190/2019-4867(2) 

Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001 

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98 http://5aas.arbitr.ru/ 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А51-21000/2015

г. Владивосток

11 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 11 февраля 2019 года.  

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Н.А. Скрипки, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, апелляционное производство № 05АП-10160/2018  

на определение от 11.12.2018 судьи Р.Ш. Ярмухаметова  по делу № А51-21000/2015 Арбитражного суда Приморского края  

жалобу должника ФИО2 на неправомерные действия (бездействия)  финансового управляющего,  

по заявлению публичного акционерного общества «Дальневосточный банк»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании несостоятельным  (банкротом) ФИО2 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 068-838-  

824-29), 

при участии: Грац Сергей Валерьевич лично, паспорт; от ООО Юридическая  компания «Госмедстрах»: Ежов Н.В. по доверенности со специальными  полномочиями от 18.09.2017, сроком действия на 3 года, паспорт; от АО  «Дальневосточный банк»: Лутаенко А.И. по доверенности от 11.01.2019  сроком действия до 31.12.2020, паспорт; от финансового управляющего  Коваля Георгия Александровича: Коропенко Д.А. по доверенности со  специальными полномочиями от 22.08.2018 сроком действия до 21.02.2019,  паспорт; от ООО Медицинская организация «Мобильные клиники»:  Николайчук Е.А.: на основании решения Единственного участника № 1 ООО  Медицинская организация «Мобильные клиники» от 14.02.2018, паспорт;  

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, извещены.  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Приморского края от 24.11.2016 ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным  (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства – реализация  имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим  должника утвержден ФИО5.  

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и  введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина  опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 230 от 10.12.2016, стр. 114.  

Определением Арбитражного суда Приморского края от 21.08.2018  процедура реализации имущества ФИО2 и полномочия финансового  управляющего ФИО5 продлены до 21.02.2019.  

В рамках данного дела о банкротстве, ФИО2 обратился в  арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -  АПК РФ), о признании незаконными действий (бездействия) финансового  управляющего ФИО5, выразившихся в принятии решения от 14.02.2018  об увольнении (прекращении полномочий единоличного исполнительного  органа) директора общества с ограниченной ответственностью Медицинская  

организация «Мобильные клиники» (далее - ООО МО «Мобильные  клиники», общество), назначении нового директора, являющегося зависимым  от управляющего лицом, в силу служебного положения, и даче финансовым  управляющим Ковалем Г.А. указаний назначенному директору ООО МО  «Мобильные клиники» о принятии действий к разорению компании, а также  заключении финансовым управляющим трудового договора от 01.03.2018 №  1 с Николайчуком Евгением Ивановичем от имени Граца С.В.  

Определением от 22.05.2018, оставленным без изменения  постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2018, в  удовлетворении жалобы ФИО2 отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от  02.10.2018, определение суда первой инстанции и постановление  апелляционной инстанции отменено, обособленный спор направлен в  Арбитражный суд Приморского края на новое рассмотрение в Арбитражный  суд Приморского края. Возвращая дело на новое рассмотрение,  кассационный суд указал о необходимости установить обстоятельства  послужившие основаниями для прекращения деятельности общества и  сокращения штата сотрудников при новом руководителе, а также причины  для совершения действий, направленных именно на возбуждение дела о  банкротстве ООО МО «Мобильные клиники»; исследовать вопрос о наличии  у руководителя ООО МО «Мобильные клиники» высшего юридического  образования и сертификата по специальности «организация здравоохранения  и общественное здоровье»; дать оценку действиям финансового  управляющего на предмет разумности и обоснованности при смене  руководства общества, с учетом наступивших для данного общества  последствий от таких действий.  

При новом рассмотрении дела ФИО2 заявлено ходатайство об  увеличении заявленных требований, а именно аннулировать запись в Едином  государственном реестре юридических лиц «директор ФИО9  

Иванович», отстранить Коваля Г.А. от исполнения обязанностей  финансового управляющего должника Граца С.В.  

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления об  уточнении первоначально заявленных требований, указав, что заявлены  дополнительные требования, которые не могут быть приняты к  рассмотрению в порядке правил статьи 49 АПК РФ  

 Определением от 11.12.2018 арбитражным судом в удовлетворении  заявления ФИО2 о признании незаконными действий (бездействий)  финансового управляющего ФИО5 отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился  в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой  инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных в жалобе требований. В обоснование своей  позиции заявитель указал, что обжалуемый судебный акт вынесен с  нарушением норм права, выводы суда не соответствуют имеющимся в деле  доказательствам. Заявитель полагал, что суд первой инстанции неправомерно  отказал в принятии представленных ФИО2 дополнений к жалобе и  дополнительных требованиях.  

ФИО2 обратил внимание на то, что в обжалуемом акте суд первой  инстанции не указал результат рассмотрения ходатайства об истребовании у  ООО МО «Мобильные клиники» сведений о доходах за 2018 год, в том числе  об операциях по расчетным счетам общества за 2018 год. Полагал, что судом  не исследованы доводы заявителя, ограниченного в соответствии с пунктом 6  статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в  осуществлении прав участника юридического лица, принадлежащих ему, в  том числе в получении информации о деятельности общества.  

Ссылаясь на определение Верховного Суда РФ от 17.05.2018 по делу №  305-ЭС17-20073 апеллянт указал, что для смены директора ООО МО  «Мобильные клиники» у финансового управляющего ФИО5 должны  

быть достаточные основания, и при этом должны учитываться интересы  должника и самого общества, основной целью которого является извлечение  прибыли. Однако, по мнению заявителя, данные факты судом первой  инстанции не учтены. Судом не исследовались доводы, не опровергнутые  финансовым управляющим, о том, что до 14.02.2018 и еще в феврале, марте  2018 ООО МО «Мобильные клиники» осуществлялась хозяйственная  деятельность. Судом не дана оценка действиям по увольнению работников  ООО МО «Мобильные клиники» в марте и позднее 2018 года Николайчуком  Е.Н., не исследован вопрос о доходах МО «Мобильные клиники» в 2018  году.  

Апеллянт полагал, что судом первой инстанции неправомерно  применены нормы статьи 20.3 Закона о банкротстве и не применены  подлежащие применению нормы статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Также заявитель указал на отсутствие в обжалуемом судебном акте  оценки довода ФИО2 о том, что действия финансового управляющего  направлены на установление корпоративного и фактического контроля над  кредитором должника. По мнению апеллянта, не основан на доказательствах  вывод суд о том, что основанием для осуществления финансовым  управляющим оспариваемых действий послужила утрата доверия в связи с  неисполнением требований финансового управляющего о предоставлении  бухгалтерской документации за 2017 год.  

По утверждению апеллянта, учитывая специфику хозяйственной  деятельности ООО МО «Мобильные клиники», наличие медицинского  образования у директора является обязательным условием, однако у  назначенного финансовым управляющим руководителя высшее медицинское  образование отсутствует.  

В канцелярию суда от финансового управляющего ФИО5  поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262  АПК РФ, в котором управляющий просил определение суда первой  

инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

В канцелярию суда от ФИО2, поступили письменные дополнения к  апелляционным жалобам, которые приобщены к материалам дела в порядке  статьи 81 АПК РФ.  

В судебном заседании ФИО2 заявил ходатайство о приобщении к  материалам дела следующих документов: требование о предоставление  оборудования от 10.07.2018; сопроводительное письмо от ГУ  «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования  Приморского Края к ФИО2 от 09.11.2018; претензия ООО Медицинская  организация «Мобильные клиники» от 22.11.2018; сопроводительное письмо  от ГУ «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования  Приморского Края к ФИО2 от 06.12.2018; заявление о внесении  дополнительных вопросов от ООО Юридическая компания «Госмедстрах» к  финансовому управляющему ФИО5 от 14.01.2019.  

Представителем ООО Юридическая компания «Госмедстрах» заявлено  ходатайство приобщении к материалам дела выписки из ЕФРСБ от  15.01.2019.  

Суд, совещаясь на месте и руководствуясь статьями 159, 184, 185, 268  АПК РФ, отказал в приобщении к материалам дела дополнительных  письменных доказательств по следующим основаниям.  

В соответствии с части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные  доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции,  если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления  в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает  эти причины уважительными.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении от 28.05.2009   № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной  инстанции» разъяснил, что при решении вопроса о возможности принятия  

новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или  отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица,  представившего доказательства, возможность их представления в суд первой  инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него  уважительным причинам (пункт 26).  

Судебная коллегия, оценив заявленные ФИО2 и представителем  ООО ЮК ««Госмедстрах» доводы, с учетом отсутствия оснований для  признания заявленных обстоятельств в качестве уважительных,  препятствовавших представлению доказательств в суд первой инстанции,  отказала в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.  

ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.  Обжалуемое определение суда первой инстанции счел незаконным и  необоснованным, подлежащим отмене.  

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции  представитель ООО ЮК «Госмедстрах» поддержал доводы апелляционной  ФИО2 жалобы.  

Представитель финансового управляющего доводы апелляционной  жалобы опроверг. Определение суда первой инстанции счел правомерным,  не подлежащим отмене.  

Представители АО «Дальневосточный банк» и ООО МО «Мобильные  клиники» на доводы апелляционной жалобы возразили.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном  процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени  и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не  обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта  5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в  отсутствие лиц, участвующих в деле.  

Исследовав и оценив материалы обособленного спора, доводы  апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителей  

лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ  правильность применения судом первой инстанции норм материального и  процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил  оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.  

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о  банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что  отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х  "Банкротство граждан", а при отсутствии специальных правил,  регламентирующих особенности банкротства этой категории должников -  главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI  Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при  проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный  управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах  должника, кредиторов и общества.  

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет  добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом  целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных  кредиторов.  

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного  управляющего прав и законных интересов должника, кредиторов и  уполномоченного органа они вправе обжаловать действия (бездействие)  арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном  статьей 60 Закона о банкротстве.  

Из содержания указанной нормы следует, что основанием для  удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего является  

установление арбитражным судом фактов несоответствия действий  (бездействия) арбитражного управляющего Закону о банкротстве и  нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов  кредиторов и должника.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на  основание своих требований и возражений.  

Соответственно, при рассмотрении жалоб на действия (бездействие)  арбитражного управляющего заявитель жалобы обязан доказать наличие  незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного  управляющего, нарушающего права и законные интересы кредиторов и (или)  должника. В свою очередь, арбитражный управляющий обязан представить  доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать  соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и  разумности.  

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового  управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве,  невыполнение которых является основанием для признания действий  арбитражного управляющего незаконными.  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ФИО2 сослался на совершение финансовым управляющим от имени должника  неправомерных действий, выразившихся в принятии решения от 14.02.2018  об увольнении (прекращении полномочий единоличного исполнительного  органа) директора ООО МО «Мобильные клиники» и назначении нового  директора, являющегося зависимым от ФИО5 лицом, и даче указаний  назначенному директору общества.  

Отказывая в удовлетворении заявленных должником требований, суд  первой исходили из следующего.  

Согласно сведениям из Единого государственного реестра  юридических лиц по состоянию на 30.11.2017, ФИО2 является  

единственным учредителем (участником) ООО МО «Мобильные клиники» с  размером доли участия в уставном капитале общества 100% (10 000 руб.).  

Решением единственного участника № 1 ООО МО «Мобильные  клиники» от 14.02.2018 ФИО2 в лице финансового управляющего ФИО5 в соответствии с абзацем четвертым пункта 6 статьи 213.25 Закона о  банкротстве, прекратил полномочия (освободил от должности) директора  ООО МО «Мобильные клиники» ФИО10 и  назначил на должность единоличного исполнительного органа общества  ФИО8 с 14.02.2018 на срок и с полномочиями согласно уставу  ООО МО «Мобильные клиники», в том числе действовать без доверенности  от имени общества по всем вопросам его деятельности, совершать любые не  запрещенные законом сделки от имени общества, с правом подписи всех  документов, в том числе финансовых и банковских.  

Пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что все  имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного  суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества  гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия  указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением  имущества, определенного пунктом 3 указанной статьи.  

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении  имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение  им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина  и не могут осуществляться гражданином лично (абзац второй пункта 5 статьи  213.25 Закона о банкротстве).  

Абзацем 4 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве  предусмотрено, что в ходе реализации имущества гражданина финансовый  управляющий осуществляет права участника юридического лица,  принадлежащие гражданину, в том числе голосует на общем собрании  участников.  

Статьей 39 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью» регламентировано, что в обществе,  состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к  компетенции общего собрания участников общества, принимаются  единственным участником общества единолично и оформляются письменно.  

Согласно протоколу собрания кредиторов должника ФИО2 от 09.02.2018 (информация размещена в Едином федеральном  реестре сведений о банкротстве) финансовый управляющий довел до  сведения собрания кредиторов о следующих предстоящих событиях: о  принятом им решении смены руководства ООО МО «Мобильные клиники»,  основание – утрата доверия в связи с неисполнением требований  финансового управляющего о предоставлении бухгалтерской документации  за 2017 год и требования финансового управляющего в части перечисления  чистой прибыли единственному учредителю ФИО2 за 2016 год. В данной  части представители конкурсных кредиторов поддержали финансового  управляющего о смене руководства в компании ООО МО «Мобильные  клиники», против замечаний высказано не было. При этом в настоящее время  все требования кредиторов должника судом рассмотрены, реестр требований  кредиторов сформирован.  

Суд первой инстанции, учитывая наличие согласия конкурсных  кредиторов на предложение финансового управляющего о смене руководства  в компании ООО МО «Мобильные клиники» в связи с утратой доверия,  оформленного протоколом от 09.02.2018, обоснованно указал на отсутствие  оснований полагать, что этими действиями финансового управляющего  нарушены права кредиторов.  

Суд апелляционной инстанции признал правомерными и достаточно  мотивированными выводы суда первой инстанции по оценке довода ФИО2 о том, что обжалуемые действия финансового управляющего были  направлены на установление корпоративного и фактического контроля над  кредитором должника.  

В силу того, что финансовый управляющий осуществляет права  участника общества, принадлежащие должнику, он имеет безусловное право  на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного  исполнительного органа такого общества (подпункт 4 пункта 2 статьи 33  Закона об ООО).  

 Законом о банкротстве финансовому управляющему должника  предоставлены широкие полномочия, направленные на достижение целей  процедур банкротства должника, заключающейся в формировании  конкурсной массы, достаточной для удовлетворения требований кредиторов  должника. В том числе финансовый управляющий от имени должника- гражданина осуществляет права участника юридического лица.  

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в  отношении признанного банкротом гражданина - должника направлено на  обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций,  когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя  свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия  по отчуждению имущества этого общества, влекущие уменьшение  конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.  

Если должник до банкротства в связи с наличием у него прав участия  (например, будучи единственным или доминирующим участником) в  обществе являлся контролирующим его лицом, то осуществление  финансовым управляющим должника прав последнего по управлению  обществом фактически означает, что к нему переходит и контроль над этим  обществом. В силу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ такой управляющий обязан  действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно.  Действуя подобным образом в ситуации, когда должник является  единственным участником общества, управляющий тем самым исполняет  аналогичную обязанность (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) по  отношению к самому должнику и его кредиторам.  

Финансовый управляющий, производя замену исполнительных  органов в подконтрольных должнику обществах, должен учитывать их  интересы, основной целью которых является извлечение прибыли (пункт 1  статьи 50 ГК РФ). Указанная правовая позиция отражена в Определении  Верховного Суда РФ от 17.05.2018 по делу № 305-ЭС17-20073.  

В рассматриваемом случае, производя замену единоличного  исполнительного органа в подконтрольном ФИО2 обществе, ФИО5, мотивируя свое решение о смене директора ООО МО «Мобильные  клиники» ФИО10, сослался на соответствующее согласие  конкурсных кредиторов о смене руководства общества в связи с утратой  доверия, оформленное протоколом от 09.02.2018, а также на выводы,  изложенные в определении Арбитражного суда Приморского края от  14.11.2017 по настоящему делу (во вступившем в законную силу), согласно  которым сыновья ФИО2 - ФИО11, ФИО12 и ФИО13, обоюдно с должником, а также  ФИО10, являющаяся дочерью компаньона ФИО2 -  ФИО14, который совместно с должником  являлся соучредителем обществ с ограниченной ответственностью «Грац» и  «Востокпрофстрой», являются аффилированными лицами, входящими в одну  группу лиц с должником.  

Финансовый управляющий ФИО5 28.12.2017 направил  директору ООО МО «Мобильные клиники» ФИО10 требование  о выплате дивидендов ФИО2, как единственному участнику общества по  итогам работы за 2016 год, а также предоставления бухгалтерских  документов общества за 2017 год. Данное требование бывшим директором  ООО МО «Мобильные клиники» исполнено не было.  

 Кроме того, судом первой инстанции установлено, что должником  ФИО2, его бывшей супругой, сыновьями и ФИО10  совершен ряд неправомерных взаимосвязанных сделок, в результате которых  из конкурсной массы должника выбыла доля ФИО2 в уставном капитале  

ООО МО «Мобильные клиники» в размере 100% путем ее отчуждения  частями. Данные сделки признаны недействительными определением  Арбитражного суда Приморского края от 08.11.2017 по делу № А51- 21000/2015 159399/2016 20386/2017, оставленным без изменения  постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2018,  апелляционные производства № 05АП-8881/2017, № 05АП-8972/2017, №  05АП-9406/2017, 05АП-9407/2017, 05АП-9408/2017.  

 Помимо этого, судом установлено, что директор ООО МО «Мобильные  клиники» ФИО10 заключила с ФИО13 (с сыном должника)  три договора купли-продажи от 20.10.2017 № 20/10/17-1, № 20/10/17-2, N  20/10/17-3 имущества общества - мобильных лечебно-профилактических  модулей «Диагностика» (2 шт.) и «Флюорограф» (1 шт.) на базе  многосекционных изотермических фургонов на автомобильном шасси  КАМАЗ на условиях оплаты в течение 60 месяцев с момента подписания  сторонами договора, равными частями. В результате заключенных договоров  из собственности ООО МО «Мобильные клиники» без встречного  обеспечения выбыло ликвидное производственное имущество общей  стоимостью 25 655 140 рублей.  

Данные сделки также признаны недействительными вступившим  27.08.2018 в законную силу определением Арбитражного суда Приморского  края от 13.06.2018 по делу № А51-21000/2015 43821/2018, оставленным без  изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от  27.08.2018 по апелляционному производству № 05АП-5172/2018 и  постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 07.11.2018  по кассационному производству № Ф03-4690/2018.  

Таким образом, в результате исполнения обязанностей,  предусмотренных статьёй 213.9 Закона о банкротстве, финансовым  управляющим установлены факты, свидетельствующие о  недобросовестности действий должника и ФИО10  

Приняв во внимание указанные обстоятельства, а также то, что  действия финансового управляющего направлены на достижение цели  процедуры реализации имущества гражданина - сохранение имущества  должника, суд первой инстанции правомерно пришел выводу, что принятое  Ковалем Г.А. решение, согласованное собранием кредиторов должника, об  увольнении аффилированного с должником директора и назначении нового  руководителя, не противоречит закону.  

Судом отклоняются доводы ФИО2 о том, что следствием  оспариваемого действия является фактическое прекращение какой-либо  экономической деятельности ООО МО «Мобильные клиники».  

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-  ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный  исполнительный орган общества, а равно управляющий при осуществлении  ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах  общества добросовестно и разумно.  

Коллегией установлено, что назначенным финансовым управляющим  директором ООО МО «Мобильные клиники» ФИО9,  действительно, в отношение общества инициирована процедура банкротства,  проведены мероприятия по высвобождению работников в связи с  ликвидацией общества.  

Между тем, как отметил суд первой инстанции, указанные меры  явились следствием незаконных действий по выводу из ООО МО  «Мобильные клиники» мобильных лечебно-профилактических модулей, что  лишило общество осуществлять производственную деятельность.  

Судом первой инстанции установлено, что фактическое прекращение  деятельности организации вызвано не следствием назначения нового  директора ФИО8, который, по мнению должника, не справился с  работой, а тем, что производственная деятельность ООО МО «Мобильные  клиники» основывалась на оказании медицинских услуг с использованием  производственного имущества – трех мобильных лечебно-профилактических  

модулей, которые являлись собственностью ООО МО «Мобильные  клиники», и 20.10.2017 незаконно реализованы бывшим директором ООО  МО «Мобильные клиники» Колотушкиной И.И. сыну должника Грацу И.С.  В последствии указанное имущество переданно в аренду ООО МО  «Мобильные клиники» на основании заключенного 03.11.2017 между ООО  МО «Мобильные клиники» в лице директора Колотушкиной И.И. и Грацем  И.С. по договору краткосрочной аренды транспортного средства без экипажа   № АМ-001, по условиям которого ООО МО «Мобильные клиники» приняло  имущество (мобильные лечебно-профилактические модули «Диагностика» (2  шт.) и «Флюорограф» (1 шт.) на базе многосекционных изотермических  фургонов на автомобильном шасси КАМАЗ) в аренду на условиях оплаты в  размере 750 000,00 рублей в месяц со сроком действия до 31.12.2017. В  дальнейшем, указанный договор неоднократно продлевался Грацем И.С. и  директором ООО МО «Мобильные клиники» Колотушкиной И.И. в плоть до  28.02.2018. Во исполнение договора арендатор ООО МО «Мобильные  клиники» выплатило арендодателю ИП Грацу И.С. денежные средства в  сумме 1 022 305,99 рублей.  

Таким образом, в результате экономически нецелесообразных сделок,  совершенных бывшим директором ФИО10, за четыре месяца  (ноябрь 2017 – февраль 2018) долг по аренде имущества ранее  принадлежавшего ООО МО «Мобильные клиники» перед ФИО13  составил 3 000 000 рублей.  

Из представленного в материалы дела письма ИП ФИО13 в адрес  ООО МО «Мобильные клиники» от 23.03.2014 следует, что ИП ФИО13 не  намерен продлевать договор краткосрочной аренды производственного  имущества, так как у ООО МО «Мобильные клиники» имелась  задолженность перед ним.  

Согласно справке ООО МО «Мобильные клиник» от 22.11.2018,  организация прекратила оказание медицинских услуг с 26.03.2018 по  причине изъятия арендодателем ФИО13 из пользования ООО МО  

«Мобильные клиники» производственного имущества, посредством которого  оказывались медицинские услуги.  

Более того, согласно бухгалтерскому балансу ООО МО «Мобильные  клиники» на 01.01.2018 общество имело убыток в размере 2 132 000 рублей.  

Из имеющейся в материалах дела бухгалтерской справки ООО МО  «Мобильные клиники» от 01.02.2018, составленной бухгалтером ФИО15 (в период работы ФИО10), размер задолженности по  налогам, заработной плате, перед поставщиками составил 17 365 932,89  рублей, а также 13 091 826,16 рублей задолженность по кредиту перед ПАО  КБ «Саммит Банк», а всего более 30,4 млн. рублей.  

 Таким образом, ФИО8, назначенный финансовым  управляющим ФИО5, приступил к исполнению обязанностей  директора ООО МО «Мобильные клиники» в отсутствие производственного  имущества, при наличии убытков за 2017 год более 2,1 млн. рублей, текущей  задолженности в размере более 30,4 млн. рублей и отсутствием поступления  денежных средств от покупателей, а также отсутствием возможности  рассчитываться с кредиторами и содержать персонал компании, в связи с чем  коллегия пришла к выводу, что ФИО9 правомерно принято  решение о сокращении штата работников.  

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель  должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в  случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности или  имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине  недостаточности денежных средств задолженность по оплате труда бывших  работников, удовлетворение требований одного кредитора или нескольких  кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или)  иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;  

Ввиду изложенного, учитывая наличие непогашенной задолженности  по заработной плате, а также задолженности перед контрагентами и  

уполномоченным органом, причинами обращения директора ООО МО  «Мобильные клиники» Николайчука Е.И. в арбитражный суд с заявлениям о  признании ООО МО «Мобильные клиник» несостоятельным (банкротом),  явились требования Закона о банкротстве.  

Кроме того судом апелляционной инстанции установлено, что согласно  сведениям, полученным из общедоступного информационного ресурса  «Картотека арбитражный дел», расположенного по адресу kad.arbitr.ru в сети  «Интернет» в рамках дела № А51-14144/2018 о несостоятельности  (банкротстве) ООО МО «Мобильные клиники» в арбитражный суд  обратилось публичное акционерное общество коммерческий банк  «САММИТ БАНК» (далее – ПАО КБ «САММИТ БАНК») с заявлением о  признании несостоятельным (банкротом) ООО МО «Мобильные клиники» и  включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 15 700  964,83 руб., в том числе 13 836 100 рублей основного долга, 1 864 864,83  рублей процентов по кредиту, которое определением суда от 26.12.2018 на  основании пункта 8 статьи 42 Закона о банкротстве принято как заявление о  вступлении в дело № А51-14144/2018 о признании несостоятельным  (банкротом) ООО МО «Мобильные клиники». Определением Арбитражного  суда Приморского края от 24.01.2019 рассмотрение обоснованности  заявленных требований отложено в судебное заседание на 05.03.2019.  

Таким образом, изложенные обстоятельства опровергают доводы  ФИО2 о фактическом прекращении какой-либо экономической  деятельности ООО МО «Мобильные клиники», в связи с назначеннием  финансовым управляющим директор общества ФИО9, который в  свою очередь не справился с управлением данного общества, уволил всех  работников и фактически прекратил осуществление обществом  хозяйственной деятельности.  

Коллегией установлено и не оспорено представителями,  участвующими в судебном заседании, что финансовым управляющим  должником ФИО5 на должность директора ООО МО «Мобильные  

клиники» назначено лицо, которое не имеет высшего медицинского  образования.  

Согласно пункту 46 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99- ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» медицинская  деятельность подлежит лицензированию.  

Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012   № 291 утверждено Положение о лицензировании медицинской деятельности  (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими  организациями и другими организациями, входящими в частную систему  здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»).  

В соответствии с абзацем первым подпункта «в» пункта 4 указанного  Положения о лицензировании лицензионными требованиями,  предъявляемыми к соискателю лицензии на осуществление медицинской  деятельности, являются, в том числе наличие у руководителя медицинской  организации, заместителей руководителя медицинской организации,  ответственных за осуществление медицинской деятельности, руководителя  структурного подразделения иной организации, ответственного за  осуществление медицинской деятельности, - высшего медицинского  образования, послевузовского и (или) дополнительного профессионального  образования, предусмотренного квалификационными требованиями к  специалистам с высшим и послевузовским медицинским образованием в  сфере здравоохранения, сертификата специалиста, а также дополнительного  профессионального образования и сертификата специалиста по  специальности «организация здравоохранения и общественное здоровье».  

Таким образом, наличие у руководителя ООО МО «Мобильные  клиники» высшего юридического образования и сертификата специалиста по  специальности «организация здравоохранения и общественное здоровье»,  является обязательным.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, до 25.05.2018 в  штате ООО МО «Мобильные клиники» на должности заместителя директора  

по медицинской работе состояла Мельникова Л.П., имевшая высшее  медицинское образование, дополнительное профессиональное образование и  сертификат специалиста.  

Согласно пункту 10.3 Устава ООО МО «Мобильные клиники» от  20.05.2014 директор общества руководит текущей деятельностью общества и  решает все вопросы, которые не отнесены настоящим Уставом и законом к  компетенции других руководящих органов общества.  

Из приложения № 1 к трудовому договору, заключенного 01.03.2018  между ООО МО «Мобильные клиники» и ФИО8, следует, что в  должностные обязанности директора не входят функции, связанные с  осуществлением медицинской деятельности общества.  

Таким образом, ФИО8 не являлся лицом, ответственным за  осуществление медицинской деятельности, и в соответствии со своими  должностными обязанностями, предусмотренными Уставом общества и  трудовым договором, не осуществляет медицинскую деятельность.  

При этом согласно абзацу второму пункта 10.4. устава ООО МО  «Мобильные клиники» заместители директора и главный врач общества  назначаются директором в соответствии со штатным расписанием и  возглавляют направления работы в соответствии с распределением  обязанностей, утвержденным директором.  

Согласно приказу ООО МО «Мобильные клиники» № 39 только  25.05.2018 уволена заместитель директора по медицинской работе  ФИО16, которая работала в этой должности с  03.09.2012 и имела высшее медицинское образование, а также  дополнительное профессиональное образование (диплом о  профессиональной переподготовке от 25.12.2014, регистрационный № 7197)  и сертификат специалиста от 25.12.2014, регистрационный № 32838.  

Также материалами дела подтверждается, что в период с 01.11.2017 по  26.04.2018 должность главного врача ООО МО «Мобильные клиники»  замещал ФИО17, также ответственный за  

осуществление медицинской деятельности, имеющий высшее медицинское  образование, а также дополнительное профессиональное образование и  сертификат специалиста, к компетенции которого относились вопросы,  связанные с осуществлением медицинской деятельности ООО МО  «Мобильные клиники».  

 И в соответствии с Должностной инструкции именно заместитель  директора по медицинской работе ФИО16 и главный врач  ФИО17 в силу своего должностного положения являлись лицами,  ответственными за осуществление медицинской деятельности в ООО МО  «Мобильные клиник» как в момент назначения директором ФИО8, так и задолго до этого.  

Из пояснений финансового управляющего следует, что ФИО10 также не имела высшего медицинского образования, не имела  послевузовского и (или) дополнительного профессионального образования,  предусмотренного квалификационными требованиями к специалистам с  высшим и послевузовским медицинским образованием в сфере  здравоохранения, не имела сертификата специалиста, а также не имела  дополнительного профессионального образования и сертификата  специалиста по специальности «организация здравоохранения и  общественное здоровье».  

При этом, коллегией установлено, что 21.11.2017 ООО МО  «Мобильные клиники» получена лицензия № ЛО-25-01-004242 на  осуществление медицинской деятельности.  

Также 15.12.2017 ООО МО «Мобильные клиники» была получена  лицензия № ЛО-25-01-004261 на осуществление медицинской деятельности.  

Вышеизложенные обстоятельства дела, а именно получение ООО МО  «Мобильные клиники» вышеуказанных лицензий на осуществление  медицинской деятельности в отсутствие у директора ФИО10  высшего медицинского образования и сертификата специалиста по  специальности «организация здравоохранения и общественное здоровье»,  

свидетельствуют, что лицензионные условия были соблюдены и отсутствие  высшего медицинского образования и сертификата специалиста по  специальности «организация здравоохранения и общественное здоровье» у  директора.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что  финансовым управляющим при назначении на должность директора ООО  МО «Мобильные клиники» ФИО8 лицензионные правила  нарушены не были.  

Более того согласно Приказу Министерства здравоохранения РФ от  17.07.2015 № 454н «Об утверждении Административного регламента  Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по исполнению  государственной функции по осуществлению лицензионного контроля  медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности,  осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями,  входящими в частную систему здравоохранения, на территории  инновационного центра «Сколково»)» предметом лицензионного контроля,  осуществляемого Федеральной службой по надзору в сфере  здравоохранения, является соблюдение юридическими лицами,  индивидуальными предпринимателями, осуществляющими медицинскую  деятельность (за исключением осуществляющих медицинскую деятельность  организаций, входящих в частную систему здравоохранения, на территории  инновационного центра «Сколково»), требований, установленных  Положением о лицензировании медицинской деятельности, утвержденным  постановлением Правительства РФ от 16.04.2012 № 291, посредством  организации и проведения проверок.  

 Так из ответа Территориального органа Федеральной службы по  надзору в сфере здравоохранения по Приморскому краю от 30.11.2018 № И  25-2242/18 на запрос финансового управляющего ФИО5 от 28.11.2018   № 2 следует, что если на должности руководителя медицинской организации  находится главный врач, ответственный за осуществление медицинской  

деятельности, имеющий высшее медицинское образование, послевузовское и  (или) дополнительное профессиональное образование, предусмотренное  квалификационными требованиями к специалистам с высшим и  послевузовским медицинским образованием в сфере здравоохранения,  сертификат специалист, а также дополнительное профессиональное  образование и сертификат специалиста по специальности «организация  здравоохранения и общественное здоровье», наличие у директора  медицинской организации, вышеперечисленных требований к образованию  не является обязательным, при условии, что он (директор) выполняет иные  функции (административно-хозяйственные, организационные, юридические  и т.д.)».  

Кроме того, как следует из пояснений финансового управляющего и  решения Арбитражного суда Приморского края от 23.08.2018 по делу №  А51-9947/2018, оставленного без изменения постановлением Пятого  арбитражного апелляционного суда от 13.11.2018, предыдущий  исполнительный орган общества также не соответствовал критериям,  определенным названными нормативными актами.  

При этом, сами по себе действия управляющего по смене руководителя  вышеуказанного юридического лица не противоречат положениям  законодательства о банкротстве, направлены на обеспечение контроля за  активами должника, при этом признание оспариваемых действий  управляющего незаконными не восстановит нарушенных прав заявителя,  поскольку не повлечет автоматического признания недействительными  спорных решений о смене руководителей, с учетом того, что признаков  недействительности решений в силу ничтожности из материалов дела не  усматривается.  

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой  инстанции в том, что действия ФИО5 приняты в пределах полномочий,  предоставленных ему Законом о банкротстве как финансовому  

управляющему, и в соответствии с целями и задачами процедуры  банкротства.  

Заявитель не представил надлежащих доказательств (относимых,  допустимых и достаточных), подтверждающих факт ненадлежащего  исполнения обязанностей финансовым управляющим ФИО5, которые  могли повлечь убытки должника либо его кредиторов.  

Ссылка заявителя жалобы в апелляционной жалобе на то, что судом  первой инстанции не принято уточнение к жалобе, отклонены  апелляционным судом по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, должником представлено в суд первой  инстанции дополнение к заявлению, согласно которому ФИО2 заявил  помимо ранее предъявленных требований дополнительные (новые)  требования об отстранении ФИО5 от исполнения обязанностей  финансового управляющего должника Грац С..В., о признании решения  единственного участника № 1 ООО МО «Мобильные клиники от 14.02.2018  недействительным, о применении последствий ничтожности сделки и  аннулировании записи в Едином государственном реестре юридических лиц  – «директор ФИО9».  

Согласно статье 49 АПК РФ истец (заявитель) вправе при  рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия  судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу,  изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер  исковых требований.  

В абзаца 5 пункта 3 постановления Пленума ВАС РФ от 31.10.1996 №  13 «О применении АПК РФ при рассмотрении дел в суде первой инстанции»,  подлежащего применению с учетом положений действующего АПК РФ,  указано, что под увеличением размера исковых требований следует понимать  увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено  истцом в исковом заявлении. Увеличение размера исковых требований не  может быть связано с предъявлением дополнительных исковых требований,  

которые не были истцом заявлены в исковом заявлении. Такое требование  может быть заявлено самостоятельно.  

В рассматриваемом случае при уточнении требований в порядке статьи  49 АПК РФ должник заявил дополнительные требования.  

Таким образом, учитывая, что данные требования ФИО2  первоначально не заявлялись, являются дополнительными по отношению к  первоначально поданной жалобе на действия финансового управляющего,  суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что указанное  дополнения к жалобе не могут быть приняты судом к рассмотрению,  поскольку увеличение размера требований не может быть связано с  предъявлением дополнительных требований, которые не были заявлены в  первоначальном заявлении, а потому спор подлежит рассмотрению в  пределах первоначально заявленных требований.  

Также коллегия признала несостоятельным довод заявителя жалобы о  том, что в судебном акте не отражен результат рассмотрения ходатайства об  истребовании доказательств из Территориального фонда обязательного  медицинского страхования Приморского края, поскольку данное ходатайство  связано с дополнительными требованиями не принятыми судом первой  инстанции к рассмотрению.  

Апелляционный суд в порядке правил части 7 статьи268 АПК РФ не  рассматривал и не оценивал доводы апелляционной жалобы, которые не  были предметом рассмотрения суда первой инстанции.  

Учитывая выше изложенное, коллегия пришла к выводу, что все  приведенные в апелляционной жалобе доводы не подтверждают нарушений  норм материального и (или) норм процессуального права, повлиявших на  исход дела, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и  получили надлежащую правовую оценку, по существу, повторяют позицию  ФИО2 по спору, не опровергают выводы суда, основаны на ином  толковании положений законодательства, направлены на переоценку  

доказательств и установление по делу новых фактических обстоятельств, в  связи с чем не могут служить основанием для отмены судебного акта.  

Обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены судом в  полном объеме, выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте,  соответствуют обстоятельствам дела и вышеназванным нормам права.  Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся  безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.  

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной  пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не  указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса  Российской Федерации, не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 11.12.2018 по  делу № А51-21000/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд  Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в  течение одного месяца.  

Председательствующий Н.А. Скрипка  

Судьи А.В. Ветошкевич  

 К.П. Засорин