ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4378/2018

г. Челябинск

07 мая 2018 года

Дело № А76-13802/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 мая 2018 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деевой Г.А.,

судей Лукьяновой М.В., Фотиной О.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Национальная противопожарная страховая компания» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 07.02.2018 по делу № А76-13802/2017 (судья Скрыль С.М.).

 

 В судебном заседании приняла участие представитель  Сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Согласие» - ФИО2 (доверенность  от 08.11.2017).

 

Общество с ограниченной ответственностью «Национальная противопожарная страховая компания» (далее – истец,  общество «Национальная противопожарная страховая компания», податель апелляционной жалобы) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к сельскохозяйственному кредитному потребительскому кооперативу «Согласие» (далее - ответчик, СКПК «Согласие», кооператив) о признании недействительным договора о сотрудничестве от 28.04.2014, заключенного между  истцом и ответчиком.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: публичное акционерное общество «БинБанк», г. Москва (далее -

третье лицо, ПАО «БинБанк», банк), индивидуальный предприниматель ФИО3, г. Ростов-на-Дону (далее – третье лицо, ИП ФИО3).

 Решением арбитражного суда первой инстанции от 07.02.2018 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с судебным актом, истец направил апелляционную жалобу, в которой просил отменить судебный акт и принять новое решение - об удовлетворении исковых требований.

 Апелляционная жалоба  истца мотивирована наличием оснований к отмене судебного акта, предусмотренных ч.1 и 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе истец полагает, что судебный акт принят при неполном исследовании  судом обстоятельств дела, неправильным применением норм материального  и процессуального права.

 В качестве нарушения норм процессуального права истец указывает на неверную ссылку суда о значимости для настоящего дела обстоятельств, установленных  судами в рамках дела № А40-98074/2015, поскольку в рамках дела о банкротстве рассматривалось заявление о признании недействительными договоров поручительства и применении последствий недействительности сделок; соглашение о сотрудничестве в рамках вышеуказанного дела не рассматривалось.

 Более того, согласно  п. 3.5 оспариваемого договора при поступлении в адрес страховой организации 100% страховой премии по договору страхования, страховая организация утрачивает право на переход к ней прав поручителя, исполнившего обязанность перед кредитной организацией.

 Таким образом, истец должен отказаться от прав поручителя на сумму более 60 млн. руб.,  поскольку именно на эту сумму директор Челябинского филиала ФИО4 подписала договоры поручительства с банком.

 Податель апелляционной жалобы не согласен с оценкой, которую получила в судебном акте выданная директору филиала доверенность от 28.04.2014,  поскольку она сделана без учёта того обстоятельства, что выдавая доверенность от 28.04.2014 директору филиала ФИО4, общество «Национальная противопожарная страховая компания» тем самым предоставляло ей полномочия для заключения договоров с банком, а не с кооперативом. 

Судом также не учтено, что непосредственно из текста доверенности следует правомочие представителя только на заключение договоров со страховыми агентами и договоров страхования ( п. 18, 19, и 20 доверенности).

  В этой ситуации истец полагает, что суд необоснованно не применил  к обстоятельствам дела ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации и не исследовал вопрос о том, имело ли место последующее одобрение сделки представляемым.

Доказательства, свидетельствующие, что органы управления общества  «Национальная противопожарная страховая компания»  выражали одобрение по поводу совершения указанной сделки,  в материалах дела отсутствуют.

 Ответчик знал об отсутствии у лица, подписавшего представленный договор о сотрудничестве, соответствующих полномочий, так как в договоре имеется ссылка на другую доверенность - от 07.03.2014 № 106/2014.

При таких обстоятельствах, как считает податель апелляционной жалобы, ответчик должен был удостовериться в полномочиях лица, представляющего интересы общества «Национальная противопожарная страховая компания» при подписании договора; в противном случае все риски, связанные с заключением сделки, переходят к ответчику.

 Судебный акт по делу № А40-98074/2015, а также договоры поручительства, представленные в материалы дела, не свидетельствуют об одобрении сделки, а именно: соглашения о сотрудничестве от 28.04.2014, и, как следствие, не являются доказательством её совершения, поскольку она подписана лицом, не уполномоченным на её подписание.

  Поскольку общество «Национальная противопожарная страховая компания» не  выдавало полномочий директору филиала ФИО4,  при заключении сделки она превысила свои полномочия. 

 Последующее одобрение сделки отсутствует, поскольку органы управления обществом, в том числе генеральный директор общества ФИО5 не имели  информации о заключении оспариваемого соглашения. 

Этот вывод подтверждается также тем, что  права требования по договорам поручительства, заключённым между банком и истцом в лице директора филиала ФИО4 были переданы в декабре 2014  предпринимателю ФИО3 по договору уступки прав (цессии), расторгнутого в 2016 году.

 Истец полагает, что спорный договор о сотрудничестве был оформлен и подписан  не в 2014, а в 2016 году с целью исключить ответственность кооператива по договорам поручительства. Подтверждением этого  обстоятельства является появление этого договора в 2016 году, через полтора года после возбуждения судебного процесса в деле № А76 -18971/2015.  

При его наличии в период действия договора уступки права между обществом «Национальная противопожарная страховая компания» и ИП ФИО3, кооператив в 2015  году (начало процесса по делу № А76 -18971/2015) заявил бы о его недействительности.

В качестве нарушения норм материального права истец ссылается на неправильное применение судом положений Гражданского кодекса  Российской Федерации о сроке исковой давности и вывод  суда в судебном акте о пропуске этого срока истцом. 

Такая позиция, с точки зрения истца, выглядит необоснованной, поскольку у конкурсного управляющего отсутствовали сведения о спорном договоре, он был представлен  ответчиком в рамках дела № А76 -18971/2015 только в январе 2017 года. 

Как следует из материалов дела названного дела, истец был привлечён в качестве третьего лица для участия в деле № А76 -18971/2015 в сентябре 2015, что следует из определения от 01.09.2015; спорное соглашение о сотрудничестве представлено в  судебное заседание по делу № А76 -18971/2015  в январе 20917, в связи с чем срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен.

 Также в апелляционной жалобе истца содержится довод о причинении совершённой сделкой ущерба обществу ««Национальная противопожарная страховая компания», поскольку по её условиям общество лишается прав предъявить требование к кооперативу по договорам поручительства, заключённым с банком в обеспечение обязательств кооператива по кредитным договорам, и в результате лишается права требования на сумму  69 386 569руб. 81 коп., которые были списаны банком с депозитных счетов «Национальная противопожарная страховая компания» в обеспечение принятых на себя обществом  за кооператив обязательств. Суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание, что сделка совершена явно на невыгодных для общества условиях, поскольку у кооператива не возникло встречных обязательств к обществу «Национальная противопожарная страховая компания».

Ответчик направил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил оставить судебный акт в силе, полагая, что он является законным и обоснованным.   

Опровергая довод апелляционной жалобы о том, что у истца отсутствовала заинтересованность в заключении договора, сделка являлась убыточной для общества, которое не давало согласия на её заключение и не одобряло впоследствии, ответчик обращает внимание, что  взаимодействие между банком, страховой организацией и сельскохозяйственным кооперативом было выгодно для всех участников правоотношений. 

Банк выдавал кредиты (займы) для оплаты  сельхозпроизводителями страховой премии по договором на страхование урожая только под поручительство страховой компании. 

Проект договора  о сотрудничестве предварительно направлялся для согласования генеральному директору общества «Национальная противопожарная страховая компания» ФИО5, получил её одобрение, и  после этого в тот же день 28.04.2014 была выдана  нотариально удостоверенная доверенность директору  Челябинского филиала ФИО4, что следует рассматривать как прямое и открытое согласие юридического лица - истца на заключение сделки. 

Выдача кредитов осуществлялась только по целевому назначению для оплаты первой части страховой премии,  вторую часть страховой премии уплачивали  обществу «Национальная противопожарная страховая компания» уполномоченные органы субъектов Российской Федерации. 

На момент  выдачи  банком кредитов и заключения пайщиками договоров страхования с уплатой страховой премии  истец исходил из того, что условия трёхстороннего сотрудничества были выгодными для страховой компании.

Опровергая довод  истца о том, что срок исковой давности не пропущен, ответчик обратил внимание, что  в январе 2016, участвуя в судебном заседании по иску ИП ФИО3 к кооперативу о взыскании с него денежных средств в связи с переуступкой задолженности кооператива перед обществом «Национальная противопожарная страховая компания» (дело №А76 -18971/2015) конкурсный управляющий заявлял, что  задолженность кооператива учтена на балансе общества  в качестве дебиторской.

 Также в отзыве на апелляционную жалобу ответчик обратил внимание, что за рамками настоящего иска конкурсный управляющий обращался с заявлением в Арбитражный суд города Москвы о привлечении  генерального директора  общества ФИО5 к субсидиарной ответственности.

 До собрания кредиторов общества  доводилось  сообщение  конкурсного управляющего (№ 10077338 от 29.03.2016) о выявлении признаков преднамеренного банкротства. 

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик  рассмотрел  и другие указанные в жалобе доводы, обратив внимание суда апелляционной  инстанции на их необоснованность, просил оставить судебный акт без изменений.

 Отзыв приобщён судом апелляционной инстанции к материалам дела в порядке ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 В судебном заседании  представитель  ответчика поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Истец и третьи лица, участвующие в деле,  в судебное заседание своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в отсутствие указанных лиц в порядке ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Законность и обоснованность  обжалуемого судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела, между  обществом «Национальная противопожарная страховая компания» (Страховая организация) и Сельскохозяйственным кредитным потребительским кооперативом «Согласие» (Кооператив) заключен договор о сотрудничестве от 28.04.2014 (т.1, л.д. 9-12). Оригинал спорного договора представлен суду (т.2, л.д. 120-123).

В соответствии с п.1.1 договора,  его предметом является совместная деятельность сторон по привлечению субъектов сельскохозяйственной деятельности к заключению договоров страхования.

В рамках настоящего договора Страховая организация в лице филиала берет на себя обязательства по размещению денежных средств в кредитной организация путем заключения депозитного договора, а также передачу депозитов в обеспечение обязательств Кооператива перед кредитной организацией. Основанием для исполнения Страховой организацией в лице филиала указанной выше обязанности является заключение заемщиком договоров страхования по месту осуществления заемщиком сельскохозяйственной деятельности, с условием оплаты 50% от страховой премии за счет собственных средств (п.п. 3.1, 3.2 договора).

Кооператив со своей стороны в рамках указанного договора обязан открыть расчетный счет в кредитной организации, осуществлять перечисления, полученные от кредитной организации в адрес заемщиков исключительно с расчетного счета, открытого в кредитной организации.

Кооператив обязан предоставлять целевые займы членам кооператива из средств, полученных при поручительстве Страховой организации для оплаты заемщиками страховой премии по договору страхования урожая сельскохозяйственных культур (п.п 4.1. 4.2 договора).

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-98074/2015 от 09.07.2015 (резолютивная часть объявлена 02.07.2015)  общество с ограниченной ответственностью  «Национальная противопожарная страховая компания» признано несостоятельным (банкротом). Конкурсным управляющим назначен ФИО6 (т.1, л.д. 13-15).

Поскольку, как полагает истец, договор о сотрудничестве от 28.04.2014 не согласован с директором  общества «Национальная противопожарная страховая компания» и подписан директором филиала в отсутствие полномочий, то его следует считать заключенным с нарушением требований  закона, а значит недействительной сделкой.

 Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришёл к выводам, что  к договору о сотрудничестве от 28.04.2014 применяются положения  Гражданского кодекса РФ об оспоримой сделке. 

Истец  оспаривает договор  по мотиву порока воли, в силу того, что его воля  как юридического лица на совершение сделки не была оформлена надлежащим образом. 

Оспариваемый  истцом договор о сотрудничестве от 28.04.2014 содержит ссылку на то, что от имени истца он подписан директором филиала в городе Челябинске ФИО4, действующей на основании доверенности от 07.03.2014 № 106/2014,  которой директору филиала предоставлены полномочия на заключение договоров со страховыми агентами и договоров страхования, то есть в соответствии с основным видом хозяйственной деятельности, осуществляемой истцом.

         Исследовав условия заключённого договора от 28.04.2014 и действия сторон по его исполнению, суд первой инстанции пришёл к выводу, что  кооператив (без  уплаты комиссии и процентов) направлял полученные от банка кредитные средства для внесения первоначального взноса истцу в качестве страховой премии. 

Таким образом, в результате исполнения договора (сотрудничества) истец получал возврат своих средств, внесённых на депозит банка в качестве поручительства от членов – пайщиков ответчика; дополнительные 50% от страховой премии истец получал в качестве субсидий.

          Кроме того, судом первой инстанции установлено, что в рамках дела о банкротстве должника № А40-98074/2015 – истца по  настоящему делу установлено, что  наличие  в правовой природе отношений, связанных с необходимостью страхования рисков невозврата займов (кредитов), не исключает общности интересов между основным должником и поручителем. 

Реализация указанных  правоотношений отвечает как интересам истца, так и интересам ответчика. Страхование выступает обеспечением в рамках кредитного договора, что минимизирует риски кредитора от невозврата заёмных средств. В свою очередь страховая компания получает возможность расширить границы рынка сбыта страховых услуг за счёт новых клиентов, привлечённых кредитором. 

 Исследовав  выданную истцом директору филиала в городе Челябинске доверенность от 28.04.2014, представленную в материалы дела ответчиком ( л.д. 65, т.1), суд первой инстанции, исходя из её содержания, пришёл к выводу, что директор филиала ФИО4, подписывая от имени общества «Национальная противопожарная страховая компания» договор о сотрудничестве от 28.04.2014 и договоры поручительства, действовала как директор филиала в пределах  отведённых ей доверенностями от 07.03.2014 и 28.04.2014 полномочий. 

         С учётом изложенных выводов доводы искового заявления о  превышении директором филиала полномочий при исполнении договора  о сотрудничестве судом первой инстанции отклонены.

         Также суд пришёл к выводу о недоказанности истцом обстоятельства причинения оспариваемой сделкой убытков либо возникновения иных неблагоприятных для истца  последствий.

         Отклоняя довод искового заявления об отсутствии последующего одобрения, суд обратил внимание на имевшее место исполнение оспариваемой сделки (заключение договоров депозита, поручительства), направленное на обеспечение кредитных обязательств ответчика перед банком.

          Поддерживая довод ответчика о пропуске истцом специального срока исковой давности на оспаривание договора о сотрудничестве, составляющего 1 год, суд обратил внимание на утверждение конкурсного управляющего ФИО6 в таком качестве  09.07.2015, проведении им инвентаризации в отношении должника с 15.10.2015 по 15.12.2015; размещение соответствующих сведений на сайте Единого федерального реестра сведений (ЕФРС) 18.12.2015  (л.д. 80, т.1). 

С учётом изложенных обстоятельств  суд пришёл к выводу, что срок исковой давности, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит исчислению как минимум с даты проведения конкурсным управляющим инвентаризации и выявления задолженности, то есть с 15.12.2015, тогда как с  рассматриваемым иском арбитражный управляющий обратился  05.05.2017 (согласно почтовому штемпелю на конверте), то есть за пределами годичного срока исковой давности.

          Суд апелляционной инстанции соглашается с изложенными выше выводами.

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных пункте 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25), сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица – его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

 Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 92 Постановления Пленума № 25, пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены два условия для признания сделки недействительной: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом.

В силу статьи 55 Гражданского кодекса Российской Федерации филиалом является обособленное подразделение юридического лица, расположенное вне места его нахождения и осуществляющее все его функции или их часть, в том числе функции представительства.

Филиалы не являются юридическим лицом, наделяются имуществом, создавшим их юридическим лицом, и действуют на основании утвержденных им положений.

Руководители представительств и филиалов назначаются юридическим лицом и действуют на основании его доверенности.

Согласно пунктам 1 и 5 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами.

Доверенность от имени юридического лица выдается за подписью его руководителя или иного лица, уполномоченного на это его учредительными документами, с приложением печати этой организации.

Оценив доводы искового заявления, а именно: ссылку на превышение полномочий директора филиала по сравнению с тем, как они оговорены в доверенности от 07.03.2014  № 106/2014, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что ст. 174  ГК РФ к обстоятельствам дела неприменима, и следует руководствоваться ст. 182, 183 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

         В соответствии с пунктом 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку (пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

         Поскольку оспариваемый договор о сотрудничестве от 28.04.2014 содержит ссылку на  его подписание от имени  истца директором филиала ФИО4, действующей на основании доверенности от 07.03.2014№ 106/2014, суд исследовал содержание доверенности и пришёл к выводу, что подписание спорного договора не выходит за пределы полномочий, оговорённых в выданной директору филиала доверенности, связанной с заключением договоров страхования (п.п. 18, 19, 20 доверенности; т. 1, л. д. 34).

         Кроме того, существенное значение имеет то обстоятельство, что для  исполнения договора о сотрудничестве истец выдал  своему представителю вторую, нотариально удостоверенную доверенность от 28.04.2014(т.1, л.д. 65), в которой   дополнительно   оговорил  предоставленное директору филиала право  на размещение  денежных средств в  банке (его филиале)  путем заключения депозитного договора, а также передачу депозитов в обеспечение обязательств кооператива перед банком, в том числе на заключение договоров залога, поручительства и  других полномочий, связанных с обеспечением кредитных обязательств  кооператива перед банком.

          Поскольку при оспаривании сделки любые действия сторон по заключению и исполнению договоров следует рассматривать в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции правомерно исследовал и оценил  поведение истца по заключению и исполнению  договора о сотрудничестве от 28.04.2014, в том числе  для определения правомочий директора филиала по подписанию договора исследовал  и оценил содержание выданных генеральным директором ФИО7 доверенностей от 07.03.2014 №106/2014 и от 28.04.2014.

          Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к заключению об отклонении довода апелляционной жалобы о неправомерном исследовании судом первой инстанции доверенности от 28.04.2014 , поскольку в договоре имеется ссылка только на доверенность от 07.03.2014 № 106/2014. Вывод суда о наличии у директора филиала полномочий на совершение сделки и подписание договора о сотрудничестве является верным.

           Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом о пропуске  истцом срока исковой давности, принимая во внимание достижение в момент   подписания договора цели, которой руководствовались стороны при его заключении, достаточно длительное исполнение  договора (до  января 2015),  а также оформление  связанных с ним договоров поручительства, позицию банка относительно рассматриваемых обстоятельств. 

Суд полагает, что  приступив  к исполнению своих обязательств по инвентаризации имущества и обязательств должника, конкурсный управляющий должен был получить информацию о наличии такого договора либо принять необходимые меры к истребованию  такой информации у всех заинтересованных лиц, а потому, принимая  во внимание окончание инвентаризации в декабре 2015 года, обращение с исковым заявлением в мае 2017 произведено с пропуском срока исковой давности.

Довод апелляционной жалобы о том, что о наличии такого договора истец узнал только в январе 2017 в ходе судебного заседания по делу № А76 -18971/2015, следует  отклонить за недостаточной обоснованностью, поскольку истец мог и должен был узнать о спорном договоре раньше, в силу возложенных на него обязанностей  конкурсного управляющего.

 Довод апелляционной жалобы о неправомерности ссылок суда первой инстанции на дело № А40-98074/2015, поскольку в рамках дела о банкротстве рассматривалось заявление о признании недействительными договоров поручительства и применении последствий недействительности сделок; соглашение о сотрудничестве в рамках вышеуказанного дела не рассматривалось, судом апелляционной инстанции рассмотрен и признан подлежащим отклонению, поскольку суд  первой инстанции не ссылался на преюдициальность судебного акта в рамках вышеназванного дела. 

Ссылка на судебный акт обусловлена  выводами, к которым пришёл суд  в деле о банкротстве по результатам исследования договоров поручительства, связанных с исполнением оспариваемого  договора.

 Суд пришёл к выводу, что реализация указанных отношений  в связи с необходимостью страхования рисков невозврата займов (кредитов) не исключает интересов между основным должником и поручителем. 

Реализация указанных правоотношений отвечает как интересам кооператива, так и общества «НПСК». Страхование выступает обеспечением в рамках кредитного договора, что минимизирует риски кредитора от невозврата заёмных средств. В свою очередь страховая компания получает возможность расширить границы рынка сбыта страховых услуг за счёт новых клиентов, привлечённых кредитором.

 Таким образом, в рамках дела о банкротстве суд обратил внимание на наличие  экономического интереса истца в заключении договоров поручительства. 

Как указывает ответчик, за период с 01.06.2014 по 13.01.015 на основании выданной доверенности от 28.04.2014 во исполнение оспариваемого договора было заключено 70 договоров поручительства.

 Исследовав материалы  настоящего дела, суд пришёл к выводу, что  истцом не представлены достаточные и необходимые доказательства заключения оспариваемого договора на заведомо невыгодных для истца условиях, что повлекло причинение ему убытков. 

Напротив,  как следует из материалов дела и доводов сторон, кооператив исполнил условия договора, привлёк своих пайщиков к заключению договоров страхования с истцом; в свою очередь общество «Национальная противопожарная страховая компания» получило  полный возврат денежных средств, внесённых в банк в качестве поручительства, и  выгоду, связанную с получением денежных средств (страховых премий) от уполномоченных органов субъектов Российской Федерации в виде субсидий на  страхование урожая.

 При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы об убыточности сделки.

  Договор не содержит безусловного отказа от прав поручителя, а пункт 3.5 договора, на который ссылается истец в апелляционной жалобе, даже в случае признания его недействительным (ничтожным) как  части сделки (ст. 180 ГК РФ), не влечёт недействительности всего договора.

 При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта, решение арбитражного суда от 07.02.2018 по делу  № А76-13802/2017 является верным, апелляционная жалоба общества  «Национальная противопожарная страховая компания» подлежит отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы истца по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы относятся на его счет. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 07.02.2018 по делу № А76-13802/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Национальная противопожарная страховая компания» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья                                         Г.А. Деева

Судьи:                                                                               М.В. Лукьянова

О.Б. Фотина