Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-15720/2020

г. Владивосток

17 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 августа 2022 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей К.П. Засорина, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего имуществом главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Промышленные ресурсы»,

апелляционные производства: № 05АП-2458/2022, №05АП-2525/2022,

на определение от 22.03.2022

судьи Ю. А. Иозеф

по делу № А51-15720/2020 Арбитражного суда Приморского края

заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по делу по делу по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Промышленные ресурсы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314251027900030, дата прекращения деятельности: 11.08.2021) о признании несостоятельной (банкротом),

третьи лица: глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4, арбитражный управляющий ФИО5, АО «Дальневосточный банк»,

при участии:

конкурсный кредитор ФИО6 (лично), на основании определения Арбитражного суда Приморского края от 15.03.2021 по делу № А51-15720/2020 обособленный спор № 8127/2021, паспорт,

от ООО «АгроМарин»: ФИО7, по доверенности от 03.11.2021, сроком действия до 31.12.2022, паспорт,

от ООО «Промышленные ресурсы»: ФИО8, на решения единственного участника общества № 5 от 01.05.2018, паспорт,

иные лица: не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Промышленные Ресурсы» (далее – кредитор, ООО «Промресурс») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее – ИП Глава К(Ф)Х ФИО2 несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 09.10.2020 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

Определением суда от 02.12.2020 в отношении ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО9 (далее – ФИО9). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 19.12.2020 № 234.

Решением суда от 11.08.2021 в отношении ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 введена процедура банкротства конкурсное производство, конкурсным управляющим  должником утвержден ФИО3 (далее – ФИО3). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.08.2021 № 149.

Конкурсный управляющий должником ФИО3 направил в арбитражный суд заявление о признании недействительной сделки – соглашения об отступном от 26.10.2018, заключенного между должником и ООО «Агромарин», о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу следующего имущества:

-земельного участка с кадастровым номером 25:16:010301:246, площадью 5800000 ± 999 кв. метров, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, адрес (местоположение): установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка, ориентир жилой дом, участок находится примерно в 3904 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Приморский край, 

<

...>;

-38 земельных долей общей площадью 11,6 каждая, общей площадью 440,8 га, земельного участка площадью 11088,00 га (земельный массив ТОО «Евгеньевское») земли сельскохозяйственного назначения, адрес объекта: Приморский край, Спасский район, кадастровый номер 25:16:000000:38.

Определением от 07.12.2021 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора привлечены Глава К(Ф)Х ФИО4, арбитражный управляющий              ФИО5 и АО «Дальневосточный банк».

Определением суда от 22.03.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий имуществом                              ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 обратился с апелляционной жалобой об его отмене, просил принять новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной. Мотивировал жалобу тем, что фактическое восстановление отступного не может свидетельствовать о восстановлении или продолжении правоотношений между ФИО2, как поручителем, и                     ООО «Агромарин», как кредитором, поскольку в связи с окончанием срока поручительства обязательства поручителя перед  ООО «Агромарин» прекратились именно исполнением. Указал, что суд первой инстанции дал неверную оценку доводам конкурсного управляющего о недействительности соглашения об отступном  в связи с его противоречивостью Федеральному закону от 24.07.2002 №101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» (далее – Закон №101-ФЗ) и в соответствии с нормой пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Одновременно с апелляционной жалобой на указанный судебный акт обратилось ООО «Промышленные ресурсы», просило принять новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной. Апеллянт привел доводы о том, что права требования к КФХ ФИО4 по договорам займа, которые, по мнению ООО «Агромарин», перешли к КФХ ФИО2, не могут являться надлежащим встречным предоставлением, поскольку сторонами соглашения об отступном прямо установлено, что заимодавец не способен исполнить обязательства по договорам займа. Полагал, что передача земельного участка и земельных долей по вновь возникшему поручительству и по спорному соглашению об отступном являлась дарением.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2022 в судебном составе, рассматривающем настоящее дело, в связи с нахождением судьи                                 А.В. Ветошкевич в отпуске произведена ее замена на судью К.П. Засорина, рассмотрение апелляционной жалобы в порядке части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) произведено сначала, в составе судей М.Н. Гарбуз, К.П. Засорина, Т.В. Рева.

Представитель ООО «Промышленные ресурсы» поддержал доводы апелляционной жалобы, полагал, что передача земельного участка и земельных долей по вновь возникшему поручительству и по спорному соглашению об отступном являлась дарением.

ФИО6 поддержал доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего.

Представитель ООО «Агромарин» поддержал возражения, ходатайствовал о приобщении к материалам дела протоколов собрания кредиторов от 17.05.2022, договора купли-продажи № 1 от 20.04.2022.

Представитель ООО «Промышленные ресурсы» и ФИО6 не возражали против приобщения указанных документов.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, приобщила к материалам дела дополнительные доказательства, как необходимые для разрешения спора по существу. 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в заседание арбитражного суда апелляционной инстанции не явились. Апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие по правилам статей 156, 266 АПК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и отзыва на жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для изменения либо отмены судебного акта в силу следующего.

Из материалов дела суд первой инстанции установил, что глава КФХ ФИО4 16.06.2016 получил от ООО «Примагро» на условиях платности и возвратности денежные средства в размере 3 500 000 рублей по договору займа от 04.05.2016 № 1; по договору займа от 26.12.2016 № 6 глава КФХ ФИО4 получил от ООО «Агромарин» денежные средства в размере 16 500 000 рублей.

ФИО2 04.05.2016 заключила с ООО «Примагро» договор поручительства № 1, в соответствии с которым приняла на себя обязанность отвечать за исполнение заемщиком – индивидуальным предпринимателем главой КФХ ФИО4 своих обязательств по договору займа от 04.05.2016 № 1, заключенному между ним и                      ООО «Примагро».

В последующем между должником и ООО «Агромарин» 26.12.2016 заключен договор поручительства № 6, в соответствии с которым должник принимает на себя обязанность отвечать за исполнение основным заемщиком - ФИО4 своих обязательств по договору займа от 26.12.2016 № 6, заключенному между ним и                      ООО «Агромарин».

Между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 07.04.2017  заключен договор купли-продажи в отношении приобретенного ФИО4 на основании договора купли-продажи от 14.10.2016 земельного участка с кадастровым номером 25:16:010301:246, площадью 5800000 ± 999 кв. метров, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, адрес (местоположение): установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 3904 м, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Приморский край, 

<

...>.

Далее 21.12.2016 зарегистрировано право собственности ФИО4 на земельную долю общей площадью 371 га в общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 25:16:000000:38 (запись о регистрации №25:25/004-25/020/201/2016-4194/4); 01.02.2017 - на земельную долю общей площадью 11,6 га в общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 25:16:000000:38 (запись о регистрации №25:16:000000:38-25/004/2017-2); 07.04.2017 - на земельную долю общей площадью 58 га в общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 25:16:000000:38 (запись о регистрации №25:16:000000:38-25/004/2017-10).

Между теми же лицами 12.04.2017 заключен договор купли-продажи в отношении 38 земельных долей общей площадью 11,6 га каждая, общей площадью 440,8 га, земельного участка площадью 11088,00 га (земельный массив ТОО «Евгеньевское») земли сельскохозяйственного назначения, адрес объекта: Приморский край, Спасский район, кадастровый номер 25:16:000000:38.

В связи с нарушением основным заемщиком ФИО4 принятых на себя обязательств по договорам займа от 04.05.2016 № 1 и от 26.12.2016 № 6 ООО «Примагро» и ООО «Агромарин» обратились за защитой своих прав в судебном порядке 20.09.2018.

В дальнейшем ООО «Примагро» передало ООО «Агромарин» права требования по договору займа от 04.05.2016 № 1 и обеспечительной сделке - договору поручительства от 04.05.2016 № 1, уведомив сторон договоров о состоявшейся уступке.

Во исполнение указанных обязательств ООО «АгроМарин» и ФИО2 26.10.2018 заключили соглашение об отступном, в соответствии с которым земельная доля общей площадью 440,8 га в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 25:16:000000:38, а также земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 25:16:010301:246, предоставляется ФИО2, именуемой в договоре как поручитель,                            ООО «АгроМарин» (согласно тексту соглашения – займодателю) взамен исполнения должником обязательств ФИО4 по договорам займа от 04.05.2016 № 1 и от 26.12.2016 № 6, а также обязательств поручителя ФИО2, вытекающие из договоров поручительства от 04.05.2016 № 1 и от 26.12.2016 № 6.

На основании указанного соглашения в ноябре 2018 года зарегистрировано право собственности ООО «АгроМарин» на переданное должником имущество, после чего ранее инициированные в Арбитражном суде Приморского края судебные споры окончены рассмотрением в связи с принятием отказов истцов от заявленных требований.

Учитывая введение в отношении должника процедуры банкротства, полагая, что соглашение об отступном от 26.10.2018 ничтожно, поскольку совершено с нарушением преимущественного права покупки переданного по сделке имущества муниципальным образованием, а также учитывая, что сделка совершена в пользу лица, не являющегося участником долевой собственности; по состоянию на момент заключения оспариваемой сделки и фактической передачи имущества 22.11.2018 поручительство должника прекратилось в силу действия положений 367 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), соответственно, оснований для прекращения обязательства предоставлением отступного не имелось, при заключении соглашения стороны злоупотребили правом (статья 10 ГК РФ), в результате оспариваемой сделки имущество должника передано без встречного предоставления со стороны ООО «Агромарин», что привело к уменьшению активов должника и с нарушением имущественных прав кредиторов, в условиях неплатежеспособности должника, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Повторно рассматривая настоящее заявление, коллегия руководствовалась нижеследующим.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе, в частности, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

На основании статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Порядок оспаривания сделок должника установлен в Главе III.1 Закона о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе (пункты 1,3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункт 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Вместе с тем, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Рассматривая требование конкурсного управляющего о применении последствий недействительности ничтожной сделки, заявленное со ссылкой на положения пункта 4 статьи 8 Закона № 101-ФЗ, суд первой инстанции принял во внимание разъяснения, изложенные в пункте 91 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25) согласно которым, в случае нарушения предусмотренного законом преимущественного права покупки какого-либо имущества статья 173.1 ГК РФ не подлежит применению. Последствием такого нарушения является предоставление обладателю преимущественного права в установленном законом порядке требовать перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 3 статьи 250 ГК РФ, пункт 18 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.).

Статья 12 Закона № 101-ФЗ  (в действующей редакции) обеспечивает прямым законодательным запретом для владельца земельной доли на ее продажу третьему лицу, не входящему в определенный законом закрытый перечень лиц, и в то же время не имеется оснований для вывода о наличии у лиц, входящих в этот перечень, преимущественного права покупки доли по смыслу статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что Закон № 101-ФЗ в редакции, действовавшей до 31.07.2005, прямо указывал на возможность применения статьи 250 ГК РФ к правоотношениям, связанным со сделками с земельными долями (пункт 1 статьи 12 в соответствующей редакции); одновременно пункт 2 указанной статьи предусматривал порядок уведомления иных участников долевой собственности, а также органов власти о намерении совершить сделку с земельной долей в целях соблюдения их преимущественного права;. Федеральным законом от 18.07.2005 № 87-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» и Федеральный закон «О землеустройстве» в названную статью внесены существенные изменения, в результате которых указание на необходимость соблюдения статьи 250 ГК РФ при совершении сделок с земельными долями исключено.

Судебная оценка доводов о ничтожности оспариваемой сделки - соглашения об отступном от 26.10.2018 в части, касающейся земельных долей, заявленных со ссылкой на положения пункта 4 статьи 8 Закона № 101-ФЗ, данная при рассмотрении исковых требований по делу № А51-14261/2019 в постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 08.10.2020, поддержана определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.02.2021 № 305-ЭС20-22866.

Принимая во внимание обстоятельства, при которых предъявлены настоящие требования, момент возникновения обязательств основного заемщика и момент приобретения должником имущества, впоследствии переданного ФИО2 ответчику по оспариваемому соглашению, обстоятельства, при которых должником дано поручительство по обязательствам ФИО4 и осуществлялось исполнение соглашения об отступном, учитывая, что ФИО2 являлась стороной оспариваемого соглашения, но не лицом, имеющим преимущественное право на приобретение земельного участка и земельных долей, при этом ее поведение непосредственно после заключения сделки и на протяжении длительного времени давало основание другим лицам, в том числе ООО «Агромарин», полагаться на действительность сделки, что в силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ, с учетом правовой позиции определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.02.2021 № 305-ЭС20-22866 опровергает доводы апеллянтов о ничтожности оспариваемой сделки.

Учитывая приведенную правовую позицию, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии у конкурсного управляющего, действующего в интересах должника, права в признании ничтожным соглашения об отступном и применении последствий его недействительности.

Довод конкурсного управляющего о наличии оснований для применения последствий недействительности соглашения об отступном в связи с его совершением после истечения срока, на который должником дано поручительство по обязательствам основного заемщика, обоснованно отклонен судом первой инстанции в силу следующего.

Конкурсный управляющий, сославшись на совершение сделки после истечения установлено статьей 367 ГК РФ срока, привел в качестве обоснования положения пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Вместе с тем, в пунктах 73 и 74 Постановления № 25 разъяснено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ); ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Ввиду изложенного, при оценке соответствующих доводов конкурсного управляющего надлежит исходить из оспоримости совершенной в октябре 2018 года сделки, а не ничтожности.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия, а в случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Вместе с тем, сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).

В пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» указано, что при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

Таким образом, судебная практика по вопросам о заключенности и действительности договоров последовательно исходит из необходимости оценки обстоятельств дела в их взаимосвязи в пользу сохранения обязательства, а не его аннулирования.

В пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» разъяснено, что совершение конклюдентных действий может рассматриваться при определенных условиях как согласие на внесение изменений в договор, заключенный в письменной форме. Эта позиция применима и к прекращению договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 № 309-ЭС16-14273).

Суд первой инстанции, оценив содержание соглашения об отступном от 26.10.2018, пришел к верному выводу о том, что при совершении сделки должник явно и однозначно выразил свое намерение исполнить заемное обязательство за ФИО4, имея ввиду наличие обеспечительных сделок – договоров поручительства и признавая за собой наличие соответствующего обязательства. Поскольку ФИО2 проявила волю на сохранение силы оспоримой сделки, она не вправе оспаривать ее по обозначенному конкурсным управляющим основанию, о котором ФИО2 должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки и ее исполнение (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для признания оспариваемой сделки по основаниям, регламентированным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). При этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. В целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Дело о банкротстве индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 возбуждено 09.10.2020, следовательно, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, регламентированный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Постановление №32).

В пункте 1 Постановления №25 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Таким образом, для установления ничтожности договора на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить недобросовестность поведения (злоупотребление правом) контрагента. Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с названной нормой является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы.

Из материалов дела суд первой инстанции установил наличие задолженности у должника перед ООО «Промресурс» (решением Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2018 по делу № А51-2592/2018); перед ФИО6 (решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 15.11.2018); перед АО «Российский Сельскохозяйственный банк».

Отклоняя доводы апеллянтов, принимая во внимание сведения о размере неисполненных обязательств перед кредиторами по состоянию на 26.10.2018, обстоятельства дела, коллегия приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества о которых должно было быть известно ООО «Агромарин».

Более того, материалы дела не содержат доказательств аффилированности                     ООО «Агромарин» по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве по отношению к должнику.

С учетом установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции признал не доказанным факт того, что оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно разъяснениям пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При этом в пункте 1 Постановления № 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 Постановления № 63.

Таким образом, для того, чтобы квалифицировать сделку как недействительную по статьям 10 и 168 ГК РФ, необходимо установить недобросовестное поведение участников сделки, направленность такого поведения на уменьшение конкурсной массы в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Коллегия, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, учитывая, что решение о признании сделки недействительной не может базироваться на предположениях, приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказаны недобросовестность сторон и злоупотребление правом при заключении и исполнении соглашения об отступном от 26.10.2018; обстоятельства, явно свидетельствующие о наличии злонамеренного соглашения между сторонами сделки, направленного на ущемление прав должника и его кредиторов, при рассмотрении настоящего обособленного спора не установлены.

Заявляя требование о признании оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) в связи с их совершением со злоупотреблением правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) в целях причинения имущественного вреда кредиторам, конкурсный управляющий привел доводы, аналогичные доводам, положенным в основание требования о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для применения же статей 10 и 168 ГК РФ, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Ввиду изложенного, суда первой инстанции обоснованно отказал в признания соглашения об отступном от 26.10.2018 недействительным (ничтожным) по правилам статьи 10 ГК РФ.

Доказательств иного податели апелляционных жалоб в нарушение положений статьи 65 АПК РФ суду не представили.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а по существу сводятся к несогласию с законными и обоснованными выводами суда первой инстанции, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции установил, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

Судебные расходы распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ с учетом результата рассмотрения настоящего обособленного спора. Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1 статьи 110 АПК РФ). Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей (часть 5 статьи 110 АПК РФ).

Как разъяснено в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, подавшее апелляционную жалобу, имеет право на возмещение судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением жалобы, в случае, если по результатам рассмотрения дела принят итоговый судебный акт в его пользу.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе на определение суда о признании сделки должника недействительной в соответствии с требованиями подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 3 000 рублей.

Учитывая результат рассмотрения апелляционных жалоб конкурсного управляющего имуществом главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Промышленные ресурсы», судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины по апелляционным жалобам не подлежат возмещению апеллянтам.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 22.03.2022 по делу №А51-15720/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

М.Н. Гарбуз

 

Судьи

К.П. Засорин

 

Т.В. Рева