АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-2033/2016

г. Краснодар

30 июня 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2017 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июня 2017 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мещерина А.И., судей Волкова Я.Е. и Мазуровой Н.С., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «СТ-ГЕО» (ИНН 2634091690, ОГРН 1152651003438) – Натрова П.Ю. (доверенность от 15.05.2017), от ответчика – акционерного общества «Ставропольнефтегеофизика» (ИНН 2634011976,                               ОГРН 1022601937841) – Кулешова С.Д. (доверенность от 14.06.2017), в отсутствие третьего лица – Слонова Дмитрия Николаевича, извещенного о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Ставропольнефтегеофизика» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 02.12.2016 (судья Керимова М.А.) и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2017 (судьи Казакова Г.В., Егорченко И.Н., Луговая Ю.Б) по делу № А63-2033/2016, установил следующее.

ООО «СТ-ГЕО» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к АО «Ставропольнефтегеофизика» (далее – предприятие) о расторжении договоров аренды от 11.05.2015 № 15/01, от 31.07.2015 № 15/01-2, от 18.05.2015 № 15/02, от 27.05.2015 № 15/04, от 19.06.2015 № 15/07, от 23.06.2015 № 15/08, от 23.06.2015                     № 15/09, от 01.09.2015 № 15/10, от 09.08.2015 № 15/11, от 21.08.2015 № 15/12,                            от 24.08.2015 № 15/13, от 25.08.2015 № 15/14, от 24.09.2015 № 15/15, от 05.10.2015                   № 15/16, а также о возврате оборудования (техники), переданного по ответчику по данным сделкам.

Предприятие предъявило к обществу встречное исковое заявление о признании недействительными названных договоров аренды и применении последствий их недействительности путем приведения сторон в первоначальное положение                       (т. 2, л. д. 2 – 6). 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Слонов Д.Н.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 02.12.2016, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2017, первоначальное исковое заявление удовлетворено частично. Суд возложил на предприятие обязанность возвратить обществу оборудование (технику), переданное по спорным договорам аренды (перечень приведен в приложениях № 1 к договорам) в течение 10 дней с момента вступления судебного акта в законную силу. В части требований общества о расторжении договоров аренды и о возврате оборудования (техники) по договору аренды от 21.08.2015 № 15/12 производство по делу прекращено на основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс). В удовлетворении встречного искового заявления отказано. Судебные инстанции, удовлетворяя первоначальный иск, пришли к выводу о том, что договоры аренды прекращены в связи с отказом арендодателя от продолжения арендных отношений на основании пункта 2 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). Поскольку переданное ответчику имущество не возвращено арендодателю после прекращения договорных отношений, общество вправе в судебном порядке требовать его возврата                               (статья 622 Гражданского кодекса). Доводы предприятия о наличии у Тюрикова Н.Н. заинтересованности в заключении договоров аренды суды отклонили. Названное лицо не являлось единоличным исполнительным органом предприятия. Основания для признания договоров аренды недействительными в силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса отсутствуют, поскольку не доказано, что заключение и исполнение этих сделок повлекло или могло повлечь за собой причинение убытков либо возникновение иных неблагоприятных последствий для предприятия. Из материалов дела не следует, что сделки по возмездному предоставлению имущества изначально заключались с целью их неисполнения либо ненадлежащего исполнения и нанесения ущерба ответчику. По договорам аренды имущество (оборудование, техника) фактически было передано предприятию, использовалось им в своей хозяйственной (производственной) деятельности. Согласно заключению проведенной по делу судебной экспертизы стоимость арендной платы, указанная в договорах аренды, сопоставима (примерно равнозначна) с рыночной стоимостью арендной платы за аналогичное имущество. В материалах дела отсутствуют и доказательства, свидетельствующие об осведомленности общества о причинении исполнением сделки ущерба предприятию, а также о заключении договоров аренды на заведомо и значительно невыгодных для предприятия условиях. Доказательства сговора либо иных совместных действиях лиц, подписавших договоры аренды (Новиковой Ю.А. со стороны общества и Слонова Д.Н. со стороны предприятия), с целью причинения ущерба интересам предприятия в материалах дела отсутствуют. Отклоняя доводы предприятия о том, что договоры аренды являются подозрительными сделками и подлежат признанию недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суды указали на необходимость рассмотрения таких требований в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Ставропольнефтегеофизика», а также на отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии условий для применения             статьи 10 Гражданского кодекса.

В кассационной жалобе предприятие, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, а также на несоответствие сделанных судами выводов представленным в дело доказательствам, просит отменить решение от 02.12.2016 и постановление от 20.04.2017. Податель жалобы указывает на отсутствие правовых оснований для отказа в удовлетворении встречных исковых требований. Суды не приняли во внимание, что на момент заключения спорных договоров аренды Тюриков Н.Н. являлся заместителем генерального директора предприятия. Совместные действия Слонова Д.Н. и Тюрикова Н.Н., подтверждают факт сговора, направлены на причинение ущерба предприятию, поскольку данные лица знали о неблагоприятных последствиях, связанных с заключением спорных договоров аренды (предприятие лишилось возможности получать прибыль в результате хозяйственной деятельности, что привело к банкротству). Факт причинения явного ущерба предприятию подтверждается как материалами дела, так и дополнительно предоставленной справкой, согласно которой годовая прибыль предприятия в 2015 году составила 610 тыс. рублей. Размер годовой арендной платы за оборудование общества составляет 69 540 тыс. рублей. Апелляционный суд в отсутствие предусмотренных Кодексом оснований не принял в качестве доказательств документы, которые появились после рассмотрения искового заявления в суде первой инстанции. 

В отзыве общество указало на отсутствие оснований для отмены состоявшихся по делу судебных актов.

Арбитражный суд округа объявлял перерыв в судебном заседании до 16 часов               10 минут 29.06.2017 в связи с заявлением представителя предприятия о возможном мирном урегулировании спора. После перерыва стороны пояснили, что не достигли соглашения по условиям урегулирования конфликта. 

В заседании представитель предприятия поддержал доводы жалобы. Представитель общества полагал, что решение и постановление суда апелляционной инстанции следует оставить без изменения. 

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, общество (арендодатель) и предприятие (арендатор) заключили договоры аренды оборудования (техники)                            от 11.05.2015 № 15/01, от 31.07.2015 № 15/01-2, от 18.05.2015 № 15/02, от 27.05.2015 № 15/04, от 19.06.2015 № 15/07, от 23.06.2015 № 15/08, от 23.06.2015 № 15/09, от 01.09.2015 № 15/10, от 09.08.2015 № 15/11, от 21.08.2015 № 15/12,                             от 24.08.2015 № 15/13, от 25.08.2015 № 15/14, от 24.09.2015 № 15/15 и от 05.10.2015                    № 15/16, по условиям которых арендодатель предоставил арендатору во временное владение и пользование за плату следующее оборудование (технику): станция геолого-технического исследования «Кедр-101» МКЦБ.611137.101, сервер (оборудование), группа из пяти вибраторов сейсмических сигналов СВ 14/150, УАЗ-390945 (2 штуки),                         УАЗ-390995 (1 штука), КАМАЗ-43101 (в комплектации: электростанция «Вепрь»                        АДС 8-320 РА2, сплит-система/кондиционер Hitachi RAS-08) регистрационный знак С 567 АВ 64, вагоны-дома в количестве 5 штук (государственные номера 26 СМ 5584, 26 СМ 5585, 26 СМ 5586, 26 СМ 3201 и 26 СМ 5582), имитатор виброисточников GDS VibSim, УАЗ-390945 (государственный номер А 833 ТР 126 и свидетельство о регистрации ТС 2635 № 057920), УАЗ-390995 (государственный номер А 834 ТР 126 и свидетельство о регистрации ТС 2635 № 057921), стационарная электростанция АД-60С Т400-1РПМ1 в кожухе, вагоны-дома в количестве 4 штук (государственные номера 26 СМ 3217, 26 СМ 3213, 26 СМ 3215 и 26 СМ 3214) со свидетельствами и транспортными талонами, ГАЗ 33081/ТС 30334L3 (государственный номер А 640 РМ 126, свидетельство о регистрации ТС 2638 № 062418), транспортное средство ГАЗ 33081/2034 L3 (государственный номер  А 879 РК 126, свидетельство о регистрации ТС 2638 № 062701). Договоры заключены сторонами на срок по 31.12.2015 (т. 1, л. д. 10 – 90). 

Суды установили, что оборудование (техника) переданы предприятию по актам приема-передачи (приложения № 2 к договорам аренды) во временное владение и пользование. 

В соответствии с пунктом 1.5 договоров, если арендодатель письменно не уведомляет арендатора о прекращении действия договора за месяц до истечения срока аренды, договор считается пролонгированным на следующий год. 

Общество 12.01.2016 направило предприятию уведомление о расторжении договоров аренды (т. 1, л. д. 91).

В требовании от 17.02.2016 общество предложило предприятию возвратить арендованное имущество (т. 2, л. д. 155). 

Арендодатель, указывая, что арендатор не возвратил переданное ему оборудование (технику), в рамках настоящего дела предъявил к предприятию исковое заявление о возврате имущества, названного в договорах аренды. 

Предприятие предъявило к обществу встречное исковое заявление о признании недействительными договоров аренды, применении последствий их недействительности путем возврата сторон в первоначальное положение. 

В силу статьи 606 Гражданского кодекса по договору аренды (имущественного найма) арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Договор аренды заключается на срок, определенный договором (пункт 1 статьи 610 Гражданского кодекса). 

В соответствии со статьей 622 Гражданского кодекса при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

По правилам статьи 71 Кодекса арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9 и 65 Кодекса).

Судебные инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришли к верному выводу о том, что поскольку договоры аренды прекращены (абзац второй пункта 2 статьи 610 Гражданского кодекса), в силу положений статьи 622 Гражданского кодекса находящееся у арендатора имущество подлежит возврату арендодателю.

   Возражая против заявленных требований, предприятие указывает, что спорные сделки совершены в отсутствие одобрения, необходимого для сделок с заинтересованностью, а также причинили ему ущерб.

Как видно из материалов дела, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 13.02.2015, единственным участником названного юридического лица на момент совершения данных сделок являлся Тюриков Н.Н. (т. 1, л. д. 94 – 108,                   133 – 137). Согласно трудовому договору от 01.07.2013 № 81/13 Тюриков Н.Н. работал в должности заместителя генерального директора по экономике и финансам финансово-экономической дирекции предприятия (т. 2, л. д. 74 – 77). Приказом генерального директора предприятия (Слонов Д.Н.) от 26.11.2013 № 227 Тюрикову Н.Н. предоставлено право первой подписи на финансовых документах (т. 1, л. д. 78). 

Спорные договоры аренды заключены от лица предприятия генеральным директором Слоновым Д.Н., а от лица общества – исполнительным директором Новиковой Ю.А., в соответствии с полномочиями, закрепленными в уставе данного юридического лица (т. 2, л. д. 79 – 135).

В заключении судебного эксперта определена рыночная стоимость величины арендной платы в месяц за пользование частью спорного имущества (за исключением объектов, названных в договорах № 15/01, 15/01-2, 15/08, 15/10) на дату совершения сделок (т. 4, л. д. 15 – 138).

  Статья 83 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) в применимой редакции предусматривала, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров в соответствии с данной статьей.

Согласно статье 81 Закона об акционерных обществах сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями главы XI данного Закона.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

В решении об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной (сторонами), выгодоприобретателем (выгодоприобретателями), цена, предмет сделки и иные ее существенные условия (пункт 6 статьи 83).

В силу статьи 84 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных данным Законом требований к ней, может быть признана недействительной по иску акционерного общества или его акционера.

В соответствии с правилами пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 указанной статьи требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пункт 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса определяет, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации                     от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015                    № 25) указано, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац 2 пункта 2 статьи 166 Кодекса). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки;

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Пунктом 4 указанного постановления предусмотрено, что сделка признается недействительной, если суд установит совокупность названных обстоятельств.

В данном случае судебные инстанции, исследовав представленные в дело доказательства, правомерно отклонили доводы предприятия о заинтересованности Тюрикова Н.Н. в совершении оспариваемых сделок (т. 2, л. д. 4 – 6), поскольку названное лицо не являлось единоличным исполнительным органом, членом коллегиального исполнительного органа, акционером или лицом, имеющим право давать                                   АО «Ставропольнефтегеофизика» обязательные для него указания.

Из материалов дела следует, что оборудование (техника), названное в договорах аренды, передано во владение предприятию и использовалось им в предпринимательской деятельности. В рамках настоящего дела назначена судебная экспертиза, при проведении которой проводился осмотр спорного имущества, находившегося в распоряжении арендатора (т. 4, л. д. 104 – 124). Суд первой инстанции, исследовав представленное в дело экспертное заключение (т. 4, л. д. 14 – 138) в совокупности с иными представленными в дело доказательствами (т. 3, л. д. 74 – 78; т. 5, л. д. 4 – 102), с учетом пояснений по заключению судебного эксперта (т. 5, л. д. 174, 175), сделал вывод о том, что стоимость арендной платы, указанная в договорах аренды, сопоставима (примерно равнозначна) с рыночной стоимостью аналогичного имущества, определенной экспертом. 

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции правомерно указал на отсутствие условий для применения по приведенным предприятием основаниям правил статей 81 – 84 Закона об акционерных обществах. 

Соответствующие доводы кассационной жалобы предприятия следует отклонить.               В качестве последствий недействительности договоров аренды предприятие требует возвратить денежные средства, внесенные в качестве арендных платежей. В пункте 82  постановления от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что в случае недействительности договора, по которому сторона получила во временное возмездное пользование индивидуально-определенную вещь, эта сторона возмещает стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено ранее. Переданная вещь также подлежит возврату. 

С учетом приведенных разъяснений и установленных обстоятельств использования арендатором спорного имущества предприятие должно было доказать, что определенный в договорах размер арендной платы не соответствует рыночной стоимости арендной платы за аналогичное имущество. Однако допустимые и относимые доказательства, подтверждающие названные обстоятельства и опровергающие выводы судебных инстанций, ответчик не представил (статьи 9 и 65 Кодекса). 

Довод предприятия о наличии собственного имущества, достаточного для ведения производственной деятельности (т. 6, л. д. 132 – 163), что подтверждает отсутствие необходимости в совершении арендных сделок, не принимается. Представленные в материалы дела справки о нахождении на балансе предприятия определенного имущества не могут свидетельствовать о том, что указанные в них объекты находились в исправном состоянии и в рассматриваемый период могли быть использованы для реализации условий государственного контракта. Кроме того, вопрос о целесообразности заключения договоров аренды при наличии возможности приобрести новое имущество в собственность предприятия или использовать существующее оборудование (технику) относится к сфере профессиональной компетентности единоличного исполнительного органа акционерного общества и подлежит разрешению при рассмотрении требований о взыскании убытков в соответствии с правилами статьи 71 Закона об акционерных обществах.  

Ссылка предприятия на нарушение Тюриковым Н.Н. условий трудового договора не принимается, поскольку данное обстоятельство не влияет на квалификацию спорных сделок, но может служить основанием для привлечения работника к иным мерам ответственности (раздел 4 трудового договора; т. 2, л. д. 74 – 78).   

Аргумент предприятия о несоответствии периода заключения договора и даты фактической передачи имущества арендатору следует отклонить, поскольку он не влияет на квалификацию спорных сделок в качестве недействительных. Соответствующие доводы общество вправе приводить, возражая против требований арендодателя о взыскании арендной платы.   

Предприятие также просило признать недействительными договоры аренды с обществом по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса   (т. 6, л. д. 104 – 109). 

 В силу названной нормы сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

 Доводы подателя жалобы о том, что суды не приняли во внимание положения статьи 174 Гражданского кодекса и не оценили договоры аренды как сделки, повлекшие значительный ущерб,  и не признали их недействительной по данному основанию, следует отклонить.

Из содержания статьи 174 Гражданского кодекса и разъяснений, приведенных в пункте 93 постановления от 23.06.2015 № 25, следует, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о заключении сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, лежит на истце, заявляющем требования о признании оспоримой сделки недействительной (статья 65 Кодекса). Однако в порядке реализации принципа состязательности предприятие не представило достоверных сведений о том, что стоимость арендной платы при сдаче в аренду аналогичного имущества существенно отличалась от согласованной в договорах аренды, не привело доказательства, свидетельствующие о наличии  сговора либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица. 

В силу статьи 9 Кодекса лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Довод представителя предприятия о том, что названные обстоятельства, в том числе аффилированность (подконтрольность) Тюрикова Н.Н. лицу, осуществлявшему функции единоличного исполнительного органа акционерного общества, подтверждена приобщенными к кассационной жалобе копиями постановлений о возбуждении уголовных дел, не принимается. В силу статьи 49 Конституции Российской Федерации и части 4 статьи 69 Кодекса вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Как пояснил представитель предприятия, вступившие в законную силу приговоры по уголовным делам, имеющим отношение к рассматриваемым событиям, в настоящее время отсутствуют. 

 Ссылка предприятия на отрицательные показатели финансово-экономической деятельности в определенный период (в отрыве от иных значений, влияющих на динамику формирования величин доходных (в том числе от использования арендованного имущества) и расходных обязательств данного юридического лица) сама по себе не свидетельствует о том, что названный уровень финансового состояния является следствием совершения данных сделок. 

Оценив представленные в материалы дела доказательств и исходя из фактических обстоятельств спора, суды правомерно указали на отсутствие условий для удовлетворения встречного искового заявления предприятия по приведенным им доводам.

При таких обстоятельствах предусмотренные статьей 288 Кодекса основания для отмены или изменения судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

На основании определения от 16.05.2017 предприятию предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины до момента рассмотрения кассационной жалобы по существу. Поскольку кассационная жалоба рассмотрена, с предприятия в доход федерального бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере                                3 тыс. рублей.

Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от  02.12.2016 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от  20.04.2017 по делу № А63-2033/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

           Взыскать с акционерного общества «Ставропольнефтегеофизика» в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по кассационной жалобе. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.И. Мещерин

 

Судьи

Я.Е. Волков

Н.С. Мазурова