585/2024-4193(1) 

 ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

10АП-16269/2023, 10АП-16270/2023

Дело № А41-52201/18

24 января 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2024 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Терешина А.В., судей: Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,  при участии в заседании:  

от ООО «Росспецизделие» - ФИО2, представитель по доверенности от  29.03.2023;  

от конкурсного управляющего АО «Прибор-Контроль» - ФИО3, представитель  по доверенности от 01.09.2023.  

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом. 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда  Московской области от 17.07.2023 по делу № А41-52201/18,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 20.01.2020 АО «Прибор-  Контроль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.  

Публикация сообщений о введении процедуры произведена в газете  «Коммерсантъ» № 18(6739) от 01.02.2020.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.12.2020  (резолютивная часть) по делу № А41-52201/18 конкурсным управляющим АО «Прибор- Контроль» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утвержден ФИО6 (ИНН 

<

***>).  

В Арбитражный суд Московской области по подсудности из Наро-Фоминского  городского суда Московской области поступило гражданское дело по иску ФИО5 к АО «Прибор-Контроль» о взыскании задолженности по договорам аренды  транспортного средства и по встречному иску конкурсного управляющего АО  «Прибор-Контроль» к ФИО5 о признании договора аренды недействительным  и применении последствий недействительности сделки.  

Арбитражный суд Московской области объединил в одно производство  заявление ФИО5 о включении задолженности по договору аренды  транспортного средства в реестр требований кредиторов АО «Прибор-Контроль» и  заявление конкурсного управляющего АО «Прибор-Контроль» о признании  недействительным договора аренды и применении последствий недействительности  сделки с заявлением ФИО5 о включении задолженности в размере 1 891 833  руб. 09 коп. в реестр требований кредиторов должника (протокольное определение от  12.07.2022).  

Определением от 17.07.2023 Арбитражный суд Московской области заявление  конкурсного управляющего АО «Прибор-Контроль» удовлетворил.  

Признал недействительной сделкой договор аренды б/н от 13.08.2010 г., договор  аренды № 23 от 01.06.2017 года, договор аренды № 24 от 01.06.2019 года  недействительными.  

В удовлетворении заявления ФИО5 о включении в  реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 891 833, 09 руб. отказал.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 и  ФИО5 обратились в Десятый арбитражный апелляционный  

суд с жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить,  ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.  

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично,  путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие"  www.kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены  арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК  РФ.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный  суд пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий  вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании  недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности  ничтожных сделок, заключенных должником.  

Из материалов дела следует, что ФИО5 и АО «Прибор-Контроль»  заключили договор аренды б/н от 13.08.2010, договор аренды № 23 от 01.06.2017,  договор аренды № 24 от 01.06.2019.  

Суд первой инстанции установил, что договоры аренды автомобиля № 23 от  01.07.2017 и № 24 от 01.07.2018, заключенные между ФИО5 и АО "Прибор- Контроль", являются недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от  23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что для признания  сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  

понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 6 Постановления N 63 при определении наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из  содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.  

Так, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность  денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

На момент заключения рассматриваемых договоров должник обладал  признаками неплатежеспособности, поскольку имел неисполненные обязательства с  наступившим сроком исполнения перед кредиторами, требования которых были  впоследствии включены в реестр требований кредиторов.  

В частности, в указанный период Наро- Фоминским городским судом  Московской области были удовлетворены требования десятка работников по искам о  взыскании задолженности по заработной плате.  

Конкурсным управляющим представлены доказательства того, что в период с  2016 года аккумулировалась кредиторская задолженность по заработной плате  

работников в порядке 40 000 000 рублей и задолженность по обязательным платежам в  размере 11 148 000 рублей.  

Органами управления АО «Прибор-Контроль» были инициированы мероприятия  по реструктуризации задолженности перед федеральным бюджетом, которая  образовалась с 1 января 2016 год.  

Бывший генеральный директор АО «Прибор-Контроль» ФИО7  обосновывал необходимость проведения реструктуризации тем, что с 01 октября 2018  года на счетах предприятия денежные средства отсутствуют.  

Из анализа финансово-хозяйственной деятельности АО «Прибор-Контроль»  следует, что уже на конец 2015 г. общество имело убыток от хозяйственной  деятельности в размере 7 592 000 рублей, последовательно увеличивалась  задолженность по краткосрочным и заемным обязательствам должника в состоянии  недостаточности собственного капитала и ликвидного оборотного капитала.  

Таким образом, в связи с уменьшением оборота хозяйственных средств,  стоимости активов, денежных средств и объема необходимой продукции,  наращиванием кредиторской задолженности предприятие АО «Прибор-Контроль» в  период до заключения указанных сделок находилось в неустойчивом финансовом  положении.  

Учитывая изложенное, на момент совершения оспариваемой сделки должник  отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, а указанные  договоры аренды были совершены с целью причинения вреда имущественным  интересам кредиторов должника.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна  была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  

неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные  презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано  другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Согласно статье 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального  закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:  

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N  135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;  

лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.91 N 948-1 "О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированные  лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность  юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую  деятельность.  

Предполагается, что аффилированное лицо обладает информацией о  финансовом положении должника.  

Факт аффилированности должника и ИП ФИО5 неоднократно был  установлен судебными актами в рамках данного банкротного дела (Определение  Арбитражного суда Московской области от 17.02.2020 г. по делу N А4152201/18;  Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 г. по делу N  А41-52201/18; Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.04.2021  г. по делу N А41-52201/18 по делу N А41-52201/18; Определение Арбитражного суда  Московской области от 16.04.2021 года по делу N А41-52201/18; Постановление  Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 года по делу N А4152201/18; Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2021  года по делу N А41-52201/18 и др).  

Владельцем 21% акций АО "Прибор-Контроль" является ЗАО "ВИЗИР". С  06.07.2017 г. ФИО5 занимал должность первого заместителя генерального  директора ЗАО "ВИЗИР". ЗАО "ВИЗИР" было отказано во включении в реестр  требований кредиторов, его признали аффилированным по отношению к Должнику, а  требование было признано необоснованным Постановлением Десятого арбитражного  апелляционного суда от 07.04.2021 г. по делу N А41-52201/18.  

5 договоров, заключенных между ФИО5 и должником были признаны  мнимыми (ничтожными) сделками, в частности: договор по оказанию научно-технических и юридических работ (Определение Арбитражного суда Московской  области от 17.02.2020 г. по делу N А41-52201/2018); договор займа (Определение  Арбитражного суда Московской области от 18.01.2022 г. по делу N А41-52201/2018),  три договора аренды автомобиля (Определение Арбитражного суда Московской  области от 05.06.2023 г. по делу N А41-52201/2018 - резолютивная часть).  

Кредитор ФИО4 также является аффилированным лицом по отношению  к ФИО5, является его представителем в деле о банкротстве АО "Прибор- контроль", что установлено Определением Арбитражного суда Московской области от  21.06.2023 г. по делу N А41-52201/2018.  

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со  статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный  апелляционный суд приходит к выводу о доказанности совокупности условий,  предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и необходимости  признания договоров аренды автомобиля № 23 от 01.07.2017 и № 24 от 01.07.2018  недействительными.  

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"  суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при  рассмотрении требования основанного на такой сделке.  

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов  дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем  осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением  при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом  понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению  принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в  статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления  гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условие для  наступления вреда.  

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N  25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что поведение одной из  сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного  заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное  отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно  свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них  не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской  Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в  зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого  поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а  также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной  стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2  статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно  воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или  ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о  недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным  имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет его имущества.  

В силу пункта 1 статьи 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет  арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без  оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.  

Арендатор своими силами осуществляет управление арендованным  транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую  (статья 645 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Как следует из статьи 646 Гражданского кодекса Российской Федерации, если  иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа,  арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его  страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы,  возникающие в связи с его эксплуатацией.  

Из содержания данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации  следует, что договор аренды транспортного средства без экипажа заключается для  передачи транспортного средства арендатору за плату во временное владение и  пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации,  при этом обязанность по содержанию, эксплуатации, а также обязательному  страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств несет  арендатор.  

Как указал конкурсный управляющий АО «Прибор-Контроль», заключая договор  аренды транспортного средства, принадлежащего ФИО5 на праве  собственности, стороны не преследовали цели осуществлять перевозку на данном  автомобиле кого-либо кроме самого ФИО5 и его членов семьи. Данный  

автомобиль фактически и не выбывал из непосредственного владения собственника,  который активно эксплуатировал данный автомобиль для собственных нужд на  территории г. Москвы.  

Вред АО «Прибор - Контроль» и кредиторам выражался в том, что при  использовании своего же автомобиля для личных целей ФИО5 фактически  получал и обогащение, в том числе в форме неосновательного сбережения:  ежемесячная арендная плата аккумулировалась в пользу ФИО5, при этом все  расходы (на топливо, расходы, связанные с эксплуатацией и ремонтом)  осуществлялись за счет АО «Прибор-Контроль».  

По результатам исследования представленных в материалы дела доказательств  суд приходит к выводу об отсутствии реальной передачи и пользования АО «Прибор-  Контроль» автомобилем по спорным договорам аренды.  

Конкурсным управляющим приобщены к материалам дела страховые квитанции  за период с 2014 г. по 2021 г., полученные по запросу от СПАО «Ингосстрах».  

Полисы ОСАГО подтверждают, что автомобиль к управлению автомобиле по  договорам ОСАГО допущены члены семьи ФИО5 и ФИО8 – водитель  АО «Прибор-Контроль».  

При этом согласно штатному расписанию АО «Прибор-Контроль» в компании  числилось два водителя.  

Из ответа СПАО «Ингосстрах» (исх. № 07-3244 от 15.02.2021г.) следует, что АО  «Прибор-Контроль» не производило страхование автомобиля по системе ОСАГО.  

Страхование автомобиля осуществлялось из личных средств ФИО5  В целях страхования указано использование автомобиля в личных целях.  

Судом установлено, что автомобиль BMW 750LI с г/н 

<

***>  эксплуатировался на территории г. Москвы, то есть по месту жительства ФИО5  

При этом, АО «Прибор-Контроль» находится в Московской области. 

Арендуемый автомобиль являлся участником четырех дорожно-транспортных  путешествий, каждая из которых была совершена на территории г. Москвы, а не  Московской области (где и располагается Должник), что свидетельствует о том, что  автомобиль использовался для личных нужд ФИО5 и его членов семьи.  

Путевые листы представлены в материалы дела в количестве 88 штук. Путевые листы оформлены единообразно, по шаблону. 

Все путевые листы имеют машинописное оформление (заранее напечатанное на  компьютере): наименования организации, марки автомобиля, государственного  номера, водителя, адреса подачи, времени подачи.  

Иные реквизиты путевых листов оформлены рукописно и индивидуально  определенно.  

При этом во всех путевых листах в качестве водителя указан ФИО8, из  чего следует, что второй водитель за 2 года не выезжал на арендуемом автомобиле.  

Из путевых листов следует, что каждый путевой лист был оформлен на  автомобиль с г/нУ027ВВ/97.  

При этом, согласно договоров аренды кредитор передал автомобиль с г/н  

<

***>.  

В каждом путевых листах указан автомобиль с регионом 97, то есть иной чем  тот который указан в договорах аренды (197).  

Данное обстоятельство указывает на то, что путевые листы были созданы  одномоментно с одной и той же ошибкой в написании государственного номера.  

Исходя из копий путевых листов, представленных в материалы дела, следует,  что с 13.02.2017 года по 17.02.2017 года автомобиль находился в рейсе.  

При этом, согласно данным ГИБДД следует, что 14.02.2017 года в 12 часов 00  минут автомобиль BMW, г/н 

<

***> стал участником ДТП.  

В результате данного ДТП автомобиль получил существенные повреждения,  выраженные в повреждении колес, элементов ходовой части, вмятины, заломы,  перекосы разрывы и другие повреждения с изменение геометрии элементов (деталей)  кузова и эксплуатационных характеристик автомобиля.  

Указанное свидетельствует, что автомобиль, получивший 14.02.2017 года  повреждения колес и ходовой части, не мог находиться в рейсе до 17.02.2017 года и  проехать 968 км.  

Путевой лист является первичным учетным документом, подтверждающим  расходы на заработную плату водителей, ГСМ и иные расходы, связанные с  

эксплуатацией автомобиля, в целях исчисления налога на прибыль (п. 14 ст. 2 Устава  автомобильного транспорта, Постановление Госкомстата России от 28.11.1997 N 78  "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету  работы строительных машин и механизмов, работ в автомобильном транспорте",  Письма Минфина России от 25.08.2009 N 03-03-06/2/161, от 16.06.2011 N 03-03- 06/1/354).  

Путевые листы в силу стандартного порядка документооборота не могут  находиться у сторонних лиц (ФИО5), так как документы первичного  бухгалтерского учета должны храниться в бухгалтерии АО «Прибор-Контроль».  

При таких обстоятельствах суд исходит из того, что путевые листы, которыми  ФИО5 обосновывал требования о включении в реестр требований кредиторов,  созданы искусственно и не подтверждают реальное использование автомобиля в  арендных правоотношениях с АО «Прибор-Контроль».  

Представленные ФИО5 справки по форме 2-НДФЛ не содержат  сведений, что налог на доходы физических лиц уплачивался ФИО5 именно в  связи с получением дохода от арендных платежей, уплачиваемых по договору аренды   № 89ПК/10 от 13.08.2010 года, договору аренды транспортного средства без экипажа   № 23 от 01.06.2017 года, договору аренды транспортного средства без экипажа № 24 от  01.06.2018 года.  

Следовательно, данные справки не могут подтвердить наличие арендных  правоотношений между АО «Прибор-Контроль» и аффилированным кредитором  ФИО5  

Кроме того, ФИО5 не мог уплатить налог на доходы физических лиц от  прибыли, получаемой по договору аренды № 89ПК/10 от 13.08.2010 года, договору  аренды транспортного средства без экипажа № 23 от 01.06.2017 года, договору аренды  транспортного средства без экипажа № 24 от 01.06.2018 года, поскольку АО «Прибор-  Контроль» никогда не производило ФИО5 оплату арендных платежей.  

Фактически конкурсный кредитор ФИО5 прибыль не получал, начислять  и уплачивать НДФЛ не мог.  

Копия трудового договора ФИО8, которая представлена ФИО5  в рамках данного обособленного спора, не соответствует трудовому договору № 13 от  25.04.2006 года, который был приобщен ФИО8 в материалы дела Наро- Фоминским городским судом Московской области в рамках разрешения спора по иску  о взыскании заработной платы.  

Заверение копий авансовых отчетов производится с оригинала, то есть при  наличии возможности произвести сличение идентичности документов.  

В материалы дела представлены копии авансовых отчетов - данное  обстоятельство указывает на то, что оригиналы авансовых отчетов находятся у  ФИО5, что в силу стандартного порядка документооборота быть не может, так  как оригинал авансового отчета является документом первичного бухгалтерского учета  и должен храниться в бухгалтерии АО «Прибор-Контроль».  

ФИО5 не мог иметь данных документов ни в копиях, ни в оригиналах. 

Кроме того, генеральный директор АО «Прибор-Контроль» не передал  конкурсному управляющему АО «Прибор-Контроль» первичные и бухгалтерские  документы, включая документы, относящиеся к аренде и эксплуатации автомобиля  BMW 750LI с г/н 

<

***>.  

Согласно определению Арбитражного суда Московской области от 23.08.2021  года по делу № А41-52201/18 у ФИО7 истребована документация АО «Прибор- Контроль» с возложением на ФИО7 судебной неустойки за неисполнение  судебного акта в размере 5 000 рублей в день.  

Суд отмечает ряд обстоятельств, свидетельствующих о системных  противоречиях в утвержденной отчетности.  

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона N 409-ФЗ "О бухгалтерском учете"  обязательными реквизитами первичного документа являются в том числе:  наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию  и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности  лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события;  подписи лиц, предусмотренных пунктом 6, с указанием их фамилий и инициалов либо  иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.  

Таким образом, в авансовом отчете должны быть отражены в обязательном  порядке подписи генерального директора (единоличного исполнительного органа),  главного бухгалтера и подотчетного лица.  

Однако авансовые отчеты подписаны разными людьми: исключительно  генеральным директором ФИО7 в графе для подписания главным бухгалтером  (авансовые отчеты № 129, № 133, № 136, № 139, № 141, № 160, № 166, № 170, № 174,   № 177), генеральным директором ФИО7 и бухгалтером ФИО9 без  подписи главного бухгалтера (авансовые отчеты № 53, № 64, № 68, № 73, № 78, № 81,   № 83, № 87, № 92, № 96, № 98, № 101, № 104, № 108, № 111).  

ФИО5 не представлены доказательства того, где хранился указанный  автомобиль.  

Согласно данным, отраженным в представленной авансовой отчетности  ФИО8, пользование услугой «парковки» осуществлялось лишь в период  14.07.2017 г. по 18.08.2017 г. и 16.05.2017 г., в то время как автомобиль в отчетный  период перемещался преимущественно в одинаковом направлении (Москва- Апрелевка-Москва).  

Следовательно, не может считаться установленным обстоятельство того, кем и  где хранился автомобиль.  

Более того, согласно данным, отраженным в авансовых отчетах за период с  января по октябрь 2017 г., автомобиль не эксплуатировался почти месяц в период с  18.08.2017 г. по 22.09.2017 г. (авансовые отчеты № 141 и № 160), несмотря на  функционирование предприятия в качестве работающего, что представляется  достаточно сомнительным фактом с учетом необходимости осуществления  организацией текущих задач.  

Таким образом, авансовые отчеты с приложенными к ним документам не  устанавливают следующие обстоятельства: факт реальности эксплуатации BMW 750LI  с г/н 

<

***> для целей и интересов АО «Прибор-Контроль», факт осуществления  указанных расходов в отношении конкретного автомобиля BMW 750LI с г/н  

<

***>.  

ФИО5 в обоснование расходования денежных средств по договорам  аренды транспортного средства представлены копии расходных кассовых ордеров.  

Расходный кассовый ордер — это документ первичной учетной документации  кассовых операций, по которому производится выдача наличных денежных средств из  кассы организации.  

Указанием Банка России от 09.12.2019 N 5348-У установлен предельный размер  расчетов наличными денежными средствами между юридическими лицами и (или)  индивидуальными предпринимателями - 100 000 руб. либо сумма в иностранной  валюте, эквивалентная 100 тыс. руб. по официальному курсу Банка России на дату  проведения наличных расчетов. ФИО5 не представил документ об утверждении  лимита кассы.  

Выдача наличных денежных средств из кассы организации не является  стандартной формой осуществления расчетов с организацией, поскольку  осуществляется с соблюдением ряда нормативных требований Указания Банка России  от 11.03.2014 N 3210- У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами  и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными  предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" (п. 8 Указания Банка  России N 3210-У). Само осуществление наличных расчетов производится в  соответствии с Указанием Банка России от 07.10.2013 N 3073-У "Об осуществлении  наличных расчетов" (п. 7 Указания Банка России N 3073-У).  

К тому же согласно банковским выпискам по счетам АО «Прибор-Контроль»  операции с контрагентами осуществлялись в безналичной форме, в связи с чем  представляется сомнительным нахождение денежных средств в указанных суммах в  кассе организации.  

ФИО5 не представлены доказательства того, были ли учтены ордеры в  кассовой книге АО «Прибор-Контроль».  

Порядок ведения кассовых расчетов установлен Указанием Банка России от 11  марта 2014 г. № 3210-У. Согласно п. 4.6 Указания Банка России юридическое лицо  обязано учитывать выдаваемые из кассы наличные денежные в кассовой книге по  

унифицированной форме 0310004 (утв. постановлением Госкомстата от 18 августа 1998  г. № 88).  

Соответственно, расходные кассовые ордера не являются достаточным  доказательством того, что расходы на оплату по указанным договорам были реально  понесены, поскольку истец не подтвердил, что сумма, указанная в расходном кассовом  ордере, была принята к учету.  

Проанализировав имеющиеся доказательства и доводы участвующих в деле лиц  в совокупности, суд установил, что автомобиль, принадлежащий аффилированному  кредитору ФИО5 на праве собственности, фактически не передавался должнику  в аренду, а оставался у него в распоряжении и пользовании. Кроме того, в силу  связанности ФИО10 и АО «Прибор-Контроль» была создана такая модель  отношений, при которой ФИО5 фактически получал обогащение в форме  неосновательного сбережения: все расходы (на топливо, расходы, связанные с  эксплуатацией и ремонтом) осуществлялись за счет АО «Прибор-Контроль», что  подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.  

Исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от  25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации" недобросовестное поведение  воспользовавшейся тем, что единоличный исполнительный и коллегиальный орган  управления другой стороны сделки при заключении договора действовал явно в ущерб  последней, является основанием для признании сделки недействительной в  соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ.  

В рассматриваемом споре прослеживается злоупотребление правом с обеих  сторон сделки, направленный на искусственное наращивание кредиторской  задолженности и вывод активов должника.  

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации" в пункте 8 предусматривает право суда применять положения  ст. 10 ГК РФ по собственной инициативе. Также в пунктах 9, 10 указанного  Информационного письма, Президиум ВАС РФ закрепил возможность признания  

сделок недействительными на основании совокупности применения положений ст. 10,  168, 170 ГК РФ даже при нарушении специальных норм права.  

При этом суды имеют возможность со ссылкой на конструкции ст. 10, 168 ГК  РФ или ст. 10, 170 ГК РФ признавать ничтожными сделки в случае, когда совокупность  правоотношений или обстоятельств дела очевидно свидетельствует о том, что они  направлены на обход закона или иные злоупотребления.  

Апелляционная коллегия также приходит к выводу о наличии признаков  мнимости указанных сделок связи со следующим.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия, ничтожна. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из  конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является  порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые  последствия, характерные для сделок данного вида. Пунктом 86 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации" разъяснено, что судам следует учитывать, что стороны мнимой  сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.  

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на  мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на  формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Сокрытие действительного  смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для  вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые  последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей  устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих  реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств. В силу прямого указания  закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка  (статья 170 ГК РФ).  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 24.05.2011 N 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ)  применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений  ее исполнять или требовать исполнения. Установление факта того, что стороны на  самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение  гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является  достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Формальное оформление сделок направлено на создание фиктивного требования  к должнику с целью вывода активов должника, что неминуемо ведет к причинению  вреда иным независимым кредиторам. Сделки совершены при наличии  недобросовестных действий обеих сторон. Сторонами были оформлены все  документы, но не были созданы правовые последствия. Документами,  предоставленными заявителем в подтверждение оказанных услуг, являются только  акты, отображающие стоимость услуг, без расшифровки их содержания. При этом  действия должника по приемке оказанных услуг по договорам, оформленные актами,  не свидетельствуют о фактическом исполнении обязательств по договорам.  

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов,  подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой наличия и  соответствия документов установленным формальным требованиям закона, а  необходимо принимать во внимание иные документы первичного учета и  доказательства.  

Поскольку сделки имеют признаки мнимых, направлены на создание  искусственной кредиторской задолженности, суд осуществляет проверку обстоятельств  дела следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или  отсутствия фактического оказания услуг. Целью такой проверки является установление  обоснованности долга, возникшего из договоров, и недопущения исключения из  конкурсной массы денежных средств, поскольку это приведет к нарушению прав и  законных интересов независимых кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

Представленные договоры аренды являются мнимой сделкой, оформление  названных договоров и актов между сторонами произведено с целью искусственного  

создания видимости исполнения встречных обязательств со стороны кредитора и  должника.  

Между тем, суд апелляционной инстанции установил пропуск конкурсным  управляющим срока исковой давности на оспаривание договора аренды б/н от  13.08.2010.  

Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) наделяет внешнего и конкурсного  управляющих правом на обращение в суд с исками, связанными с  недействительностью сделок должника по специальным основаниям,  предусмотренным этим Законом. В таких случаях по общему правилу срок исковой  давности исчисляется с момента, когда первый из этих управляющих узнал или должен  был узнать о наличии предусмотренных законодательством о несостоятельности  особых оснований для оспаривания сделки.  

При этом в соответствии с положениями абзаца четвертого пункта 1 статьи 94 и  пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве со дня введения внешнего управления  (открытия конкурсного производства) полномочия органов управления должника  осуществляет внешний (конкурсный) управляющий. Следовательно, названные  управляющие от имени должника также вправе оспаривать совершенные им сделки и  по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. В таких  случаях не применяются специальные правила о сроках исковой давности,  установленные законодательством о несостоятельности.  

В рассматриваемом деле заявлено требование о признании недействительной  ничтожной сделки как не соответствующей положениям статьи 295 Гражданского  кодекса.  

По специальным основаниям, определенным законодательством о банкротстве,  сделка конкурсным управляющим не оспаривается.  

Поэтому на настоящее требование конкурсного управляющего распространялся  трехлетний срок исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 181  Гражданского кодекса, течение которого началось со дня, когда началось исполнение  сделки.  

Установив, что исполнение сделки началось в 13.08.2010 году, а с заявлением  конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд лишь 10.02.2021, суд  указывает на невозможность удовлетворения требования управляющего в силу  положений пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса вследствие истечения срока  исковой давности, о применении которой заявлено заявителями апелляционных жалоб.  

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для  отказа в удовлетворении требований.  

Таким образом, в удовлетворении требований о признании недействительной  сделкой договора аренды б/н от 13.08.2010 ввиду пропуска срока следует отказать.  

Кроме того, признаки неплатежеспособности должника на момент заключения  договора аренды от 13.08.2010 установлены не были. Следовательно, оснований для  признания оспариваемой сделки недействительной не имеется.  

Как указывалось ранее, ФИО5 заявил требование о взыскании  задолженности по договорам аренды транспортного средства и включении его в реестр  требований кредиторов должника.  

Установление размера требований кредиторов осуществляется арбитражным  судом в порядке, установленном в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и  пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера  требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий  относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять  соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование  кредитором с другой стороны.  

Учитывая фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции правомерно  отказал в признании требований кредитора обоснованными, поскольку факт наличия  задолженности не подтвержден первичными документами, а сделка, на основании  который возникли спорные обязательства, были заключены аффилированными  лицами, что в отсутствие доказательств реальности хозяйственных операций между  

контрагентами свидетельствует о злоупотреблении ими правом в целях включения в  реестр требований кредиторов должника фиктивной задолженности для проведения  контролируемой процедуры банкротства.  

Наличие в действиях сторон злоупотребления правом, в том числе выраженного  в предъявлении подконтрольного требования и для целей нарушения прав конкурсных  кредиторов, уже само по себе достаточно для отказа во включении требований  заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").  

Данное разъяснение направлено на противодействие включению в реестр  требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, имеющих  явные пороки, свидетельствующие о недобросовестности должника и кредитора при  заключении сделки и последующем предъявлении требования кредитором.  

Таким образом, определение Арбитражного суда Московской области от  17.07.2023 по делу № А41-52201/18 подлежит отмене в части признания  недействительной сделкой договора аренды б/н от 13.08.2010.  

В данной части заявление конкурсного управляющего АО «Прибор-Контроль»  подлежит оставлению без удовлетворения.  

Определение в остальной части подлежит оставлению без изменения. 

Нарушений норм процессуального права судом первой инстанции допущено не  было.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268 - 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 17.07.2023 по делу   № А41-52201/18 отменить в части признания недействительной сделкой договора  аренды б/н от 13.08.2010.  

В данной части заявление конкурсного управляющего АО «Прибор-Контроль»  

оставить без удовлетворения. Определение в остальной части оставить без изменения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  

в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача  

жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области. 

Председательствующий cудья А.В. Терешин  Судьи С.Ю. Епифанцева  

Н.В. Шальнева