ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А35-11422/2018

город Воронеж

14 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2024 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                  Ботвинникова В.В., 

судей                                                                                     Безбородова Е.А., 

                                                                                           Мокроусовой Л.М.,

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии:  

от конкурсного управляющего ООО «Строительно-монтажное управление «Телеком» ФИО2:  представители не явились, извещены надлежащим образом, 

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Строительно-монтажное управление «Телеком» ФИО2 на определение Арбитражного суда Курской области от 24.10.2023 по делу №А35-11422/2018 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление «Телеком» к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление «Телеком» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Курской области от 24.01.2019 заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление «Телеком» (далее - ООО «СМУ «Телеком», должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Курской области от 24.09.2021 (резолютивная часть объявлена 22.09.2021) в отношении ООО «СМУ «Телеком» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных управляющих». Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 16.10.2021.

Решением Арбитражного суда Курской области от 28.06.2022 (резолютивная часть) должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4. Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» 09.07.2022.

Конкурсный управляющий ООО «СМУ «Телеком» ФИО4 01.03.2023 обратилась в суд с заявлением к ФИО3 о признании недействительным договора от 17.04.2018 №6 купли-продажи самоходной машины экскаватор траншейный цепной, зав. 08072642, двигатель 545894, год выпуска 2002, цвет синий, применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника указанное транспортное средство.

Определением Арбитражного суда Курской области от 15.03.2023 арбитражный управляющий ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим ООО СМУ «Телеком» утвержден ФИО2 

Определением Арбитражного суда Курской области от 24.10.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с данным определением, конкурсный управляющий ООО «СМУ «Телеком» ФИО2 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять новый судебный акт.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 17.04.2018 между ООО «СМУ «Телеком» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи самоходной машины №6.

Согласно пункту 1 договора продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить стоимость  самоходной машины экскаватор траншейный цепной, зав. 08072642, двигатель 545894, год выпуска 2002, цвет синий.

В соответствии с пунктом 5 договора покупатель обязан оплатить стоимость самоходной машины в течение трех дней со дня подписания договора.

Из пункта 6 договора следует, что стоимость самоходной машины составляет 100 000 руб.

Актом приема-передачи от 17.04.2018 стороны подтвердили передачу спорной самоходной машины.

Согласно пункту 2 акта приема-передачи, самоходная машина осмотрена покупателем, эксплуатационные качества проверены. Покупатель не имеет претензий к продавцу по качественным характеристикам самоходной машины.

Из пункта 3 акта приема-передачи следует, что продавец не имеет к покупателю претензий по расчетам за переданную самоходную машину.

По мнению конкурсного управляющего, стоимость спорной самоходной машины на момент ее продажи составляла 2 233 500 руб. Указанная оценка получена конкурсным управляющим путем сравнения стоимости аналогов спорного имущества. Проанализировав банковские выписки должника, конкурсным управляющим не установлено доказательств, подтверждающих оплату по оспариваемому договору

Ссылаясь на то, что указанный договор купли-продажи совершен с неравноценным встречным исполнением, конкурсный управляющий просил признать его недействительным на основании статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Принимая обжалуемый судебный акт и отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно положениям статей 61.1, 61.9 Закона о банкротстве, пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8, 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 24.01.2019, а оспариваемая сделка совершена 17.04.2018, то есть в течение одного года до принятия к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие наличие совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания указанной сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Так, с учетом необходимости установления рыночной стоимости спорного имущества на дату совершения спорной сделки, арбитражным судом была назначена судебная экспертиза, перед экспертом поставлен вопрос: «какова рыночная стоимость экскаватора траншейного цепного, зав. 08072642, двигатель 545894, год выпуска 2002, цвет синий, по состоянию 17.04.2018 в городе Курске»?

Согласно представленному экспертному заключению рыночная стоимость спорной самоходной машины по состоянию на 17.04.2018 в городе Курске округленно составляет 142 000 руб.

Как верно указал суд первой инстанции, экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлен отчет об оценке машин и оборудования от 18.09.2023 № 45/23, проведенной ООО «Гуголплекс» в котором рыночная стоимость самоходной машины по состоянию на 17.04.2018 определена в размере 445 400 руб.

Частью 2 статьи 64 АПК РФ предусмотрено, что заключения экспертов относятся к доказательствам по делу.

Вместе с тем, в пункте 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Из представленного в материалы дела ООО «Гуголплекс» отчета об оценке машин и оборудования от 18.09.2023 № 45/23 следует, что отчет составлен без учета всех повреждений на момент покупки транспортного средства, без его осмотра, аналоги транспортных средств взяты в городе Кострома, Саратов, Нефтекамск. Тогда как в отчете об оценке от 16.08.2023 №09/23 указано, что самоходная машина находилась в неудовлетворительном, нерабочем состоянии.

Согласно подпункту 4 пункта 2 статьи 40 НК РФ рыночной ценой товара (работы, услуги) признается цена, сложившаяся при взаимодействии спроса и предложения на рынке идентичных (а при их отсутствии - однородных) товаров (работ, услуг) в сопоставимых экономических (коммерческих) условиях.

Вместе с тем понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.) (определение Верховного суда Российской Федерации от 05.05.2022 по делу № 306-ЭС21-4742).

Ответчик ФИО3 указывает на неудовлетворительное техническое состояние спорного транспортного средства, транспортировку его на эвакуаторе. ФИО3 не интересовали ходовые качества трактора, который приобретался для переоборудования и использования в сельскохозяйственной деятельности.

Указанные доводы ФИО3 подтверждаются паспортом самоходной машины и свидетельством о регистрации самоходной машины: после приобретения трактора ФИО3 переоборудовал его, в связи с чем, получил новый паспорт самоходной машины, свидетельство о регистрации за владельцем ФИО3 27.12.2019 - спустя более полутора лет с момента покупки.

При этом представленное заключение эксперта отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, соответствуют предъявляемым законом требованиям, оснований не доверять выводам эксперта не имеется, поскольку эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ, имеет специальную квалификацию и образование, стаж работы по специальности, его выводы мотивированы, носят последовательный и обоснованный характер, согласуются с исследовательской частью заключения.

Бремя доказывания в условиях состязательного процесса охватывает все виды действий, которые необходимо предпринять стороне для подтверждения истинности его утверждений и опровержения заявлений противоположной стороны.

Рыночную стоимость транспортного средства определяют различные факторы, в том числе имеющиеся технические неисправности, рыночная стоимость деталей, узлов и агрегатов, пригодных для ремонта, а также рыночная стоимость работ по осуществлению ремонта.

Как верно указал суд первой инстанции, какой-либо заинтересованности между должником и ответчиком не усматривается.

При этом, суд обоснованно отметил, что сама по себе разница между предполагаемой рыночной стоимостью, которую определил оценщик ООО «Гуголплекс» - 445 394 руб., эксперт ФИО5 142 000 руб. и ценой сделки - 100 000 руб., с учетом состояния транспортного средства, не может очевидно свидетельствовать о кратном занижении стоимости и имущества и цели контрагентов причинить вред кредиторам должника.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод конкурсного управляющего об отсутствии доказательств оплаты по оспариваемому договору, поскольку актом приема-передачи автомобиля от 17.04.2018 стороны подтвердили передачу спорного имущества ФИО3 и передачу денежных средств в размере 100 000 руб. от ФИО3 в пользу ООО «СМУ «Телеком». Акт приема-передачи имеет силу расписки, не требующей какого-либо дополнительного подтверждения иным документом.

ФИО3 и ООО «СМУ «Телеком» исполнили условия купли-продажи самоходной машины, ФИО3 эксплуатирует приобретенную машину, внес в нее конструктивные изменения, доводы конкурсного управляющего о фиктивности совершенной сделки не подтверждаются, воля сторон была ясно выражена и в последствии исполнена в полном объеме.

Верховный Суд Российской Федерации, ссылаясь на диспозицию нормы пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указывает, что для определения признака неравноценности помимо цены во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2) и от 27.09.2021 № 306-ЭС19-5887(3). Данный подход согласуется с общим для судов ориентиром, согласно которому положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права, подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с его основными началами, закрепленными в статье 1 названного Кодекса (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), к каковым относится в том числе принцип добросовестности (пункт 3 статьи 1 ГК Российской Федерации). Конституционный Суд Российской Федерации также неоднократно обращал внимание на конституционную значимость принципа добросовестности в гражданских правоотношениях и на взаимосвязь добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной осмотрительностью участников гражданского оборота (постановления от 27.10.2015 № 28-П, от 22.06.2017 № 16-П и др.).

В настоящем обособленном споре сложилась ситуация ограниченных возможностей доказывания как у конкурсного управляющего - ввиду отсутствия полноты в переданных документах, так и у ответчика - в силу прошествии длительного периода времени (пять лет с даты приобретения).

Исходя из представленных в материалы дела пояснений, ФИО3 обладает низким уровнем правовой грамотности, но не признаками недобросовестного поведения.

В такой ситуации, как верно указал суд первой инстанции, учитывая совершение сделки за 10 месяцев до принятия заявления о банкротстве должника к производству, приобретения самоходной машины физическим лицом, не связанным с должником, в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства, свидетельствующих о том, что рыночная стоимость переданного по оспариваемому договору имущества существенно превышает стоимость, полученную должником от покупателя, и что должник и покупатель заключили оспариваемый договор с целью причинить вред кредиторам должника.

Кроме того, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в данном случае отсутствуют основания для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10, 168 ГК РФ.

С учетом того, что в суд апелляционной инстанции не были представлены бесспорные доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, у судебной коллегии отсутствуют основания для сомнений в выводах суда первой инстанции, сделанных на основании совокупности представленных в материалы дела доказательств и пояснений лиц, участвующих в деле. Каких-либо убедительных причин ставить под сомнение выводы суда первой инстанции не имеется. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о несогласии с выводами суда первой инстанции относительно неудовлетворительного состояния транспортного средства на момент продажи, а также, что разница между предполагаемой рыночной стоимостью, которую определил оценщик ООО «Гуголплекс» - 445 394 руб., и ценой сделки - 100 000 руб. является несущественной, не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта. Выводы суда первой инстанции мотивированы, последовательны, основаны на получивших надлежащую правовую оценку суда доказательствах и исследованных судом обстоятельствах, при правильном применении судом норм действующего законодательства. При вынесении обжалуемого определения арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу пункта 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда не имеется.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курской области от 24.10.2023 по делу №А35-11422/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.     

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       В.В. Ботвинников

 

Судьи                                                                                Е.А. Безбородов                                  

 

Л.М. Мокроусова