462/2023-77715(4) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А03-16564/2015  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 25 декабря 2023 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Зюкова В.А., судей Доронина С.А., 

 ФИО1 -  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» ФИО2 на определение Арбитражного суда Алтайского края  от 27.07.2023 (судья Сигарев П.В.) и постановление Седьмого арбитражного  апелляционного суда от 04.10.2023 (судьи Иванов О.А., Апциаури Л.Н., Фролова Н.Н.)  по делу № А03-16564/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Стройиндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее –  ООО «Стройиндустрия», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего  должником о привлечении бывшего руководителя ФИО3 (далее -  ответчик) к субсидиарной ответственности.  

Другие лица, участвующие в деле: ФИО4, ФИО5.  

В судебном заседании принял участие представитель Хачатуряна Д.С. –  ФИО6 по доверенности от 14.03.2023.  

Суд установил: 

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании  заявления общества с ограниченной ответственностью «Русэнергосбыт» (далее –  ООО «Русэнергосбыт»), принятого определением Арбитражного суда Алтайского края  от 28.08.2015.  

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 07.10.2015 в отношении  ООО «Стройиндустрия» введена процедура наблюдения, временным управляющим  утвержден ФИО7.  

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 09.02.2016 в отношении  ООО «Стройиндустрия» введена процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утвержден ФИО7, который 15.09.2016 обратился  

в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности.  

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 13.05.2020 конкурсным  управляющим должником утвержден ФИО2 (далее –  конкурсный управляющий).  

К участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3,  ФИО4.  

В результате уточнения заявления в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), окончательная  редакция просительной части содержала требование о привлечении ФИО5,  Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности, как лиц совершивших  недействительную сделку по отчуждению имущества должника, а также ФИО4  и ФИО5 как лиц, своевременно не расторгнувших договор энергоснабжения,  взыскать солидарно с ФИО5, Хачатуряна Д.С. 28 586 090,89 руб. в виде  субсидиарной ответственности, с ФИО4 1 169 059,35 руб. в возмещение убытков.  

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 02.08.2022, оставленным  без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 06.12.2022, в конкурсную массу ООО «Стройиндустрия» взыскано в возмещение  убытков: с ФИО4 1 169 059,35 руб., с ФИО5 2 419 492,20 руб.,  с Хачатуряна Д.С. 60 200 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.10.2023  определение Арбитражного суда Алтайского края от 02.08.2022 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 отменены в части отказа  в привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности и взыскании с него  убытков в размере 60 200 руб., обособленный спор направлен на новое рассмотрение.  

При новом рассмотрении Хачатуряном Д.С. заявлено о пропуске срока исковой  давности и представлены дополнительные пояснения и доказательства.  

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 27.07.2023, оставленным  без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 04.10.2023, в удовлетворении заявления о привлечении Хачатуряна Д.С.  к субсидиарной ответственности отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами конкурсный управляющий  обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, привлечь  Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере  28 586 090,89 руб. и взыскать с ответчика в пользу должника 28 586 090,89 руб.  

По мнению кассатора, выводы судов об отсутствии возможности Хачатуряна Д.С.  определять экономическую и юридическую судьбу общества с ограниченной  ответственностью «Новоалтайский завод ЖБИ» (далее – ООО «НЗ ЖБИ») и самого  должника, после даты прекращения его полномочий в качестве директора завода,  являются необоснованными.  

С позиции кассатора, вся задолженность ООО «Стройиндустрия» перед  ресурсоснабжающими организациями сформирована после отчуждения имущества  Хачатуряну Д.С., договор энергоснабжения не расторгался ФИО5, так как она  действовала по указанию фактического руководителя организации Хачатуряна Д.С.  Получателями электроэнергии выступали юридические лица, зарегистрированные  по указанному адресу, учредителем которых также являлся ФИО3  

Кассатор указывает, что с требованием о привлечении Хачатуряна Д.С. обратился  01.03.2023, то есть в пределах срока исковой давности, предусмотренного статьей 196  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в данном случае срок  исковой давности для предъявления требования к дополнительным должникам следует  исчислять с момента определения конкурсным управляющим недостаточности активов  должника.  

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 считает несостоятельными  доводы, изложенные в ней, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых  судебных актов.  

В судебном заседании представитель ответчика просит оставить без изменения  обжалуемые судебные акты.  

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение  участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания,  кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном  частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российский Федерации  (далее - АПК РФ).  

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив  законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит  оснований для их отмены.  

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, согласно выписке  из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ)  ООО «Стройиндустрия» зарегистрировано в мае 2009 года. Участниками  и руководителями должника после 2012 года в разное время являлись ФИО5,  ФИО4  

Фактическая деятельность должника сводилась к передаче электроэнергии городу  Новоалтайску и обществу с ограниченной ответственностью «Новоалтайский завод ЖБИ»  (далее – ООО «НЗ ЖБИ»).  

В качестве обстоятельств привлечения Хачатуряна Д.С. к субсидиарной  ответственности, конкурсный управляющий указал, что ООО «Стройиндустрия»  использовалось Хачатуряном Д.С. в качестве посредника между ООО «НЗ ЖБИ»  и энергосбытовыми компаниями, в связи с чем он является контролирующим должника  лицом, как бенефициар дававший обязательные для должника указания и получавшим  личную выгоду через руководство ООО «Новоалтайский завод железобетонных изделий  имени Иванова Геннадия Сергеевича» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).  

Отказывая в удовлетворении требований суд первой инстанции исходил  из отсутствия доказательств участия Хачатуряна Д.С. в создании схемы потребления  энергоресурсов, причинно-следственной связи между используемой должником схемой  и его банкротством по вине именно Хачатуряна Д.С., не установлено получение  непосредственно Хачатуряном Д.С. выгоды от такой деятельности; принял во внимание,  что все полученное по оспоренной сделке возвращено в конкурсную массу либо  стоимость имущества компенсирована в денежном эквиваленте; пришел  к выводу о том, что невозможность удовлетворения требований ресурсоснабжающих  организаций напрямую не связана с поведением непосредственно Хачатуряна Д.С.;  указал, что срок исковой давности по заявленному требованию пропущен, основания  для его восстановления отсутствуют.  

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. 

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют  фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным  нормам права.  

Применение той или иной редакции статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)  (в настоящее время статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального  права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием  для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности,  а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной  ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции,  действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности.  

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции  и действующие нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения  материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.  

Согласно статье 2 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению  к спорным правоотношениям) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо  имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления  о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником  указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или  свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника,  в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника  либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления  должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть  признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия,  основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия  могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться  пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более  

чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной)  ответственностью, руководитель должника).  

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53  «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено,  что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция  доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть  применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки  должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности)  и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать,  что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие  критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона  об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том,  является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того,  что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях,  существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также  сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник  утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений  хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановление № 53,  под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие  причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием)  и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться,  в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов  добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение  сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения  явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой  организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая  нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его  кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной  предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка,  которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного  

финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду  надлежит исследовать совокупность сделок (иных операций), совершенных под влиянием  контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации,  ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.  

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной  в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того,  повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать  во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным  выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу  абзаца третьего пункта 16 Постановления № 53 к ответственности подлежит привлечению  то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило  (потенциальную) выгоду от ее совершения.  

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических  признаков аффилированности (пункт 3 Постановления № 53). Напротив, конечный  бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего  статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую  возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего  лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между  бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной  структурированности отношений.  

В отношении Хачатуряна Д.С. судом установлено, что он являлся директором  ООО «НЗ ЖБИ» в период с 22.02.2013 по 17.06.2015, с которым должник заключил  договор по передаче электроэнергии.  

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу определением суда  от 22.01.2020 признаны недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве  следующие сделки:  

- соглашение об отступном от 10.11.2014 в части отчуждения следующего  имущества: оборудования ГПП-35/6ПВ, трансформатора ТМ 6300/35, ячейки линейной  КСО-СК-202-7ВВ-20/100 УЗ, ячейки ТСН-КСО-СК-202-ТСН УЗ, ГПП-35/6,  трансформатора силового ноутбука Aser Extensa EX 4220-100508Mi, турбогенератора Т\Г  0,5А/0,4Р13,3/3,7 НОМ.5027;  

- соглашение об отступном от 14.01.2015 в части отчуждения следующего  имущества: части здания овощехранилища, здания главной подстанции, воздушной  линии.  

Применены последствия недействительности сделок в виде: 

- обязания Хачатуряна Д.С. возвратить в конкурсную массу должника следующее  имущество: ноутбук Aser Extensa EX 4220-100508Mi, турбогенератор Т\Г  0,5А/0,4Р13,3/3,7 НОМ.5027;  

- взыскания с Хачатуряна Д.С. в пользу должника стоимости трансформатора ТМ  6300/35 в размере 1 194 106,79 руб.;  

- истребования из чужого незаконного владения общества с ограниченной  ответственностью «Вектор» и возврата в конкурсную массу должника следующего  имущества: здания главной подстанции, воздушной линии, оборудования ГПП35/6ПВ,  ячейки линейной КСО-СК-202-7ВВ-20/100 УЗ, ячейки ТСН-КСО-СК-202-ТСН УЗ, ГПП- 35/6, трансформатора силового ТМГ-25/6-УХЛ1, находящихся в здании и на прилегающей  территории главной подстанции;  

- истребования из чужого незаконного владения ФИО8  и возврата в конкурсную массу должника части здания овощехранилища.  

В рамках указанного обособленного спора судом установлено, и не опровергается  кассатором, что после передачи имущества Хачатуряну Д.С. должник продолжал  его использовать в своей деятельности вплоть до 30.04.2015. Соглашения об отступном  со стороны ООО «Стройиндустрия» подписаны директором - ФИО5, которая в свою очередь, согласно общедоступным сведениям в сети  интернет и ответу ГУ - Отделение ПФ РФ по Алтайскому краю от 26.10.2017, являлась  заместителем директора ООО «НЗ ЖБИ», директором ООО «НЗ ЖБИ» являлся  ФИО3  

Рассматривая сделку суд установил, что фактически по оспариваемым соглашениям  об отступном передан единый сложный объект, а именно действующая трансформаторная  подстанция, участвующая в процессе передачи электрической энергии, состоящая  из здания трансформаторной подстанции и оборудования, и пришел  к выводу, что датой совершения сделки является дата передачи последнего элемента  единого сложного объекта, в связи с чем оба соглашения об отступном, заключенные  с Хачатуряном Д.С., совершены в пределах шестимесячного срока с даты принятия  к производству заявления о признании ООО «Стройиндустрия» банкротом, т.е. в марте  2015 года.  

Судом установлено, что все полученное по оспоренной сделке возвращено  в конкурсную массу либо стоимость имущества компенсирована в денежном эквиваленте,  поэтому суд не установил оснований для удовлетворения заявления в части привлечения  к субсидиарной ответственности Хачатуряна Д.С. за ее совершение.  

Возвращенное по оспариваемой сделке имущество реализовано за 5 000 000 руб.,  присужденные суммы выплачены полностью.  

Суды верно исходили из отсутствия доказательств того, что имущество,  возвращенное в конкурсную массу и его компенсированная стоимость могли оказаться  гораздо выше, чем поступило денежных средств в конкурсную массу.  

Более того, несмотря на смену титульного сособственника практически  все имущество фактически оставалось во владении должника, о чем свидетельствует  взыскание долга в пользу ПАО «ФСК ЕЭС». Доводы кассационной жалобы данные  выводы судов не опровергают.  

Как указано выше, определяя период контроля Хачатуряна Д.С. по схеме  его взаимодействия как директора ООО «Новоалтайский завод железобетонных изделий  

имени Иванова Геннадия Сергеевича» с ООО «Стройиндустрия» суд установил,  что он не может выходить за пределы с 22.02.2013 по 17.06.2015 (период работы  директором), поскольку доказательств, указывающих на иное суду не представлено.  

При исследовании финансового анализа деятельности должника временный  управляющий установил, что фактически неплатежеспособность должника возникла ранее  даты отчуждения имущества, а именно с 2012 года, когда существенно снизились  коэффициенты платежеспособности и обеспеченности обязательств активами.  

В результате в реестр включены требования ООО «Русэнергосбыт»,  АО «Алтайэнергосбыт», ПАО «ФСК ЕЭС», а также требования третьих лиц, на общую  сумму 25 540 842,58 руб., размер не погашенных текущих обязательств составляет  3 618,90 тыс. руб.  

При этом, в представленных в материалы дела доказательствах и изложенных  сторонами доводах отсутствует информация о создании именно Хачатуряном Д.С.  схемы использования энергоресурсов.  

Согласно пояснениям Хачатуряна Д.С., не опровергнутым сторонами,  электроэнергия, поставленная в период с 2012 года по октябрь 2013 год погашена  полностью. Далее начались просрочки по оплате, что совпадает с периодом кризиса  на заводе возникшим с началом руководства Хачатуряна Д.С. после смерти отца.  

Поэтому доводы конкурсного управляющего о том, что завод постоянно пользовался  бесплатными энергоресурсами, не подтверждаются материалами дела.  

Имущество по недействительной сделке перешло к Хачатуряну Д.С. только в 2015  году, т.е. спустя 2 года после начала просрочек.  

Суды установили, что из анализа выписки по расчетному счету  ООО «Стройиндустрия», открытому в ПАО «Сбербанк России», следует, что практически  все поступления на расчетный счет ООО «Стройиндустрия» были от ООО «НЗ ЖБИ»,  и денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «Стройиндустрия»  от ООО «НЗ ЖБИ», в тот же день в поступившем размере перечислялись энергосбытовым  компаниям — ООО «Русэнергосбыт» и АО «Алтайэнергосбыт».  

Кроме этого, судами установлено, что всего ООО «Стройиндустрия» реализовало  заводу электроэнергию на сумму 46 908 241,67 руб., и включилась в реестр требований  кредиторов ООО «Новоалтайский завод железобетонных изделий имени Иванова  Геннадия Сергеевича» на 18 860 995,33 руб. неоплаченного остатка, т.е. по сути  взысканная с ООО «Стройиндустрия» задолженность в пользу ОАО «ФСК ЕЭС»  по спорным судебным актам была своевременно предъявлена и включена в реестр  требований кредиторов ООО «Новоалтайский завод железобетонных изделий имени  Иванова Геннадия Сергеевича» (658083, Алтайский край, город Новоалтайск, улица  П. Корчагина) определениями от 23.11.2016 по делу № А03-14627/2015 в составе иной  задолженности на сумму 19 562,24 тыс. руб., из которых погашено в порядке  распределения конкурсной массы 729,87 тыс. руб.  

Определением суда от 27.12.2019 производство по делу № А03-14627/2015  о банкротстве ООО «Новоалтайский завод железобетонных изделий имени Иванова  Геннадия Сергеевича» завершено.  

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о бесплатном использовании  энергоресурсов по созданной схеме, и прекращении расчетов непосредственно после  совершения оспариваемой сделки опровергаются материалами дела.  

Более того, как следует из определения от 27.12.2019 по делу № А03-14627/2015  о банкротстве завода, у должника осталось не реализованное на торгах имущество  (51 позиция) от принятия которого отказались кредиторы, а, следовательно,  и ООО «Стройиндустрия» тоже отказалась, поэтому оно передано учредителю должника  по акту от 19.12.2019.  

Таким образом, как верно установили суды, невозможность удовлетворения  требований ресурсоснабжающих организаций не связана с поведением непосредственно  Хачатуряна Д.С.  

Суды учли, что изначально целью создания ООО «Стройиндустрия» являлось  бесперебойное обеспечение завода электроэнергией, который регулярно допускал  просрочки по своим обязательствам. Сама же ООО «Стройиндустрия» потребляла  не существенное количество такой электроэнергии и самостоятельной производственное  деятельности не вела. При этом, договор на электроснабжение заключен до периода  взаимоотношений Хачатуряна Д.С. как заводом, так и с должником. Следовательно,  ФИО3 не участвовал в создании схемы потребления электроэнергии, а лишь  как руководитель завода определенный период использовав ее. Доказательств иного суду  не представлено.  

В связи с изложенным суды пришли к выводу о недоказанности участия  Хачатуряна Д.С. в создании схемы потребления энергоресурсов, и причинно-следственной связи между используемой должником схемой и его банкротством по вине  именно Хачатуряна Д.С., также судами не установлено получения непосредственно  Хачатуряном Д.С. выгоды от такой деятельности, на проверку которых указывал  суд округа, что исключает возможность его привлечения к субсидиарной ответственности  за организацию такой деятельности.  

Судом установлено, что невозможность дальнейших расчетов должника  с контрагентами связана непосредственно с кризисом завода. При этом, ФИО3  являлся не единственным бенефициаром завода (также отношение к заводу имели  ФИО9, ФИО10 и др.), и не доказано, что он непосредственно  принимал участие в создании схемы электроснабжения должника, так как на момент  ее создания не имел каких-либо отношений с заводом и должником, то возложение  на него всего размера убытков неправомерно, учитывая, что непосредственно  ФИО5 имела возможность расторжения договоров электроснабжения  (уже привлечена к субсидиарной ответственности по указанным основаниям).  

Поскольку требования ООО «Стройиндустрия» своевременно включены в реестр  требований кредиторов завода, и денежные средства частично получены, то отсутствуют  основания для взыскания с него и убытков, учитывая, что у завода осталось  не реализованное имущество.  

Доводы кассационной жалобы указанные выводы судов не опровергают. Суды также пришли к верному выводу о пропуске срока давности. Заявление о привлечении контролирующих должника лиц подано в суд 15.09.2016. 

В качестве оснований для привлечения указано на совершение недействительной  сделки 2015 года.  

Требование о привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности подано  в суд 01.03.2022.  

В качестве оснований для привлечения указано на совершение недействительной  сделки 2015 года и организация деятельности по потреблению электроэнергии с 2012  года.  

Ранее действующая статья 10 Закона о банкротстве, и положения действующей  редакции статьи 61.14 Закона о банкротстве устанавливают два срока исковой давности:  субъективный, подлежащий исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало  или должно было узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности; объективный (пресекательный), подлежащий исчислению со дня  признания должника несостоятельным (банкротом).  

Судом первой инстанции установлено, что заявление об оспаривании сделки между  должником и Хачатуряном Д.С. подано в суд 11.04.2016, следовательно, как минимум  с указанного времени, заявителю стало известно об основаниях привлечения  Хачатуряна Д.С. к ответственности за совершение недействительной сделки,  а об организации деятельности по потреблению электроэнергии заявителю должно было  быть известно либо при рассмотрении этой же сделки либо как минимум с даты  предъявления требований должника в реестр требований кредиторов  ООО «Новоалтайский завод железобетонных изделий имени Иванова Геннадия  Сергеевича» (определения от 08.06.2016 и 28.06.2016 по делу № А03-14627/2015)  и определения от 05.04.2016 о введении финансового оздоровления, где указано,  что ФИО3 является бенефициаром завода, т.е. в любом случае ранее 01.03.2019.  

Доводы конкурсного управляющего о соблюдении срока исковой давности из-за  приостановления производства по делу и определения недостаточности имущества только  по результатам его реализации правомерно отклонены судами, поскольку в отличии  от искового производства привлечение к субсидиарной ответственности предусматривает  установление двух эпизодов: основания привлечения, размер ответственности. При этом,  недостаточность активов должника служит не основанием для привлечения  к ответственности, а влияет на ее размер. А приостановление производства по заявлению  к одному субсидиарному ответчику не препятствует подаче самостоятельного заявления  к другому, поскольку по сути является самостоятельным требованием, порядок  

рассмотрения которых определен Законом о банкротстве, по общему правилу в рамках  одного спора, что не исключает возможности как раздельного, так и последовательного  рассмотрения.  

Доводы кассатора о том, что фактическое руководство должником осуществлял  ФИО3, суд округа отклоняет как направленный на переоценку имеющихся в деле  доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами.  Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях  исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального  и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела  по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном  суде кассационной инстанции»).  

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы  и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ.  

Нормы материального права применены правильно. Несогласие заявителя  с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм  материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может  служить основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статьи 286, 287  АПК РФ).  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 27.07.2023 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 по делу № А03-16564/2015  оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий В.А. Зюков 

Судьи С.А. Доронин  

 ФИО1