ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-103300/2019

01 сентября 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 года 

Полный текст постановления изготовлен  01 сентября 2022 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Уддиной В.З.,

судей: Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я., 

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 29 марта 2022 года,

рассмотрев в судебном заседании материалы кассационной жалобы ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21 декабря 2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 марта 2022 года 

о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества от 17 мая 2016 года, 07 июня 2016 года, заключенных между должником и ФИО4, и действий ФИО4 по исполнению мирового соглашения, применении последствий недействительности цепочки сделок 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о признании признано несостоятельным (банкротом) ФИО5 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительными следующих сделок:

- договор купли-продажи недвижимого имущества от 17 мая 2016 г., заключенный между ФИО5 и ФИО4,

- договор купли-продажи недвижимого имущества от 07 июня 2016 г., заключенный между ФИО5 и ФИО4

- действия ФИО4 по исполнению мирового соглашения, выразившиеся в передаче ФИО3 следующего имущества: земельный участок: кадастровый номер 50:09:0070101:0176, расположенный по адресу 

<

...> уч. 22; жилой дом: кадастровый номер 50:09:0070101:3590, расположенный по адресу 

<

...>; земельный участок: кадастровый номер 69:15:0080601:24, расположенный по адресу Тверская обл., р-н Конаковский, с/п Первомайское, д. Дальнее Хорошово; здание: кадастровый номер 69:15:0000008:1325, расположенное по адресу Тверская обл., р-н Конаковский, с/п Первомайское, д. Дальнее Хорошово.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 декабря 2021 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 марта 2022 г., названные сделки признаны недействительными, применены последствия недействительности цепочки сделок в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника ФИО5 спорное недвижимое имущество.

Не согласившись с судебными актами, ФИО4 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Московского округа, указав на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

До начала судебного заседания в материалы дела поступили письменные отзывы на кассационную жалобу от финансового  управляющего с просьбой отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 25 августа 2022 г. произведена замена судей Тарасова Н.Н., Холодковой Ю.Е. на судей Зенькову Е.Л., Мысака Н.Я.

В судебном заседании представитель ФИО1 против удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Иные лица, извещенные о рассмотрении кассационной  жалобы в установленном законом порядке, представителей в суд не направили. 

Суд кассационной инстанции счел возможным рассмотреть кассационную жалобу без участия лиц, не явившихся в судебное заседание, поскольку в силу пункта 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, не может являться препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. 

Информация о движении дела опубликована на официальном Интернет-сайте суда.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 г. № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва, заслушав представителя ФИО1,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)".

Поводом для обращения с настоящим заявлением послужила передача во исполнение условий мирового соглашения между ФИО4 и ФИО3 последнему недвижимого имущества, которое ранее отчуждено должником ФИО4 по договорам купли-продажи.

Финансовый управляющий должника, полагая, что указанная цепочка сделок по отчуждению объектов недвижимости ФИО5 в пользу ФИО4 и последующая их передача ФИО3 отвечает признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

По результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов и доводов кассационной жалобы суд кассационной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в преддверии банкротства. 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки.

По общему правилу периоды подозрительности в деле о банкротстве должника исчисляются с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В рассматриваемой ситуации суды установили все обстоятельства, указывающие на недействительность сделки.

Совершая спорную сделку, как должник, так и ответчик осознавали нарушение прав иных кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения своих требований из конкурсной массы должника, при этом в результате совершения спорных сделок из конкурсной массы выбыл значительный актив, что привело к нарушению прав кредиторов должника.

Согласно правовой позиции позицию, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09 июля 2018 г. № 307-ЭС18-1843, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Суды пришли к выводу о том, что спорные сделки являлись частью согласованных действий по сокрытию принадлежащего должнику имущества от кредиторов.

Следовательно, спорные договоры и мировое соглашение являются, по сути, единой сделкой, направленной на сокрытие ликвидного имущества должника, в том числе в целях исключения возможности включения в конкурсную массу.

Судами установлена аффилированность должника и ФИО4, существование обязательств должника перед иными кредиторами, отсутствие доказательств наличия финансовой возможности у ФИО4 по оплате спорных договоров об отчуждении недвижимости должником.

Относительно второго звена цепочки сделок (ФИО4 – ФИО3) судами указано на отсутствие доказательств реальности хозяйственных отношений и соответственно наличия обязательств ФИО4 перед ФИО3, во исполнение которых впоследствии была передана недвижимость, полученная от должника.

Суды, установив в достаточной степени подробно и комплексно всю структуру взаимоотношений должника, ФИО4 (мать супруги должника Титовой (ФИО4) Н.Н.) и ФИО3 вполне обоснованно пришли к заключению о наличии заинтересованности между ФИО5, ФИО4 и ФИО3

Вопреки доводам жалобы ФИО3 суды не высказывались о недействительности договора займа, указав лишь на то, что поведение ФИО5, ФИО4 и ФИО3 свидетельствует о существовании доверительных отношений между ними, которые позволили осуществить вывод ликвидного имущества должника посредством оформления цепочки формальных сделок - договоров купли-продажи, мирового соглашения.

Так, судами отмечено то, что из текста утвержденного мирового соглашения следует, что ФИО3 согласился с условием мирового соглашения о том, что ФИО4 сохраняет права пользования передаваемыми жилыми помещениями в течение трех лет после исполнения мирового соглашения.

Данное поведение не является характерным для участников гражданского оборота. Добросовестный заимодавец преследует цель погашения долга. Если долг погашается передачей недвижимого имущества, то разумный и добросовестный кредитор предпримет попытку получения денежных средств, используя такое имущество.

Так, при рассмотрении вопроса взаимосвязанности должника и кредитора суд учитывает, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Такой подход соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 г. № 308-ЭС16-1475. 

ФИО3 не привел в кассационной жалобе каких-либо доводов со ссылкой на материалы обособленного, объясняющих столь доверительные, экономически не обоснованные, как установили суды, преференции, которые следовали из условий мирового соглашения, в пользу ФИО4, аффилированной с должником, при совершении сделок со спорным недвижимым имуществом должника.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание установленные судами обстоятельства, суды обоснованно пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае осуществлено  безвозмездное отчуждение должником имеющегося у него имущества через цепочку последовательных сделок, что свидетельствует о преследовании участниками сделок цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оспариваемые сделки были правомерно признаны недействительными судами по основаниям, предусмотренным Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, как отметили суды эти сделки обладают признаками притворности.

Судебная коллегия окружного суда полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17 февраля 2015 г. № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05 июля 2018 г. № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебными актами не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 г. № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителя жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

          Руководствуясь ст. 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21 декабря 2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 марта 2022 года по делу № А40-103300/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.  

  Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                       В.З. УддинаСудьи:                                                      Е.Л. Зенькова

                                                                                                Н.Я. Мысак