﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 мая 2021 года

Дело №

А56-138352/2018/суб.

 Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Воробьевой Ю.В., Мирошниченко В.В.,

 при участии Панфёрова А.Н. (паспорт), его представителей –          Фёдорова Б.В. (доверенность от 29.09.2020, паспорт) и Янталёва П.М. (доверенность от 10.03.2021), представителей Григорьева В.А. – Угрюмова А.В. (доверенность от 25.12.2020, паспорт), Лухина М.Б. – Большакова С.А. (доверенность от 26.03.2020, паспорт),

 рассмотрев 19.05.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы Панферова Александра Николаевича, индивидуального предпринимателя Егорова Максима Максимовича и Григорьева Владислава Анатольевича на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2021 по делу № А56-138352/2018/суб.,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.06.2019 общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ВЕТЕРАНЫ СПЕЦСЛУЖБ-ТЕХНИКА» (ОГРН 1097847106323, адрес: 197198, Санкт-Петербург, ул. Съезжинская, дом 19, литер А, пом. 3-Н офис 5Г, далее также – Общество)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Чесноков Станислав Валерьевич. 

Определением суда первой инстанции от 06.12.2019 прекращено производство по делу о банкротстве в отношении должника.

В рамках процедуры конкурсного производства 24.10.2019 кредитор-заявитель индивидуальный предприниматель Егоров Максим Максимович обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывших руководителей и контролирующих должника лиц – Ступина  Максима Николаевича, Панферова Александра Николаевича, Лухина Михаила Борисовича, Григорьева Владислава Анатольевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с них солидарно в порядке субсидиарной ответственности 10 769 351 руб. 20 коп.

В обоснование заявления ИП Егоров М.М. ссылался на то, что директор должника Григорьев В.А. уклонился от передачи конкурсному управляющему бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации. Кроме того, заявитель ставит в вину ответчикам необращение с заявлением о признании должника банкротом, что в соответствии с положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) презюмирует наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности; совершение контролирующими должника лицами сделок по выводу активов, повлекших причинение вреда должнику и его кредиторам, недобросовестное поведение участников Общества и ненадлежащий контроль с их стороны за его деятельностью. 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2020 по делу № А56-138352/2018/суб. заявление удовлетворено в полном объеме.

Установив основания для безусловной отмены определения суда первой инстанции от 11.03.2020, суд апелляционной инстанции определением от 01.06.2020 перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2020 заявление ИП Егорова М.М. о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в размере 10 769 351 руб. 20 коп. оставлено без рассмотрения. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.11.2020 постановление апелляционного суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

При новом рассмотрении постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2021 определение суда первой инстанции от 11.03.2020 отменено, Панферов А.Н. и Григорьев В.А. привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с указанных лиц в пользу единственного кредитора – ИП Егорова М.М. взыскано солидарно 10 769 351 руб. 20 коп.; в части привлечения к субсидиарной ответственности Ступина М.Н. и Лухина М.Б. в удовлетворении заявления отказано.

С кассационными жалобами на указанное постановление апелляционного суда обратились как заявитель, так и  ответчики – Панферов А.Н. и        Григорьев В.А.

ИП Егоров М.М. в кассационной жалобе просит указанное постановление апелляционного суда изменить, привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника всех ответчиков и взыскать с них солидарно  10 769 351 руб. 20 коп. Податель жалобы полагает, что суд апелляционной инстанции привлек номинального директора к субсидиарной ответственности, необоснованно освободив фактического директора Ступина М.Н. от ответственности, предусмотренной 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также необоснованно освободил участника общества Лухина М.Б. от ответственности, предусмотренной 61.11 Закона о банкротстве, несмотря на то, что погашение требований кредиторов стало невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица путем вывода активов из Общества и получение им действительной стоимости своего участия в капитале должника, что привело к банкротству Общества. Егоров М.М. также ставит в вину генеральному директору Ступину М. Н. неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве Общества, несмотря на наличие задолженности перед ИП Егоровым М.М. по договору подряда. Податель жалобы считает, что с одобрения участника Лухина М.Б. совершена крупная сделка – заключение договор подряда между должником и ИП Егоровым М.М. на выполнение строительных работ. Согласно доводам жалобы в период,  когда контролирующим должника лицом был Лухин Б. М. с долей участия 50% с 26.05.2009 по 10.01.2018, Общество привлекало многомиллионные займы, совершало невыгодные сделки, чем причинило убытки; участники, не желая терять вложенные в Общество средства, своим выходом из него стремились прикрыть вывод активов и денежных средств посредством получения действительной стоимости доли в уставном капитале проблемного Общества, оформлением договоров займа, в том числе с аффилированными лицами. По утверждению Егорова М.М., выход участника Лухина М.Б. и получение им действительной стоимости своего участия в капитале должника привели к банкротству должника, о чем свидетельствует отсутствие хозяйственной деятельности с января 2018 года. Податель жалобы считает, что нести ответственность должны все участники Общества.

Панферов А.Н. в своей кассационной жалобе просит постановление апелляционного суда от 02.03.2021 в части привлечения его к субсидиарной ответственности отменить, в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на то, что задолженность перед ИП Егоровым М.М. образовалась в период руководства Ступина М.Н., который являлся генеральным директором должника с 28.12.2011 по 27.02.2018, по утверждению  подателя  жалобы,  именно   Ступин М.Н. уклонился от погашения задолженности при наличии денежных средств в размере 25 970 000 руб. на начало 2017 года, на начало 2018 года – 1 763 000 руб.; как генеральным директором Ступиным М. Н. не исполнена обязанность по подаче заявления о банкротстве Общества. Кроме того,  податель жалобы указывает на то, что Лухин М.Б. с 26.05.2009 по 10.01.2018 также являлся учредителем с долей участия 50% и им не инициирована подача заявления о банкротстве Общества, наряду с Панферовым А.Н. Согласно доводам жалобы судом апелляционной инстанции неверно указана дата выхода из Общества участника Панферова А.Н., определяемая датой регистрации перехода принадлежавшей ему доли 50% номинальной стоимостью 5 000 руб. на баланс Общества, что повлияло на оценку судом действий  участника Общества при изменении юридического адреса, сведения о котором впоследствии были признаны недостоверными; при этом независимо от времени прекращения участия Панферова А.Н. в Обществе, признание налоговым органом недостоверными сведений о юридическом адресе Общества 13.11.2018, то есть спустя почти пять месяцев после внесения изменений и после поступления в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, не свидетельствует о недостоверности юридического адреса Общества на момент внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ и не подтверждает причинение убытков кредитору бывшим участником Общества Панферовым А.Н.  Податель жалобы обращает внимание на то, что положения подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за невнесение подлежащих обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведений либо внесения недостоверных сведения о юридическом лице не подлежали применению к спорным отношениям, поскольку самим же судом установлена необходимость применения для спорных отношений норм Закона о банкротстве в редакции, действовавшей  о принятия ФЗ-266 от 29.07.2017. Податель жалобы считает, что апелляционным судом в отсутствие каких-либо доказательств и в отсутствие соответствующего довода кредитора-заявителя сделан необоснованный вывод о получении Панферовым А.Н. действительной стоимости доли при выходе из Общества, как указывающий на приоритетное удовлетворение требований участника Обществом перед кредитором     Егоровым М.М., притом, что Панферов А.Н. после выхода из Общества свое право на получение от Общества действительной стоимости доли до настоящего времени не реализовал, выплаты от Общества стоимости доли в денежной или натуральной форме не получал. Также не согласен          Панферов А.Н. с выводом суда апелляционной инстанции о возложении на него субсидиарной ответственности в связи с необращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, так как по действовавшим на момент возникновения задолженности нормам Закона о банкротстве обязанность такого обращения на участника Общества не возлагалась. По утверждению подателя жалобы, участник Общества Панферов А.Н. не имел по закону, договору или доверенности распорядительных полномочий в отношении имущества  Общества, поэтому не мог вопреки выводу суда уклоняться от погашения Обществом задолженности кредитору; суд апелляционной инстанции не указал какие именно сделки совершены участником Панферовым А.Н. с Обществом, направленные на вывод активов. Податель жалобы указывает на отсутствие его вины в банкротстве Общества.

Григорьев В.А. в своей кассационной жалобе просит постановление апелляционного суда в части привлечения его к субсидиарной ответственности отменить, в указанной части в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь  на то, что конкурсный управляющий к Григорьеву В.А. с требованием об обязании передать документы должника не обращался, материальные ценности должника ответчику не передавались.

Панферов А.Н. в отзыве на кассационную жалобу ИП Егорова М.М. поддержал доводы, изложенные в своей кассационной жалобе.

Лухин М.Б. в отзыве на кассационную жалобу ИП Егорова М.М., выражая  согласие с обжалуемым судебным актом в части отказа в привлечении его к субсидиарной ответственности, просит оставить его без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

ИП Егоровым М.М. также представлены письменные возражения на отзыв Лухина М.Б., в которых он отмечает неисполнение должником обязательств перед ИП Егоровым М.М., несмотря на надлежащее выполнение работ, полное завершение строительства объекта и расчет генподрядчика (ООО «СТЕП») с должником за выполненные работы по монтажу инженерных систем. Со ссылкой на бухгалтерскую отчетность должника за 2016 и 2017 г.г. ИП Егоров М.М. указывает на резкое сокращение активов должника и наступление признаков неплатежеспособности, после чего из состава участников должника последовательно выходят Лухин М.Б., Панферов А.Н., перестает быть генеральным директором Ступин М.Н., а единственным участником и генеральным директором должника становится Григорьев В.А., который, по мнению заявителя, фактически является номинальным руководителем.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.04.2021 рассмотрение кассационных жалоб ИП Егорова М.М., Панферова А.Н. и Григорьева В.А. отложено на 19.05.2021.

От Лухина М.Б. в материалы дела поступили письменные объяснения, в которых он указывает на то, что в период рассмотрения дела о банкротстве ни конкурсным управляющим, ни ИП Егоровым М.М. не было обжаловано ни одной сделки; по утверждению Лухина М.Б. он не может быть признан лицом, контролирующим должника, поскольку владел только 50% долей уставного капитала должника.

Григорьев В.А. в письменных объяснениях также возражал против удовлетворения заявления ИП Егорова М.М., указывая на отсутствие правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с несвоевременным обращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).  

В судебном заседании представитель Панферова А.Н. поддержал доводы своей кассационной жалобы в полном объеме. Представитель Григорьева В.А. поддержал доводы своей кассационной жалобы. Представитель Лухина М.Б. возражал против удовлетворения кассационной жалобы ИП Егорова М.М. 

До отложения судебного заседания представитель ИП Егорова М.. поддерживала доводы кассационной жалобы заявителя, возражала против удовлетворения кассационных жалоб ответчиков. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Проверив законность постановления суда апелляционной инстанции в кассационном порядке, суд округа пришел к следующим выводам.

 В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона       № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Таким образом, действие редакций Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них. Иное толкование положений Закона о банкротстве противоречит сути российского законодательства в целом, презумпцией которого является возможность привлечения к ответственности того или иного лица на основании действовавших во время совершения им каких-либо действий законов, и понимания указанным лицом, что в период их совершения имеются те или иные ограничения на их осуществление.

Поскольку заявление ИП Егорова М.М. подано после 01.07.2017, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы в редакции Закона              № 266-ФЗ.

 Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

 Исходя из вышеизложенного, поскольку обстоятельства, с которыми связано привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место как до, так и после вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017 (24.10.2019), то спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных как статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, действующей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, так и названного Закона.

 Пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве предусмотрено, что правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

 Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в случае если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

 Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996     № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, необходимо учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

 Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

 Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

 Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

 В силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Согласно п. п. 1 и 3 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Положениями пункта 1 статьи 44 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

 В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, участниками ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» являлись Лухин Михаил Борисович (до 10.01.2018) и Панферов Александр Николаевич (до 22.06.2018), генеральным директором Общества с 28.12.2011 до 27.02.2018 являлся Ступин Максим Николаевич.

С 27.02.2018 участником (50%) и генеральным директором Общества являлся Григорьев Владислав Анатольевич.

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга № 1748 от 21.10.2010 «О проектировании и строительстве объекта производства фармацевтической продукции (инъекционных лекарственных средств) по адресу: г. Пушкин, шоссе Подбельского, участок 1 (севернее дома № 5 литера А, по шоссе Подбельского)» предоставлены инвестиции ООО «Герофарм» (далее – Инвестор) при проектировании и строительстве объекта производства фармацевтической продукции (инъекционных лекарственных средств) на закрепленном земельном участке площадью 2767 кв. м, кадастровый номер 78:42:18318:16, категория земель – земли населенных пунктов, расположенном по адресу: г. Пушкин, шоссе Подбельского, участок 1 (севернее дома № 5, литера Л. не шоссе Подбельского).

В целях реализации инвестиционного проекта по созданию фармацевтического кластера Правительством Санкт-Петербурга утвержден проект планировки и межевания территории части производственной зоны «Восточная» («Пушкинская»), ограниченной южной границей земельного участка железной дороги от ж.-д. станции Детское Село до Московского шоссе, проектируемым проездом № 1, Автомобильной ул. продолжением Сетевой ул., шоссе Подбельского, в Пушкинском районе (Постановление Правительства от 1 8.0Г.2011 № 46).

Для выполнения работ по строительству ООО «Герофарм» привлекло по договору строительного подряда № ГФ/ГП/140425-01 от 25.04.2014 генерального подрядчика ООО «СТЭП», которое привлекло для выполнения части строительных работ ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» по договору подряда № 110/16 от 13.05.2016/

ООО «Ветераны Спецслужб-Теника», в свою очередь, привлекло для выполнения работ по монтажу инженерных систем в качестве субподрядчика ИП Егорова М.М.

Между ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» и ИП Егоровым М.М. 09.08.2016 заключен договор подряда № 271016/1 на выполнение строительных работ по монтажу инженерных систем по адресу: Санкт-Петербург, г. Пушкин, ш. Подбельского уч. 1 (севернее дома 5, литер А по шоссе Подбельского) на общую стоимость 6 280 970 руб.

В соответствии с пунктом 3.5 договора заказчик производит оплату выполненных работ в течение 5 дней, с момента предоставления акта выполненных работ.

В соответствии с актами сдачи-приемки работ от 10.10.2016                        № П-000000182 подрядчик сдал, а заказчик принял работы на сумму 3 768 582,00 руб., от 19.12.2016 № П000000187 подрядчик сдал, а заказчик принял работы на сумму 2 512 388,00 руб.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.02.2018 по делу № А56-41254/2017 с ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» в пользу ИП Егорова М.М. взыскано 6 280 970 руб. долга по договору от 09.08.2016 № 271016/1, а также 1 278 805 руб. 49 коп. неустойки по состоянию на 05.06.2017.

Решение вступило в законную силу 05.06.2018, однако до настоящего времени задолженность не погашена.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2019 по настоящему делу признано обоснованным заявление ИП Егорова М.М. о признании ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» несостоятельным (банкротом). В отношении ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» введена процедура наблюдения. Признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» требование ИП Егорова М.М. в размере 10 769 351 руб. 20 коп., в том числе сумма основного долга в размере 6 280 970 руб., неустойка в размере 4 488 381 руб. 16 коп. Требование в размере 4 488 381 руб. 16 коп. неустойки учтено отдельно в реестре требований кредиторов как подлежащее удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга от 06.12.2019 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» прекращено ввиду отсутствия у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, а также ввиду отсутствия согласия лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, на финансирование процедуры банкротства должника.

Между тем, как следует бухгалтерского баланса за 2016, 2017 г.г., финансовая деятельность должником в период выполнения ИП Егоровым М.М. работ велась стабильно, на конец 2016 года у должника имелись активы в размере 25 970 тыс. руб., выручка составила – 2 000 тыс. руб., а на конец 2017 года 1 763 тыс. руб., выручка – 52 709 тыс.руб.

То есть за год активы должника уменьшились более чем на 20 млн. руб., должником были аккумулированы денежные средства в сумме, превышающей размер долга перед ИП Егоровым М.М., притом, что расчеты с ним не производились.

Более того, задолженность перед ИП Егоровым М.М. не нашла свое отражение в бухгалтерской отчетности за 2017 год. Согласно отчетности за   2016 год, краткосрочная кредиторская задолженность составила                  16 514 тыс.руб., в 2016 году должником были приняты работы ИП Егорова М.М. на общую сумму 6 280 970 руб. со сроком оплаты в течение пяти дней. 

Данная задолженность не оплачена до настоящего времени. Однако в отчетности за 2017 год размер краткосрочной кредиторской задолженности сократился до 8 тыс. руб., а в бухгалтерской отчетности за 2018 год кредиторская задолженность отражена в размере ноль рублей. 

При этом согласно отчету арбитражного управляющего от 28.05.2019, кредиторская задолженность (строка 1520) на 31.12.2016 составляет             4 276 тыс. руб., на 31.12.2017 - 62 995 тыс. руб., на 31.12.2018 - 62 995 тыс. руб.

Как верно указано апелляционным судом, к моменту вынесения определения 01.02.2019 о введении наблюдения и на момент принятия решения о признании должника банкротом, бухгалтерская отчетность, представленная в налоговую инспекцию, не содержала сведений обо всех обязательствах должника.

На момент образования задолженности перед ИП Егоровым М.М. участниками должника являлись Лухин М.Б. и Панферов А.Н., генеральным директором должника являлся Ступин М.М. 

В течение 2017 года ими были совершены действия и сделки, которые привели к резкому сокращению активов должника с 25 970 тыс. руб. до 1 763 тыс. руб. (на 93,21% от размера активов). При увеличении выручки на конец 2017 года почти до 53 млн. руб. участники должника и его генеральный директор не нашли финансовых возможностей погасить задолженность перед ИП Егоровым М.М. за надлежащим образом выполненные работы, которые были приняты генеральным подрядчиком и в полном объеме им оплачены. 

Последняя операция по расчетному счету совершена 01.08.2018.

Указанные обстоятельства фактически свидетельствуют о выводе активов должника и наступлении признаков неплатежеспособности, которые  возникли при непосредственном участии его учредителей Лухина М.Б. и Панферова А.Н. и генерального директора Ступина М.Н., действовавшего в указанный период.

Данный факт также подтверждается тем, что в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим не было обнаружено никакого имущества либо денежных средств, за счет которых могла бы финансироваться процедура банкротства, в результате чего определением от 06.12.2019 производство по делу было прекращено в связи с отсутствием финансирования.  

Вопреки доводам жалобы Панферова А.Н. в силу пункта 1 статьи 32 Закона об ООО высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным.

Каждый участник общества имеет на общем собрании участников общества число голосов, пропорциональное его доле в уставном капитале общества, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона об ООО к компетенции общего собрания участников общества относятся: определение основных направлений деятельности общества; образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий; утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов; принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества и иные полномочия.

При этом в силу пункта 1 статьи 8 названного Закона участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном указанным Федеральным законом и уставом общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке; принимать участие в распределении прибыли. 

В соответствии со статьей 34 Закона об ООО очередное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года. 

В этой связи суд кассационной инстанции, принимая во внимание объем прав Панферова А.Н. на управление Обществом а размере 50% долей уставного капитала, с учетом периода его участия в управлении Обществом, отклоняет довод жалобы Панферова А.Н. о его неосведомленности относительно финансово-хозяйственной деятельности должника в 2016 году, заключении договора с ИП Егоровым М.М. в том же году, наличии неисполненных обязательств перед заявителем, которые образовались в 2016 году и не исполнены до настоящего времени, притом, что ИП Егоров М.М. неоднократно требовал их оплаты и обратился в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности, резкого выбытия активов должника в течение 2017 года и скачка выручки в том же году до 53 млн.руб., а также очевидное прекращение должником финансово-хозяйственной деятельности при одновременном прекращении полномочий его участников и руководителя.

Суд кассационной инстанции также отклоняет довод Лухина М.Б. и Панферова А.Н. о том, что они не могут считаться контролирующими лицами, поскольку им принадлежит только 50% уставного капитала, а не 50% плюс 1% доли уставного капитала, так как в материалах дела отсутствуют сведения о наличии между участниками корпоративного конфликта и отсутствии между ними согласия по стратегическому управлению обществом и его финансово-хозяйственной деятельности, а также по вопросу назначения единоличного исполнительного органа.

В период принадлежности долей в уставном капитале должника    участникам Панферову А.Н. и Лухину М.Б. в размере 50% уставного капитала каждому, а также в период исполнения обязанностей генерального директора Ступиным М.Н. в течение 2017 года произошло выбытие активов должника на сумму 24 207 тыс.руб. Сведения о составе указанных сделок перед судом не раскрыты, между тем абсолютное уменьшение активов должника также свидетельствует о причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения указанных сделок должника.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что по расчетному счету должника осуществлены операции, также свидетельствующие о выбытии наиболее ликвидных активов – денежных средств, а именно:

- 09.03.2017 совершен возврат кредита ООО ЧОО «Ветераны Спецслужб» на сумму 780 000 руб. согласно договору займа;

- 09.03.2017 совершен возврат кредита ООО ЧОО «Ветераны Спецслужб» на сумму 380 000 руб. согласно договору займа;

- 09.03.2017 совершен возврат кредита ООО ЧОО «Ветераны Спецслужб» на сумму 600 000 руб. согласно договору займа;

- 09.03.2017 совершен возврат кредита ООО ЧОО «Ветераны Спецслужб» на сумму 620 000 руб. согласно договору займа;

- 10.03.2017 совершен возврат кредита Лухину М.Б.                                     на сумму 1 000 000 руб. согласно договору займа;

- 10.03.2017 совершен возврат кредита Лухину М.Б.                                     на сумму 1 000 000 руб. согласно договору займа;

- 10.03.2017 совершен возврат кредита Лухину М.Б.                                      на сумму 1 000 000 руб. согласно договору займа;

- 10.03.2017 совершен возврат кредита Лухину М.Б.                                     на сумму 2 500 000 руб. согласно договору займа;

- 07.04.2017 перечислено ООО «Квин» 3 000 000 руб. по договору          № 14/01/17 от 03.04.2017, которое зарегистрировано 16.11.2016, а 09.11.2018 ликвидировано;

- 14.04.2017 перечислено ООО «Квин» 3 425 000 руб. по договору              № 14/01/17 от 03.04.2017;

- 26.04.2017 перечислено ООО «Квин» 3 576 000 руб. по договору             № 14/01/17 от 03.04.2017;

- 24.06.2017 совершен возврат кредита ООО ЧОО «Ветераны Спецслужб» на сумму 600 000 руб. согласно договору займа.

При этом единственным участником и генеральным директором            ООО ЧОО «Ветераны Спецслужб» также является Лухин М.Б.

Таким образом, в течение двух дней (09.03.2017 – 10.03.2017) в пользу Лухина М.Б. было фактически выведено 8 480 000 руб., что уже являлось достаточным для погашения задолженности по договору подряда перед ИП Егоровым М.М. 

Кроме того, в пользу ООО «Квин» в течение двух недель было перечислено 10 001 000 руб. по договору подряда № 14/01/17 от 03.04.2017, который, по мнению ИП Егорова М.М., имеет признаки мнимой сделки, а сам процесс перечисления денежных средств – вывода активов через фирму-            «однодневку». 

Несмотря на то, что платежи по договору подряда № 14/01/17 от 03.04.2017 (10 001 тыс. руб.) при соотношении с размером активов должника за 2016 год (25 970 тыс. руб.), очевидно, имеют признаки крупной сделки (38,50% от размера балансовой стоимости активов должника), генеральный директор, исполнявший обязанности в период совершения указанных платежей, – Ступин М.Н. не поставил вопрос об одобрении указанной сделки перед участниками общества, которые, в свою очередь, будучи осведомленными о перечислении указанных сумм, не предприняли мер по проверке указанной сделки и ее оспариванию на основании пункта 4 статьи 46 Закона об ООО, что свидетельствует о согласованности действий лиц, контролировавших в 2017 году деятельность должника (Лухина М.Б., Панферова А.Н. и Ступина М.Н.) по выводу активов должника, в целях неисполнения обязательств  перед ИП Егоровым М.М. 

 Таким образом, должником неоднократно совершались сделки, свидетельствующие об уклонении от исполнения обязательств перед заявителем при наличии достаточных денежных средств. 

Указанные действия названных ответчиков свидетельствуют о причинении вреда должнику, поскольку в результате данных сделок стоимость активов должника уменьшилась.

Учитывая размер участия участников Лухина М.Б. и Панферова А.Н. в уставном капитале должника и отсутствие споров относительно объема, своевременности и количества сведений в отношении должника, раскрываемых перед последними, их осведомленность о финансово-хозяйственной деятельности последнего предопределяется.

Согласно справке из ГИБДД за Обществом зарегистрирован автомобиль ГА3 2705, приобретенный в лизинг за 831 592,30 руб. в 2015 году, который был продан ООО «РОЛЬФ ЭСТЕЙТ Санкт-Петербург» за 450 000 руб. (оплата поступила 29.12.2017).

Должником также были отчуждены права требования, в счет оплаты которых 02.02.2018 на расчетный счет поступила оплата в размере 238 400 руб.

         Принимая во внимание изложенное, поведение Лухина М.Б.,       Панферова А.Н. и Ступина М.Н. является недобросовестным, поскольку их действия по выводу имущества из ООО «Ветераны Спецслужб-Техника» повлияли на экономическую судьбу должника, сделали невозможным исполнение обязательств и, как следствие, причинили вред как самому должнику, так и его кредиторам.

Ввиду доказанности фактического выбытия имущества должника из конкурсной массы в течение 2017 года, что подтверждается бухгалтерскими балансами за 2016, 2017 г.г., выписками по расчетному счету должника, а также определением суда от 06.12.2019 о прекращении производства по делу в связи с отсутствием имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства, при этом неисполненными остались обязательства по оплате задолженности перед ИП Егоровым М.М., возникшей годом ранее – в 2016 году, суд кассационной инстанции считает, что заявителем доказана совокупность обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника лиц, контролировавших финансово-хозяйственную деятельность в 2017 году, – участников должника, обладавших 50% долей уставного капитала каждый – Панферова А.Н. и Лухина М.Б., а также генерального директора Ступина М.Н. на основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

При это суд апелляционной инстанции, придя к верному выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности участника должника Панферова А.Н., ошибочно, без каких-либо оснований освободил от субсидиарной ответственности второго участника должника с аналогичным объемом прав на управление (50% долей уставного капитала), практически идентичного периода участия в деятельности Общества – Лухина М.Б., а также генерального директора Ступина М.Н., под чьим руководством непосредственно совершались указанные сделки.

Кроме того, из ответа Сбербанка на запрос конкурсного управляющего от 14.06.2019 следует, что правом подписи по банковским операциям обладают Ступин М.Н., Лухин М.Б. и Тихонова), что подтверждает даже более активное участие Лухина М.Б. в финансово-хозяйственной деятельности должника и большую вовлеченность в производственные процессы, следовательно, его осведомленность о совершенных сделках и их фактическом одобрении.

После совершения указанных сделок последовательно из состава участников Общества выходит Лухин М.Б. (10.01.2018), Панферов А.Н. (22.06.2018), перестает быть генеральным директором Ступин М.Н. (27.02.2018). Единственным участником и генеральным директором Общества становится Григорьев В.А.

Согласно доводам жалобы, ИП Егоров М.М. считает, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц также в связи с несвоевременным обращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, руководитель должника, уклонившийся от подачи заявления о банкротстве при наличии определенных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве оснований, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после наступления соответствующей обязанности, поскольку именно ее неисполнение приводит к принятию несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств (как по гражданско-правовым сделкам, так и возникающих в связи с продолжением хозяйственной деятельности налоговых обязательств) в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие.

Суд апелляционной инстанции признал доказанными наличие установленных статьями 9 и 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения Панферова А.Н. и Григорьева В.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с несвоевременным обращением в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Между тем, как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включено только требование ИП Егорова М.М.

Заявителем не указаны обязательства должника перед иными кредиторами, кроме ИП Егорова М.М., возникшие после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ субсидиарная ответственность возлагается лишь в части тех неисполненных требований, которые возникли после истечения срока для обращения в суд с заявлением должника. Включенная в реестр требований кредиторов задолженность данному критерию не соответствует.

При таких обстоятельствах суд округа не может признать установленными наличие всех обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности за неподачу заявления о банкротстве Общества.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции считает установленным наличие оснований для привлечения Григорьева В.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с непередачей документации конкурсному управляющему.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требования Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Данная обязанность возникла в июне 2019 года, в связи с чем подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Как следует из материалов дела, определением от 14.08.2019 по настоящему делу суд обязал Григорьева В.А. обеспечить передачу конкурсному управляющему документацию должника согласно перечню.

Суд апелляционной инстанции установил, что указанное определение Григорьев В.А. не исполнил.

В судебном заседании представитель Григорьева В.А. настаивал на том, что данное лицо являлось не номинальным, а действительным участником Общества и его директором, однако утверждал, что указанный судебный акт вынесен в отношении иного лица, являющего полным тезкой ответчика.

Указанные обстоятельства не могут быть приняты во внимание, поскольку установленная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя должника по передаче документации носит безусловный характер и не зависит от обращения конкурсного управляющего к нему с соответствующим заявлением.

Являясь участником и руководителем должника с февраля 2018 года, Григорьев В.А. должен был предпринять меры к истребованию документации у предыдущего руководителя, ее восстановлению в случае утраты и подготовке к передаче конкурсному управляющему.

 Действуя с должной предусмотрительностью и осторожностью,    Григорьев В.А. мог запросить и проверить информацию о финансовом состоянии юридического лица, однако, в материалы дела не представлены доказательства того, что Григорьевым В.А., обязанным действовать добросовестно и в интересах должника, руководителем которого он являлся, предпринимались действия по истребованию документов у предшествующего руководителя или учредителя.

Поскольку такая обязанность не выполнена, у конкурсного управляющего отсутствовала возможность по формированию конкурсной массы должника, что впоследствии повлекло прекращение производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием у должника активов.

Таким образом, указанные обстоятельства в силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве дают основания для привлечения к ответственности Григорьева В.А., так как его вина установлена в том, что последний бездействовал, мер по истребованию документов не принимал.

 Ввиду неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального права на основании частей 1 и 2 статьи 288 АПК РФ постановление суда апелляционной инстанции от 02.03.2021 в части разрешения настоящего обособленного спора подлежит отмене.

  С учетом изложенного и принимая во внимание, что по настоящему делу не требуется установления каких-либо новых фактических обстоятельств, суд кассационной инстанции считает возможным на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, не передавая спор на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым признать обоснованными требования ИП Егорова М.М. о привлечении бывших руководителей и контролирующих должника лиц –    Лухина М.Б., Панферова А.Н., Ступина М.Н. и Григорьева В.А. – к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в размере 10 769 351,20 руб. на основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, подпунктов 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2021 по делу № А56-138352/2018/суб. в части отмены определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2020 по делу N А56-138352/2018/суб. оставить без изменения.

В остальной части указанное постановление отменить.

Привлечь Лухина Михаила Борисовича, Парферова Александра Николаевича, Ступина Максима Николаевича, Григорьева Владислава Анатольевича к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника ООО «Ветераны Спецслужб-Техника».

  Взыскать с Лухина Михаила Борисовича, Парферова Александра Николаевича, Ступина Максима Николаевича, Григорьева Владислава Анатольевича солидарно в пользу индивидуального предпринимателя Егорова Максима Максимовича 10 769 351,20 руб.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

Ю.В. Воробьева

В.В. Мирошниченко