ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-3690/16

16 июля 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  09 июля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 июля 2019 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей Гараевой Н.Я., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 и ФИО3 - ФИО4, представитель по нотариально заверенной доверенности № 14 АА 1351363 от 20 июля 2018 года , зарегистрированной в реестре за № 77/52-н/77-2018-1-1412;

от остальных лиц - не явились, извещены;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 07 марта 2019 года по делу № А41-3690/16, принятое судьей  Радиным С.В., 

 

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Московской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник ФИО5). 21 января 2016 года ПАО «БАНК УРАЛСИБ» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании ФИО5, являвшегося индивидуальным предпринимателем, несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 января 2016 года заявление принято к рассмотрению суда, возбуждено производство по делу № А41-3690/16 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5.

Решением Арбитражного суда Московской области от 23 сентября 2016 года, ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06 октября 2016 года финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6

Публикация сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом) была осуществлена в ЕФРСБ 24 октября 2016 г., а также в газете «КоммерсантЪ» 03 ноября 2016 года.

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением об оспаривании сделки должника, заключенной с ФИО3 ФИО2, по отчуждению объекта недвижимого имущества, а именно договора купли-продажи квартиры от 16 июля 2015 года и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Московской области признан недействительным договор купли-продажи от 16 июля 2015 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2. В качестве применения последствий недействительности сделки с ФИО3 и ФИО2 взысканы денежные средства в размере 6 900 000,00 руб.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, ФИО2 и ФИО3 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в соответствии с которой следует, что финансовый управляющий не представил доказательств неравноценности встречного исполнения заявителями жалобы. Также заявители жалобы возражали против выводов суда первой инстанции, поскольку материалами дела не подтвержден противоправный интерес в заключении оспариваемой сделки.

Финансовый управляющий представил отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым поддержал выводы суда первой инстанции, отраженные в оспариваемом судебном акте.

В судебном заседании представитель заявителей поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 – 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителя финансового управляющего должника, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru. 

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из п. 1 ст. 223 АПК РФ, дела о несостоятельности рассматриваются судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности.

В силу п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Из материалов дела следует, что в собственности ФИО5 находилась квартира, общей площадью 75,9 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>.

Указанная квартира принадлежала ФИО5 на праве собственности, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 23 августа 2005 года, переход права собственности зарегистрирован Управлением Федеральной регистрационной службы по Республике Саха (Якутия) 01 сентября 2005 года, за номером 14-14-01/021/2005-255, что  подтверждается свидетельством о государственной регистрации права №254600 от 30 сентября 2005 года, о чем сделана запись регистрации №14-14-01/021/2005-256.

Вышеуказанная квартира была отчуждена ФИО5 в пользу ФИО3 и ФИО2 по договору купли-продажи от 16 июля 2015 года по цене 6 900 000 руб.

В дальнейшем квартира была отчуждена ФИО2 в пользу ФИО7 по договору купли-продажи от 14 октября 2016 года по цене 4 100 000 руб.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности такой сделки, исходил из того, что в результате сделки должник реализовал имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, чем был причинен имущественный вред кредиторам.

Однако апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции и признать сделку недействительной с применением последствий недействительности сделки.

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в статье условий.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О 10 несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 9 названного Постановления при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Производство по делу № А41-3690/16 о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) было возбуждено 28 января 2016 года оспариваемая сделка заключена 16 июля 2015 года, то есть в пределах трехлетнего срока и может быть оспорена по правилам п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Признавая сделку недействительной по правилам п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным кредиторам был нанесен имущественный ущерб, поскольку ими была утрачена возможность получить удовлетворения за счет спорного объекта недвижимости.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, а также не оспорено никем из лиц, участвующих в деле, должником были получены денежные средства в размере 6 900 000 руб. в качестве оплаты за передаваемое недвижимое имущество.

Однако должник не направил денежные средства на погашение существующей задолженности и уменьшения финансового обременения, что, по выводам суда первой инстанции, указывает на намеренное причинение имущественного вреда кредиторам.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку цель причинения имущественного вреда является результатом совместного содействия и договоренности. Материалами дела не подтверждена злонамеренность ФИО3 и ФИО2, приобретшие у должника квартиру и их заинтересованность в оказании влияния на финансовое положение контрагента. 

Так, спорная сделка была возмездной, встречное исполнение соответствовало приобретаемому имуществу – о несоответствии цены договора рыночной стоимости квартиры финансовым управляющим не заявлялось. Данная стоимость принимается как адекватный и соразмерный денежный эквивалент объекту недвижимости.

Заявители жалобы не могут нести ответственности за то, каким образом должник распорядился полученными денежными средствами, гражданским законодательством не предусмотрена обязанность добросовестных контрагентов по отслеживанию дальнейшей судьбы отчужденного имущества и контролю за финансово эффективной реализацией чужих активов.

Возложение судом первой инстанции на заявителей жалобы ответственности за то, что должник при получении значительный денежной суммы не направил их на уменьшение задолженности перед кредиторами, не отвечает признакам справедливости и ведет к несправедливому ассиметричному распределению обязательств сторон, поскольку ФИО3 и ФИО2 оплатили приобретенную квартиру, повторное взыскание той же суммы неправомерно.

Также апелляционный суд не усмотрел признаков аффелированности или заинтересованности в действиях заявителей жалобы за пределами той, которая предусмотрена приобретателями недвижимого имущества.

Так, в обжалуемом определении суд первой инстанции указывает на то, что ФИО2 на момент совершения сделки по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего ФИО5, должно было быть известно о его неплатежеспособности, поскольку должник и ФИО2 состояли в корпоративно-управленческой взаимосвязи.

Так, ФИО5 является единственным участником ООО «Фабрика Премиум» (ОГРН 

<

***>), директором которого назначена ФИО8, также являющаяся директором ООО «Честный состав» (ОГРН 

<

***>), единственным участником которого является ФИО2

Вместе с тем, взаимоотношение, связывающее должника и ФИО2, не предусмотрено ст. 19 Закона о банкротстве, в котором раскрыто понятие заинтересованных лиц. Из указанного обстоятельства апелляционный суд не усматривает общности экономических интересов сторон для заключения заведомо недействительной сделки, противоречащей смыслу и целям гражданского законодательства. Кроме того, ФИО2 не является лицом, осведомленным о финансовом состоянии ФИО5

Суд первой инстанции ошибочно указывает, что ФИО2, являясь разумным участником хозяйственной деятельности, действуя с необходимой мерой осмотрительности, обязана была использовать общедоступную информацию, содержащуюся на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов, в целях проверки благонадежности контрагента.

Данные действия выходят за рамки обычной бытовой разумной осторожности, поскольку как приобретатель квартиры ФИО2 должна была убедиться в том, что ФИО5 обладает правом собственности на объект недвижимости, а также может отчуждать его в пользу третьих лиц. Проведение исследования контрагента по всем общедоступным источникам сведений не является обязанностью, неисполнение которой ведет к денежной ответственности. 

Обстоятельства дела не свидетельствуют о явной и очевидной осведомленности ФИО2 и ФИО3 о финансовом положении должника.

Следовательно, оспариваемые сделки не могут быть признаны недействительными по признакам, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, определение Арбитражного суда Московской области от 07 марта 2019 года по делу № А41-3690/16 подлежит отмене. 

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 07 марта 2019 года по делу № А41-3690/16 – отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО5 – ФИО6 о признании недействительной сделки должника с применением последствий недействительности – отказать. 

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.П. Мизяк

Судьи

 

Н.Я. Гараева

 В.А. Мурина