ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-123394/2019

22 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     19 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Будариной Е.В., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

без участия представителей сторон, надлежаще извещенных; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19455/2022)  конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2022 по делу № А56-123394/2019/сд.3, принятое по заявлению конкурного управляющего ФИО2 

к ООО «ДСК-4 Невское»

об оспаривании сделки должника 

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Золотое собрание», 

установил:

22.11.2019 в  Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление АО «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Банк) о признании ООО «Золотое собрание» (далее – Общество, должник) несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда определением  от 26.12.2019.

Определением арбитражного суда от 02.07.2020 заявление Банка признано обоснованным; в отношении ООО «Золотое собрание» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, управляющий), член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица».

Решением арбитражного суда от 29.11.2020 должник признан несостоятельным (банкротом);  в отношении Общества открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим также утвержден ФИО2

19.11.2021 конкурсный управляющий ФИО2 (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками перечислений, совершенных 22.01.2015 должником в пользу  ООО «ДСК-4 Невское» (конкурсный управляющий ФИО3; далее – ответчик) на сумму 314 883,45 руб., а также о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ООО «ДСК-4 Невское» в конкурсную массу должника указанных денежных средств.

Определением арбитражного суда от 26.05.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий            ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права и указывая на аффилированность должника и ответчика; на совершение сделок в период наличия у должника признаков несостоятельности (банкротства) ввиду неисполнения Обществом  кредитных обязательств, обеспеченных залогом единственного актива – недвижимого имущества. 

Также податель жалобы полагает, что сторонами не доказаны равноценность встречного исполнения, как и разумные цели совершения спорных перечислений.

06.07.2022 от конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

  В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, на основании выписки по счету должника конкурсный управляющий выявил совершенные 22.01.2015 должником в пользу ответчика перечисления денежных средств в размере 268 921,36 руб. с назначением платежа «возврат временной финансовой помощи по письму № 52 от 18.12.2014» и в размере 45 962,09 руб., с назначением платежа «оплата за возмещение коммун.расходов за согл. дог. №21/10/2013 от 21.10.2013».

Полагая, что указанные платежи являются недействительными сделками, совершенными в отсутствие равноценного встречного предоставления и с целью причинения вреда кредиторам Общества, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании их недействительными на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод об отсутствии условий для удовлетворения заявленных требований. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы. 

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, специальные основания для оспаривания сделок предусмотрены статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, однако, в данном случае, в силу даты совершения оспариваемых перечислений (22.01.2015) и даты возбуждения дела о банкротстве - 26.12.2019, эти сделки не могут быть оспорены по указанным основаниям (подлежат оспариванию только по общегражданским основаниям). 

В частности,  оспариваемые сделки, как совершенные до 01.10.2015 с целью причинения вреда кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд, в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения, отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно, наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) и т.п.

В пункте 7 Постановления № 25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно Обзору практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденному информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127, для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав и/или на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Также по правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В частности, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 Постановления №25 установлено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом, сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Также, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом, намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В данном случае в качестве основания для оспаривания сделок управляющий  указал на их притворность, в частности – на отсутствие  экономического обоснования для соответствующих перечислений, которые, по его мнению, фактически прикрывали собой сделку по выводу ликвидных активов (денежных средств), сославшись при этом на наличие у должника на момент их совершения неисполненных обязательств перед кредитором - банком, а, следовательно, признаков неплатежеспособности.

Вместе с тем, судом установлено, что спорные перечисления денежных средств совершены в качестве возврата временной финансовой помощи по письму № 52 от 18.12.2014» и в счет оплаты за возмещение коммунальных расходов по договору №21/10/2013 от 21.10.2013, что (возврат финансовой помощи со стороны должника), по мнению суда, исключает вывод о наличии у сделки цели причинения имущественного вреда кредиторам и наличие самого вреда, как и совершение сделки со злоупотреблением правом.

Также судом установлено, что бухгалтерский баланс по состоянию на дату совершения спорных сделок либо иные доказательства, которые бы подтверждали доводы конкурсного управляющего о неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества, в материалы дела не представлены.

В этой связи суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, правомерно исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия у должника на момент перечисления денежных средств признаков неплатежеспособности.

При этом, как правильно отметил суд, сам по себе факт отсутствия у конкурсного управляющего документов, подтверждающих основания совершения оспариваемых сделок, не влечет вывод о недействительности такой сделки, при том, что факт непередачи руководителем должника бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации должника конкурсному управляющему может являться основанием для обращения в суд с требованиями об истребовании соответствующей документации или о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества (ввиду непередачи каких – либо документов Общества), но не для оспаривания всех сделок (платежей), документы в обоснование которых у конкурсного управляющего отсутствуют (ему не переданы). 

Таким образом, в данном случае конкурсным управляющим надлежаще презумпция добросовестности сторон оспариваемой сделки не опровергнута; в этой связи суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Отклоняя доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции исходит из того, что на момент совершения оспариваемых перечислений просроченная задолженность по кредитным договорам и перед бюджетом у должника отсутствовала.

При этом, ссылка подателя жалобы на приговор Новгородского районного суда Новгородской области от 12.05.2020 по делу №1-244/2020, которым, как он указывает, был установлен факт хищения денежных средств генеральным директором должника ФИО4 (в настоящее время ФИО5), являвшейся также генеральным директором ООО «ДСК-4»,  не свидетельствует о неплатежеспособности должника, как не подтверждает это и аффилированность сторон, а также факт осведомленности ответчика о потенциально возможном ущемлении интересов кредиторов должника, и в этой связи следует отметить, что                               АО «Россельхозбанк» обратилось в арбитражный суд с заявлением к ООО «Золотое собрание» о взыскании задолженности только 18.02.2016.

Также суд отмечает, что конкурсный управляющий не приводит в своем заявлении иных кредиторов, перед которыми у должника на момент совершения сделки существовала просроченная задолженность и имущественным правам которых мог быть причинен вред оспариваемыми сделками.

Таким образом, суд первой инстанции сделал правомерный вывод об отсутствии у должника на момент совершения оспариваемых перечислений неисполненных обязательств перед кредиторами и - как следствие - признаков неплатежеспособности, в связи с чем признал не доказанным факт совершения оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы подателя жалобы о притворности оспариваемых перечислений  (со ссылкой на то, что они фактически прикрывают собой сделку по выводу ликвидных активов) носят голословный характер и какими – либо доказательствами, кроме умозаключений заявителя, не подтверждены. 

Кроме того, в материалы дела не представлено доказательств наличия оснований полагать на момент совершения оспариваемой сделки, что должник будет признан несостоятельным (банкротом) и к нему будут предъявлены в рамках дела о банкротстве требования кредиторов, с учетом того, что неисполненные обязательства должника перед АО «Российский Сельскохозяйственный банк» возникли в 2016 году, тогда как спорные перечисления были совершены 22.01.2015, а настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено только в 2019 году. 

Ввиду изложенного и в силу продолжительного период времени между этими событиями, отсутствуют основания предполагать совершенные должником в пользу ответчика сделки с целью причинения вреда кредиторам или иной противоправной целью.

В этой связи сама по себе аффилированность сторон сделки (даже если признать ее доказанной) не свидетельствует о ничтожности сделок, в том числе их мнимости. 

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии условий для квалификации сделок недействительными на основании статей 10 и 170 ГК РФ ввиду недоказанности цели обеих сторон сделок на злоупотребление правом, их фиктивность и т.д.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2022 г. по делу № А56-123394/2019/сд.3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Золотое собрание»      ФИО2 - без удовлетворения. 

Взыскать с ООО «Золотое собрание» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

Е.В. Бударина

 Д.В. Бурденков