ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-19731/2018

г. Челябинск

10 апреля 2019 года

Дело № А47-188/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 апреля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Тихоновского Ф.И., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  компании Kelwin Limited (Кельвин Лимитед) на определение Арбитражного суда Оренбургской области  от 15.06.2018 по делу № А47-188/2016 об отказе в удовлетворении заявления о  признании сделки недействительной (судья Дмитриенко Т.А.).

   В судебном заседании приняли участие представители:

компании Kelwin Limited (Кельвин Лимитед)  - ФИО2 (паспорт, доверенность от 13 .09 2018), 

общества с ограниченной ответственностью Сельскохозяйственное предприятие «Агроиндустрия» - ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.06.2017).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.07.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Дмитровское» (г. Оренбург; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество /ООО/ «Дмитровское», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Определением от 16.12.2016 в отношении общества «Дмитровское» введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО4

Решением суда от 25.07.2017 общество «Дмитровское» признано банкротом, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий общества  «Дмитровское»  ФИО4).

Конкурсный управляющий общества «Дмитровское» ФИО4 16.02.2018 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ФИО5), в котором просил признать недействительным договор займа № 01 от 14.07.2015 между обществом «Дмитривское» и ФИО5

Определением от 17.04.2018 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, на стороне ответчика привлечены общества с ограниченной ответственностью «Перекресток 56» (г. Оренбург, далее – ООО «Перекресток 56») и «Сельскохозяйственное предприятие «Агроиндустрия» (г. Оренбург, далее – ООО СХП «Агроиндустрия»).

Определением от 15.06.2018 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Не согласившись с вынесенным определением суда от 15.06.2018, компания Kelwin Limited (Кельвин Лимитед) обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение отменить и принять новый судебный акт.

По мнению подателя жалобы, сделка совершена между заинтересованными лицами, в условиях неплатежеспособности, как заемщика, так и заимодавца. В связи с чем, должна быть квалифицирована как увеличение уставного капитала.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2018   производство по апелляционной жалобе названного лица прекращено.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 14.12.2018 отменено определение апелляционного суда от 19.09.2018, дело направлено на новое рассмотрение в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2018 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 05.02.2019 на 10 час. 30 мин.

В последующем определениями от 05.02.2019,  04.03.2019 судебное разбирательство откладывалось на 04.03.2019, затем на 03.04.2019 на 9.15, сначала для представления дополнительных пояснений и доказательств, раскрытия представленных доказательств перед иными участниками процесса, впоследствии с учетом позднего представления доказательств в целях соблюдения принципов равноправия и состязательности. 

Поступившие пояснения и доказательства приобщены к материалам дела в целях установления значимых для дела обстоятельств (статьи 66, 168, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Ходатайства об истребовании и приостановлении сняты с рассмотрения.

В судебном заседании представитель заявителя жалобы доводы жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель общества Сельскохозяйственное предприятие «Агроиндустрия» указал на отсутствие оснований для удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, 14.07.2015 между обществом «Дмитровское» (заемщик) и предпринимателем ФИО5 (заимодавец) заключен договор займа №01, согласно условиям которого, заимодавец передает на условиях настоящего договора в собственность заемщика денежные средства (далее - заем) в сумме 103 701 642 рубля 18 копеек, а заемщик обязуется возвратить заем. Сумма займа или часть суммы займа считается переданной заемщику с момента ее перечисления на лицевой счет заемщика по указанным в тексте договора реквизитам.

Согласно п. 1.4 договора сумма займа может быть перечислена как заимодавцем, так и третьим лицом - компанией Kelwin Limited (КЕЛВИН ЛИМИТЕД) либо ЗАО «Торговый Дом «Перекресток».

В соответствии с вышеуказанным договором 31.07.2015 ООО «Дмитровское» был предоставлен заем в размере 103 701 642,18 рубля, что подтверждается платежными поручениями (платежное поручение №067600 от 31.07.2015 на сумму 71 517 110,21 рублей, платежное поручение №69129 от 31.07.2015 на сумму 32 184 531,97 рублей).

03.08.2015 между предпринимателем ФИО5 и ООО «Перекресток 56» заключен договор уступки прав (цессии) №1, согласно которому предприниматель ФИО5 уступает, а ООО «Перекресток 56» принимает право требования задолженности ООО «Дмитровское» по договору займа № 01 от 14.07.2015 в размере 100 713 279,30 рублей.

16.11.2015 между ООО СХП «Агроиндустрия» и ООО «Перекресток 56» заключен договор уступки прав (цессии) №2, согласно которому ООО «Перекресток 56» уступает, а ООО СХП «Агроиндустрия» принимает право требования задолженности ООО «Дмитровское» по договору займа № 01 от 14.07.2015 в размере 100 713 279,30 рублей.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 02.12.2015 (полный текст изготовлен 09.12.2015) должник - предприниматель ФИО5 признан несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.09.2016 требование ООО СХП «Агроиндустрия» включено в реестр требований кредиторов ООО «Дмитровское». Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2016 определение суда от 16.09.2016 в части признания требования в размере 59 000 рублей было отменено, резолютивная часть определения была изложена в иной редакции, согласно которой признано требование ООО СХП «Агроиндустрия» в размере 100 713 279,30 рублей обоснованным и включено в третьего очередь реестра требований кредиторов ООО «Дмитровское»; производство по требованию ООО СХП «Агроиндустрия» в размере 59 000 рублей прекращено.

Ссылаясь на вышеприведенные фактические обстоятельства, а также аффилированность ООО «Перекресток 56» и ФИО5, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым требованием, в котором просит суд признать договор займа № 01 от 14.07.2015 недействительным как мнимую и притворную сделку.

Правовым основанием заявленных требований указана статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ФИО5 (ответчик), ООО «Перекресток 56» (третье лицо) в письменных отзывах просили суд в удовлетворении требований конкурсному управляющему отказать (т.1, л.д. 81-82,90-93).

Представители ООО СХП «Агроиндустрия», финансового управляющего предпринимателя ФИО5 доводы и требования конкурсного управляющего отклонили.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оснований считать, что рассматриваемый договор заключен формально, без намерения создать правовые последствия, в целях прикрытия иных недействительных взаимоотношений, искусственного увеличения размера имущественных требований к должнику не имеется.

Оснований для отмены обжалуемого определения не имеется в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему положениями статей 61.9, 129 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в абзаце 2 пункта 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 того же постановления Пленума № 25 указано: притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Статьей 807 ГК РФ предусмотрено, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа – реальный договор и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу статей 809, 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить сумму займа и выплатить проценты в соответствии с условиями, предусмотренными договором займа.

Гражданский кодекс РФ в статьях 309, 310 закрепляет общие принципы исполнения обязательств. В соответствии с данными нормами обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями взятого обязательства, требованиями закона, обычаями делового оборота.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Вышеприведенные фактические обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в заявлении, подтверждаются материалами дела, лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Однако, указанные обстоятельства, как верно указал суд первой инстанции, не свидетельствуют ни о мнимости, ни о притворности рассматриваемого договора, на чем настаивает конкурсный управляющий ФИО4, ни о злоупотреблении правом, на что указывает заявитель жалобы.

Ни условия сделки, ни последующее поведение сторон договора не свидетельствуют о неразумности экономических мотивов заключения сделки, выбора конструкции займа, предоставлении финансирования на нерыночных условиях.

Доказательства того, что на дату подписания спорного договора займа № 01 от 14.07.2015 стороны не предполагали его исполнение, как и доказательства формального исполнения обязательств, предусмотренных названным договором займа, конкурсным управляющим ФИО4 не представлены.

При этом факт перечисления денежных средств заимодавцем заемщику по договору займа № 01 от 14.07.2015 на сумму 103 701 642,18 рублей, проведение финансовых операций по счетам указанных лиц по перечислению денежных средств во исполнение договора установлен вступившими в законную силу судебными решениями Третейского суда при Союзе «Торгово-промышленная палата Оренбургской области», определениями Арбитражного суда Оренбургской области и Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в рамках настоящего дела и дела о банкротстве ИП ФИО5

Реальное же исполнение договора займа подтверждает, что сделка действительно была направлена на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ), то есть на достижение определенного правового результата.

Доводов в подтверждение того, что сделка является притворной конкурсным управляющим не приведено, соответствующие доказательства не представлены. Как обоснованно указывает в своем отзыве ООО «Перекресток 56», заявитель не указывает, какие именно правоотношения прикрывает, по его мнению, сделка, а ограничивается лишь приведением цитат из различных судебных актов по другим делам без какого-либо анализа применительно к рассматриваемой ситуации.

На основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ можно установить притворность договора займа в ситуации, когда заем используется вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. В таком случае к требованию участника общества как вытекающему из факта участия подлежит применению абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве.

Сведений об изменении обществом «Дмитровское» размера уставного капитала непосредственно до либо после заключения договора займа, ЕГРЮЛ не содержит. Доказательства совершения платежей с соответствующими основаниями суду не представлены.

Довод об аффилированности должника, ООО СХП «Агроиндустрия», ИП ФИО5, ООО «Перекресток 56» в суде первой инстанции не был подтвержден документально, в связи с чем, отклонен судом первой инстанции, как основанный на предположении.

На стадии апелляционного пересмотра представлены документы, указывающие на наличие признаков заинтересованности. Вместе с тем, само по себе указанное обстоятельство, о недействительности сделки в силу злоупотребления правом, мнимости и притворности с безусловностью не свидетельствует.

Как верно отметил суд первой инстанции, ссылаясь на наличие фактора аффилированности, конкурсный управляющий не указывает, каким образом это обстоятельство негативно повлияло на финансовую стабильность должника и обоснованность требований ООО СХП «Агроиндустрия», включенных в реестр требований кредиторов должника.

Наличие хозяйственных связей между аффилированными лицами допускается законом и не свидетельствует о безусловном злоупотреблении ими своими правами.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Условия договора займа № 01 от 14.07.2015 не противоречат положениям гражданского законодательства и соответствуют принципу свободы договора, закрепленному в статье 421 ГК РФ.

Как указывает ФИО5 в своем отзыве, предоставление имеющихся свободных денежных средств заемщику по договору займа № 01 от 14.07.2015 было обусловлено исключительно экономическими отношениями и направлено со стороны ФИО5 на временное размещение денежных средств (до 31.12.2015 - п.2.1. договора). 

Получение займа со стороны ООО «Дмитровское» было обусловлено также экономическими интересами, а именно целью оптимизации своей кредиторской задолженности: по условиям договора займа № 01 от 14.07.2015 денежные средства выдаются на условиях перечисления денежных средств в погашение кредитных обязательств заемщика перед банками - филиалом «Нижегородский» АО «Альфа-Банк» г.Нижний Новгород и филиалом ОАО Банка ВТБ в г.Нижний Новгород. Между ООО «Дмитровское» и вышеуказанными кредитными организациями были заключены соответствующие кредитные договоры. В период с конца 2014 по 2015 год вышеуказанные кредитные организации в одностороннем порядке изменили условия заключенных кредитных соглашений, увеличив процентную ставку (например, АО «Альфа-Банк» с 5,5 % на дату заключения соглашения о кредитовании до 15,00 % на даты оформления дополнительных соглашений, с 11,62 % до 21,8-25 %; ВТБ /ПАО/ с 12-13 % до 19-20 %, т.4, л.д. 133, 145-154).

Данные обстоятельства подтверждены документально (в том числе доказательствами, представленными на стадии апелляционного пересмотра), спорные средства перечислены в счет погашения кредитных обязательств, что не оспаривается. Таким образом, полученными денежными средствами ООО «Дмитровское» распорядилось на собственные хозяйственные нужды, оптимизировав свою кредиторскую задолженность в сторону уменьшения расходов по обслуживанию долга – произведено замещение банковского кредита на частное заемное финансирование на более выгодных условиях.

Вышеприведенные доводы ФИО5 лицами, участвующими в деле, не опровергнуты, материалам дела не противоречат.

При этом, в расчетах по займу использованы средства, вырученные ФИО5 от продажи бизнеса (средства получены от Кельвин Лимитед; а не средства должника), следовательно, дополнительно не изыскивались, имели значение как временное размещение средств, полученных по сделке, в связи с чем, условие договора о размере процентов на сумму займа определяющего значения не имело.

Доказательств выдачи ФИО5 займа с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности, не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что поскольку, в период, непосредственно предшествующий заключению договора займа, для ООО «Дмитровское» изменилось бремя обслуживания кредитных договоров в негативную сторону, заключение беспроцентного договора займа с предпринимателем ФИО5 для ООО «Дмитровское» является экономически оправданным.

Сделанный временным управляющим ФИО4 финансовый анализ ООО «Дмитровское» (т.4, л.д. 51-69) свидетельствует об активной предпринимательской деятельности и стабильности финансового положения должника на момент получения займа, что позволяло заимодавцу рассчитывать на возврат суммы займа, а заемщику – на добросовестное исполнение обязательства по возврату займа. Основной причиной ухудшения ситуации послужил уход с рынка основного покупателя производимой должником продукции – торговой сети «СосеДДушка». 

Согласно анализу с конца 2015 года и первой половины 2016 года ООО «Дмитровское» под риском остановки деятельности из-за действий основного покупателя и одного из поставщиков было вынуждено осуществлять платежи, которые привели к ухудшению финансовой устойчивости: ООО «Агроторг» удержало по договору поставки от 31.07.2015 14 997 186 рублей в пользу компании Kelwin Limited (Кельвин Лимитед), последняя связана с данным покупателем и входит в Х5 RetailGroup, удержание произошло в рамках заключенного договора поручительства между ООО «Дмитровское» и Kelwin Limited в обеспечение обязательств ИП ФИО5 перед Kelwin Limited (договор поручительства заключен после возбуждения дела о банкротства в отношении ФИО5), без заключения данного договора  ОО «Агроторг» отказывался покупать продукцию ОО «Дмитровское» (85 % продаж).

Из пояснений участников обособленного спора следует, что заем предоставлен в условиях финансовой стабильности заемщика в связи с намерением последнего расширить свою представленность в торговых торгах Оренбургской области, о чем свидетельствует заключение договора поставки от 31.07.2015 с ООО «Агроторг» (т.4, л.д. 140-144) (торговая сеть «Пятерочка»), которое вместе с Kelwin Limited входит в группу Х5 RetailGroup.

 Как указывалось выше, заключая договор, стороны имели намерение исполнить договорные обязательства, о чем свидетельствует дальнейшее поведение сторон. Фактическая передача должнику денежных средств на условиях возвратности документально подтверждена представленными в материалы дела достоверными, достаточными доказательствами. Невозможность возврата суммы займа за счет прибыли от хозяйственной деятельности вызвана последующим изменением финансового положения ООО «Дмитровское», снижением производственных оборотов, что экономически обосновано временным управляющим в финансовом анализе. В связи с не оплатой в добровольном порядке и банкротством должника, кредитором предъявлено требование о включении долга в реестр, что свидетельствует о принятии кредитором мер ко взысканию долга в установленном законом принудительном порядке. Требование предъявлено в пределах установленных сроков (давности, на включение в реестр).

При таких обстоятельствах, оснований считать, что рассматриваемый договор заключен формально, без намерения создать правовые последствия, в целях прикрытия иных действительных взаимоотношений, причинения вреда должнику и его кредиторам, что цель заимодавца - предпринимателя ФИО5 и/или его правопреемника, не включение в реестр требований кредиторов должника для последующего соразмерного удовлетворения данных требований в деле о банкротстве за счет реализации имущества должника, а получение незаработанной прибыли и искусственное увеличение размера имущественных требований к должнику в целях влияния на процедуру банкротства, не имеется.

В контексте установленных судом фактических обстоятельств дела, с учетом отсутствия надлежащих доказательств, суд первой инстанции правомерно посчитал, что оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего и признания оспариваемой им сделки недействительной не имеется.

Последующая реализация прав требований, характер расчетов за уступленное право не свидетельствует о недействительности сделки по займу.

Операции по займу, проводки  по передаче прав требований отражены в учете должника, осуществлены в бухгалтерском учете последующих кредиторов (т. 4, л.д. 37-44, 75-89).

Апелляционный суд отмечает противоречивость позиции подателя жалобы в зависимости от характера спора, в котором участвует. Так, в деле о банкротстве ООО «Дмитровское» при установлении требований компании Kelwin Limited (Кельвин Лимитед), как обеспеченных залогом, и оспаривании договора залога конкурсным управляющим компания указывала на заключение договоров залога 14.07.2015 задолго до ухудшения финансового состояния должника (т.4, л.д. 45-46). Тогда как при оспаривании настоящей сделки ссылается на наличие признаков неплатежеспособности на момент заключения договора займа.

Исходя из пояснений ООО СХП «Агроиндустрия», размер требований, основанных на спорном договоре займа, составляет 36 % от общего размера всех требований (278 340 549,29 рублей) и 39 % от требований кредиторов по основному долгу (254 935 488,48 рублей), в связи с чем, оснований для вывода о совершении сделки в целях последующего влияния на процедуру не имеется. При этом, требование компании Kelwin Limited (Кельвин Лимитед) обеспечены залогом имущества должника.

Иные доводы правового значения не имеют, поскольку основаны на субъективной оценке и на основной вывод об отсутствии оснований для признания сделки недействительной не влияют.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, направлены на их переоценку, оснований для которой с учетом дополнительно представленных доказательств не имеется.

Следовательно, оснований  для  отмены судебного акта и  удовлетворения  апелляционной  жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области  от 15.06.2018 по делу № А47-188/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу  компании Kelwin Limited (Кельвин Лимитед) – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья        Л.В. Забутырина

Судьи:  Ф.И.  Тихоновский 

М.Н. Хоронеко