был перечислить эту часть в бюджетную систему Российской.

Учитывая изложенное, утрата ответчиком нефтепродуктов лишила истца денежных средств, составляющих цену утраченных нефтепродуктов без суммы НДС, поскольку именно такой размер денежных средств остался бы в распоряжении истца при надлежащем исполнении ответчиком Договоров хранения. При этом не имеется никаких оснований для вывода о том, что в распоряжении истца остались бы денежные средства сверх этой суммы. Ведь истец при отсутствии факта утраты имущества не смог бы оставить в своем распоряжении сумму НДС.

При таких обстоятельствах, размер убытков подлежащих взысканию за вычетом 20% НДС в сумме 1 146 029 107,59 руб., составляет 5 730 145 537,96 руб., первоначальные исковые требования в этой части подлежат удовлетворению.

Встречные требования об обязании истца забрать с нефтебазы ответчика нефтепродукты судом отклоняются на основании  следующего.

Согласно пункту 1 статьи 308.3 ГК РФ, в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В силу пункта 1 статьи 899 ГК РФ по истечении обусловленного срока хранения или срока, предоставленного хранителем для обратного получения вещи на основании пункта 3 статьи 889 настоящего Кодекса, поклажедатель обязан немедленно забрать переданную на хранение вещь.

В силу статьи 904 ГК РФ хранитель обязан по первому требованию поклажедателя возвратить принятую на хранение вещь, хотя бы предусмотренный договором срок ее хранения еще не окончился.

Исходя из принципа состязательности суд, осуществляя руководство арбитражным процессом, должен правильно распределить бремя доказывания фактических обстоятельств на процессуальных оппонентов, в том числе принимая во внимание их материально-правовые интересы (статья 9 АПК РФ).

Подобное распределение бремени доказывания соотносится с процессуальными правилами, изложенными в части 1 статьи 65 АПК РФ , согласно которым лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания наличия имущества в натуре лежит на ответчике.

Из анализа представленных в материалы дела доказательств: переписки сторон, заявок истца на выдачу нефтепродуктов, усматривается, что истец неоднократно обращался к ответчику с требованием возвратить переданные на хранение имущество. 

Материалами дела подтверждается факт неисполнения ответчиком заявок на выдачу нефтепродуктов. 

Доказательств, свидетельствующих о недобросовестности и неразумности действий истца при исполнении Договоров хранения, уклонения его от получения остатков принадлежащих истцу  нефтепродуктов  на нефтебазах ответчика в материалы дела  не представлены.

Ответчик, заявляя доводы о готовности передачи нефтепродуктов не представил в материалы дела доказательства того, что нефтепродукты истца в объеме, находящемся на хранении у ответчика, готовы к передаче истцу, в то время как последний необоснованно уклоняется от его приемки. 

Из представленного ответчиком протокола обыска не следует, что находящиеся в резервуарах нефтепродукты принадлежат истцу, равно как и не доказано качественные характеристики находящихся нефтепродуктов.

Позиция ответчика о наличии финансовых ресурсов для осуществления выдачи запрашиваемых нефтепродуктов, с учетом факта прекращения действия спорных Договоров, также отклоняется судом ввиду отсутствия относимых, допустимых доказательств.

При указанных обстоятельствах основания для удовлетворения встречных требований не имеется, в удовлетворении встречного иска следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ФИРМА "ПРОМХИМ" в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ГАЗПРОМ ГАЗОНЕФТЕПРОДУКТ ПРОДАЖИ" 5 730 145 537,96 руб. убытков, 166 667 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части отказать.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                            Данилова Н.П.