ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, 

<

...>) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: 

<

***>,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-24200/2024

г. Саратов

07 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 августа 2025 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей Лыткиной О.В., Савенковой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Байишовой С.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу муниципального учреждения культуры «Городской дом культуры национального творчества» 

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 16 апреля 2025 года по делу №А57-24200/2024 

по иску общества с ограниченной ответственностью «ВАНТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к муниципальному учреждению культуры «Городской дом культуры национального творчества» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании задолженности, 

при участии в судебном заседании представителей муниципального учреждения культуры «Городской дом культуры национального творчества» - Молофеевой М.С. и ФИО1, по доверенности от 17.04.2023, представителя общества с ограниченной ответственностью «ВАНТ» - ФИО2, по доверенности от 18.04.2024,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «ВАНТ» с исковым заявлением к муниципальному учреждению культуры «Городской дом культуры национального творчества» о взыскании неосновательного обогащения 547 946 руб. 85 коп., убытков 40 373 руб. 15 коп.

 Определением от 08 октября 2024 года суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Экспертстрой» (ИНН 

<

***>, 410015, 

<

...>, ком. 2).

 16 апреля 2025 года Арбитражным судом Саратовской области с муниципального учреждения культуры «Городской дом культуры национального творчества» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВАНТ» взыскано неосновательное обогащение 547 946 руб. 85 коп., убытки 40 373 руб. 15 коп. Взыскана с муниципального учреждения культуры «Городской дом культуры национального творчества» в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 14 766 руб. 

 Муниципальное учреждение культуры «Городской дом культуры национального творчества» не согласился с принятым судебным актом и обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

 ООО «Вант» представило письменные пояснения на апелляционную жалобу, согласно которым решение суда не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

 Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

 Как следует из искового заявления, 28 февраля 2023 года между муниципальным учреждением культуры «Городской дом культуры национального творчества» (Заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Вант» (Подрядчик) заключен договор подряда № 1А на выполнение работ по текущему ремонту кровли по адресу: 

<

...>. (далее - Договор). 

 В соответствии с п.2.3 Контракта Подрядчик обязан приступить к началу выполнения работ 01.05.2023. Площадка для производства работ Заказчиком не была передана Подрядчику, т.к. на кровле находилось антенно-фидерное устройство, принадлежащее ПАО «МТС». ПАО «МТС» обязалось освободить кровлю в срок до 15.05.2023 (письмо №215 от 28.04.2023 от МУК «ГДКНТ»). Антенно-фидерное устройство было демонтировано 30.05.2023. 

 01.06.2023 ООО «Вант» приступило к выполнению работ по ремонту кирпичной кладки парапета и карнизной части, осуществило завоз строительных материалов и обратилось к МУК «ГДКНТ» о продлении срока выполнения работ на 1 месяц (письмо№48 от 01.06.2023). Ответ на письмо так и не был получен. 

 В ходе выполнения работ по демонтажу кровельного покрытия, стяжки и керамзитной засыпки были обнаружены значительные перепады высот плит покрытия относительно друг друга (около 20 см) в разных местах кровли. Также отсутствовала зачеканка швов между плитами. Объем работы, предусмотренный сметным расчетом, не позволял качественно исполнить обязательства по Контракту. 

 В соответствии с п. 2.9 Контракта, в случае возникновения сложностей при исполнении Контракта, которые грозят качеству выполняемых работ, либо создают невозможность их исполнения в срок, установленный настоящим Контрактом, Подрядчик должен незамедлительно сообщить об этом Заказчику.

 14.07.2023 МУК «ГДКНТ» было уведомлено о возникшей необходимости в дополнительных работах, не предусмотренных локальным сметным расчетом (письмо №68 от 17.07.2023). 

 17.07.2023 письмом №70 ООО «Вант» предложило выполнить работы по заделке межпанельных швов, а также выравниванию плоскости основания кровли отсыпкой ранее разобранным слоем керамзита с проливкой цементным раствором («молочком»). 

 Подрядчик направил локальный сметный расчет на сумму 138144,43 руб. (Сто тридцать восемь тысяч сто сорок четыре рубля 43 копейки) на дополнительные работы. 

 19.07.2023 письмом №73 ООО «Вант» приостанавливает работу до получения указаний от Заказчика в соответствии с п. 2.9 договора и п. 1ст. 716 ГК РФ. 

 26.07.2023 письмом №79 ООО «Вант» приняло решение об одностороннем отказе от исполнения контракта в связи с невозможностью качественно выполнить работы по текущему ремонту кровли в соответствии со СНиПами и другими действующими нормативными документами и надлежащим образом уведомил об этом Заказчика в соответствии с п. 8.6 Контракта № 1А (Уведомление об одностороннем расторжении Контракта исх. №79 от 26.07.2023): «В случае принятия Подрядчиком решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта, заключенного по результатам проведения открытого аукциона в электронной форме, такое решение передается лицу, имеющему право действовать от имени Заказчика, лично под расписку или направляется Заказчику по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу Заказчика, указанному в Контракте. Выполнение Подрядчиком требований настоящего пункта считается надлежащим уведомлением Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта. Датой такого надлежащего уведомления считается: 8.6.1. дата, указанная лицом, имеющим право действовать от имени Заказчика, в расписке о получении решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта (в случае передачи такого решения лицу, имеющему право действовать от имени Заказчика, лично под расписку).

 Для сохранения целостности здания и защиты от протечек ООО «ВАНТ» было принято решение выполнить работы по устройству выравнивающей стяжки, праймированию и устройству нижнего наплавляемого слоя. Также провели дополнительные работы по зачеканке межпанельных швов, выравниванию плоскости кровли керамзитной засыпкой с проливкой цементным раствором. 

 В соответствии с п. 8.7 Контракта решение Подрядчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта вступает в силу и Контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления Подрядчиком Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта. 

 07.08.2023 в адрес МУК «ГДКНТ» были направлены акты выполненных работ. 

 Так же на площадке Единого реестра участников закупок (ЕРУЗ) 07.08.2023 было размещено уведомление об одностороннем расторжении Контракта. 

 Между тем, 18.08.2023 МУК «ГДКНТ» выставило требование№1 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» об осуществлении платежа по Гарантии№9991-4Ш/1102385 от 22.02.2023 г.в размере 547946,85 (Пятьсот сорок семь тысяч девятьсот сорок шесть рублей 86 копеек) за частичное исполнение обязательств по Контракту. 

 28.08.2023 в Саратовском УФАС России рассматривалось обращение МУК «ГДКНТ» о внесении ООО «ВАНТ» в реестр недобросовестных поставщиков. Комиссией по рассмотрению обращения были сделаны следующие выводы: «... Такая мера ответственности, как включение в реестр недобросовествных поставщиков, в рассматриваемом случае не отвечает целям реализации ведения реестра, поскольку у Комиссии отсутствуют сведения об уклонении ООО «ВАНТ» от исполнения контракта. На основании вышеизложенного, исходя из анализа представленных пояснений и информации у Комиссии Саратовского УФАС России отсутствуют сведения, свидетельствующие об уклонении ООО «ВАНТ» от исполнения условий контракта, которое предполагает его недобросовестное поведение, совершение им умышленных действий (бездействия) в противоречие требованиям Закона о контрактной системе...» 

 14.09.2023 ПАО «БАНК УРАЛСИБ» удовлетворило требования МУК «ГДКНТ». 

 В настоящий момент задолженность ООО «ВАНТ» перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ» погашена, что подтверждается платежными поручениями. Общая сумма, которая была погашена составляет 588000 (Пятьсот восемьдесят восемь тысяч) рублей. Указанная сумма состоит из задолженности по Гарантии в размере 547946,85 руб. и процентов в размере 40373,15 руб. 

 Решением Арбитражного суда Саратовской области от 10 июля 2024 года по делу №А57-23919/2023 исковые требования ООО «Вант» к МУК «ГДКНТ» о взыскании стоимости дополнительных работ удовлетворены. 

 В рамках указанного дела судебным экспертным исследованием было подтверждена необходимость в проведении дополнительных работ, а, следовательно, для проведения дополнительных работ была необходимость в увеличении сроков выполнения работ по договору. 

 С целью защиты нарушенных прав, выразившихся в получении ответчиком неосновательного обогащения, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением. 

 Принимая решение по настоящему делу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявленные истцом требования подлежат удовлетворению. 

 Судебная коллегия считает данный вывод суда соответствующим действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела, исходя из следующего.

В соответствии с положениями статей 702, 708, 709 и 711 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить работы надлежащего качества в согласованные сроки и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ). 

 Из встречного характера таких обязательств и положений пунктов 1 и 2 статьи 328 ГК РФ следует, что в случае ненадлежащего исполнения принятого подрядчиком основного обязательства им не может быть получена та сумма, на которую он мог рассчитывать, если бы исполнил это обязательство должным образом (в том числе с соблюдением установленных сроков). Основанием для возникновения обязательств заказчика по оплате выполненных работ является факт передачи результата работ подрядчиком заказчику (статьи 702, 720, 746 ГК РФ). 

 В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в том случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными. 

 Пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. 

 По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 Гражданского кодекса). 

 В силу пункта 1 статьи 746 Гражданского кодекса оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. 

 При заключении контракта указывается, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, а в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, указываются ориентировочное значение цены контракта либо формула цены и максимальное значение цены контракта, установленные заказчиком в документации о закупке. 

 При заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных статьями 34 и 95 Закона о контрактной системе (часть 2 статьи 34 Закона о контрактной системе). 

 Согласно пункту 1 статьи 95 Закона о контрактной системе изменение существенных условий государственного (муниципального) контракта допускается только при одновременном соблюдении, в том числе следующих условий: если возможность изменения условий контракта была предусмотрена документацией о закупке и контрактом; при снижении цены контракта без изменения предусмотренных контрактом количества товара, объема работы или услуги, качества поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги и иных условий контракта; если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом (за исключением контракта, предметом которого является выполнение работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, сносу объекта капитального строительства, проведению работ по сохранению объектов культурного наследия) количество товара, объем работы или услуги не более чем на 10% или уменьшаются предусмотренные контрактом количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не более чем на 10%. 

 Из содержания указанных положений Гражданского кодекса и Закона о контрактной системе вытекает, что для изменения цены по государственному (муниципальному) контракту на выполнение работ предусмотрены императивные ограничения. 

 Данные ограничения установлены как для подрядчика, так и для заказчика и обусловлены тем, что заключению контракта предшествует выбор поставщика (исполнителя) на торгах, при проведении которых участники предлагают условия заранее, победитель определяется исходя из предложенных им условий, что обеспечивает эффективность (экономность) расходования бюджетных средств, равный доступ участников рынка к государственным (муниципальным) закупкам. 

 В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 7 апреля 2016 года № 302-ЭС15-17338, при рассмотрении спора о взыскании стоимости дополнительных работ, не предусмотренных государственным (муниципальным) контрактом, необходимо учитывать следующие обстоятельства: необходимость проведения работ, предусмотренных в акте для достижения целей контракта, факт их выполнения, отсутствие претензий относительно объема и качества выполненных работ, а также использование их результата в деятельности заказчика и наличие у данных работ потребительной стоимости. 

 В таких случаях отказ в иске со ссылкой на несоблюдение требований законодательства о контрактной системе, принятого в обеспечение одних публичных интересов, в том числе для предотвращения злоупотреблений в сфере размещения заказов, по существу, противопоставляется другим публичным интересам, касающимся недопустимости причинения ущерба государственной (муниципальной) собственности и вопросов социального обеспечения населения. 

 Такое противопоставление при отсутствии в действиях истца намерения обойти закон либо признаков недобросовестности или иного злоупотребления при осуществлении спорных работ без заключения дополнительного соглашения к государственному (муниципальному) контракту, но при наличии подписанного сторонами акта о необходимости проведения дополнительных работ до начала их выполнения, противоречит задачам судопроизводства в арбитражных судах, закрепленным в статье 2 АПК РФ. 

 Верховный Суд Российской Федерации в пункте 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2017 года, указал на необходимость учета специфики отношений, складывающихся в сфере строительства, которая уже в силу своего существа создает возможность выявления в ходе исполнения обязательства дополнительных работ и в связи с этим обуславливает приоритетную необходимость применения норм статьи 743 ГК РФ наряду с положениями Закона о контрактной системе. 

 К дополнительным работам, подлежащим оплате заказчиком также могут быть отнесены исключительно те работы, которые, исходя из имеющейся информации на момент подготовки документации и заключения контракта, объективно не могли быть учтены в технической документации, но должны быть произведены, поскольку без их выполнения подрядчик не может приступать к другим работам или продолжать уже начатые либо ввести объект в эксплуатацию и достичь предусмотренного контрактом результата. 

 Вместе с тем законодатель, регулируя отношения, связанные с выполнением работ по государственному (муниципальному) контракту, предусмотрел возможность сторон в исключительных случаях согласовать дополнительные объемы работ и специальное правовое регулирование по данному вопросу, допуская, что необходимость их проведения может быть добросовестно выявлена как заказчиком, так и подрядчиком после подписания контракта и в процессе его исполнения. 

 По пункту 3 статьи 743 ГК РФ, подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы, и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику и обосновать необходимость немедленных действий в интересах заказчика. 

 По смыслу норм статьи 743 ГК РФ и статьи 8, части 5 статьи 24 Закона о контрактной системе в случае, если заказчик согласовал действия по проведению дополнительных работ, необходимых для завершения технологического цикла и обеспечения годности и прочности их результата, последующий отказ в оплате дополнительных работ создавал бы возможности для извлечения им преимуществ из своего недобросовестного поведения, что противоречит пункту 4 статьи 1 о контрактной системе. Верховный Суд Российской Федерации также в Определении от 21 октября 2015 года № 308-ЭС14-2538 сформулировал правовую позицию о возможности взыскания стоимости вышеуказанных работ при таких фактических обстоятельствах спора и установленных особенностях отношений сторон в конкретной ситуации, когда отказ во взыскании оплаты противопоставлялся бы другим публичным интересам. 

 Решением Арбитражного суда Саратовской области от 10 июля 2024 года по делу №А57-23919/2023 исковые требования ООО «Вант» к МУК «ГДКНТ» о взыскании стоимости дополнительных работ удовлетворены. В рамках указанного дела судебным экспертным исследованием было подтверждена необходимость в проведении дополнительных работ, а, следовательно, для проведения дополнительных работ была необходимость в увеличении сроков выполнения работ по договору. 

 Таким образом, довод апеллянта о том, что обязательства по контракту №1А ООО «Вант» не были исполнены в полном объеме, апелляционный суд отклоняет. 

 При этом суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что получение Заказчиком банковской гарантии необоснованно, что подтверждается перепиской сторон, решением УФАС, а также вступившим в силу решением суда. 

 Согласно пункту 1 статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом. Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями (пункт 3 статьи 368 ГК РФ). 

 В соответствии с пунктом 1 статьи 378 ГК РФ обязательство гаранта перед бенефициаром по независимой гарантии прекращается: уплатой бенефициару суммы, на которую выдана независимая гарантия; окончанием определенного в независимой гарантии срока, на который она выдана; вследствие отказа бенефициара от своих прав по гарантии; по соглашению гаранта с бенефициаром о прекращении этого обязательства. 

 В соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов и недопустимости неосновательного обогащения. 

 Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

 Из положений закона следует, что для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: 

 1) обогащения одного лица за счет другого лица, то есть увеличения имущества у одного за счет соответственного уменьшения имущества у другого; 

 2) приобретения или сбережения имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований. 

 Следовательно, истец по требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение должен доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения, размер неосновательного обогащения. 

 Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 ГК РФ). 

 Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2017 года). 

 В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 29 января 2013 года № 11524/12 по делу №А51-15943/2011, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. 

 Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика. 

 Основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, при этом, если истец не представил доказательств того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно (например, акты выполненных работ с разногласиями, акты сдачи-приемки товара с возражениями, претензии и т.п.), исковые требования не подлежат удовлетворению. 

 По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 17 июля 2019 года). 

 В соответствии с пунктом 2 статьи 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило. 

 В соответствии со статьей 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, направленных на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

 Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). 

 Пункт 2 статьи 15 ГК РФ предусматривает, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

 В силу норм статьи 393 ГК РФ для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, размер требуемых убытков. Это означает, что между возникновением убытков и неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательства должна быть причинная связь. Под причинной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на истце. 

 На ответчике лежит бремя доказывания отсутствия его вины в причинении вреда. Гражданское законодательство исходит из принципа полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено их ограничение. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. 

 Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование не было добровольно удовлетворено - в день предъявления иска. 

 Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения. 

 В пунктах 1 - 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено следующее: "Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). 

 Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ). 

 Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ)". 

 По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. 

 Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

 Для удовлетворения иска о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договорных обязательств, на основании статей 15, 393 ГК РФ подлежит доказыванию совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения лица к данному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: наличие и размер убытков, факт ненадлежащего исполнения договорных обязательств контрагентом (вина контрагента), причинно-следственная связь между наступлением убытков и ненадлежащим исполнением обязательств контрагентом. Недоказанность хотя бы одного обстоятельства является основанием для отказа в иске. 

 Истцом представлены доказательств обращения к заказчику о необходимости выполнения дополнительного объема работ. 

 Необходимость в проведении дополнительных работ, а, следовательно, для проведения дополнительных работ была необходимость в увеличении сроков выполнения работ по договору установлена решением Арбитражного суда Саратовской области от 10 июля 2024 года по делу № А57-23919/2023. Законность вынесенного решения проверена Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 10 февраля 2025 года. 

 Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти обстоятельства, не будет отменен. 

 Действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 АПК РФ). 

 В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами. Факт наличия у ответчика задолженности перед истцом подтверждается вступившим в законную силу. Доказательств оплаты в материалы дела не представлено. Указанное постановление имеет в силу статьи 69АПК РФ преюдициальное значение при разрешении настоящего спора. 

 Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что выполнение дополнительных работ было направлено на достижение целей контракта и обусловлено необходимостью совершения немедленных действий в интересах заказчика, невыполнение дополнительных работ могло привести к утрате результата ранее выполненного объема работ, предусмотренного контрактом. Выполнение дополнительных работ, определенных экспертом, являлось необходимым для исполнения целей Контракта. Результат работ имеет потребительскую ценность.

 Положения действующего гражданского законодательства связывают возникновение у заказчика обязанности оплаты работ с фактом их выполнения и принятия. 

 Факт выполнения истцом спорных работ и наличия у ответчика задолженности по их оплате подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком не опровергнут. В данном случае, с учетом характера объекта для обеспечения годности и прочности результата работ их выполнение в дополнительном объеме являлось необходимым, отвечающим публичным интересам

 Следовательно, неосновательное обогащение ответчика в размере 547 946 руб. 85 коп. и убытки 40 373 руб. 15 коп. правомерно взысканы судом первой инстанции в пользу истца. 

 Доводы апелляционной жалобы о том, что взыскание стоимости дополнительных работ с ответчика не отменяет установленный судом факт ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по контракту, апелляционный суд отклоняет.

 Как уже указывалось ранее, на кровле здания (в месте расположения предстоящих работ по муниципальному контракту), располагалось оборудование, принадлежащее третьим лицам, а именно антенно-фидерное устройство, собственником которого является ПАО «МТС». Монтаж оборудования продлился месяц, из-за чего подрядчик смог приступить к работам на месяц позже запланированной даты. В продлении сроков выполнения работ заказчик отказал. 

 Как следует из выводов экспертного заключения, проводимого по делу №А57-23919/2023, учитывая, что срок выполнения работ по контракту составляет фактически 4 месяца (123 дня), фактический срок для выполнения работ по контракту составил 3 месяца (93 дня), то есть фактически 25% меньше. Фактическая невозможность выполнения работ в установленные сроки (фактическое сокращение сроков на 25%) изначально обусловлено действиями заказчика в нарушение п.2.8. Контракта №1А. 

 Как следует из уведомления заказчика от 01.08.2023 и решении об одностороннем расторжении контракта от 07.08.2023, поводом для одностороннего расторжения контракта послужил факт невыполнения работ подрядчиком в срок, указанный в контракте (до 31.07.2023), а также в срок, предложенный заказчиком в письме от 01.08.2023 (3 рабочих дня). 

 Между тем, судебная экспертиза установила, что работы не могли быть выполнены в срок в первую очередь по вине заказчика. Более того, на момент получения подрядчиком письма от 01.08.2023 работы были приостановлены, о чем заказчику было известно. На эту же дату контракт был расторгнут в одностороннем порядке со стороны подрядчика, о чем заказчику также было известно. 

 Выполненные подрядчиком дополнительные работы носили характер скрытых, необходимость выполнения дополнительных работ была выявлена только после вскрытия кровли. В связи с тем, что работы носили срочный и неотложный характер, подрядчик выполнил их 21 июля 2023 года. Подрядчик по электронной почте направил заказчику (а также организации, осуществляющей строительный контроль) на подписание акты освидетельствования скрытых работ. Заказчик на указанное письмо не ответил. 

 Поскольку акты освидетельствования скрытых работ не были подписаны заказчиком, у подрядчика отсутствовали правовые основания для продолжения работ на кровле здания. 

 Скрытые работы были приняты заказчиком только 07.08.2023, о чем имеется отметка на актах освидетельствования скрытых работ от 18.07.2023, 26.07.2023, 27.07.2023.

 Кроме того, как уже было установлено, письмом № 73 от 19.07.2023 подрядчик уведомил заказчика о приостановке работ до получения указаний от заказчика. 

 В целях сохранения результата уже проведенных раннее работ, подрядчик выполнил дополнительные работы, но не мог после этого продолжить выполнение основного объема работ, поскольку материал «плиты минераловатные на синтетическом связующем Техно (ТУ 5762-043-17925162-2006), марки: ТЕХНОРУФ Н30» (позиция 20 локального сметного расчета) не мог быть поставлен подрядчику в срок, установленный для выполнения работ. Указанный материал представляет собой утеплитель, без которого работы не могли быть завершены. 

 Как следует из ответа от 26.06.2023 компании «Технониколь», которая является производителем строительных материалов, ближайшей датой поставки материала Техноруф Н 30 является 10.11.2023, что находится за пределами срока, в который работы должны быть выполнены, а именно 31.07.2023. Из ответа также следует, что для устройства утепления кровли можно использовать иной материал, который производится и имеется в наличии, а именно экструдированный пенополистирол (XPS).

 Другой поставщик материалов, ООО «Кровля и Изоляция Саратов», в письменном ответе от 28.06.2023 пояснил, что материал Техноруф Н 30 временно снят с производства и отсутствует на складах. О том, что утеплитель было невозможно получить летом 2023 года, свидетельствует также и то, что 18.09.2023 тем же заказчиком (МУК «ГДКНТ») был заключен муниципальный контракт № 4А с новым подрядчиком, ООО «Евро-Бизнес». 

 Предметом нового контракта является текущий ремонт кровли здания по адресу: Саратовская область, г. Саратов, 

<

...>. То есть, новый подрядчик был привлечен в целях завершения работ, которые начало ООО «Вант». 

 В приложении к контракту имеется локальный сметный расчет, где в позиции № 7 изначально был указан тот же утеплитель, что и в контракте с ООО «Вант». Позже между МУК «ГДКНТ» и ООО «Евро-Бизнес» было заключено дополнительное соглашение от 03.10.2023, согласно которому локальный сметный расчет изложен в новой редакции. 

 Изменения коснулись как раз позиции № 7, стороны согласовали замену утеплителя Техноруф Н30 на «плиты теплоизоляционные из экструзионного вспененного полистирола ПЕНОПЛЭКС-35 (прим. экструдированный пенополистирол XPS MasterPLEX Фундамент). 

 Все описанные выше документы находятся в открытом доступе и были получены истцом с сайта zakupki.gov.ru. 

 Таким образом, указанные выше обстоятельства подтверждают тот факт, что на момент проведения подрядчиком ООО «Вант» работ по ремонту кровли летом 2023 года, утеплитель, предусмотренный локальным сметным расчетом, невозможно было приобрести и использовать в ходе выполнения работ. По этой причине, а также по той, что без утеплителя завершение работ было невозможным, ООО «Вант» не мог выполнить объем работ, предусмотренный муниципальным контрактом № 1А от 28.02.2023

 По общему правилу гражданско-правовая ответственность за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства возникает лишь при наличии вины должника. 

 Таким образом, подрядчик не мог продолжить выполнение работ не по своей вине. Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

 Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

 руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,    

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 16 апреля 2025 года по делу №А57-24200/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

 Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, через Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший решение.

 Председательствующий А.Ю. Самохвалова

 Судьи О.В. Лыткина

 Н.В. Савенкова