АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-798/2016

г. Краснодар

15 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2022 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 марта 2022 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Конопатова В.В., в отсутствие в судебном заседании участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Министерства имущественных и земельных отношений Карачаево-Черкесской Республики на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.07.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 по делу № А25-798/2016, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Карачаево-Черкесского республиканского государственного унитарного предприятия «Карачаевское управление эксплуатации сельскохозяйственных водопроводов» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки – распоряжения Министерства имущественных и земельных отношений Карачаево-Черкесской Республики от 28.09.2011 № 3630 «О принятии имущества от Карачаево-Черкесского республиканского государственного унитарного предприятия ?Карачаевское управление эксплуатации сельскохозяйственных водопроводов? в казну Карачаево-Черкесской Республики и передаче его в собственность Карачаевского муниципального района» и применении последствий недействительности сделки. 

К участию в обособленном споре в качестве соответчиков по предъявленным требованиям привлечены Карачаево-Черкесское Министерство имущественных и земельных отношений Карачаево-Черкесской Республики (далее – министерство), администрация Карачаевского муниципального района Карачаево-Черкесской Республики (далее – администрация). 

Определением суда от 19.07.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 30.11.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника имущества, изъятого на основании распоряжения министерства от 28.09.2011 № 3630 по акту приема-передачи от 28.09.2011. Судебные акты мотивированы тем, что действующим законодательством не предусмотрена возможность изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия. Изъятие имущества по оспариваемой сделке произошло в условиях неплатежеспособности должника без предоставления встречного исполнения и повлекло за собой невозможность включения имущества в конкурсную массу должника и последующей его реализации для расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе министерство просит принятые судебные акты отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований. Податель жалобы считает, что конкурсный управляющий пропустил срок исковой давности, поскольку передача имущества на основании распоряжения от 28.09.2011 № 3630 осуществлялась более чем за три года до признания должника несостоятельным (банкротом), а именно 30.03.2017.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты надлежит отменить в части применения последствий недействительности сделки, в остальной части – в удовлетворении жалобы отказать по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, должник является республиканским государственным унитарным предприятием с правом хозяйственного ведения на закрепленное за ним имущество. Собственником имущества должника является Карачаево-Черкесская Республика как публично-правовое образование, права собственника имущества должника и его учредителя осуществляет министерство. 

Распоряжением министерства от 28.09.2011 № 3630 находящееся на балансе должника и в его хозяйственном ведении имущество остаточной балансовой стоимостью 205 456 рублей принято в казну Карачаево-Черкесской Республики и передано в собственность Карачаевского муниципального района, в том числе: резервуар для воды емкостью 500 куб. м 1982 года выпуска; внутриплощадочные сети 1982 года ввода в эксплуатацию; благоустройство 1982 года ввода в эксплуатацию; водонагреватель ОСК 1984 года выпуска; блок емкостей 1982 года ввода в эксплуатацию; производственные корпуса 1982 года ввода в эксплуатацию; ограждения зоны санитарной охраны 1-го пояса 1983 года ввода в эксплуатацию; распределительная камера первичного отстойника 1982 года ввода в эксплуатацию; бункер для песколовки 1982 года ввода в эксплуатацию; песколовки 1982 года ввода в эксплуатацию; хлораторная 1982 года ввода в эксплуатацию; пропорциональные водосливы для измерения расхода воды 1982 года ввода в эксплуатацию; приемная камера подводящие и отводящие лотки 1982 года ввода в эксплуатацию; воздуходувка 7-24-30 1988 года ввода в эксплуатацию; контейнер для хлора 1977 года ввода в эксплуатацию; трансформатор ТМ-400 1979 года ввода в эксплуатацию; КПСНО 3 насоса-5912 при глубине заложения подводного коллектора 4,0 м 1983 года ввода в эксплуатацию; трансформатор ТМ-400 1983 года ввода в эксплуатацию. 

По акту приема-передачи и авизо от 28.09.2011 данное имущество принято в казну Карачаево-Черкесской Республики.

Решением суда от 30.03.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства. 

Полагая, что сделка по изъятию имущества, оформленная распоряжением министерства от 28.09.2011 № 3630, совершена в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий 26.03.2021 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суды руководствовались статьями 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 32, 61.1, 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 113, 167, 168, 294, 296 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьей 7 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон об унитарных предприятиях), разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III-1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление № 10/22), пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, изложенной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08 и от 02.02.2010 № 12566/09.

Суды установили, что оспариваемая сделка совершена 28.09.2011 (заявление о признании должника банкротом принято к производству суда определением от 04.04.2016), за пределами периода подозрительности, установленного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Следовательно, данная сделка может быть оспорена исключительно в соответствии с Гражданским кодексом.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.02.2010 № 12566/09 по делу № А35-3486/08 сформирована правовая позиция о том, что в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса сделка, направленная на изъятие имущества, переданного предприятию на праве хозяйственного ведения, оформленная посредством распоряжения собственника, является ничтожной независимо от того, совершена она по инициативе предприятия либо по решению или с согласия собственника.

Добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными. 

При этом, как разъяснено в пункте 10 постановления № 10/22, указанные сделки являются ничтожными независимо от их совершения с согласия собственника.

С учетом изложенного суды сделали правильный вывод о том, что издание распоряжение министерства на основании обращения бывшего руководителя должника (письмо от 26.07.2011 № 50 о принятии в казну Карачаево-Черкесской Республики имущества, в отношении которого должнику затруднительно нести затраты по содержанию), не является основанием для отказа в удовлетворении требований о признании решения об изъятии имущества унитарного предприятия недействительным.

Суды установили, что с момента передачи должнику в хозяйственное ведение спорное имущество учитывалось на балансе предприятия. При этом право хозяйственного ведения должника на спорное имущество зарегистрировано не было. Лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что изъятое распоряжением министерства от 28.09.2011 № 3630 имущество составляло часть имущественного комплекса должника и было предназначено для использования должником в его уставной хозяйственной деятельности. 

Суды оценили фактические обстоятельства спора и представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Кодекса и сделали вывод о том, что по оспариваемой сделке произошло изъятие используемого должником в его уставной хозяйственной деятельности имущества на основании обоюдной воли сторон (предприятия и министерства), что свидетельствует о злоупотреблении правом и с учетом приведенных норм права является основанием для признания недействительной сделку, оформленную распоряжением министерства от 28.09.2011 № 3630 об изъятии имущества, недействительной в силу положений статей 10, 168 Гражданского кодекса. При этом то обстоятельство, что право хозяйственного ведения на изъятое у должника на основании оспариваемого распоряжения министерства недвижимое имущество не зарегистрировано должником в установленном порядке, не имеет решающего значения для рассмотрения данного спора.

Вывод суда первой инстанции о недействительности распоряжения министерства по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является ошибочным, вместе с тем не привел к принятию неправильного судебного акта, поскольку апелляционным судом установлена недействительность распоряжения министерства по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом (статьи 10, 168 данного кодекса).

С учетом отсутствия встречного исполнения по сделке суды применили в качестве  последствий недействительности сделки возложение обязанности на министерство и администрацию возвратить в конкурсную массу должника имущество, изъятое на основании распоряжения от 28.09.2011 № 3630.

Апелляционный суд правомерно отклонил доводы заявителя о том, что оспариваемое распоряжение вынесено задолго до возбуждения производства по делу о банкротстве должника без цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, в связи с чем конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности на обращение с заявлением об оспаривании распоряжения от 28.09.2011 № 3630. Апелляционный суд установил, что о заключении данного распоряжения и о передаче спорного имущества должника в казну Карачаево-Черкесской Республики конкурсному управляющему ФИО1 стало достоверно известно только в ходе выполнения мероприятий по ремонту водопроводных сетей должника 20.03.2021; конкурсный управляющий незамедлительно (26.03.2021) обратился в суд с заявлением об оспаривании распоряжения министерства от 28.09.2011 № 3630. Доказательств того, что конкурсному управляющему ФИО1 либо его предшественникам ранее было известно о существовании распоряжения министерства от 28.09.2011 № 3630, в материалах дела не имеется. С учетом установленных по делу обстоятельств апелляционный суд пришел к верному выводу  о том, что на дату обращения конкурсного управляющего с заявлением о признании распоряжения министерства от 28.09.2011 № 3630 недействительным (26.03.2021) срок исковой давности не пропущен.

При названных обстоятельствах суды правомерно признали недействительным оспоренную сделку, оформленную распоряжением министерства от 28.09.2011 № 3630.

Доводы жалобы о пропуске срока исковой давности основаны на ошибочном понимании заявителем норм права; по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, что в силу статей 286 и 287 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы в части признания недействительной оспариваемой сделки  не имеется.

Вместе с тем, применяя последствия недействительности спорной сделки, суды не учли следующее.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса, является возврат другой стороне всего полученного по сделке. Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу, а в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения, при этом невозможность возврата имущества в натуре может иметь место не только в случаях, когда имущество физически отсутствует у неосновательно приобретшего его лица, но и в иных случаях. 

В данном случае, применяя последствия недействительности спорных сделок путем обязания министерства и администрации возвратить в конкурсную массу должника ранее изъятое по спорным сделкам имущество, суды фактически соответствующие обстоятельства не исследовали, не оценили и не включили в предмет доказывания по настоящему спору все необходимые обстоятельства, связанные с разрешением по существу вопроса о применении последствий недействительности спорных сделок, при этом суды не учли следующее. 

Оборотоспособность объектов систем холодного водоснабжения и водоотведения определена в части 1 статьи 9 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» (далее - Закон о водоснабжении), согласно которой отчуждение объектов централизованных систем холодного водоснабжения и (или) водоотведения, нецентрализованных систем холодного водоснабжения, находящихся в муниципальной собственности, в частную собственность, а равно и передача указанных объектов и прав пользования ими в залог, внесение указанных объектов и прав пользования ими в уставный капитал субъектов хозяйственной деятельности не допускаются. 

Любые сделки, заключенные в отношении социально значимого имущества после 01.01.2012, должны соответствовать требованиям пункта 1 статьи 9 названного Закона. Поскольку с 04.08.2013, в силу части 1 статьи 9 Закона о водоснабжении, запрещена приватизация объектов централизованных систем горячего и холодного водоснабжения, нецентрализованных систем холодного водоснабжения, находящихся в муниципальной собственности, данные объекты не подлежат включению в конкурсную массу и реализации в порядке пункта 4 статьи 132 Закона о банкротстве. 

Однако, несмотря на отсутствие возможности включения указанных объектов в конкурсную массу должника, необходимо принимать во внимание, что такие объекты, равно как и иное изъятое имущество должника, находились в его хозяйственном ведении, следовательно, должник и его кредиторы вправе рассчитывать на получение соответствующей компенсации их стоимости. 

При этом следует учитывать баланс публичных и частных интересов, то есть, с одной стороны – интересов муниципалитета, обязанного обеспечивать оказание населению коммунальных услуг и несущего обязанности по содержанию соответствующего имущества (если иное не предусмотрено законом), а с другой – интересов должника (пополнение конкурсной массы) и его кредиторов, обоснованно рассчитывающих на погашение их требований, включенных в соответствующий реестр.

 Таким образом, невозможность включения соответствующего имущества (социально значимых объектов) в конкурсную массу должника не лишает его права на получение разумной компенсации их стоимости в целях пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов. Данные выводы подтверждаются позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 16.05.2000 № 8-П, а также в определениях от 23.04.2013 № 640-О и от 28.05.2013 № 875-О. 

Между тем, обязывая министерство и администрацию возвратить в конкурсную массу должника спорное имущество, суды не установили, какое именно имущество было изъято у должника, где оно расположено территориально, является ли данное имущество составной частью соответствующих систем водоснабжения, относятся ли оно к социально значимым объектам, подлежит ли оно, в соответствии с действующим законодательством, возврату в конкурсную массу должника и имеется ли реальная возможность произвести такой возврат. Суды названные обстоятельства в предмет доказывания по настоящему спору не включили, указанные обстоятельства не исследовали и не оценили, не предложили лицам, участвующим в деле, представить суду соответствующие доказательства, а, кроме того, суды также не включили в предмет доказывания по настоящему спору, не исследовали и не оценили тот факт, существует ли в настоящее время спорное имущество фактически и является ли оно действующим с учетом сроков его эксплуатации либо списано в установленном порядке, кому данное имущество передано после его изъятия собственником у должника, кто и на каких основаниях владеет ими в настоящее время, при этом суды не предложили ответчикам представить в материалы дела соответствующие доказательства. 

Таким образом, возлагая на министерство и администрацию обязанность возвратить в конкурсную массу должника спорное изъятое имущество, суды не установили, подлежит ли данное имущество включению в конкурсную массу должника, имеется ли оно в наличии фактически, кто и на каком основании владеет этим  имуществом, и имеется ли возможность исполнения министерством и администрацией судебного акта о его возврате в конкурсную массу должника. 

Помимо изложенного, суды не включили в предмет доказывания и никак не мотивировали свою позицию относительно возможности применения последствий недействительности спорных сделок в виде взыскания с соответствующего ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в счет компенсации стоимости спорного имущества, при этом суды не включили в предмет доказывания и не устанавливали стоимость спорного имущества, с учетом позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.03.2022 № 304-ЭС21-17926 по делу                        № А27-19044/2020, суды также не установили, в каком виде и каком объеме в данном случае, с учетом названных обстоятельств, могут быть применены последствия недействительности спорных сделок. 

Исходя из вышепоименованных обстоятельств, обжалуемые судебные акты в части применения последствий недействительности сделки нельзя признать достаточно обоснованными и мотивированными, судами неполно исследованы фактические обстоятельства дела в соответствующей части, выводы судов о подлежащих применению последствиях недействительности сделки являются преждевременными и недостаточно обоснованными, сделаны без исследования и оценки всех необходимых обстоятельств дела, без учета специфики спорного имущества. 

Согласно части 1 статьи 288 Кодекса, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. 

Учитывая изложенное, и то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, несмотря на неверное определение правовых оснований недействительности оспариваемой сделки по изъятию министерством спорного имущества из хозяйственного ведения у должника, итоговый вывод судов о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной является правильным, тогда как выводы судов о подлежащих применению в данном случае последствиях недействительности сделок сделаны при неправильном применении судами норм материального и процессуального права, являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся доказательств, что повлекло в данной части совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов, определение суда первой инстанции от 19.07.2021 и постановление апелляционного суда от  30.11.2021 подлежат отмене в части применения последствий недействительности сделки, а в остальной части – оставлению без изменения, дело в отмененной части подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить всю совокупность обстоятельств, необходимых для определения подлежащих применению последствий недействительности сделки, определить и разъяснить лицам, участвующим в деле, предмет и пределы доказывания по настоящему спору в отмененной части, предложить лицам, участвующим в деле представить суду все необходимые доказательства и т.п., дать оценку доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся доказательства и обстоятельства по делу, в случае выводов о необходимости взыскания разумной компенсации, учесть при определении размера компенсации правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 01.03.2022 № 304-ЭС21-17926 по делу                    № А27-19044/2020, и по результатам исследования и оценки представленных доказательств разрешить вопрос о подлежащих применению последствиях недействительности сделки в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.07.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 по делу № А25-798/2016 отменить в части применения последствий недействительности сделки об обязании Министерства имущественных и земельных отношений Карачаево-Черкесской Республики возвратить имущество в конкурсную массу. В отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики. В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

Е.В. Андреева

 

В.В. Конопатов