ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

14.09.2020

Дело № А40-246815/2017

Резолютивная часть постановления объявлена   07.09.2020 

Полный текст постановления изготовлен  14.09.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей Зверевой Е.А., Петровой Е.А.,

при участии в судебном заседании:

от АО «Орион» - ФИО1, доверенность от 17.06.2020,

от ФИО2 – ФИО3, доверенность от 04.09.2020,

рассмотрев 07.09.2020 в судебном заседании кассационные жалобы конкурного управляющего должника, АО «Орион»

на определение Арбитражного суда  города Москвы от 22.01.2020,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2020

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении  ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО НПО «Танаис»

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.09.2018 в отношении ООО НПО «Танаис» открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО9 Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсное производство опубликовано конкурсным управляющим в газете "Коммерсантъ" №183 от 06.10.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы суда от 22.01.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2020, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с судебными актами по обособленному спору, конкурный управляющий должника и АО «Орион» обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Московского округа, в которых просят определение и постановление судов  отменить, принять по спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование доводов кассационной жалобы конкурсный управляющий ссылается на необоснованность отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 как наследницы бывшего генерального директора. Кассатор полагает, что вывод суда о том, что ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 не являются контролирующими лицами, не соответствует фактическим обстоятельствам и положениям закона. Конкурсный управляющий должника указывает, что суды не дали оценку всем обстоятельствам, указанным конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

АО «Орион» в своей кассационной жалобе также ссылается на то, что суды не дали оценку обстоятельствам заключения и одобрения ответчиками сделок должника, обстоятельствам  не передачи документации должника конкурсному управляющему.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 07.09.2020 по делу по основаниям, предусмотренном ст.18 АПК РФ,  произведена замена судей  Каменецкого Д.В. и Голобородько В.Я. на судей  Звереву Е.А. и Петрову Е.А.

Судом в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв  ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 на кассационную жалобу.

В судебном заседании представитель АО «Орион» на доводах кассационных жалоб настаивал.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей  лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационных жалоб, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла  к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника ООО НПО «Танаис» с 13.06.2012 учредителями (участниками) должника являлись: ФИО4 - размер доли 19%, ФИО5 - размер доли 19%, ФИО6 - размер доли 19%, ФИО7 - размер доли 19%, ФИО8 - размер доли 5%, ФИО10 - размер доли 19%.

Как следует из материалов дела и указано судами, в обоснование заявления о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал, что контролирующими должника лицами не исполнена обязанность по подаче в суд заявления о признании общества банкротом; не переданы конкурсному управляющему документы, отражающие хозяйственную деятельность должника, совершены и одобрены сделки, причинившие вред имущественным правам кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, указал, что ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 не являются контролирующими должника лицами по смыслу ст.61.10 Закона о банкротстве, указанные ответчики не подлежат привлечению к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом в силу ст.ст.9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ и за не передачу документации общества должника конкурсному управляющему в силу их статуса участников общества, а не руководителя общества; конкурсным управляющим не доказано, что при совершении сделок у учредителей имелась возможность оказания влияния по их совершению и получение финансовой выгоды от совершения сделок. В отношении требований конкурсного управляющего к ФИО2 суды пришли к выводу о том, что  она как наследник умершего руководителя должника ФИО10 не отвечает за действия бывшего руководителя должника, в том числе и унаследованным имуществом. 

Между тем судами не учтено следующее.

Судом первой инстанции установлено, что бывший руководитель должника ФИО10 умер 23.05.2018, заявление конкурсным управляющим о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд 24.04.2019. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.12.2019 №303-ЭС19-15056 по делу №А04-7886/2016, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. Иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым. Для реализации права кредитора на судебную защиту не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности: до либо после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе (при банкротстве умершего гражданина - § 4 главы X Закона о банкротстве) и может быть удовлетворен только в пределах стоимости наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом не имеет значения вошло ли непосредственно в состав наследственной массы то имущество, которое было приобретено (сохранено) наследодателем за счет кредиторов в результате незаконных действий, повлекших субсидиарную ответственность. 

С учетом указанной правовой позиции судебная коллегия кассационной  инстанции считает, что вывод суда об отсутствии оснований для возложения на наследника  бывшего руководителя ответственности за его действия (бездействие) является ошибочным. 

При этом судами вопрос о наличии оснований для привлечения самого ФИО10 как бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности не исследовался.

Не может суд согласиться и с выводами судов о том, что ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и  ФИО8 не являются контролирующими должника лицами, как основанными на неправильном толковании положений закона.

В силу п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее- Постановление №53)  само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника. В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции", статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках") вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и  ФИО8, с учетом установленных судом  их долей  в обществе,  в совокупности имеют 81% доли в установленном капитале общества.

Доводов о том, что указанные ответчики в совокупности не имеют 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием либо их голосов недостаточно для назначения (избрания) руководителя должника, ответчики в судебном заседании не приводили, презумпцию, предусмотренную подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, не опровергали. Не приводилось  ответчиками и доводов в подтверждение отсутствия у них  права давать обязательные для исполнения должником указания или возможности в силу нахождения с должником должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя должника иным образом (ст.2 в редакции Закона до вступления в силу Федерального закона №266-ФЗ).

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении  ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и  ФИО8 к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом, суды руководствовались ст.ст.9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ.

Действительно Закон о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ не предусматривал обязанности учредителей общества по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Вместе с тем с 01.07.2017 статья 9 Закона о банкротстве дополнена пунктом 3.1, согласно которому если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

При этом заявление о признании должника ООО НПО «Танаис» несостоятельным (банкротом) подано кредитором 20.12.2017, дело возбуждено 26.12.2017.

Из судебных актов не следует, что судами проверены доводы конкурсного управляющего о наступлении признаков объективного банкротства должника по состоянию на 31.03.2014, либо установлена иная дата возникновения признаков объективного банкротства должника. Судами не исследовалось возникновение обязанности у руководителя должника подать заявление о признании должника в ту или иную дату, а также, не возникло ли такой обязанности у участников общества должника в период с 01.07.2017 по  26.12.2017  в силу п.3.1 ст.9 Закона о банкротстве. При этом суд округа обращает внимание, что судами не выяснялись обстоятельства наличия обязательств должника перед кредиторами, возникшими в период с даты, когда должно было быть подано заявление и  до  возбуждения дела о банкротстве (ст.10 и ст.61.12 Закона о банкротстве в соответствующей редакции).    

Согласно разъяснениям,  изложенным в п.24 Постановления №53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации.

Конкурсный управляющий ссылался в судах, что после смерти руководителя должника 24.05.2018 участники общества должника не инициировали и не проводили общее собрание с целью назначения генерального директора, что привело к утрате документации должника и невозможности формирования конкурсной массы и взыскания дебиторской задолженности, в отсутствие руководителя должника участники  не приняли мер по сохранности имущества и документации должника.

Однако указанным доводам надлежащая оценка судами не дана.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В суде первой инстанции конкурсный управляющий также ссылался на обстоятельства совершения должником сделок, причинившим вред имущественным правам кредиторов должника (т.1 л.д.2, т.2 л.д.2, 85). 

Так, конкурсный управляющий указывал, что участниками должника 29.10.2014 одобрено заключение должником дополнительного соглашения  №2  к договору процентного займа об увеличении процентной ставки по займу и продление срока возврата займа, по мнению конкурсного управляющего, убыточной сделки, приведшей к банкротству должника.

Однако, перечисленные доводы  конкурсного управляющего, а равно и возражения ответчиков в указанной части, судами не проверялись, обстоятельства заключения и одобрения сделки, наличие или отсутствие обстоятельств причинения сделкой вреда имущественным правам кредиторов судами не устанавливалось. Судами не исследовалось, привела ли сделка к банкротству должника либо указанной сделкой причинены убытки (п.п.17, 20 Постановления №53).

В отношении доводов кассационных жалоб об отсутствии оценки судами обстоятельств заключения должником лицензионного договора №Т-1/2016 от 16.12.2016  между должником и ООО НПО «ОФК» суд округа отмечает, что при рассмотрении обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности оценка доводам управляющего о причинении указанной сделкой вреда имущественным правам кредиторов не дана.

В то же время согласно общедоступным сведениям, размещенным в карточке дела о банкротстве должника на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, определением Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2019 , оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2019, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным лицензионного договора №Т-1/2016 от 16.12.2016  между должником и ООО НПО «ОФК» на основании п.п.1 и 2 ст.61.2 Закона о банкротстве отказано, в судебных актах отражены выводы судов об отсутствии доказательства причинения в результате сделки вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

При этом в соответствии со статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны: доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что судебные акты по спору подлежат отмене, поскольку суды не установили фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, не исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, неправильно применили нормы материального права.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, исследовать наличие или отсутствие оснований для привлечения ФИО10 как бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, при установлении обстоятельств наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности определить стоимость наследственного имущества (п.1 ст.1175 ГК РФ); дать оценку доводам конкурсного  управляющего по заявленным основаниям привлечения ответчиков   - участников общества к субсидиарной ответственности и возражениям  ответчиков по заявленным требования, установить фактические обстоятельства наличия или отсутствия оснований для привлечения ответчиков   - участников общества к субсидиарной ответственности; после чего всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, и с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Москвы от 22.01.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2020 по делу № А40-246815/2017 отменить, обособленный спор  направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЕ.Н. Короткова 

Судьи:Е.А. Зверева

                                                                                                    Е.А. Петрова