АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-12641/2021

Дело № А12-96/2020

г. Казань

25 декабря 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Богдановой Е.В.,

судей Минеевой А.А., Самсонова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тютюгиной Т.С.

при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Арбитражном суде Волгоградской области представителей:

УФНС России по Волгоградской области – ФИО1, по доверенности от 08.12.2025;

конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 07.04.2025;

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.07.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2025

по делу № А12-96/2020

по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «ВЗСК-Пром» ФИО2 об установлении размера процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «ВЗСК-Пром»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 09.11.2020 акционерное общество «ВЗСК-ПРОМ» (далее должник, АО «ВЗСК-ПРОМ») признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Определением суда от 26.06.2023 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «ВЗСК-ПРОМ».

Определением суда от 24.07.2023 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В арбитражный суд 25.03.2025 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 об установлении процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в размере 1 400 000 руб. от погашения требований залогового кредитора, а также в размере 123 105,53 руб. от погашения требований иных кредиторов, включенных в реестр должника.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 04.07.2025 конкурсному управляющему ФИО2 установлены проценты по вознаграждению конкурсного управляющего в размере 1 400 000 руб. от погашения требований залогового кредитора; производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО2 об установлении процентов по вознаграждению в размере 123 105,53 руб. от погашения требований иных кредиторов, включенных в реестр, приостановлено до реализации активов должника.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2025 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.07.2025 в обжалуемой части (установление процентов по вознаграждению от погашения требований залогового кредитора) оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (далее – уполномоченный орган, ФНС России) обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 04.07.2025 и постановление апелляционного суда от 18.09.2025 в части установления конкурсному управляющему процентов по вознаграждению в размере 1 400 000 руб. от погашения требований залогового кредитора отменить, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2

В кассационной жалобе уполномоченный орган настаивает на ранее приведенной при рассмотрении обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций позиции об отсутствии оснований для утверждения процентов по вознаграждению конкурсному управляющему в связи с незначительным вкладом в результат реализации залогового имущества и осуществления основной работы иным конкурсным управляющим (правопредшественником), выражая несогласие с выводами судов об отсутствии оснований для снижения процентной части вознаграждения конкурсному управляющему, о возможности не учитывать период осуществления полномочий конкурсного управляющего должником несколькими арбитражными управляющими, о правильности представленного управляющим расчета процентов.

Судебное заседание проведено в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Волгоградской области.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе; представитель конкурсного управляющего ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на нее.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее и заслушав пояснения участвующих в деле лиц, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежат в силу следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО2 проведены торги по реализации залогового имущества должника, в рамках которых на 2 этапе торгов посредством публичного предложения залоговый кредитор – общество «Инфинит» заявил об оставлении предмета залога за собой по цене 24 705 000 руб. соответствующего этапа торгов, перечислив на специальный счет должника 7 411 500 руб. (30 % от цены приобретения имущества).

В связи с отсутствием у должника кредиторов первой и второй очереди конкурсный управляющий платежным поручением от 10.02.2025 погасил залоговые требования общества «Инфинит» в размере 2 706 500 руб. (в пределах 20 % от стоимости предмета залога), в результате чего требования залогового кредитора были погашены на сумму 20 000 000 руб.

Удовлетворение требований залогового кредитора послужило основанием для обращения конкурсного управляющего ФИО2 в суд с заявлением об установлении ему процентного вознаграждения в размере 1 400 000 руб., исчисленного по правилам пункта 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве (семь процентов от размера удовлетворенных требований кредиторов).

Признавая обоснованным требование управляющего об установлении ему процентного вознаграждения в указанном размере, суд первой инстанции и согласившийся с ним апелляционный суд, проверив представленный управляющим расчет процентного вознаграждения, признали его правильным, а проанализировав деятельность конкурсного управляющего, оценив его вклад в достижение цели по погашению требований залогового кредитора, пришел к выводу о том, что именно эффективные действия конкурсного управляющего ФИО2 в большей части способствовали достижению цели удовлетворения требования залогового кредитора. При этом судами также было учтено, что часть работ, направленных на достижение указанной цели – по оспариванию сделки должника с залоговым имуществом, по результатам которого оно было возвращено в конкурсную массу, его инвентаризации, была выполнена конкурсным управляющим ФИО4 (правопредшественником ФИО2), а также заключение между ними (ФИО4 и ФИО2) соглашения, в соответствии с которым ФИО4 отказался от процентов по вознаграждению от продажи залога в пользу управляющего ФИО2, отклонив как несостоятельные доводы уполномоченного органа относительно неверного исчисления ФИО2 размера процентного вознаграждения, об отсутствии у ФИО4 права на процентное вознаграждение вследствие его отстранения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

При этом исходили из следующего.

Суды сочли ошибочными доводы уполномоченного органа о неверном исчислении управляющим размера процентного вознаграждения, основанные на суждении о необходимости проведения расчета размера такого вознаграждения с суммы фактического погашения требования залогового кредитора, рассчитанной в соответствии с положениями абзаца 5 пункта 5 статьи 18.1 и пункта 1 статьи 138 Закона о банкротстве, и де факто составляющей 70 % от размера требования залогового кредитора за минусом расходов на оценку и торги (13 872 600,89 руб), учитывая, что сумма превышения размера оценки имущества, оставленного залоговым кредитором за собой, над размером обеспеченного залогом требования в безусловном порядке подлежит передаче должнику.

Указанная позиция уполномоченного органа признана судами противоречащей, как общему законодательному подходу к праву залогового кредитора на преимущественное получение удовлетворения своего требования за счет предмета залога, его стоимости (без какихлибо изъятий в интересах иных кредиторов должника), так и установленному Законом о банкротстве (статьей 138) порядку процентного распределения денежных средств, за базу которой взята именно сумма средств от реализации предмета залога, а не какая-либо иная.

Принимая во внимание, что реализация предмета залога в деле о банкротстве является обособленной (от остальной процедуры) процедурой, касающейся судьбы исключительно данного залогового имущества, суды, анализируя деятельность ФИО2 и исполнявшего до его назначения полномочия конкурсного управляющего должником ФИО4, установили выполнение ими по совокупности должных и исчерпывающих по своему содержанию мер и действий, способствовавших достижению положительной цели удовлетворения требования залогового кредитора. Так, судами установлено, что все необходимые мероприятия по поиску и возврату имущества в конкурсную массу (оспаривание сделки с ним, последующую его инвентаризацию и оценку) осуществил управляющий ФИО4, деятельность по последующей реализации указанного имущества была проведена ФИО2 Судами отмечено, что активные действия ФИО2 в большей части способствовали достижению цели погашения требований (как по объему, так и по своему содержанию), не ограничивались формальным контролем со стороны управляющего, а, напротив, ввиду неактуальности проведенной ФИО4 оценки ФИО2 была проведена новая оценка, а кроме того, разработан и направлен в адрес залогового кредитора проект Положения о торгах с содержащимися в нем предложениями управляющего, в том числе, по начальной цене продажи предмета залога и кандидатуре электронной площадки, которые были восприняты залоговым кредитором; проведены мероприятия по реализации залогового имущества (осуществлены соответствующие публикации, связанные с торгами; контактирование с потенциальными покупателями, их ознакомление с выходом на место с предметом торгов), также управляющим осуществлялось постоянное взаимодействие с залоговым кредитором (что в свою очередь обеспечило условия оставления им предмета залога за собой по цене, значительно превышающую его первоначально определенную (ФИО4) стоимость, и, как следствие, возможность получения иными кредиторами удовлетворения своих требований от залогового имущества. При этом фактов ненадлежащего исполнения (неисполнения) ФИО2 своих обязанностей, в результате которых кредиторам причинены убытки, либо искажено формирование конкурсной массы, либо возникли иные необратимые последствия для целей проведения процедуры конкурсного производства, судами установлено не было. Также судами была отмечена активная правовая позиция конкурсного управляющего ФИО2 в целом при рассмотрении споров, связанных с формированием конкурсной массы (в частности, с оспариванием сделок).

С учетом изложенного, а также состоявшегося между управляющими ФИО4 и ФИО2 соглашения (по условиям которого ФИО4 отказался в пользу ФИО2 от процентов по вознаграждению), судами был отклонен довод уполномоченного органа о необходимости применения к требованию ФИО2 принципа пропорционального распределения соответствующей суммы вознаграждения между двумя управляющими.

Ссылку уполномоченного органа на судебный акт о признании недействительными действий управляющего ФИО4, как обстоятельство, исключающее право ФИО4 претендовать на процентное вознаграждение от реализации залогового имущества (и как следствие отказаться от него в пользу другого лица), суды отклонили, отметив, что указанный судебный акт не содержит выводов о совершении ФИО4 противозаконных действий в отношении залогового имущества, при том, что эффективные действия ФИО4 в отношении данного имущества по оспариванию сделки привели к его возврату в конкурсную массу.

При таких обстоятельствах, учитывая хронологию производства по настоящему банкротному делу, суды пришли к заключению, что именно эффективное проведение финансовым управляющим ФИО2 мероприятий в процедуре банкротства, его активные действия по реализации конкурсной массы должника (залогового имущества) способствовали поступлению денежных средств в большем объеме, чем было бы при реализации имущества по первоначальной цене, установленной конкурсным управляющим ФИО4, в связи с чем признали обоснованным требование управляющего об установлении ему процентного вознаграждения.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает.

Согласно пунктам 1 и 3, пункту 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение, которое состоит из фиксированной суммы и суммы процентов; сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего поставлена в зависимость от размера удовлетворенных требований кредиторов.

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце первом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», вознаграждение управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 ГК РФ), к нему применяются правила о договоре возмездного оказания услуг.

В настоящее время сформированные судебной практикой подходы о частноправовом встречном характере вознаграждения арбитражного управляющего получили законодательное закрепление в пункте 18 статьи 20.6 Закона о банкротстве, согласно которому основанием для снижения процентной части вознаграждения арбитражного управляющего является ее явная несоразмерность вкладу управляющего в достижение результатов процедуры банкротства.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные Законом о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Таким образом, при установлении процентного вознаграждения суды должны дать оценку личного (индивидуального) вклада управляющего в результат, выразившийся в погашении требований кредиторов, в том числе залогового кредитора.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий (абзац второй пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве»).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 18 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025, ординарный характер действий арбитражного управляющего сам по себе не является основанием для отказа во взыскании вознаграждения, однако стимулирующее вознаграждение не может быть установлено в максимальном размере, если часть обязанностей управляющим не выполнялась или была выполнена иными лицами.

Оценка вклада арбитражного управляющего при осуществлении им обязанностей конкурсного управляющего должником, эффективности такого вклада в целях установления размера вознаграждения в виде процентов напрямую относится к дискреции суда. Степень снижения размера вознаграждения определяется судом, рассматривающим обособленный спор, исходя из фактических обстоятельств дела, являющихся предметом исследования и оценки.

В рассматриваемом случае, руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения спорящих лиц, учитывая конкретные обстоятельства дела, и, установив, что требования залогового кредитора должника удовлетворены и данному обстоятельству способствовали активные и эффективные действия управляющего ФИО2, а его участие в процедуре банкротства должника не ограничивалось формальным контролем, отсутствие на стороне финансового управляющего ФИО2 признаков недобросовестных действий (бездействия), а также принимая во внимание соглашение между ФИО2 и предыдущим конкурсным управляющим должника (об отказе им от процентного вознаграждения в пользу ФИО2), проанализировав также действия последнего на предмет направленности на достижение цели погашения требования залогового кредитора, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о праве ФИО2 на получение процентного вознаграждения, заключив, что проценты по вознаграждению в размере 1 400 000 руб. являются соразмерным поощрением управляющего за его вклад в достижение цели процедуры банкротства, удовлетворяющим соблюдение баланса интересов как управляющего, так и кредиторов.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Приведенный уполномоченным органом в кассационной жалобе довод о неверной оценке судами вклада управляющего в достижение положительного результата в виде погашения требований залогового кредитора и, как следствие, размера процентного вознаграждения, отклоняется судом округа, поскольку определение конкретного размера данного вознаграждения не является выводом о применении нормы права; установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов в рамках конкретного дела, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку фактически дублируют ранее приводимые им аргументы и обстоятельства, которые являлись предметом детальной проверки и исследования судов первой и апелляционной инстанций, получили с их стороны надлежащую и исчерпывающую правовую оценку с подробным изложением мотивов отклонения и, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, направлены на их переоценку.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

Поскольку неправильного применения судами норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, то основания для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.07.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2025 по делу № А12-96/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья	Е.В. Богданова

Судьи	А.А. Минеева

В.А. Самсонов