СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-4000/2020(6,8)-АК

Дело №А71-20138/2019

27 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июня 2023года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 июня 2023года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                                 И.П. Даниловой, Т.В. Макарова,                  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от должника ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 12.03.2021,  

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в заседании суда апелляционные жалобы кредитора ФИО4 и ее представителя ФИО4 

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 03 мая 2023 года

о разрешении разногласий между финансовым управляющим ФИО5 и ФИО6,

вынесенное судьей А.А. Шишкиной 

в рамках дела  №А71-20138/2019 

о признании ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо ФИО6,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7,

установил:

В арбитражный суд Удмуртской Республики 13.12.2019 поступило заявление (ФИО8) Валерии Валерьевны (далее - ФИО4, заявитель) о признании ФИО2 (далее – ФИО2, должник) несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 16.12.2019, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.02.2020 (резолютивная часть от 17.02.2019) заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении должника ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО9, член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» №33 от 22.02.2020, стр.197.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.07.2020 (резолютивная часть от 08.07.2020) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО9

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №131 от 25.07.2020, стр.7.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.11.2021 (резолютивная часть от 15.11.2021) ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07.10.2022 финансовым управляющим должника ФИО2 утверждена ФИО5, член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса». 

В арбитражный суд 10.06.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО9 об обязании супруги должника ФИО6 (далее – ФИО6) передать по акту приема-передачи в срок не позднее десяти календарных дней с момента вынесения соответствующего судебного акта арбитражному управляющему ФИО9 для целей описи, оценки и включения в конкурсную массу должника недвижимого имущества – 1/3 доли в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 18:26:040630:573 (имеющее обременение на весь объект по договору №1-12/2016 аренды нежилых помещений от 16.12.2016, заключенного  с ООО «Ижевские бани» ИНН 

<

***>), а также сопутствующих данному недвижимому имуществу документов: копии договора купли-продажи от 15.06.2015, копии акта приема-передачи к нему, копии договора №1-12/2016 аренды нежилых помещений от 16.12.2016, заключенного с ООО «Ижевские бани», а также дополнительных соглашений к нему; технической документации на данное недвижимое имущество; в случае неисполнения судебного акта – взыскать с ФИО6 судебную неустойку в размере 5 000,00 рублей за каждый день просрочки исполнения судебного акта об истребовании имущества и документов, до даты его фактического исполнения, которое расценивается судом как заявление о разрешении разногласий между финансовым управляющим и супругой должника ФИО6 по передаче имущества для включения в конкурсную массу должника, которое принято к производству суда определением от 11.06.2021, назначено к рассмотрению. 

Определением суда от 15.12.2022 в соответствии со статьей 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7. 

Должником, заинтересованным лицом и третьим лицом представлены возражения против удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований. 

Кредитором ФИО4 представлено ходатайство о фальсификации доказательств, исключении из числа доказательств расписки и договора дарения денег от 29.05.2015, и о назначении почерковедческой и технической экспертизы подлинников договора дарения денег, расписки, договора купли-продажи от 29.05.2015 и дополнительного соглашения от 11.06.2015.

В соответствии со статьей 161 АПК РФ проверка заявления о фальсификации доказательств проведена путем оценки и сопоставления документов в соответствии со статьей 71 АПК РФ, оставлено без удовлетворения, отказано в исключении документов из числа доказательств. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03 мая 2023 года (резолютивная часть от 27.04.2023) разногласия между финансовым управляющим ФИО5 и ФИО6 разрешены. В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО5 об обязании супругу должника ФИО6 передать для целей описи, оценки и включения в конкурсную массу должника недвижимого имущества – доли в праве (в размере 1/3) на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 18:26:040630:573 (имеющее обременение на весь объект по договору №1-12/2016 аренды нежилых помещений от 16.12.2016, заключенному с ООО  «Ижевские бани», ИНН 

<

***>, и сопутствующих данному недвижимому имуществу документов – копии договора купли-продажи от 15.06.2015, копии акта приема-передачи к нему, копии договора №1-12/2016 аренды нежилых помещений отказано. 

Не согласившись с судебным актом, кредитор ФИО4 и ее представитель ФИО4, действующий на основании доверенности, подали апелляционные жалобы (с учетом дополнений ФИО4), в которых просят отменить определение суда от 03.05.2023, удовлетворить заявленное финансовым управляющим требований либо направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Заявители жалобы указывают на то, что определение суда является незаконным. Брак должника и его супруги расторгнут 19.07.2018, супруги продолжали совместное проживание в жилом доме, ведение совместного хозяйства вплоть до отъезда должника в 2016 в США. Доводы ФИО6, что внебрачная связь должника с ФИО11, их совместные поездки за границу, ее беременность свидетельствуют о фактическом прекращении брачных отношений с должником, не состоятельны, ничем объективно не подтверждены. Указанные обстоятельства не являются доказательством, что супруги не проживали вместе и что супруга должника была на тот момент в курсе связи должника с другой женщиной. Факт совместного проживания опровергается сведениями, размещенными в социальных сетях ФИО6 кроме того, в апреле 2014 года у Т-вых родился второй совместный ребенок. Полагает, что супруга должника предоставила расписку и договор дарения ей денег в суд с целью сокрытия имущества и исключения его из конкурсной массы должника. Спорное имущество приобреталось супругами в браке. В случае, если бы денежные средства при приобретении действительно подарил и передал ФИО10, это было бы указано в условиях основного договора или в дополнительном соглашении. В материалах дела нет доказательств дарения денежных средств ФИО6 ее отцом ФИО10, копии документов не являются допустимыми и достоверными доказательствами, вместе с тем, подлинники документов в материалы дела не представлены. Указывает на противоречия в представленных документах, договор дарения подписан в г. Можга, а договор купли-продажи доли в недвижимом имуществе заключается в г. Ижевск в этот же день. Из содержания всех представленных документов создается уверенность, что расписка и договор дарения денег искусственно встроены в механизм данной сделки уже после ее проведения, когда финансовым управляющим было подано заявление об истребовании имущества и документов в конкурсную массу должника. в материалы дела не представлено доказательств, что ФИО10 действительно имел в своем распоряжении данную денежную сумму на счетах или в банках, имел возможность передать их в дар. Справки о доходах таковыми доказательствами не являются. Суд формально констатировал факт передачи денежных средств по договору дарения в счет оплаты по договору купли-продажи доли в нежилом помещении. Проверка обстоятельств передачи денежных средств заменена на констатацию условий договора без учета необходимости применения в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания к обстоятельствам получения наличных денежных средств. Тогда как имущество, приобретенное в браке, подлежит включению в конкурсную массу должника для реализации в процедуре банкротства. 

В дополнениях к апелляционной жалобе поименованы дополнительные документы (копии): скриншоты фотографий личной страница ФИО6 в социальной сети «Инстаграмм», адвокатский опрос В.В., что расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении дополнительных документов. 

Представитель кредитора ФИО4 ФИО4 указал на то, что не был извещен о дате судебного заседания на 27.04.2023. В судебном заседании ему стало известно о направлении ФИО6 в адрес суда дополнительных пояснений с приложением различных документов, которые в адрес кредитора и ее представителя направлены не были, что повлекло нарушение прав кредитора. Суд необоснованно приобщил к материалам дела копию решения Индустриального районного суда от 27.02.2023, которое принято по заявлению кредитора ФИО4, но в ее адрес не направлялось. Тем самым был нарушен принцип равноправия и состязательности сторон, а суд не содействовал в реализации прав кредитора и не создал условия для этого. Указывает, что он, являясь представителем кредитора, находясь в местах лишения свободы, был лишен возможности получать информацию о движении дела через интернет. 

До начала судебного заседания должником ФИО2 и заинтересованным лицом ФИО6 представлены возражения на апелляционную жалобу, в которых просят оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность принятого определения.

Ходатайство ФИО4 рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ, в его удовлетворении отказано на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, поскольку доказательств, подтверждающих уважительность причин невозможности представления документов, приложенных к  дополнениям к апелляционной жалобе, в суд первой инстанции не представлено.

Поскольку указанные документы представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр», то возврату на бумажном носителе не подлежат. 

В судебном заседании представитель должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просит определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между должником ФИО2 и ФИО6 был заключен брак 09.12.2005 (запись акта о заключении брака №1049), расторгнут 10.09.2013 (запись акта о расторжении брака №802), повторно заключен 13.09.2013 (запись акта о заключении брака №3749), расторгнут 19.07.2018 (запись акта о расторжении брака №593).

В рамках настоящего дела о банкротстве финансовым управляющим выявлено имущество, приобретенное супругами в браке, зарегистрированное на имя супруги должника ФИО6

Так, согласно договору купли-продажи №001/004/2015-2835 от 29.05.2015, заключенному между ФИО7 (продавец) и ФИО6 (покупатель), продавец продает, а покупатель принимает в собственность 1/3 доли в праве на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 18:26:040630:573 (пункт 1.1 договора). Отчуждаемая доля в праве собственности на нежилое помещение оценивается сторонами и продается по цене 5 000 000,00 рублей, уплачиваемой покупателем продавцу в день подписания настоящего договора (пункт 2.1 договора) (л.д.16 т.2, оригинал). 

Из оригинала расписки от 29.05.2015 следует, что продавец ФИО7 получил от ФИО10 (отец ФИО6), действующего за ФИО6 в счет оплаты по договору купли-продажи доли нежилого помещения от 29.05.2015 денежные средства в размера 5 000 000,00 рублей. Указано, что расчет произведен полностью, претензий нет. Расписка подписана ФИО7 (л.д.19 т.2, оригинал). 

Сторонами сделки 29.05.2015 подписан акт приема-передачи вышеуказанного недвижимого имущества с указанием на то, что расчет по договору произведен полностью.

Также между сторонами 11 июня 2015 года подписано дополнительное соглашение к договору, согласно которому указано на наличие аренды в отношении нежилого помещения, являющего объектом купли-продажи по договору, в соответствии с договором аренды №1-10/2013 от 11.10.2013 (л.д.17 т.2, оригинал). 

Договор, дополнительное соглашение и акт приема-передачи имущества подписаны сторонами. Спорный объект передан в собственность приобретателя имущества.

Право ФИО6 на 1/3 доли в общей долевой собственности на вышеуказанный объект зарегистрировано в ЕГРН Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике 15.06.2015, номер регистрации 18-18/001/004/2015-2835/2, выдано свидетельство о государственной регистрации права 15.06.20216, что подтверждается отметкой в договоре купли-продажи (л.д.16-18 т.2), свидетельством о государственной регистрации права (л.д.20 т.2), выпиской из ЕГРН, предоставленной Управлением Росреестра по Удмуртской Республике (л.д.21-26 т.2). 

Ссылаясь на то, что спорное имущество приобретено в браке, является совместным имуществом супругов Т-вых, подлежит включению в конкурсную массу должника, финансовый управляющий обратился с заявлением о разрешении разногласии и возложении на супругу должника ФИО6 передать арбитражному управляющему по акту приема-передачи вышеуказанное имущество и сопутствующие ему документы (договор купли-продажи, дополнительное соглашение, акт приема-передачи имущества, договор аренды нежилых помещений), установлении судебной неустойки на случай неисполнения заинтересованным лицом обязанности по передаче вышеуказанного имущества и документов. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о возложении на супругу должника обязанности по передаче имущества и документов арбитражному управляющему, отказывая в установлении судебной неустойки, исходил из того, что спорное имущество, хотя и приобретено в браке, но за счет личных денежных средств ФИО6, подаренных ей ее отцом ФИО10, является ее личным имуществом, не подлежащим включению в конкурсную массу должника. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, выслушав представителя должника в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений пункта 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона. 

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Статьей 131 Закона о банкротстве предусмотрено, что все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. Из имущества должника, которое составляет конкурсную массу, исключается имущество, изъятое из оборота, имущественные права, связанные с личностью должника, в том числе права, основанные на имеющейся лицензии на осуществление отдельных видов деятельности, а также иное предусмотренное настоящим Законом имущество.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 данной статьи.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Исходя из пунктов 1 и 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» следует, что в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 стать 213.26 Закона о банкротстве, пункт 1 и 2 статьи 34, статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации). Вместе с тем супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 стать 38 Семейного кодекса Российской Федерации). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. Обращение взыскания на имущество, принадлежащее на праве общей собственности гражданину-должнику и иным лицам, не являющимся супругом (бывшим супругом) должника, в процедурах банкротства производится в соответствии с общими положениями пункта 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве, без учета особенностей, установленных пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве. Если супругами не заключались внесудебное соглашение о разделе общего имущества, брачный договор либо если судом не производился раздел общего имущества супругов, при определении долей супругов в этом имуществе следует исходить из презумпции равенства долей супругов в общем имуществе (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации) и при отсутствии общих обязательств супругов перечислять супругу гражданина-должника половину средств, вырученных от реализации общего имущества супругов (до погашения текущих обязательств). Супруг (бывший супруг) должника, не согласный с применением к нему принципа равенства долей супругов в их общем имуществе, вправе обратиться в суд с требованием об ином определении долей (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации). Такое требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

 К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2 статьи 34 СК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

Вместе с тем, пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно выработанным правовым подходам, отраженным в 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N2(2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017, на имущество, приобретенное в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, режим общей совместной собственности супругов не распространяется.

Таким образом, по смыслу статей 33, 34, 36 Семейного кодекса РФ предполагается законный режим собственности супругов в отношении имущества, приобретенного в браке, а потому обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счет личных денежных средств возложена на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью. 

Как указывалось выше и подтверждено документально, действительно, спорный объект – 1/3 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение в г. Ижевске было приобретено ФИО6 на основании договора купли-продажи от 29.05.2015, зарегистрировано право собственности на него 15.06.2015, т.е. в период брака с должником ФИО2, формально может быть признано совместно нажитым в браке имуществом. 

Возражая против заявленных требований, заинтересованное лицо ФИО6 указывала на то, что спорное имущество приобретено за счет денежных средств, полученных ею в дар от отца, в связи с чем, имущество является ее личным имуществом, не подлежит включению в конкурсную массу должника. 

В подтверждение чего, ФИО6 представлены договор дарения денежных средств, расписка в передаче денежных средств, сведения о доходах ФИО10 (отца ФИО6), а также сведения о снятии им денежных. 

Судом первой инстанции из договора дарения денег от 29.05.2015, заключенного между ФИО10 (даритель) и ФИО6 (одаряемый), установлено, что даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому денежные средства в размере 5 000 000,00 рублей (пункт 1.1 договора). Денежные средства передаются дарителем путем оплаты за одаряемую 1/3 доли в недвижимом имуществе (кадастровый номер 18:26:040630:573) по адресу: 

<

...> (пункт 3.1 договора) (л.д.35 т.2).

Расписка от 29.05.2015 подтверждает, что ФИО7 получил от ФИО10 в счет оплаты по договору купли-продажи доли нежилого помещения от 29.05.2015 денежные средства в размере 5 000 000 руб. 00 коп. Расчет произведен полностью, претензий нет.

Как свидетельствует выписка из ЕГРН от 06.02.2023 №КУВИ-001/2023-27672969, правообладателем спорной доли в нежилом помещении является ФИО6

Суд первой инстанции, предъявляя к заинтересованному лицу ФИО6 повышенные стандарты доказывания (с учетом аффилированности сторон) предложил представить документы, подтверждающие финансовую возможность ФИО10, предоставить в дар ФИО6 вышеуказанную сумму денежных средств. 

Согласно справкам по форме 2-НДФЛ за период 2013-2015гг. в отношении ФИО10, являющегося отцом ФИО6 (ФИО10 умер 21.09.2021), физическое лицо в 2013г. получило общий доход в размере 6 331 061,28 рубля, в 2014 г. –  6 486 251,46 рубля, в 2015 г. –  6 490 113,12 рубля.

Из анализа вышеуказанных документов, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что отец ответчика обладал финансовой возможностью предоставить своей дочери в дар денежные средства для приобретения спорного объекта недвижимости. 

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Согласно пояснениям ФИО6, несмотря на приобретение спорного имущества в период заключенного с должником брака, супруги фактически вместе не проживали, совместного хозяйства не вели. Кроме того, ответчиком обращено внимание на то обстоятельство, что в сентябре 2014 г. старший сын, отцом которого является ФИО2, пошел в первый класс, в этот год ФИО6 фактически перестала проживать с ФИО2 Сафия (первый ребенок ФИО2 от второго брака) родилась ДД.ММ.ГГГГ, из чего следует, что её мать ФИО11, забеременела ориентировочно в сентябре 2015г. ФИО2 и ФИО11 совместно проводили поездки за границей, что подтверждается штампами в загранпаспортах. Совместная поездка в Мексику в 04.02.2014 (стр. 6 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 28 в загранпаспорте ФИО11); совместные поездки в Турцию: въезд в Турцию 12.06.2014, выезд 18.06.2014 (стр. 7 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 32 в загранпаспорте ФИО11); въезд в Турцию 02.05.2015, выезд 14.05.2015 (стр. 7 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 32 в загранпаспорте ФИО11); въезд в Турцию 03.06.2015, выезд 18.06.2015 (стр. 8 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 30 в загранпаспорте ФИО11); совместные поездки в Чехию (Прага): 15.05.14-19.05.14 (стр. 13 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 28 в загранпаспорте ФИО11); 05.03.15-18.03.15 (стр. 14 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 22 в загранпаспорте ФИО11А);14.05.15-19.05.15 (стр. 25 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 22 в загранпаспорте ФИО11); Совместная поездка в Грецию (город Салоники) 17.01.15-21.01.15 (стр. 14 в загранпаспорте ФИО2 и стр. 22 в загранпаспорте ФИО11). Желание и действия ФИО10 были направлены на приобретение ею коммерческого помещения для возможности получать доход.

В подтверждение указанных выше доводов представлены копии загранпаспортов ФИО2 и ФИО11, свидетельство о рождении ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Доводы апеллянта о том, что представленные документы не свидетельствуют о прекращении совместной жизни супругов Т-вых, подлежат отклонению, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, а именно, установленному судом факту, что должник фактически прекратил семейные отношения с ФИО6 в 2014 году, вступив в иные отношения с ФИО11, у которых родилась в июне 2016 года совместная дочь. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Как не представлено и доказательств наличия у должника личных средств (дохода) для приобретения спорного имущества в 2015 году в размере 5 млн. рублей. 

В рассматриваемом случае, с учетом сложившейся правоприменительной практики, дата официального расторжения брака не может само по себе расцениваться в качестве даты прекращения семейных отношений, который может наступить ранее официального расторжения брачных отношений, поскольку юридически значимым обстоятельством является факт прекращения ведения общего хозяйства (в частности абзац 2 пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N15 (ред. от 06.02.2007) «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»). 

С учетом представленных доказательств и пояснений сторон, суд первой инстанции установил, что имущество приобретено ФИО6 уже после прекращения семейных отношений с должником и за счет личных средств ответчика. 

Соответственно, основания полагать, что имущество было приобретено супругами в период совместного проживания и за счет общих денежных средств супругов, у суда первой инстанции отсутствовали.

Судом верно отмечено, что ФИО2 и ФИО6 раздел совместно нажитого имущества при расторжении брака не производили.

В поданном ФИО4 в Советский районный суд г. Казани исковом заявлении о признании имущества совместно нажитым имуществом супругов Т-вых, выделении доли должника в совместно нажитом имуществе, а также решении Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 27.02.2023 по делу №2-500/23 также не фигурирует требование кредитора о признании 1/3 доли в праве на нежилое помещение, расположенное по адресу 

<

...>, кадастровый номер 18:26:040630:573, совместно нажитым имуществом ФИО2 и ФИО6

Доводы представителя апеллянта, что вышеуказанные судебные акты не были получены его доверителем ФИО4, во-первых, не имеют правового значения, а во-вторых, поскольку кредитор ФИО4 являлась истцом по вышеуказанным делам, следует признать ее осведомленность о принятых судами судебных актах по заявленным ею же требованиям. 

Более того, указанные доказательства были оценены судом в совокупности с иными доказательствами, которым дана надлежащая правовая оценка.

В связи с чем, полагать, что судом были приняты во внимание доказательства, которыми кредитор не располагал, основания отсутствуют. 

Учитывая установленные выше обстоятельства, а именно приобретение спорного имущества на денежные средства отца ФИО6 ФИО10, располагавшего финансовой возможностью предоставить дочери в дар денежные средства путем оплаты стоимости приобретенного имущества, установив прекращение ведения общего хозяйства должником и его супругой на дату приобретения спорного имущества, при отсутствии доказательств наличия у должника имущественных притязаний в отношении спорного объекта – как совместно нажитого в браке имущества, а также непредставления доказательств наличия у должника финансовой возможности приобретения спорного имущества, суд первой инстанции правомерно признал спорное имущество личным имуществом ФИО6, приобретенным за счет денежных средств, предоставленных ей отцом в дар (по безвозмездной сделке), и отказал в истребовании у ответчика этого имущества и сопутствующих документов  в конкурсную массу должника. 

Доводы финансового управляющего, кредитора ФИО4 судом первой инстанции рассмотрены и правомерно признаны необоснованными.

Аргументов, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции, в апелляционных жалобах не содержится. 

Ссылка представителя кредитора (отбывающего наказание в исправительном учреждении) на нарушение права на судебную защиту и, как следствие, невозможность предоставления дополнительных пояснений, подлежат отклонению в силу следующего.

Определением суда от 18.04.2023 было удовлетворено ходатайство ФИО4 (представителя кредитора ФИО4) об участии в судебном заседании 27.04.2023 путем использования системы видеоконференц-связи (л.д.46 т.2).

Из протокола судебного заседания от 27.04.2023 следует, что представитель кредитора принимал участие в судебном разбирательстве. 

Действительно, заинтересованным лицом ФИО6 были представлены дополнительные возражения с приложением дополнительных документов, поданных в электронном виде через систему «Мой Арбитр» 23.04.2023; представителем должника ФИО2 также представлено ходатайство о приобщении дополнительных документов, поданных в электронном виде через систему «Мой Арбитр» 26.04.2023.

В судебном заседании 27.04.2023 ходатайства о приобщении дополнительных доказательств, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, рассмотрены, удовлетворены. Из протокола судебного заседания не следует, что представителем кредитора ФИО4 было заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью ознакомления с представленными доказательствами, из чего следует, что кредитор располагал дополнениями и мог представить свои возражения относительно приобщенных документов. Однако, таким правом ни кредитор, ни его представитель не воспользовались (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Следует обратить внимание на то, что доводов, опровергающих сведения, содержащиеся в  загранпаспортах должника, ФИО11 и свидетельству о рождении их совместного ребенка, а также в решении Индустриального районного суда г. Ижевска, исковом заявлении, поданном суд самой же ФИО4 с приложениями, апеллянтами не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено. 

В связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу, что нарушения прав и законных интересов кредитора ФИО4 при рассмотрении настоящего обособленного спора, судом первой инстанции допущено не было. 

Судебной коллегией отклоняются доводы ФИО4 и в той части, что заинтересованным лицом ФИО6 в нарушение статьи 75 ГК РФ не были представлены оригиналы документов, о фальсификации которых было заявлено в силу следующих обстоятельств. 

ФИО4 представлено ходатайство о фальсификации доказательств и исключении из числа доказательств расписки и договора дарения денег от 29.05.2015, проверку заявления просила провести путем назначения почерковедческой и технической экспертизы подлинников договора дарения денег, расписки, договора купли-продажи от 29.05.2015 и дополнительного соглашения от 11.06.2015.

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора арбитражным судом был сделан запрос по ходатайству ФИО4 о фальсификации доказательств в ФБУ «Российский Федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации», в материалы дела поступил ответ от 16.01.2023 №6-225, в котором экспертное учреждение выражает согласие на проведение данной экспертизы и указывает её стоимость; представителю ФИО2 ФИО3 разъяснены уголовно-правовые последствия за фальсификацию доказательств в порядке ст. 303 УК РФ, о чем взята подписка; ответчику предложено исключить расписку и договор дарения денег от 29.05.2015 из числа доказательств; ФИО4 предложено внести денежные средства для возмещения расходов по проведению экспертизы на депозитный счет суда. 

Определением суда от 11.04.2023 предупреждены ФИО6, ФИО4 об уголовной ответственности, предусмотренной статьями 303 306 УК РФ на случай неявки в судебное заседание.

Вопреки доводам апеллянта, ФИО6 были представлены оригиналы указанных документов 01.02.2023 (л.д.15-20 т.2). 

Со стороны ФИО6 ходатайство об исключении из числа доказательств расписки и договора дарения денег от 29.05.2015 не поступило.

Требование суда о внесении на депозитный счет суда денежных средств в возмещение расходов по проведению экспертизы ФИО4 не исполнено.

В целях проверки заявления о фальсификации доказательств, поскольку по смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проведение экспертного исследования не является единственным способом проверки доказательств на предмет их фальсификации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о возможности оценки сделанного заявления о фальсификации доказательств в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Арбитражный суд исходил из того, что фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений. Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о подложности доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 №1727-О). 

Сопоставив все документы в единстве, взаимосвязи и совокупности, оценив представленные оригиналы документов, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств, признав представленные ответчиком доказательства допустимыми и достоверными. 

Иных доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, апеллянтами не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено. 

В связи с чем, доводы апеллянтов подлежат отклонению как необоснованные. 

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Таким образом, доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

Согласно подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение о передаче дела по подсудности государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03 мая 2023 года по делу №А71-20138/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров