ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-52881/2021

27 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена   20 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 марта 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе   

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,      судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 10.10.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-41843/2023) конкурсного управляющего ООО «ЛенСтройКомпания» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.11.2023 по обособленному спору № А56-52881/2021/суб.1 (судья Новоселова В.Л.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «ЛенСтройКомпания» к ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЛенСтройКомпания»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратилось ООО «Строй-Неруд» с заявлением о признании ООО «ЛенСтройКомпания» несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 09.07.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением арбитражного суда от 19.08.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО7.

Решением арбитражного суда от 16.12.2021 ООО «ЛенСтройКомпания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО7

Публикация сведений о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства размещена в газете «Коммерсантъ» от 25.12.2021 № 236.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, с учётом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений, о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а именно - ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, и взыскании с них в конкурсную массу 44 333 530,67 руб.

Определением арбитражного суда от 15.03.2023 к участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве соответчика привлечен ФИО6, который являлся участником ООО «ЛенСтройКомпания» с 19.04.2019.

Определением арбитражного суда от 15.11.2023 заявление удовлетворено частично, ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЛенСтройКомпания» (ИНН 

<

***>), рассмотрение заявления конкурсного управляющего приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «ЛенСтройКомпания» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение в части отказа в удовлетворении заявленных требований отменить, привлечь ФИО2, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Конкурсный управляющий считает, что ответчиками (ФИО2 и ФИО5) осуществлялись целенаправленные действия по выводу активов должника, которые привели к банкротству организации и причинили вред имущественным правам кредиторов, которые лишены возможности получить удовлетворение своих требований в связи с такими действиями. Кроме того, управляющий ссылается на аффилированность ООО «Строй-Неруд» по отношению к должнику и уменьшение активов должника по вине мажоритарного участника Общества (должника), избравшего его руководителя и отсутствием контроля с его стороны за деятельностью Общества, наращивание кредиторской задолженности, а также совершение сделок не в интересах должника.

От ФИО2 поступил отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

До судебного заседания от конкурсного управляющего ООО «ЛенСтройКомпания» в порядке части 2 статьи 156 АПК РФ поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

В судебном заседании представитель ФИО2 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Возражений против проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы (в части отказа в удовлетворении заявления) не заявлено. С учетом положений части 5 статьи 268 АПК РФ, законность и обоснованность обжалуемого определения проведена в пределах доводов апелляционной жалобы.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, возражения ФИО2 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции в его обжалуемой части, исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Таким образом, как правильно отметил суд первой инстанции, при рассмотрении настоящего заявления применению подлежит глава III.2 Закона о банкротстве.

 Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

 Согласно подпунктам 1, 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника. 

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

Конкурсный управляющий в своем заявлении  просил привлечь к субсидиарной ответственности следующих лиц: ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6. 

Как следует из материалов обособленного спора, в период с 24.03.2010 по 19.04.2019 ФИО2 являлся учредителем и руководителем должника. 

С 20.04.2019 года по 17.03.2020 руководителем ООО «ЛенСтройКомпания» назначен ФИО5. 

Также, 19.04.2019 ФИО2 в пользу ФИО6 отчуждена доля в уставном капитале ООО «ЛенСтройКомпания» в размере - 35,217%. С 18.03.2020 генеральным директором должника являлся ФИО4. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи. 

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. В случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков (пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом). 

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд входит установление следующих обстоятельств: - возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; - момент возникновения данного условия; - факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; - объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления.

Одновременно в силу пункта 2 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №53 от 21.12.2017 при рассмотрении вопросов о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

 Иными словами, необходимым элементом юридического состава субсидиарной ответственности контролирующего должника лица является причинная связь между его действиями и наступившим (по причине несвоевременной подаче заявления) вредом кредиторам. 

Вместе с тем в пункте 12 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №53 от 21.12.2017 отмечается, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

 Таким образом, исходя из содержания перечисленных норм и их толкования, данного в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации №53 от  21.12.2017, на заявителя в споре о привлечении к субсидиарной ответственности на основании части 1 статьи 9 Закона о банкротстве по правилам статьи 65 АПК РФ возлагается обязанность представить обоснованные доводы о моменте возникновения объективного банкротства. Ответчик, в свою очередь, вправе опровергать презумпции пункта 12 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №53 от 21.12.2017. 

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. 

Между тем, как обоснованно указал суд первой инстанции, конкурсным управляющим не указано наличие и размер обязательств, возникших после определенной даты и неисполненных должником, равно как не определена дата возникновения у должника признаков объективной неплатежеспособности, после которой ФИО4 обязан был обратиться с соответствующим заявлением в арбитражный суд. В материалах дела также отсутствуют доказательства, подтверждающие, что должник в лице своего руководителя продолжал осуществлять действия, направленные на увеличение кредиторской задолженности. Вместе с тем, суд отмечает, что сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412 по делу N А40-170315/2015).

 В результате оценки доказательств, представленных конкурсным управляющим в обоснование требования о привлечении ответчика ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЛенСтройКомпания» в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, суд первой инстанции  признал недоказанными обстоятельства, с которыми законодатель связывает возникновение обязанности по обращению в арбитражный суд с таким заявлением, и объем неисполненных обязательств у должника, возникших у должника после истечения срока исполнения обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. При этом  судом первой инстанции также было установлено, что с момента возникновения признаков неплатежеспособности ответчиком не были допущены действия, направленные на наращивание кредиторской задолженности путём принятия дополнительных заведомо неисполнимых обязательств. Опровергающих указанный вывод доказательств в материалы спора не представлено.

В свою очередь, как правильно указал суд первой инстанции, возникновение обязательств, по которым впоследствии были вынесены судебные акты о взыскании задолженности, соответствует периоду отсутствия у должника признаков неплатежеспособности, в связи с чем, они не могут быть квалифицированы как направленные на причинение имущественного вреда обществу и его кредиторам.

 Поскольку после возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд фактически новые обязательства не возникали, следовательно, дополнительной кредиторской задолженности не привлекалось, таким образом, имущественный вред конкурсным кредиторам не был причинен фактом необращения руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В указанной части выводы суда первой инстанции конкурсным управляющим не были оспорены и переоценке либо пересмотру апелляционным судом не подвергаются.

 В обоснование доводов о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО2 и ФИО5 конкурсный управляющий в своем заявлении указываал на совершение 27.04.2019 договора купли-продажи №2 между ООО «ЛенСтройКомпания» в лице руководителя ФИО5 и ФИО2, транспортного средства марки MERCEDES-BENZ GLS 500 4 MATIC, легковой, год выпуска 2016, модель, № двигателя 27892830330141 по цене 5 000 000 руб. По мнению конкурсного управляющего, транспортное средство было передано ФИО2 без получения встречного исполнения, что повлекло за собой причинение должнику убытков в виде выбытия актива.

 Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

 В пункте 23 Постановления N 53 разъяснено, что к числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

В соответствии с общепринятой судебной практикой, изложенной в пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», для привлечения к ответственности необходимо установить причинно-следственную связь между действиями контролирующих должника лиц и несостоятельностью должника. Кроме того, в пункте 16 Постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 23 Постановления № 53, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве, однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. 

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

 Между тем, как обоснованно указал суд первой инстанции в обжалуемом определении,  материалами дела установлено, что обстоятельства совершения спорной сделки исследованы судом в рамках рассмотрения заявления конкурсного управляющего, в том числе, к ФИО2 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 27.04.2019 №2, заключенного между ООО «ЛенСтройКомпания» и ФИО2, в отношении вышеуказанного транспортного средства. При разрешении вышеуказанного спора о признании сделки недействительной судом было установлено, что решением Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 27.05.2022 по делу №2-5609/2022 удовлетворены исковые требования конкурсного управляющего ООО «ЛенСтройКомпания» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи транспортного средства от 27.04.2019 №2, а именно с ФИО2 в пользу ООО «ЛенСтройКомпания» взыскана задолженность по договору от 27.04.2019 №2 в размере 5 000 000 руб., неустойка в размере 274 500 руб. за период с 01.06.2019 по 30.11.2020, неустойка за период с 01.12.2020 по 27.05.2022 в размере 271 500 руб., неустойка, начисляемая на сумму основного долга 5 000 000 руб. из расчета 0,01% за каждый день просрочки, начиная с 27.05.2022 и по день фактического исполнения обязательств возвраты суммы долга. В свою очередь, денежные средства в общем размере 5 765 527 руб., взысканные решением суда общей юрисдикции  по делу №2-5609/2022, внесены третьим лицом в конкурсную массу должника за ФИО2 

Суд первой инстанции констатировал, что конкурсный управляющий при рассмотрении вышеуказанного спора подтвердил факт поступления денежных средств в указанном размере в конкурсную массу должника.

 Таким образом, как правильно отметил суд первой инстанции, установленными фактическими обстоятельствами дела подтверждается, что стоимость спорного автомобиля оплачена ответчиком ФИО2, соответственно, должником по оспариваемой сделке было получено равноценное встречное предоставление со стороны ФИО2

 Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 18.08.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ЛенСтройКомпания» о признании недействительными сделок отказано. 

Как полагает апелляционный суд, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том. что  конкурсным управляющим не приведены обстоятельства, связанные с наличием причинно-следственной связи между совершением вышеуказанной сделки и наступлением банкротства должника, равно как не представлены факты, позволяющие сделать вывод о том, что обстоятельства совершенного договора купли-продажи выходили за пределы рамок обычного гражданского оборота. В свою очередь, по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, судом установлено, что сделка с транспортным средством совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности по рыночным условиям, при этом, как пояснил конкурсный управляющий денежные средства, вырученные от продажи транспортного средства, в конечном итоге поступили на расчетный счет должника.

 В этой связи суд первой инстанции в обжалуемом определении правомерно отметил, что заявленные доводы аналогичны уже рассмотренным в рамках оспоренной сделки, при этом иных оснований  конкурсным управляющим при подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности не приведено.

При этом суд первой инстанции обоснованно указал, что  упомянутая конкурсным управляющим сделка с ФИО2 не являлась для должника убыточной и значимой применительно к масштабам его хозяйственной деятельности. В этой связи к правоотношениям сторон подлежали применению разъяснения, приведенные в пункте 20 Постановления № 53: в том случае, когда не доказана возможность применения презумпций, конкурсный управляющий вправе доказать, что действиями контролирующих должника лиц были причинены убытки. Однако, в этом случае необходимо указать конкретные действия, причинившие убытки, вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями и убытками (глава 25 ГК РФ).

 При этом указанные элементы не нашли своего документального подтверждения.  Наличие оснований для применения презумпции доведения должника до банкротства действиями ФИО2 и ФИО5 конкурсным управляющим не доказано. 

На основании фактических обстоятельств дела, с учетом представленных конкурсным управляющим документов, судом первой инстанции сделан обоснованный  вывод об отсутствии надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих, что именно ответчиками ФИО2 и ФИО5 были совершены сделки, повлекшие за собой банкротство должника.

Апелляционный суд отмечает, что при подаче апелляционной жалобы конкурсный управляющий не привел каких-либо юридически значимых обстоятельств, позволяющих апелляционному суд осуществить переоценку вышеуказанным выводам суда первой инстанции, притом, что сама по себе апелляционная жалоба по своему содержанию не носила информативный характер, при отсутствии каких-либо дополнений со стороны конкурсного управляющего. 

 В обоснование привлечения к субсидиарной ответственности ответчика ФИО6 конкурсный управляющий указывал, что уменьшение активов должника произошло по вине указанного участника, при котором произошло наращивание кредиторской задолженности в результате совершения убыточных для должника сделок. 

В подтверждение изложенного довода конкурсный управляющий ссылался на то, что основным контрагентом должника являлось ООО «Строй-Неруд», с которым был заключен договор поставки № 14-11/02/ДП от 14.11.2014 года сроком действия до 31.12.2019 года, при этом денежных средств на расчетный счет ООО «ЛенСтройКомпания» от ООО «Строй-Неруд» не поступало.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении указал, что  задолженность ООО «ЛенСтройКомпания» перед ООО «Строй-Неруд» образовалась в связи с неисполнением должником обязательств по договорам целевых займов. 

Решением от 25.05.2020 года по делу № А56-8673/2020 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области взыскал с ООО «ЛенСтройКомпания» в пользу ООО «Строй-Неруд» - 5 806 109 руб. 25 коп. задолженности, 385 346 руб. 93 коп. процентов за пользование займом по состоянию на 03.02.2020, 687 395 руб. 08 коп. неустойки за просрочку возврата суммы займа по состоянию на 03.02.2020, а также взыскал неустойку в размере 0,1% начисленную на сумму задолженности, за период с 04.02.2020 по день фактической оплаты задолженности.

 Решением от 25.05.2020 года по делу № А56-8674/2020 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области взыскал с ООО «ЛенСтройКомпания» в пользу ООО «Строй-Неруд» 8 064 965 руб. 56 коп. задолженности, 386 982 руб. 59 коп. процентов за пользование займом по состоянию на 04.02.2020, 408 392 руб. 05 коп. неустойки за просрочку возврата суммы займа по состоянию на 04.02.2020, а также взыскал неустойку в размере 0,1%, начисленную на сумму задолженности, за период с 05.02.2020 по дату фактической оплаты. 

При этом  судом установлено, что ООО «Строй-Неруд» и должник являются взаимозависимыми аффилированными компаниями, поскольку лица, входящие в состав органов управления ООО «ЛенСтройКомпания» и ООО «Строй-Неруд» взаимосвязаны по линии родства через ФИО6 (бенефициар и мажоритарный участник должника), его дочь ФИО8 (единственного участника кредитора) и ФИО9 (мужа ФИО10, генерального директора кредитора с 19.12.2019). 

Указанные обстоятельства подтверждаются, в частности, сведениями из ЕГРЮЛ в отношении должника и ООО «Строй-Неруд». 

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов. При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления N 53). Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. 

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 28.04.2023 ввиду установленных обстоятельств аффилированности сторон, суд пришел к выводу о том, что требование ООО «Строй-Неруд» подлежит исключению из реестра требований кредиторов должника и подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). 

Таким образом, вступившим в законную силу определением суда установлено, что вышеуказанные договоры займа представляли собой компенсационное финансирование в условиях доказанности реальности сделок и их возмездного характера в отсутствие доказательств противоправного интереса ответчиков в заключении займов, как и существенной убыточности таких сделок для должника.

 Также суд первой инстанции в обжалуемом определении обоснованно отметил, что реальность заемных правоотношений документально подтверждена и конкурсным управляющим не оспаривалась до момента обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, указанные сделки недействительными не признаны, о фальсификации договоров никем не заявлено.

 Оценивая доводы участвующих в деле лиц, суд первой инстанции  исходил из того, что в данном случае не имеется оснований для признания договоров займа заведомо убыточными сделками, учитывая, что в данном случае предоставление должнику займов аффилированным лицом не может рассматриваться как сделки, совершенные с целью причинения имущественного вреда кредиторам. В свою очередь,  сделок по передаче активов от должника к ООО «Строй-Неруд» судом не выявлено, равно как признаков преднамеренного либо фиктивного банкротства арбитражный управляющий также не обнаружил. 

Вышеуказанные выводы суда первой инстанции послужили основанием для постановки вывода об отсутствии достаточных процессуальных оснований по привлечению ФИО6 к субсидиарной ответственности и с данным выводами апелляционный суд согласен, отмечая, что апелляционная жалоба не содержит каких-либо иных юридически значимых фактов и доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции и позволяющих их переоценить. 

В своем заявлении конкурсный управляющий также ссылался на бездействие ответчиков по передаче документации должника, что привело к существенным затруднением проведения процедуры банкротства.

 В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда:  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подп. 2); документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подп. 4).

 Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Закона о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

 Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

 Как следует из материалов дела, 30.04.2019 года между ФИО2 и ФИО11 состоялась передача документов должника в полном объеме по описи от 30.04.2019. В свою очередь, ФИО11 и ФИО4 17 марта 2020 года подписан акт приема-передачи документов.

 Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 01.07.2022 по делу №А56-52881/2021/истр1 суд обязал бывшего руководителя ООО «ЛенСтройКомпания» ФИО4 передать конкурсному управляющему ООО «ЛенСтройКомпания» ФИО7 документы бухгалтерской и иной документации должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника, указанные в резолютивной части определения. Однако, до настоящего времени, истребуемая документация не передана конкурсному управляющему. 

Суд первой инстанции в обжалуемом определении констатировал, что в материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего исполнения обязанности по хранению бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации. 

ФИО4 в материалы обособленного спора представлены сведения о том, что финансово-хозяйственные документы должника были изъяты 03.06.2021 сотрудниками ОБЭП УМВД Всеволожского района Ленинградской области, что препятствует исполнению ответчиком своих обязанностей по передаче документов конкурсному управляющему. Между тем, суд первой инстанции оценил данный довод критически, поскольку приведенная позиция не подтверждена документально, при этом в материалах дела отсутствует документально оформленные сведения о проведении мероприятий по изъятию документов общества, в связи с чем, заявленных ФИО4 довод не был принят судом в качестве надлежащего доказательства отсутствия у него необходимых документов. 

Поскольку отсутствие первичной документации, исключает возможность формирования конкурсной массы за счет реализации права требования должника к дебиторам, суд первой инстанции признал выявленные обстоятельства достаточными для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В указанной части определение суда первой инстанции не обжалуется, в том числе и не подана апелляционная жалоба со стороны ФИО4, в связи с чем апелляционный суд не подвергает пересмотру вышеуказанные выводы суда первой инстанции в указанной части, при этом полагая данные выводы в полной мере обоснованными и подтвержденными документально.

 При этом согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве (субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов), невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

 В соответствии с пунктом 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Вопрос об определении размера субсидиарной ответственности и отчет арбитражного управляющего о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, рассматриваются в одном судебном заседании.

 Принимая во внимание, что на момент рассмотрения судом первой инстанции  заявления конкурсного управляющего конкурсная масса не сформирована, расчеты с кредиторами не произведены, суд ограничился принятием судебного акта  о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в отношении ФИО4 При этом в части определения размера такой ответственности производство по заявлению конкурсного управляющего правомерно было приостановлению до момента формирования конкурсной массы и произведения расчета с кредиторами с целью определения точного размера задолженности по итогам удовлетворения требований кредиторов. 

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции в его обжалуемой части, полагая выводы суда первой инстанции в данной части обоснованными и правильными, отмечая дополнительно, что в апелляционной жалобе не содержится каких-либо доводов и аргументов, указывающих на возможность иной переоценки выводов суда первой инстанции

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 15.11.2023 по обособленному спору №  А56-52881/2021/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская

 

 И.В. Сотов