ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-3410/2015

03  апреля  2019  года

г. Ессентуки

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 апреля 2019 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Сулейманова З.М.,

судей: Марченко О.В., Егорченко И.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кавказ.Эмин.Агро» ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.12.2018 по делу № А63-3410/2015

по заявлению конкурсного управляющего о применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела № А63-3410/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Кавказ.Эмин.Агро», г. Ставрополь (ОГРН 

<

***>),

в отсутствие участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 39 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обратилось общество с ограниченной ответственностью «Панкрушихинское хлебоприемное предприятие» (далее - ООО «Панкрушихинское хлебоприемное предприятие») с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Кавказ.Эмин.Агро» (далее - ООО «Кавказ.Эмин.Агро», должник) несостоятельным (банкротом).

На основании указанного заявления определением суда от 22.04.2015 возбуждено производство по  делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кавказ.Эмин.Агро».

Определением от 26.06.2015 (резолютивная часть определения объявлена 25.06.2015) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2

Решением от 26.11.2015 ООО «Кавказ.Эмин.Агро» признано банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Определением от 01.08.2016 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в связи с длительным отсутствием судья Меньшова Е.С. заменена на судью Пекуш Т.Н.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора совместного ведения хозяйственной деятельности от 23.05.2013 № ПТ/1-2013, заключенного между ООО «Кавказ.Эмин.Агро» и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

В суд первой инстанции конкурсный управляющий представил уточнение заявленных требований, согласно которым  просил признать недействительным договор аренды от 23.05.2013 № ПТ/1-2013 (с учетом соглашения от  23.05.2013), заключенный между ООО «Кавказ.Эмин.Агро» и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

Определением суда от 29.12.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд указал, что при обращении в суд 12.07.2018 с рассматриваемым заявлением, конкурсным управляющим был пропущен годичный срок на оспаривание сделки по специальным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования по данному основанию.

Не согласившись с определением  суда от 29.12.2018, конкурсный управляющий обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение. Апеллянт считает, что ИП ФИО3 и должник заключили вышеуказанную сделку с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Целью указанной сделки являлось создание фиктивной задолженности перед заинтересованным лицом. Заявитель жалобы указывает, что договор аренды недействителен, так как не прошел государственную регистрацию. По мнению заявителя жалобы, в данном случае отсутствует пропуск срока исковой давности.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просит оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев повторно дело               по апелляционной жалобе в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, проверив доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, изучив и оценив в совокупности материалы дела, находит определение суда первой инстанции  подлежащим оставлению  без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения по  следующим  основаниям.

Как видно из материалов дела, 23.05.2013 между  ООО «Кавказ.Эмин.Агро» и  ИП ФИО3 заключен  договор № ПТ/1-2013 совместного ведения  хозяйственной деятельности (простое товарищество) по использованию земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения с целью сельскохозяйственного производства, по условиям которого товарищи обязались соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли.

Согласно пункту 1.3 договора вкладом ООО «Кавказ.Эмин.Агро»  по договору является внесение денежных средств ИП ФИО3 в сумме 9 155 750 руб., вклад осуществляется двумя траншами: 1-й транш в сумме 6 570 750 руб. вносится в срок до 31.12.2013, 2-й транш вносится в сумме 2 585 000 руб. в срок до 30.11.2014.

 Вкладом ИП ФИО3 является предоставление земельных участков сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 26:17:000000:1381 площадью 2 122 300 кв.м, расположенного в границах землепользования СПК (колхоз) «Путь Ленина» муниципального образования Янкульского сельсовета Андроповского района Ставропольского края и с кадастровым номером 26:17:000000:391 общей площадью 3 083 889 кв.м, расположенного по направлению на юго-запад от ориентира, расположенного по адресу: 

<

...>, для использования товарищем-1.

23.05.2013 между сторонами договора заключено соглашение к договору совместного ведения хозяйственной деятельности № ПТ/1-2013, по условиям которого товарищи договорились установить оценку имущества, являющегося вкладом ИП ФИО3 в следующем денежном выражении: стоимость передаваемых участков определяется из цены 1 758 руб. 62 коп. за один гектар используемого товарищем-1 земельного участка; количество гектаров передаваемого земельного участка – 520,624 га; общая стоимость равна 915 575 руб. в год.

Соглашением от 26.05.2015 договор совместного ведения хозяйственной деятельности № ПТ/1-2013 расторгнут с 26.05.2016, по актам возврата вкладов товарищ-2 передал товарищу-1 возвращенный вклад в сумме 1 831 150 руб., а товарищ-1 товарищу-2 земельные участки с кадастровыми номерами 26:17:000000:1381 и 26:17:000000:391.

Согласно двусторонним актам от 23.05.2014 № 1 и от 23.05.2015 № 1 общая стоимость пользования земельными участки с кадастровыми номерами 26:17:000000:1381 и 26:17:000000:391 составила 1 831 150 руб.

Приговором Промышленного районного суда г. Ставрополя от 23.10.2015 по делу  № 1-577/15 ФИО4 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество в сфере предпринимательской деятельности).

При рассмотрении указанного уголовного дела суд установил вину ФИО4 в хищении денежных средств, принадлежащих ООО «Панкрушихинское хлебоприемное предприятие», путем мошенничества, сопряженного с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности.

Также ФИО4 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления).

В данной части  суд, в частности, установил, что реализуя свой преступный  умысел, направленный на легализацию  денежных средств, похищенных  у ООО «Панкрушихинское хлебоприемное предприятие», ФИО4,  используя свое служебное положение, сняла и оприходовала в кассу ООО «Кавказ.Эмин.Агро» с расчетных счетов должника денежные  средства в общей сумме 3 520 000 руб., из которых 3 180 000 руб. согласно расходному кассовому ордеру от 24.12.2013  выдала ФИО5, действующей на основании доверенности от 15.01.2013, выданной ИП  ФИО3, в качестве оплаты по договору от 23.05.2013  № ПТ/1.

Решением арбитражного суда от 26.11.2015 ООО «Кавказ.Эмин.Агро» признано несостоятельным (банкротом).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кавказ.Эмин.Агро» конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению должником ФИО3 3 180 000 руб. по приходному кассовому ордеру от 24.12.2013 № 13 в качестве оплаты по договору от 23.05.2013 № ПТ/1 и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 03.04.2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 14 июня 2017 года и постановлением суда кассационной инстанции от 21.09.2017, заявленные требования удовлетворены в части. Признано недействительным перечисление 2 000 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ИП ФИО3 возвратить должнику 2 000 000 руб. В остальной части в удовлетворении требования отказано, поскольку был установлен факт возврата ИП ФИО3 ООО «Кавказ.Эмин.Агро» денежных средств в оставшейся сумме.

В последующем неисполнение должником обязательств по оплате пользования земельными участками явилось основанием для обращения ИП ФИО3  в рамках дела о банкротстве должника с заявлением об установлении и включении ее требований в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 05.04.2018  признаны обоснованными требования ИП ФИО3  к ООО «Кавказ.Эмин.Агро» в размере 1 831 150 руб. основного долга с удовлетворением в порядке статьи 142 Закона о банкротстве за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Ссылаясь на причинение   заключенным договором аренды  вреда  имущественным правам кредиторов должника, а также на  притворность договора, заключение его с целью  создания фиктивной задолженности перед заинтересованным лицом, наличие злоупотребления при заключении договора,  конкурсный управляющий обратился  в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований исходя из следующего.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Соответствующие разъяснения приведены в пунктах 5 - 7 постановления Пленума N 63.

Положениями статьи 65 АПК РФ, на конкурсного управляющего должником, как на заявителя по настоящему обособленному спору, возложено бремя доказывания наличия совокупности всех предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий.

По мнению конкурсного управляющего оспариваемая сделка заключена с заинтересованным лицом с целью причинения вреда. Вред кредиторов по данному эпизоду  заключается в возложении на должника несуществующего  обязательства по оплате арендных  платежей и, как следствие, уменьшению распределяемой среди добросовестных кредиторов конкурсной массы.

Факт наличия родственных отношений между  ФИО4 и ФИО3  лицами, участвующими в деле, не оспаривается и признается. ФИО3 является родной  дочерью  ФИО4

Между тем, сам по себе факт заключения договора с заинтересованном лицом не свидетельствует о недействительности сделки, а также о фиктивности задолженности.

Суд первой инстанции верно указал, что непередача конкурсному управляющему документов, в том числе подтверждающих расходование денежных средств на посевные работы на земельных участках, также не свидетельствует о том, что земельные участки не были переданы в аренду  должнику и им не использовались. При том, что при рассмотрении заявления конкурсного управляющего  об обязании бывшего руководителя передать  документы финансовой и хозяйственной деятельности должника было установлено отсутствие у указанного лица истребуемых документов по причине их изъятия следственными органами в рамках уголовного дела, что явилось основанием для отказа в удовлетворении требований управляющего (определение суда от  21.03.2016)

Отсутствие зарегистрированных  за должником объектов недвижимого имущества, транспортных и самоходных средств, сельскохозяйственной техники также не свидетельствует о том, что  арендуемые земельные участки не использовались должником.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам как кредиторов, так и самому должнику либо произошло уменьшение стоимости размера его имущества. В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена при наличии встречного исполнения – предоставления в пользование земельных участков за плату.

Земельный участок использовался в  хозяйственной деятельности  должника с целью выращивания просо, что подтверждается фактическими обстоятельствами, установленными в рамках данного обособленного спора.

Неполучения должником урожая  проса по причине его гибели в результате  ЧС, связанной с неблагоприятными природными явлениями и паводковой ситуацией (сильный ливневый дождь,  шквалистый ветер, град), не свидетельствует о том, что должнику был причинен ущерб именно заключением оспариваемого договора.

Таким образом, совокупность оснований для признания оспариваемого договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствует.

Ссылаясь на положения статьи 10 ГК РФ конкурсный управляющий не доказал, в чем именно выразилось злоупотребление правом как со стороны должника, так и со стороны ИП ФИО3

Вопреки доводам апелляционной жалобы, использование должником предоставленных участков подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Доказательств, подтверждающих завышения арендной платы, установленной по договору, а также несоответствия ее размера средним ставкам арендной платы за аналогичные земельные участки по региону, не представлено.

Довод апелляционной жалобы о том, что  арендные отношения между должником и  ответчиком являлись притворной сделкой, отклоняется апелляционным судом. Признание оспариваемых сделок притворными возможно при условии преследования прикрываемых целей обеими сторонами. Указывая на притворность оспариваемой сделки, конкурсный управляющий между тем не указал какую иную сделку она прикрывает, т.е. какую сделку стороны действительно имели своей целью заключить при совершении оспариваемой сделки.Указание конкурсного управляющего на отсутствие у  должника возможности исполнения условий сделки не свидетельствует о  ее притворности.

Довод жалобы том, что договор является недействительным, поскольку не прошел регистрацию, также подлежит отклонению,

Таким образом, отсутствие государственной регистрации договора аренды не свидетельствует о его недействительности.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий не  указал, на защиту какого нарушенного права либо охраняемого законом интереса направлены его требования и каким образом они будут восстановлены в случае его  удовлетворения.

В суде первой инстанции ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьей 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указывалось ранее, прикрываемая сделка  оспорена конкурсным управляющим  по основаниям, предусмотренным  пунктом 2 статьи 61.2, статьей 10, пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Приведенный выше пункт 1 статьи 181 ГК РФ предполагает, что начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а, соответственно, и по требованиям о признании ее недействительной, обусловлено не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки.

Вместе с тем, федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 100-ФЗ) внесены изменения в указанные выше статьи, в том числе в статью 181 ГК РФ, согласно которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Статьей  9 Федерального закона № 100-ФЗ предусмотрено, что установленные положениями ГК РФ (в редакции данного федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК РФ (в редакции этого федерального закона), начинают течь не ранее 01.09.2013.

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона № 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

С учетом заключения оспариваемого договора  23.05.2013 трехлетний срок давности по данной сделке по общим основаниям (статьи 10, 170 ГК РФ) на 01.09.2013 не истек, следовательно, при исчислении срока давности подлежит применимо новое правило, установленное Федеральным законом № 100-ФЗ.

В рассматриваемом случае требование о признании сделки недействительной заявлено конкурсным управляющим должником, т.е. лицом, не являющимся стороной сделки, поэтому срок давности надлежит исчислять  с момента, когда конкурсный управляющий мог узнать о совершении спорной сделки.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника арбитражный управляющий ФИО2 в период с  25.06.2015  по 18.11.2015 исполнял обязанности временного управляющего, а с  19.11.2015 по настоящее время исполняет обязанности конкурсного управляющего.

Как указывалось ранее, документы  бухгалтерской и иной финансовой деятельности арбитражному управляющему  руководителем должника не передавались.

18 августа 2016 г. конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по передаче денежных  средств в размере 3 180 000 руб. по расходному кассовому ордеру от 24.12.2013 № 13, поскольку оспариваемая сделка направлена на легализацию  денежных средств, похищенных у ООО «Панкрушихинское хлебоприемное предприятие», совершена с целью заведомо противной основам правопорядка, нарушением принципов  экономической организации общества, нарушает законные интересы конкурсного кредитора - ООО «Панкрушихинское хлебоприемное предприятие»,  требования которого включены в реестр требований кредиторов  должника.

Данные требования были основаны, в том числе на обстоятельствах, установленных приговором Промышленного районного суда г. Ставрополя от 23.10.2015 по делу  № 1-577/15, которым ФИО4 признана виновной в совершении преступления предусмотренного частью 2 статьи 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество в сфере предпринимательской деятельности) и  пунктом «б» части 3 статьи 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления).

В уведомлении  18.01.2016 конкурсный управляющий  потребовал от  ИП ФИО3  возвратить денежные средства, полученные в рамках   договора совместного  ведения хозяйственной деятельности от 23.05.2013 № ПТ/1-2013, а также предложил представить сам договор и документы, подтверждающие его исполнение.  В обоснование факта передачи денежных средств управляющий ссылался на вышеназванный приговор   Промышленного районного суда г. Ставрополя.

Указанное свидетельствует, что  о наличии оспариваемого договора  управляющему стало известно не ранее января 2016 года. Доказательств обратного в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено.

Таким образом, трехлетний срок исковой давности, предусмотренный для обжалования сделки на основании статей 10 и 170 ГК РФ, на момент обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением  (12.07.2018) не истек.

В пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено,  что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Как указывалось ранее, с заявлением к ИП ФИО3 о признании недействительной сделки по передаче денежных  средств в размере 3 180 000 руб. по расходному кассовому ордеру от 24.12.2013 № 13 (в рамках договора простого товарищества от  23.05.2013 № ПТ/1) конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд 18.08.2016.  К данному заявлению был приложен, в том числе названный договор простого товарищества.

Следовательно, конкурсный управляющий мог оценить условия данного договора и обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Таким образом, при обращении в суд 12.07.2018 с рассматриваемым заявлением, конкурсным управляющим был пропущен годичный срок на оспаривание сделки по специальным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования по данному основанию.

Сам факт признания в судебном порядке при рассмотрении требования ИП ФИО3  об установлении и включении в реестр требований кредиторов должника задолженности договора от 23.03.2013 № ПТ/1-2013 совместного ведения  хозяйственной деятельности (простое товарищество) по использованию земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения с целью сельскохозяйственного производства притворной сделкой прикрывающей  договор аренды не изменяет течение срока исковой давности по данному эпизоду.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции при  повторном рассмотрении дела в порядке апелляционного производства по представленным доказательствам находит, что определение суда первой инстанции при рассмотрении дела не имеет нарушений процессуального характера. Судом правильно применены нормы материального права, верно дана оценка доказательствам с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Исходя из сложившейся судебной практики по единообразию в толковании и применении норм права, вынесено законное и обоснованное  определение. 

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.12.2018 по делу № А63-3410/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции. 

Председательствующий                      З.М. Сулейманов 

Судьи                          О.В. Марченко

            И.Н. Егорченко