АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 августа 2022 года

Дело №

А56-103383/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В., 

при участии от ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 19.03.2021), от конкурсного управляющего публичного акционерного общества «ИнтехБанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО3 (доверенность от 18.07.2022), от конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Смоленский Банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО3 (доверенность от 23.05.2022), от конкурсного управляющего Банк «Солидарность» (акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО3 (доверенность от 17.11.2021),            

рассмотрев 18.08.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2022 по делу № А56-103383/2017/уб.,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.07.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические решения», адрес: 192019, Санкт-Петербург, Хрустальная ул., д. 18, лит. А, оф. 305, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – Общество), введена процедура наблюдения, временным управляющим назначен ФИО4.

Решением суда от 05.06.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

Конкурсный управляющий ФИО5 30.12.2020 в рамках настоящего дела обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО1 в пользу должника убытков в виде реального ущерба в размере 1 018 936 915 руб. 25 коп.

Определением суда первой инстанции от 30.08.2021 заявление удовлетворено.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2022 определение от 30.08.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

        Податель жалобы считает, что судами неправильно исчислен срок исковой давности. По мнению подателя жалобы, при рассмотрении заявления о пропуске срока исковой давности суд не учел разъяснения, содержащиеся в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), с учетом которых исковая давность должна быть исчислена с даты платежей или с момента увольнения ответчика из Общества, когда полномочия, принадлежащие ответчику, были переданы ФИО6 - лицу, исполняющему обязанности руководителя филиала Общества не аффилированному с ответчиком.

       Кроме того, обстоятельства, с которыми заявитель связывает привлечение ФИО1 к субсидиарной ответственности (взысканию убытков), имели место до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», поэтому в силу пункта 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в применимой редакции, срок исковой давности составляет один год со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Заявитель был осведомлен об указанных обстоятельствах с 19.07.2019 (определение Арбитражного суда Приморского края по делу № А51-4606/2018), следовательно, заявление могло быть подано до 19.07.2020, а заявление по настоящему обособленному спору подано 29.12.2020, то есть с пропуском срока исковой давности.

       ФИО1 также обращает внимание, что выводы судов о наличии оснований для взыскания с него убытков сделаны со ссылкой на определение   Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019, хотя суды указали, что данное определение не носит преюдициального характера по отношению к настоящему обособленному спору.

       Первая и апелляционная инстанции, отмечает ФИО1, не приняли во внимание, что Общество и общество с ограниченное ответственностью (далее - ООО) «Комплексные энергетические решения - Дальний Восток»  входят в группу лиц, и ранее ООО «КЭР-ДВ» выполняло аналогичный контракт № КЭР-К-67, заключенный с акционерным обществом (далее - АО) «ДСМЕ «Звезда». Именно поэтому:  так как Общество входило в группу лиц «Группа компаний «КЭР», имело опыт в выполнении аналогичных контрактов и обладало всеми ресурсами, необходимыми для выполнения работ, ФИО1 был уверен, что договор подряда от 30.11.2016 № КЭР-К-261 будет выполнен.

       Выводы, сделанные в рамках дела № А51-4606/2018 по заявлению Общества о включении в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компании» (ранее - ООО «КЭР-ДВ»), не могут быть использованы для опровержения позиции ФИО1 при рассмотрении настоящего обособленного спора, так как ФИО1 не является аффилированным лицом ни по отношению к Обществу, ни по отношению к ООО «КЭР-ДВ», в отличие от всех членов правления Общества. Акты по форме КС-2 и КС-3 в рамках дела № А51-4606/2018 оценивались с позиции аффилированности Общества и ООО «КЭР-ДВ».  

      В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий Общества,  кредитор ООО «Агентство Вашего Доверия», конкурсный управляющий публичного акционерного общества «ИнтехБанк», открытого акционерного общества «Смоленский Банк», Банка «Солидарность» (АО) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» просят оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их обоснованными и законными.

 В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представитель конкурсного управляющего публичного акционерного общества «ИнтехБанк», открытого акционерного общества «Смоленский Банк», Банка «Солидарность» (АО) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» просил в удовлетворении жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –       АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, 01.08.2016 ФИО1 назначен директором филиала Общества в г. Владивосток на основании Приказа № 97-К.

Для осуществления полномочий ему как директору филиала была выдана доверенность от 01.08.2016 № 209-08/16 сроком на один год; ранее ему была выдана доверенность от 18.03.2016 № 109-03/16, где предусматривался практически аналогичный объем полномочий, а пунктом 7 доверенности от 01.08.2016 № 209-08/16 предусматривались полномочия по открытию и распоряжению финансовыми средствами, в частности право без ограничений распоряжаться денежными средствами, находящимися на счетах, открытых в АО «Газпромбанк» (далее - Газпромбанк), с правом первой подписи, включая, но не ограничиваясь, право подписывать расчетные документы от имени филиала на бумажном носителе путем проставления подписи.

Суд первой инстанции сделал вывод о том, что ФИО1 стал лицом, которое имеет право распоряжаться финансами филиала Общества, всей его деятельностью, а значит, через филиал и лицом, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица до 31.07.2017 (до момента его увольнения – прекращения его полномочий как директора филиала). 

ФИО1, являясь директором филиала, 30.11.2016 подписал от имени Общества (подрядчика) с ООО «КЭР-ДВ» (субподрядчиком), договор подряда № КЭР-К-261 (далее - Договор от 30.11.2016) на выполнение строительно-монтажных работ по объекту «Строительство судостроительной верфи «Звезда-ДСМЕ», цех сборки блоков»: подрядчик поручил, а субподрядчик принял на себя обязательства выполнить строительно-монтажные работы в соответствии с условиями данного договора. В рамках Договора от 30.11.2016 Обществом в адрес субподрядчика за период с 21.02.2017 по 27.09.2017 было перечислено всего 1 291 494 679 руб. 67 коп. До настоящего времени субподрядчиком обязательства, принятые по Договору от 30.11.2016, не выполнены, а по итогам состоявшейся сверки взаимных расчетов (согласно акту сверки взаимных расчетов от 01.01.2016 по 01.03.2018) установлено, что сумма задолженности ООО «Астра Инжиниринг Компани» (ранее - ООО «КЭР-ДВ») перед Обществом по Договору от 30.11.2016 составляет 1 018 936 915 руб. 25 коп. 

Определением Арбитражного суда Приморского края от 08.11.2018 по делу № А51-4606/2018 в отношении ООО «Астра Инжиниринг Компани» введено наблюдение.

В рамках дела № А51-4606/2018 Общество заявило требование о включении в реестр требований кредиторов своего требования, вытекающего из Договора от 30.11.2016. Определением от 19.07.2019 во включении в реестр требований кредиторов отказано. Вступившим в законную силу определением от 19.07.2019 установлено, что субподрядчик и подрядчик являются аффилированными компаниями; Общество в период с 21.02.2017 по 28.09.2017 перечислило в пользу субподрядчика авансы на общую сумму 1 291 504 351 руб. 67 коп., между тем последний к работам по Договору от 30.11.2016 не приступал, какие-либо документы, подтверждающие факт выполнения работ, отсутствуют.

В настоящем споре судом первой инстанции приняты во внимание выводы, сделанные при рассмотрении заявления Общества в рамках дела № А51-4606/2018.

Так, в определении от 30.08.2021 по настоящему делу суд сослался на выводы, сделанные в определении от 19.07.2019, а именно: перечисление в течение 7 месяцев авансовых платежей, увеличивающих долговую нагрузку должника, в отсутствие работ не является стандартным действием ни для одного добросовестного кредитора; Общество должно было знать об отсутствии работ, поскольку оно аффилировано с ООО «Астра Инжиниринг Компани»; суд также отметил нестандартное поведение Общества, экономические мотивы которого не раскрыты и не обоснованы, указал, что действия сторон свидетельствуют об отсутствии у них интереса и возможности исполнения Договора от 30.11.2016 на установленных условиях, что не отвечает стандарту добросовестного поведения участников экономических взаимоотношений (статьи 9 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). 

В определении от 30.08.2021 суд первой инстанции цитирует определение от 19.07.2019, а именно, сделанный в рамках дела № А51-4606/2018 вывод о том, что ООО «Астра Инжиниринг Компани» не представило доказательств наличия у него реальной возможности выполнить условия Договора от 30.11.2016, в том числе наличия необходимых ресурсов для выполнения работ.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции ссылаясь на разъяснения, изложенные в пунктах 2 и 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), пришел к выводу о неразумности действий ФИО1: ФИО1 заключил от имени Общества Договор от 30.11.2016 с аффилированным субподрядчиком, затем, имея право распоряжаться денежными средствами должника на основании выданной ему, как руководителю филиала доверенности, одобрил перечисление авансовых платежей в рамках указанного договора в размере 1 291 494 679 руб. 97 коп. Вступившим в законную силу определением от 19.07.2019 в рамках дела № А51-4606/2018 установлено, что работы по Договору от 30.11.2016 не выполнялись, более того, субподрядчик не приступил к их выполнению и не имел возможности (намерения) их выполнить. 

Суд первой инстанции согласился с доводом конкурсного управляющего, что ожидаемым разумным поведением со стороны ФИО1 после выплаты первого аванса и отсутствия каких-либо документально подтвержденных результатов работ со стороны контрагента было бы прекращение последующего авансирования и выставление требования о возврате выплаченного аванса. Однако ФИО1 на протяжении всего срока пребывания в должности директора филиала Общества продолжал перечислять крупные суммы в виде авансов по Договору от 30.11.2016, который практически не исполнялся; такие действия должны расцениваться как проявление его недобросовестности. 

Такое поведение, признанное судом злоупотреблением правом со стороны должника и субподрядчика, повлекло за собой отказ в защите нарушенных прав Общества и, как следствие, невозможность возвратить перечисленные без какого-либо встречного предоставления денежные средства в общегражданском порядке, поскольку судом отказано во включении требования Общества в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компани». 

Таким образом, подписание ФИО1 от имени Общества Договора от 30.11.2016, который не исполнялся и служил только основанием для перечисления денежных средств аффилированному с ним ООО «Астра Инжиниринг Компани», повлекло для Общества убытки в виде переданного, но неотработанного аванса в размере 1 018 936 915 руб. 25 коп. 

Суд первой инстанции отклонил довод ФИО1 о том, что три платежа совершены 18.09.2017 и 27.09.2017, то есть после его увольнения, так как Общество перечисляло денежные средства в адрес ООО «Астра Инжиниринг Компани» множественными платежными поручениями на общую сумму 1 291 494 679 руб. 67 коп.; однако согласно акту сверки взаимных расчетов было установлено, что сумма задолженности ООО «Астра Инжиниринг Компани» перед Обществом по Договору от 30.11.2016 составляет 1 018 936 915 руб. 25 коп., соответственно сумма заявленных требований в любом случае была акцептована именно ФИО1 

Ответчик заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Конкурсный управляющий возражал против ходатайства о применении срока исковой давности, полагая срок не пропущенным.

Суд первой инстанций, с которым согласился апелляционный суд,     удовлетворил поданное в рамках дела о банкротстве заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с бывшего руководителя должника по изложенным выше основаниям.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

 В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в  случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 данного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с настоящим заявлением, указывал, что в основу предъявленных к ФИО1 требований положены доводы о недобросовестных действиях бывшего руководителя должника, выразившихся в заключении им Договора от 30.11.2016, который не исполнялся и служил только основанием для перечисления денежных средств аффилированному с ним обществу (ООО «Астра Инжиниринг Компани»), что повлекло для Общества убытки в виде переданного, но неотработанного аванса в размере 1 018 936 915 руб. 25 коп.  

Ответчиком при рассмотрении дела заявлено о пропуске срока исковой давности. 

В соответствии  с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200        ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 68 Постановления № 53 разъяснено, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника, по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

Поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что конкурсному управляющему как лицу, уполномоченному на подачу заявления о взыскании убытков в деле о банкротстве, обстоятельства и основания для взыскания убытков с ФИО1 могли стать известны не ранее назначения его конкурсным управляющим, то есть не ранее 04.06.2019. 

С заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО1 убытков конкурсный управляющий ФИО5 обратился в суд 30.12.2020, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности. 

Суд первой инстанции правомерно указал, что с заявлением о взыскании убытков обратился конкурсный управляющий, который мог узнать о нарушениях, допущенных бывшим руководителем Общества, не ранее даты его утверждения судом. 

Поскольку срок исковой давности не пропущен, суд  рассмотрел заявление управляющего по существу. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ).

В Постановлении № 62 разъяснено следующее.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы второй - пятый 5 пункта 1 Постановления № 62).

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления № 62. 

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу (пункт 2).

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий указал на совершение ФИО1 от имени Общества сделки (Договора от 30.11.2016), которая с самого начала не исполнялась; в адрес аффилированного с Обществом лица перечислены авансы на общую сумму 1 291 494 679 руб. 67 коп.; со стороны ФИО1 отсутствовал контроль за выполнением работ ООО «Астра Инжиниринг Компани» по указанному договору после получения аванса (сумма неотработанного аванса составила 1 018 936  915 руб. 25 коп.); у Общества появилась дебиторская задолженность, истребование  которой невозможно (ООО «Астра Инжиниринг Компани» признано банкротом, а Обществу отказано во включении в реестр).

ФИО1 в суды первой и апелляционной инстанций представил пояснения в отношении своих действий при заключении Договора от 30.11.2016 и перечислении авансов в адрес ООО «Астра Инжиниринг Компани».

Суд первой инстанции на основании представленных в материалы дела доказательств, а также с учетом обстоятельств, установленных при рассмотрении заявления Общества о включении его требования в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компани», пришел к выводу о самовольном подписании ФИО1 заведомо убыточного Договора от 30.11.2016 и систематическом переводе (на протяжении семи месяцев) крупных денежных средств (авансов) в адрес аффилированного по отношению к должнику лица в отсутствие встречного исполнения обязательств.

Суд пришел к выводу, что ФИО1 как директор филиала был знаком с положениями устава Общества, однозначно указывающими на необходимость получать разрешение для совершения сделок на сумму свыше 5 000 000 руб. Все платежи проходили через Газпромбанк (филиал во Владивостоке), право первой подписи, на основании которой проводились платежи и которая была указана в банковской карточке, принадлежало ФИО1 

Судом первой инстанции отклонены, как не подтвержденные документально, доводы ответчика о том, что ООО «Астра Инжиниринг Компани» выполняло работы по Договору от 30.11.2016, однако они не были завершены по причине недостаточного финансирования. Довод о выполнении работ по Договору от 30.11.2016 также опровергается определением от 19.07.2019 по делу № А51-4606/2018, поскольку в рамках указанного дела суд пришел к выводу, что ООО «Астра Инжиниринг Компани» не располагало необходимыми ресурсами для их выполнения.

При этом ФИО1 при рассмотрении дела в суде первой инстанции пояснял, что он не являлся участником спора по делу № А51-4606/2018, заявление о включении в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компани» было подано конкурсным управляющим Общества, в свою очередь конкурсный управляющий ООО «Астра Инжиниринг Компани» также не располагал всей документацией, подтверждающей факт выполнения (невыполнения) работ по причине непередачи ему документации.

ФИО1 указывал, что он исполнял обязанности руководителя Общества до 30.08.2017, по акту приема-передачи от 30.08.2017 им были переданы ключи электронно-цифровой подписи по филиалу Общества во Владивостоке ФИО6 (том дела 164, лист 67).

Иначе говоря, как указывал в отзыве ФИО1, авансовые платежи, совершенные в адрес ООО «Астра Инжиниринг Компани» 18.09.2017 и 27.09.2017, им не производились по причине того, что они совершены после его увольнения и передачи ключей  электронно-цифровой подписи.

ФИО1 также указал, что ранее, 08.04.2016, то есть до заключения Договора от 30.11.2016, между Обществом (подрядчиком) и ООО «КЭР-ДВ» (субподрядчиком) был заключен договор № КЭР-К-67 (далее - Договор от 08.04.2016). Договор от 08.04.2016 был заключен с целью выполнения строительно-монтажных работ по объекту капитального строительства «Строительство судостроительной верфи «Звезда-ДСМЕ». I этап строительства. Расширение действующих мощностей ОАО «ДВЗ «Звезда» в обеспечение строительства морских транспортных и специальных судов. (Создание судостроительного комплекса «Звезда») I очередь строительства. Блок корпусных производств и окрасочные камеры» (том дела 164, лист 88).

Строительство I очереди со стороны Общества курировал ФИО1

Были подписаны акт приемки законченного строительства от 10.08.2016 (том дела 164, листы 159-163) и заключение о соответствии означенного объекта требованиям технических регламентов от 12.08.2016 (том дела 164, лист 158).

Заключение указанного договора было одобрено членами правления Общества (протокол от 08.04.2016).

Выполнение Договора от 08.04.2016 на сумму более 2 млрд. руб. также при участии ФИО1 давало ему уверенность в том, что и Договор от 30.11.2016, которым было предусмотрено авансирование работ на 75%, будет исполнен.       

Далее, 30.11.2016, в продолжение выполнения работ на Объекте между АО «Дальневосточный завод «Звезда» (заказчиком) и Обществом (подрядчиком) был заключен договор № 1783 (IV этап строительства: цех сборки блоков). Со стороны Общества указанный договор подписан ФИО1 (том дела 183, лист 52).

В тот же день для исполнения работ по договору от 30.11.2016 № 1783, между Обществом (подрядчиком) и ООО «КЭР-ДВ» (в последующем - ООО «Астра Инжиниринг Компани») (субподрядчиком) заключен Договор от 30.11.2016 № КЭР-К-261 (том дела 189, лист 58).

Именно в рамках последнего ФИО1 были совершены авансовые платежи.

Поскольку ФИО1 не являлся участником обособленного спора по делу № А51-4606/2018, сторонами которого являлись конкурсные управляющие двух обществ, не располагавшие всеми документами, подтверждающими взаимоотношения между АО «Дальневосточный завод «Звезда»,  Обществом и ООО «Астра Инжиниринг Компани» по выполнению работ на упомянутом объекте, ФИО1 самостоятельно были совершены действия на получение документов у заказчика.

Кроме того, ФИО1 в суде первой инстанции просил истребовать документы у Газпромбанка, так как финансирование работ по Договору от 30.11.2016 производилось строго под контролем этого банка, а, для проведения платежа необходима была двухступенчатая система, а именно: все платежные документы, направленные на исполнение в Газпромбанк, направлялись в Общество за акцептом.

ФИО1 также указал, что 15.03.2017 члены правления Общества приняли решение об одобрении сделки - заключении с Газпромбанком кредитного соглашения об открытии кредитной линии. ФИО1 как директору филиала Общества во Владивостоке поручено заключить соглашение с кредитором (том дела 164, лист 74).

Заключение данного соглашения носило целевой характер - финансирование выполнения работ, в том числе по договору от 30.11.2016 № 1783.

Между Газпромбанком (кредитором) и Обществом в лице директора филиала Общества во Владивостоке ФИО1 (заемщиком) 12.04.2017 заключено кредитное соглашение об открытии кредитной линии (далее - Соглашение от 12.04.2017; том дела 189, лист 140).

В разделе 1 Соглашения от 12.04.2017 указаны контракты, в том числе договор от 30.11.2016 № 1783. В обеспечение Соглашения от 12.04.2017 между банком с контролирующими должника лицами были заключены договоры поручительства.  

Итак, все расчеты по проектам с АО «Дальневосточный завод «Звезда» производились за счет кредитных средств и с использованием отдельных банковских счетов. Газпромбанк полностью контролировал денежные потоки строительства, финансировал его, осознавал цели каждого транша денежных средств (пункт 6.6.1.6 соглашения), а также был осведомлен об аффилированности Общества и ООО «Астра Инжиниринг Компани», знал контролирующих должника лиц.

При этом следует отметить, что ФИО1 не аффилирован с Обществом и ООО «Астра Инжиниринг Компани», а также с их контролирующими лицами; выгоды от заключения и исполнения Договора от 30.11.2016 он не извлек.

Газпромбанк контролировал транши путем исполнения заявлений на использование кредитной линии, поступавшие от филиала Общества во Владивостоке.

Газпромбанк в апелляционный суд с сопроводительным письмом от 11.05.2022 направил информацию о владельцах сертификатов ключей проверки электронной подписи филиала Общества в г. Владивосток и Общества (том дела 191, лист 114).

Данное письмо подтверждает пояснения ФИО1 о том, что для исполнения заявления на использование кредитной линии необходимо было получить акцепт и со стороны лица, уполномоченного от имени Общества.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции рассмотрел настоящий обособленный спор без оценки документов, которые были истребованы ФИО1 у АО «Дальневосточный завод «Звезда»,  ООО «Астра Инжиниринг Компани» и Газпромбанк на основании адвокатских запросов и получены уже после вынесения определения от 30.08.2021.

Судом первой инстанции были отклонены ходатайства ФИО1 об истребовании документов у АО «Дальневосточный завод «Звезда», ООО «Астра Инжиниринг Компани» и АО Газпромбанк.

При рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1 апелляционный суд оказал содействие в получении дополнительных доказательств. Однако полученные документы не были надлежаще оценены апелляционным судом с учетом доводов, приведенных ФИО1 

Кроме того, постановление от 26.05.2022 апелляционный суд вынес, не дождавшись всех ответов на определения об истребовании, о чем представитель ФИО1 заявил в суде кассационной инстанции.

Суды первой и апелляционной инстанций, ограничившись констатацией указанных конкурсным управляющим обстоятельств (заключение Договора от 30.11.2016 и перечисление авансов на сумму более 1 млрд. руб. при наличии аффилированности между Обществом и ООО «Астра Инжиниринг Компани», выполнение этими же обществами предыдущего договора на том же объекте, принятие этих работ без замечаний тем же заказчиком, осведомленность контролируемых должника лиц о заключении Договора от 30.11.2016, платежах по нему, проведение авансовых платежей под контролем Газпромбанка), не исследовали вопрос о том, каким образом внутри группы распределялись расходы и доходы от хозяйственной деятельности; соблюдался ли в данном случае баланс интересов всех участников внутригрупповых отношений; не строились ли хозяйственные отношения внутри группы в ущерб интересам отдельных его участников, в частности в ущерб интересам Общества, впоследствии признанного банкротом; не имелось ли в действиях контролирующих должника лиц, признаков злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ).

Выводы судов относительно самовольного подписания заведомо убыточного Договора от 30.11.2016 и перевода денежных средств ООО «Астра Инжиниринг Компани», а также трех платежей, проведенных уже после увольнения ФИО1 (общая сумма платежей, осуществленных им в период исполнения полномочий директора филиала, в любом случае превышает сумму заявленных убытков), противоречат доказательствам, полученным в ходе рассмотрения дела в апелляционном суде.

Из совокупности представленных в дело доказательств следует, что выполнение работ по Договору от 30.11.2016, было продолжением исполнения Договора от 08.04.2016. При этом оплата работ по Договору от 30.11.2016 производилась за счет кредитных средств на основании Соглашения от 12.04.2017, заключенного ФИО1 по поручению членов правления Общества.     

Из заявлений на использование кредитной линии (Соглашение от 12.04.2012), подписанных лицами, уполномоченными после увольнения ФИО1, следует, что 25.09.2017, 17.11.2017 и 21.11.2017 филиал Общества во Владивостоке производил оплату по Договору от 30.11.2016 (том дела 191, листы 131 (оборотная сторона), 132).

Более того, вменяя ФИО1 в вину неосмотрительность (неразумность) в заключении Договора от 30.11.2016 и авансирование работ, суды никак не оценили эти действия на предмет того, что ранее им был исполнен Договор от 08.04.2016 (сданы работы на сумму более 2 млрд. руб.), а также не определены дата отказа заказчика от Договора от 30.11.2016 и причины отказа.

При рассмотрении обособленного спора в рамках дела № А51-4606/2018, которым отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компани» требования Общества, никто не приводил доводов относительно невыполнения работ на общую сумму авансовых платежей - 1 291 504 351 руб. 67 коп.

В ходе рассмотрения указанного спора размер требований был уменьшен до 1 018 936 915 руб. 25 коп., с учетом частичного возврата 14 000 000 руб. и подписания ООО «Астра Инжиниринг Компани» (без участия временного управляющего) и Обществом акта сверки.

Значит, на сумму 258 567 436 руб. 42 коп. (1 277 504 351 руб. 67 коп. - 1 018 936 915 руб. 25 коп.) ООО «Астра Инжиниринг Компани» полученный аванс отработало.

Следовательно, вывод судов о том, что общая сумма платежей, осуществленных ФИО1 в период исполнения полномочий директора Филиала, в любом случае превышает сумму заявленных убытков, сделан без учета его довода относительно трех платежей, проведенных уже после  увольнения, без выяснения обстоятельств, кем были акцептованы платежи 18.09.2017 и 27.09.2017 на суммы 10 520 000 руб., 7 900 000 руб. и 1 000 000 руб. соответственно, и противоречит в том числе обстоятельствам, установленным в определении от 19.07.2019.

Изложенное свидетельствует, что суд первой инстанции вынес определение, не выполнив в полной мере требования части 2 статьи 65 АПК РФ, возлагающей на суд обязанность по определению обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, и норм материального права, подлежащих применению, а суд апелляционной инстанции в полной мере не устранил допущенные нарушения.

В связи с этим кассационный суд приходит к выводу, что определение от 30.08.2021 и постановление от 26.05.2022 подлежат отмене.

Приняв во внимание, что для принятия законного и обоснованного решения требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных действий процессуального характера, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, судебная коллегия сочла необходимым направить настоящее дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

При новом рассмотрении дела суду следует установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку всем доказательствам и доводам участников процесса и разрешить спор в соответствии с требованиями действующего законодательства.     

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2022 по делу № А56-103383/2017 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.  

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Е.Н. Бычкова

М.В. Трохова