АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Тюмень                                                                                            Дело № А75-2100/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 20 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

 

председательствующего                                   Мельника С.А.,

судей                                                                  Качур Ю.И.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  Югорского фонда капитального ремонта многоквартирных домов на определение от 07.12.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Алиш О.В.) и постановление от 22.03.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Дубок О.В., ФИО2, ФИО3) по делу № А75-2100/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Оптимум» (628414, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...> здание 17, офис 6, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению Югорского фонда капитального ремонта многоквартирных домов (628011, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о включении требования в размере 1 581 072 руб. 24 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Оптимум» (далее – общество, должник) Югорский фонд капитального ремонта многоквартирных домов (далее - фонд) 30.06.2022 обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о включении требования в размере 1 581 072 руб. 24 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 07.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.03.2023, во включении требования в реестр отказано.

В кассационной жалобе фонд просит определение арбитражного суда от 07.12.2022 и постановление апелляционного суда от 22.03.2023 отменить, принять новый судебный акт о включении требования в реестр требований кредиторов общества.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами сделан ошибочный вывод об отсутствии оснований для начисления должнику неустойки за несвоевременное исполнение принятых на себя подрядных обязательств; не дана надлежащая оценка обстоятельствам заключения фондом и обществом дополнительных соглашений к договору подряда вследствие несогласования должником входного контроля проектно-сметной документации.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания извещённых надлежащим образом.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене.

Как следует из материалов дела, между фондом (заказчик) и должником (подрядчик) заключён договор подряда от 09.10.2019 № 394/СП (далее - договор подряда) на выполнение капитального ремонта конструктивных элементов и/или внутридомовых инженерных систем в трёх многоквартирных домах города Сургута.

Пунктом 10.4 договора подряда предусмотрено начисление пени в размере 0,1 % от стоимости работ, указанной в приложении № 2 к договору, сроки по которым нарушены, за каждый день просрочки выполнения работ.

Определением суда от 16.02.2022 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.05.2022 в отношении общества введена процедура наблюдения.

Обращаясь в суд с требованием, фонд указал на нарушение обществом сроков выполнения предусмотренных договором подряда работ как на основание начисления договорной неустойки (пени) за период, предшествующий дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Отказывая во включении требования фонда в реестр, суд первой инстанции исходил из отсутствия вины общества в неисполнении договорных обязательств вследствие погодных условий (отрицательные температуры) и введением особого режима работы, обусловленного неблагоприятной эпидемиологической ситуацией.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, основанными на ошибочном толковании положений гражданского законодательства об ответственности за неисполнение обязательств.

Согласно пункту 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

В соответствии с положением пункта 3 статьи 71 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Из материалов настоящего обособленного спора усматривается, что требование фонда включает в себя суммы неустоек, начисленных заказчиком за нарушение подрядчиком сроков выполнения различных работ (капитальный ремонт крыши, капитальный ремонт фасада, капитальный ремонт системы водоотведения), начиная с декабря 2019 года.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определённую работу и сдать её результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По смыслу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойка (в виде фиксированного штрафа или повременных пеней), выполняя обеспечительную функцию, вместе с тем является мерой ответственности и направлена на компенсацию возможных потерь кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной своего обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570).

Освобождая общество от ответственности, суды указали на доказанность подрядчиком отсутствия его вины в просрочке исполнения договорных обязательств (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Между тем судами не учтено, что пунктом 3 названной статьи для субъектов предпринимательской деятельности, к каковым относится общество, установлен повышенный стандарт поведения в гражданских правоотношениях, предполагающий необходимость особой осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на такого субъекта соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).

Иными словами, будучи лицом, не исполнившим или ненадлежащим образом исполнившим обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, общество несет ответственность за риск, а не за вину, то есть освобождается от уплаты неустойки только если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного договором, произошло вследствие непреодолимой силы или из-за действий (бездействия) другой стороны договора.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Тем самым вывод о наличии или отсутствии обстоятельств непреодолимой силы, препятствовавших надлежащему исполнению договора, может быть сделан судом только с учетом фактических условий реализации конкретного договора, по инициативе (мотивированному заявлению) подрядчика, допустившего неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, обеспеченных неустойкой, с возложением на последнего бремени доказывания совокупности указанных выше юридически значимых обстоятельств (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В настоящем деле в качестве причин, обусловивших невозможность своевременного исполнения подрядных обязательств, суды, в частности, указали на наступление годового периода отрицательных температур, что, применительно к условиям Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, очевидно, не может быть признано чрезвычайным и непредвиденным обстоятельством.

Судами не исследованы периоды потенциального уважительного неисполнения обязательства обществом, поскольку для этого следовало чётко установить срок исполнения обязанности (период времени), аргументировать его смещение на определённый временной период существования препятствий к исполнению, определить новый срок (период времени), исполнение в течение которого является надлежащим, и сопоставить с ним день фактического исполнения обязательства обществом, что необходимо для вывода о наличии или отсутствии на его стороне просрочки.

При этом судами не дана оценка доводам фонда об уменьшении им суммы неустойки на количество дней ограничительного периода.

Ссылка судов на введение на территории региона режима повышенной готовности также не может быть признана достаточной для вывода об освобождении должника от ответственности.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (вопрос № 7), разъяснено, что  ещё одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является её относительный характер, а существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учётом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.п.).

Признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий её осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учётом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению её распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

В настоящем споре данного соответствия судами не установлено.

Таким образом, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо установить наличие/отсутствие оснований для освобождения или уменьшения ответственности общества за просрочку исполнения договорных обязательств, надлежащим образом проверить расчёт неустойки, составленный фондом, принять законный и справедливый судебный акт.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 07.12.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 22.03.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-2100/2022 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                С.А. Мельник

 

Судьи                                                                                              Ю.И. Качур

 

ФИО1