﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6509/2021-ГК

г. Пермь

29 июня 2021 года

Дело № А71-11322/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 июня 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Ушаковой Э.А.,

судей  Гуляевой Е.И., Семенова В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Харисовой А.И.,

при участии:

от ответчика: Завьялов С.А., паспорт, доверенность от 03.03.2021, диплом;

от истца: не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Промышленные технологии»,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 25 марта 2021 года по делу № А71-11322/2020

по иску Департамента муниципального имущества Администрации Волгограда 

к обществу с ограниченной ответственностью «Промышленные технологии» (ОГРН 1181832015749, ИНН 3444074200)

о взыскании долга, пени по договору аренды,

установил:

Департамент муниципального имущества Администрации Волгограда (далее - истец, Департамент) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Промышленные технологии" (далее - ответчик, ООО «Промышленные технологии») о взыскании задолженности по договору аренды № 2439 от 02.02.1999 за период с 17.04.2019 по 31.03.2020 в сумме 9 355 140 руб. 01 коп., пени в сумме 1 328 236 руб. 14 коп. за период с 26.06.2019 по 31.03.2020.

Решением суда от 25.03.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в иске.

В апелляционной жалобе ответчик приводит доводы о том, что в рассматриваемом случае не применим пункт 9 статьи 22 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ), а передача прав и обязанностей по договору аренды требовала получения предварительного согласия арендодателя, при отсутствии которого договор аренды является ничтожной сделкой. Конкурсный управляющий ОАО «Химпром» не вправе был отчуждать с торгов права и обязанности должника из договора аренды без согласия арендодателя. 

Указал, что в судебном заседании истец признал, что договор не заключен, и изменил предмет и основание исковых требований, просил суд взыскать с ответчика неосновательное обогащение, а не арендную плату, а основанием для удовлетворения этого требования указал нормы главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а не договор аренды, между тем, как указывает заявитель жалобы, суд не разрешил данное ходатайство истца об уточнении исковых требований, при этом отмечает, что уточнения, сделанные истцом (переквалификация долга в неосновательное обогащение) не могли быть приняты судом, поскольку одновременно изменяли предмет и основание иска.

Ответчик считает, что договор аренды между ним и истцом отсутствовал (передача прав по договору, заключенному с предыдущим арендатором, является ничтожной сделкой), в связи с чем иск по первоначально заявленным требованиям удовлетворению не подлежал.  О том, что право аренды к ответчику не перешло, свидетельствует отсутствие в письменной форме договора перенайма и отсутствие государственной регистрации перенайма. Полагает, что ответчик может расцениваться как лицо, пользующееся земельным участком на правах собственника расположенных на нем зданий и сооружений, соответственно, ответчик не может нести договорную ответственности в виде уплаты неустойки, установленной договором, к нему могут быть предъявлены требования о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Ссылается на то, что в рамках производственного комплекса, в том числе, приобретено значительное количество объектов недвижимого имущества, расположенных на различных земельных участках, на торги был выставлен единый лот, детальный осмотр всех объектов с подробным описанием, выяснением юридической судьбы, фиксацией недостатков был физически невозможен до момента заключения договора купли-продажи, при таких обстоятельствах, как считает ответчик, составленные до подписания договора купли-продажи предприятия акт инвентаризации, бухгалтерский баланс, заключение независимого аудитора о составе и стоимости предприятия, а также перечень всех долгов (обязательств), включаемых в состав предприятия, с указанием кредиторов, характера, размера и сроков их требований не привели и не могли привести к осведомленности ответчика о фактическом состоянии имущества. Пояснил, что до подписания договора и акта к нему, а также в  момент их подписания ответчик не имел возможности установить, что на спорном земельном участке отсутствует сооружение «шламонакопитель», что является необходимым условием эксплуатации участка. Подписание ответчиком акта приема-передачи имущественного комплекса, приобретенного единым лотом и включающего в себя несколько десятков тысяч объектов, не означало и не могло означать, что ответчик ознакомлен с состоянием спорного земельного участка, согласен с имеющимися недостатками и принял участок в аренду без замечаний. 

Кроме того, ответчик указывает, что суд не дал оценки действиям истца, которые были направлены на создание видимости того, что у ответчика возникли права по договору аренды земельного участка. Отметил, что истец, заведомо зная о предстоящем исключении общества «Химпром» из ЕГРЮЛ, подал в Росреестр заявление о регистрации права аренды, на основании которого в ЕГРН 30.12.2019 внесена соответствующая запись об обременении в пользу общества «Химпром», уже к тому моменту не существующего и не являющегося арендатором с апреля 2019 года. Действиями истца допущена государственная регистрация несуществующего права - права аренды ликвидированного лица, указанное нарушение в дальнейшем используется истцом с единственной целью - придать видимость законности незаключенному договору перенайма между должником и ответчиком и взыскать с последнего арендную плату за земельный участок, которым ответчик не пользовался, а также неустойку по договору, значительно превышающую ключевую ставку ЦБ РФ. Полагает, что фактически истец имел намерение неосновательно обогатиться за счет ответчика. Обращает внимание, что на то, что истец действует недобросовестно и им совместно с органом государственной регистрации допущено грубое нарушение закона, ответчик указывал суду, заявлял ходатайство о привлечении Росреестра третьим лицом с обязанием предоставить пояснения об обстоятельствах регистрации обременений в отношении несуществующего лица, об истребовании материалов регистрационного дела, однако доводы ответчика судом проигнорированы, в удовлетворении ходатайств отказано.

Истец с доводами апелляционной жалобы не согласен по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просит апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения и рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие представителя истца.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в полном объеме.

Истец, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом в соответствии со ст.ст. 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации на сайте суда, в судебное заседание не явился, что не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в силу статей 123, 156 АПК РФ в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между Департаментом (арендодатель) и ОАО «Химпром» (арендатор) заключен договор аренды земли № 2439 от 20.04.1999, на основании которого арендодатель передал арендатору в аренду земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 34:34:070105:14, площадью 97944,8 кв.м, с адресом (адресным ориентиром): Волгоградская область, г. Волгоград, пересечение ул. Заводской и ул. им. Генерала Шумилова, для эксплуатации шламонакопителя (пункты 1.1., 1.3. договора).

Согласно представленной в материалы дела выписке из ЕГРН от 15.05.2020 №КУВИ-002/2020-561568, вышеназванный договор аренды в установленном порядке зарегистрирован Управлением Росреестра по Волгоградской области 30.12.2019, о чем в единый государственный реестр недвижимости внесена запись о регистрации права аренды земельного участка за № 34:34:070105:14-34/209/2019-1.

В силу пункта 2.3. договора арендная плата вносится арендатором ежеквартально равными частями не позднее 25-го числа каждого последнего месяца квартала.

В соответствии с протоколом о результатах торгов в форме публичного предложения по продаже имущества от 04.03.2020 за № 1909-ЗТПП/2 победителем торгов по лоту № 1 (предмет торгов - производственный комплекс ВОАО «Химпром») признано общество «Промышленные технологии».

08.04.2019 между ВОАО «Химпром» в лице конкурсного управляющего Чертковой И.В. (продавец) и обществом «Промышленные технологии» (покупатель) заключен договор купли-продажи имущества № 0226/123, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя, а последний принимает и обязуется уплатить обусловленную договором стоимость производственного комплекса (п. 1.1 договора купли-продажи).

Во исполнение обязательств по договору купли-продажи ВОАО «Химпром», в лице конкурсного управляющего Чертковой И.В., по акту приема-передачи от 17.04.2019 передало, а общество «Промышленные технологии» приняло имущество, составляющее производственный комплекс, в том числе, покупателем приняты права аренды, поименованные в представленном суду акте приема-передачи от 17.04.2019, как «шламонакопитель», местонахождение: Волгоградская область, г. Волгоград, пересечение ул. Заводской и ул. им. Генерала Шумилова, кадастровый номер 34:34:070105:14, площадь 97944,8 кв.м.

Ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по своевременному и полному внесению арендной платы за пользование земельным участком послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из обоснованности материально-правовых требований к ответчику, доказанности их материалами дела, отсутствия доказательств погашения задолженности.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав пояснения представителя ответчика, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Пунктом 7 статьи 1, пунктом 1 статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) установлен принцип платности использования земли, согласно которому любое использование земли осуществляется за плату, за исключением случаев, установленных федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации. Формами платы за использование земли являются земельный налог (до введения в действие налога на недвижимость) и арендная плата.

В соответствии с положениями статьи 614 ГК РФ, пункта 4 статьи 22 ЗК РФ размер, порядок, условия и сроки внесения арендной платы устанавливаются договором.

По расчету истца, задолженность ответчика по оплате арендных платежей за период с 17.04.2019 по 31.03.2020 составляет 9 355 140 руб. 01 коп. 

В соответствии с п. 1 ст. 559 ГК РФ по договору продажи предприятия продавец обязуется передать в собственность покупателя предприятие в целом как имущественный комплекс (статья 132), за исключением прав и обязанностей, которые продавец не вправе передавать другим лицам.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 132 ГК РФ в состав предприятия как имущественного комплекса входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что земельный участок с кадастровым номером 34:34:070105:14 является составной частью предприятия ВОАО «Хипром»; при этом самостоятельное существование земельного участка с кадастровым номером 34:34:070105:14 исключается, поскольку последний является составной частью единого производственного комплекса и входит в состав предприятия; названный объект функционирует (функционировал) как часть производственной линии, в том числе, в части осуществления ВОАО «Хипром» деятельности с соответствующими химическими веществами, что обуславливало потребность названного юридического лица в земельном участке, необходимом для складирования продуктов названной производственной деятельности («шламонакопитель»).

Согласившись с доводами ответчика, ссылающегося на отсутствие в ЕГРН сведений об объекте недвижимости, поименованным как «шламонакопитель» и располагающимся в пределах спорного земельного участка, суд первой инстанции обоснованно отметил, что отсутствие в кадастре недвижимости сведений о названном объекте, а равно и отсутствие зарегистрированного права на указанное имущество не является доказательством, исключающим наличие такой вещи в натуре, поскольку права на часть имущества такого объекта недвижимости как предприятие не подлежат регистрации, названные объекты (вещи) не отвечают признакам обособленной вещи и самостоятельно не могут участвовать в гражданском обороте (в отрыве от предприятия), то есть с сохранением своего функционального назначения и соответствующего разрешенного использования.

Установив, что из представленного договора купли-продажи следует, что обществом «Промышленные технологии» приобретался в составе единого лота объект - производственный комплекс ВОАО «Химпром», что также подтверждается представленным в материалы дела актом приема-передачи от 17.04.2019, содержащего, в том числе, сведения о передаче прав аренды на земельный участок под «шламонакопитель», местонахождение: Волгоградская область, г. Волгоград, пересечение ул. Заводской и ул. им. Генерала Шумилова, кадастровый номер земельного участка 34:34:070105:14, площадь 97944,8 кв.м, отметив, что данный акт приема - передачи от 17.04.2019 не содержит указаний на возражения общества «Промышленные технологии» относительно состава принимаемого имущества,  указаний на его пороки или отсутствие какой-либо составной части объекта - «производственный комплекс ВОАО «Химпром», суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что для сторон договора аренды и договора купли - продажи (ОАО «Химпром», Департамент, общество «Промышленные технологии») с заключением названных сделок в отношении земельного участка с кадастровым номером 34:34:070105:14 возникли такие последствия как смена лица в обязательстве из договора аренды, что ОАО «Химпром» выбыло из обязательств по аренде названного земельного участка по договору аренды, а общество «Промышленные технологии» приобрело права и обязанности арендатора спорного земельного участка по договору аренды.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отклонил ссылки ответчика на отсутствие приобретения прав аренды в отношении спорного земельного участка.

Доводы заявителя жалобы о невозможности использования спорного земельного участка исследованы судом апелляционной инстанции и признаны необоснованными на основании следующего.

Согласно п. 1 ст. 611 ГК РФ, арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт уведомления арендатором арендодателя о несоответствии земельного участка установленным требованиям, а также о невозможности либо затруднительности его использования (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, разъяснено, что от исполнения обязанности по внесению арендной платы арендатора освобождает только невозможность пользоваться арендованным имуществом по обстоятельствам, не зависящим от последнего.

Таких обстоятельств при рассмотрении настоящего спора судом не установлено. Доказательств невозможности пользования земельным участком, в том числе факт отсутствия шламонакопителя, материалы дела не содержат.

Само по себе неиспользование ответчиком земельного участка не является основанием для освобождения его от оплаты арендных платежей.

Ссылки ответчика на ничтожность договора аренды, его регистрацию в установленном порядке Управлением Росреестра по Волгоградской области 30.12.2019 после прекращения арендатором - ВОАО «Химпром» своей деятельности в качестве юридического лица (27.12.2019) являлись предметом суда первой инстанции и получили надлежащую оценку.

В соответствии с п. 1 статьи 164 ГК РФ, в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Согласно подходу, сформулированному Высшим Арбитражным Судом РФ в п. 2 Информационного письма Президиума от 25.02.2014 N 165, совершенный в надлежащей форме договор с момента достижения сторонами соглашения по всем его существенным условиям влечет правовые последствия в отношениях между ними, а также может породить весь комплекс последствий, на которые он непосредственно направлен, после государственной регистрации.

В соответствии с абз. 6, 7, 13 п. 4 Информационного письма Президиума от 25.02.2014 N 165, требование о государственной регистрации такого договора (пункт 2 статьи 651 ГК РФ) установлено для создания возможности осведомления о нем третьих лиц, чьи права или интересы касаются имущества, сданного в аренду.

По общему правилу отсутствие государственной регистрации договора аренды недвижимости означает, что заключенное между сторонами соглашение не дает лицу, принимающему имущество в пользование, прав на это имущество, которые могут быть противопоставлены не знавшим об аренде третьим лицам (пункт 3 статьи 433, пункт 2 статьи 609, пункт 2 статьи 651 ГК РФ).

Государственная регистрация договора аренды недвижимости имеет целью защиту интересов третьих лиц, которые могут приобретать права на эту недвижимость. Она создает для таких лиц возможность получить информацию о существующих договорах аренды, заключенных в отношении недвижимой вещи.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, государственная регистрация права аренды, с учетом фактических обстоятельств настоящего спора, являясь актом государственного заверения, уже состоявшихся правоотношений из аренды земельного участка, не порождает такие права, а является подтверждением возникших из сделки - договора аренды, правоотношений.

Ответчик, приобретая права аренды спорного земельного участка, фактическими действиями подтвердил наличие обязательств сторон из договора аренды, ранее подписанного между Департаментом и ВОАО «Химпром», до исключения последнего из ЕГРЮЛ.

Доводы апелляционной жалобы о том, что передача прав и обязанностей по договору аренды № 2439 от 02.02.1999 требовала получения предварительного согласия арендодателя, при отсутствии которого договор аренды является ничтожной сделкой, судом апелляционной инстанции  отклоняются на основании следующего.

В соответствии с п. 5 ст. 22 ЗК РФ арендатор земельного участка вправе передать свои права и обязанности по договору аренды земельного участка третьему лицу, в том числе отдать арендные права земельного участка в залог и внести их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в производственный кооператив в пределах срока договора аренды земельного участка без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления, если договором аренды земельного участка не предусмотрено иное. В указанных случаях ответственным по договору аренды земельного участка перед арендодателем становится новый арендатор земельного участка, за исключением передачи арендных прав в залог. При этом заключение нового договора аренды земельного участка не требуется.

Согласно п. 9 ст. 22 ЗК РФ при аренде земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на срок более чем пять лет арендатор земельного участка имеет право в пределах срока договора аренды земельного участка передавать свои права и обязанности по этому договору третьему лицу, в том числе права и обязанности, указанные в п. 4, 5 данной статьи, без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления. Изменение условий договора аренды земельного участка без согласия его арендатора и ограничение установленных договором аренды земельного участка прав его арендатора не допускаются.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11, в случае, когда в договоре аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на срок более чем пять лет, заключенном до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, содержится условие о порядке получения арендатором согласия арендодателя на передачу земельного участка в субаренду или распоряжение правом аренды иным способом, стороны должны руководствоваться данным условием договора, а не п. 9 ст. 22 ЗК РФ (ст. 422 ГК РФ). 

В пункте 4.2.10 договора аренды № 2439 от 02.02.1999 предусмотрено, что в случае передачи (продажи) строения или его части, расположенного на арендуемом земельном участке, другому юридическому или физическому лицу или использовании этого имущества в качестве доли уставного фонда при образовании или другим юридическим лицом совместного предприятия арендатор обязан в срок не позднее 30-ти календарных дней после совершения сделки уведомить арендодателя об этом ходатайствовать перед ним о переоформлении документов, удостоверяющих право на землю 

Таким образом, договор аренды земельного участка № 2439 от 02.02.1999 не содержит условия о необходимости получении согласия (разрешения) арендодателя на распоряжение арендатором правом аренды земельного участка, лишь указывает на уведомительный характер (пункт 4.2.10 договора аренды).

Ссылка ответчика в обоснование своей позиции о необходимости получения согласия арендодателя на передача прав и обязанностей арендатора по договору аренды № 2439 от 02.02.1999 на приложение № 3 к договору аренды «Ограничение, обременения, сервитуты в использовании земельного участка», утвержденные Постановлением Администрации г. Волгограда от 26.03.1998 № 394 «О  порядке утверждения планов межевания земельных участков, установлении ограничений, обременений, сервитутов в их использовании и вида прав на земельные участки в г. Волгограде» не принимается судом во внимание, поскольку данный документ утратил силу в 2002 году.

Таким образом, с учетом изложенного, принимая во внимание, что  доказательств надлежащего исполнения условий договора аренды по своевременному внесению арендной платы в материалы дела не представлено, требование истца о взыскании с ответчика задолженности в сумме 9 355 140 руб. 01 коп. является обоснованным, расчет судом проверен и признан правильным.

В рамках настоящего дела истцом также заявлены требования о взыскании неустойки на основании статьи 330 ГК РФ, пункта 2.6 договора аренды.

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу пункта 2.6 договора аренды за каждый день просрочки внесения арендной платы арендатор уплачивает арендодателю пени в размере 0,1% от размера невнесенной арендной платы за каждый день просрочки.

Факт несвоевременного внесения ответчиком арендных платежей по договору подтвержден материалами дела, в связи с чем суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании пени в сумме 1 328 236 руб. 14 коп.

Поскольку в суде первой инстанции ответчиком не было заявлено о применении ст. 333 ГК РФ к размеру взыскиваемой неустойки, данные доводы не подлежат рассмотрению судом апелляционной инстанции в силу положений статьи 268 АПК РФ.

Доводы ответчика о том, что в судебном заседании суда первой инстанции истец изменил предмет и основание исковых требований, просил суд взыскать с ответчика неосновательное обогащение, а не арендную плату, при этом заявление истца об уточнении исковых требований судом не рассмотрено, противоречат обстоятельствам дела.

Как следует из материалов дела, истец с надлежаще оформленным ходатайством об уточнении исковых требований не обращался. 

На вопрос суда апелляционной инстанции ответчик пояснил, что ходатайство об уточнении исковых требований было заявлено истцом в судебном заседании 18.03.2021 устно.

Между тем, из  аудиозаписи судебного заседания суда первой инстанции, состоявшегося 18.03.2021, следует, что представитель истца наставал на удовлетворении первоначально заявленных исковых требований. Таким образом, оснований для разрешения ходатайства об уточнении исковых требований у суда первой инстанции не имелось, поскольку истец с таким ходатайством не обращался.

Поскольку материалами дела подтвержден факт приобретения ответчиком прав и обязанностей по договору аренды, оснований для переквалификации требования на неосновательное обогащение также не имелось.  

Доводы ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаны подлежащими отклонению на основании следующего.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных норм под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Между тем материалами дела наличие у истца умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) не подтверждается.

При рассмотрении данного дела злоупотребление правом со стороны истца в отношении лиц, участвующих в деле, судами не установлено, поскольку, обратившись в суд с рассматриваемым иском, истец реализовал предусмотренное законом право на судебную защиту, не имея намерений причинить кому-либо вред или добиться иных неправовых последствий.

Сама по себе предположительная осведомленность истца о предстающей ликвидации общества «Химпром» не является безусловным основанием считать действия Департамента недобросовестными.

Возражения ответчика относительно непривлечения к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по Волгоградской области не принимаются во внимание судом апелляционной инстанции на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

По смыслу указанной нормы привлечение к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, является исключительным правом, а не обязанностью суда, и осуществление подобных процессуальных действий допускается только в случае, если судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, может повлиять на права или обязанности указанного лица по отношению к одной из сторон.

С учетом того, что обжалуемый судебный акт не влияет на права или обязанности Управления Росреестра по Волгоградской области, правоотношения ответчика с Управлением Росреестра по Волгоградской области не являлись предметом спора по настоящему делу, у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения указанного лица к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Иные доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, как не свидетельствующие о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекущие его отмены.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Таким образом, с учетом изложенного, решение суда является законным и обоснованным.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение арбитражного суда отмене не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 АПК РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25 марта 2021 года по делу № А71-11322/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Э.А. Ушакова  

 

Судьи

 

Е.И. Гуляева 

 

В.В. Семенов