АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Иркутск                                                                                               Дело  № А19-20183/2019 

27.10.2020 г.

 

Резолютивная часть решения объявлена  в судебном заседании  20.10.2020   года.

Решение  в полном объеме изготовлено   27.10.2020  года.

 

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Пугачёва А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Акционерного общества «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 665462, Иркутская область, г.Усолье-Сибирское)

к прокуратуре г.Усолье-Сибирское (адрес: 

<

...>) 

о признании незаконным представления от 02.07.2019 №07-22-19,

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью «Охранно-правовое предприятие «Легион» (ОГРН 

<

***>, адрес: 

<

...>),

при участии в судебном заседании: 

от заявителя:  ФИО2 – представитель по доверенности (паспорт, диплом); ФИО3 – представитель по доверенности (паспорт);

от ответчика: ФИО4 (удостоверение);

от третьего лица: ФИО5 – представитель по доверенности (паспорт, приказ, доверенность); ФИО6 – представитель по доверенности (удостоверение адвоката, доверенность).

В судебном заседании объявлялся перерыв с 13.10.2020 до 20.10.2020 до 09 час. 00 мин.  После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии в судебном заседании: 

от заявителя:  ФИО2 – представитель по доверенности (паспорт, диплом); ФИО3 – представитель по доверенности (паспорт);

от ответчика: ФИО4 (удостоверение);

от третьего лица: ФИО6 – представитель по доверенности (удостоверение адвоката),

установил:

Акционерное общество «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» (далее – заявитель, АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод», предприятие) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к прокуратуре г.Усолье-Сибирское (далее – прокуратура, ответчик) о признании незаконным представления от 02.07.2019 №07-22-19.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Охранно-правовое предприятие «Легион».

Представители заявителя в судебном заседании заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в заявлении, считают представление прокурора незаконным, нарушающим права и законные интересы предприятия. Представители заявителя пояснили, что охрана объектов по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации психотропных и химически опасных веществ и препаратов и их смесей, в соответствии с Перечнем объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется (утвержден Постановлением Правительства РФ от 14.08.1992 N 587) осуществляется Федеральным государственным казенным учреждением «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» в соответствии с договором о централизованной охране объекта и техническом обслуживании № 2068/1 01.03.2014 года; в здании цеха № 21-1 в помещении № 6 не осуществляется хранение опасного вещества – хлорокиси фосфора, данное вещество хранится в специально оборудованном помещении № 3 цеха № 21-1 (оборудована специальная ванна, имеется запас соды и т.д.), данное помещение также находится под охраной Федерального государственного казенного учреждения «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» согласно указанному договору. Заявитель считает, что охрана всей территории завода не частной охранной организацией действующим законодательством не предусмотрена, так как  Перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, предусматривает такие требования лишь к отдельным объектам. Охрана всей территории завода силами Федерального государственного казенного учреждения «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» лишена смысла, так как территория завода достаточно большая, иные объекты заводы не включены в Перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется. 

Представитель прокуратуры в судебном заседании заявленные требования оспорил по основаниям, изложенным в отзыве, считает оспариваемое заявителем представление законным и обоснованным, поскольку по его мнению, оказание услуг по пультовой охране объектов АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» не подразумевает непрерывное нахождение на объекте подразделений организаций, правомочных осуществлять государственную охрану, снижает уровень условий безопасности, обеспечивающих состояние защищенности объектов от противоправных посягательств и не соответствует требованиям ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов".

Представитель третьего лица, поддержал позицию заявителя, дал пояснения в соответствии с доводами, изложенными в отзыве.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика было заявлено ходатайство о привлечении в качестве специалиста - начальника отдела правового обеспечения Управления Росгвардии по Иркутской области ФИО7

Представители ответчика и третьего лица возразили против привлечения специалиста.

Согласно части 1 статьи 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации специалистом в арбитражном суде является лицо, обладающее необходимыми знаниями по соответствующей специальности, осуществляющее консультации по касающимся рассматриваемого дела вопросам.

В удовлетворении заявленного ходатайства судом отказано, так как ответчик не обосновал, какими именно необходимыми знаниями по соответствующей специальности обладает лицо, которое он просит привлечь в качестве специалиста.

Дело рассмотрено в соответствии с главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Акционерное общество «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

Из материалов дела следует, что прокуратурой проведена проверка по обращению филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Иркутской области по вопросу охраны объектов АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» частным охранным предприятием ООО ОА «Лигр».

В ходе проверки прокуратурой выявлено, что в АО«Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» находятся 5 объектов на которые частная охранная деятельность не распространяется согласно пункту 13 Перечня, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности". Оказание услуг по пультовой охране данных объектов АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» не подразумевает непрерывное нахождение на объекте подразделений организаций, правомочных осуществлять государственную охрану, снижает уровень условий безопасности, обеспечивающих состояние защищенности объектов от противоправных посягательств.

По результатам проведенной проверки ответчиком в отношении  АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» вынесено представление от 02.07.2019 года № 07-22-19, согласно которому ответчику необходимо  безотлагательно рассмотреть представление с участием представителя прокуратуры города; принять меры к устранению нарушений законодательства и причин им способствующих; рассмотреть вопрос о привлечении виновных в выявленных нарушениях лиц к дисциплинарной ответственности; о результатах рассмотрения документа прокурорского реагирования и принятых мерах сообщить прокурору города в установленный законом срок.

Не согласившись с указанным представлением, заявитель обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании представления  незаконным.

Исследовав материалы дела, доводы сторон, третьего лица, суд пришел к следующим выводам.

Частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право граждан, организаций и иных лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 6 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее - Закон о прокуратуре) прокуратура Российской Федерации - единая централизованная система органов, осуществляющих от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации.

При реализации возложенных функций прокурор в силу положений статьи 22 Закона о прокуратуре вправе по предъявлении служебного удостоверения беспрепятственно входить на территории и в помещения органов, указанных в части 1 статьи 21 Закона о прокуратуре, иметь доступ к их документам и материалам, проверять исполнение законов в связи с поступившей в органы прокуратуры информацией о фактах нарушения закона, вызывать должностных лиц и граждан для объяснений по поводу нарушений законов.

Предметом надзора являются соблюдение Конституции Российской Федерации и исполнение законов, действующих на территории Российской Федерации, федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации, представительными (законодательными) и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций (абзац 1 пункта 1 статьи 21 Закона о прокуратуре)

Согласно части 2 статьи 21 Закона о прокуратуре при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы. Проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки.

Реализуя эти полномочия, прокурор вправе проверять исполнение законов органами и должностными липами, перечисленными в пункте 1 статьи 21 Закона о прокуратуре, а также вносить представление об устранении выявленных нарушений закона (статья 22 названного Закона).

Как указано в пункте 1 статьи 24 Закона о прокуратуре представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015)  (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015 Федеральный закон от 17 января 1992 г. N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» в п. 1 ст. 21, п. 3 ст. 22, ст. ст. 24, 28 устанавливает, что прокурор при осуществлении надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов наделен правом вносить представление об устранении нарушений закона в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения.

За невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, ст. 17.7 КоАП РФ в отношении указанных лиц предусмотрена административная ответственность, что свидетельствует о том, что представление прокурора, являясь основанием для привлечения к административной ответственности, затрагивает права этих лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, неоднократно изложенной в его решениях, акты государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов и должностных лиц подлежат оспариванию в судебном порядке, если они по своему содержанию затрагивают права и интересы граждан, юридических лиц и предпринимателей, в том числе при осуществлении ими предпринимательской деятельности, независимо от того, какой характер - нормативный или ненормативный - носят оспариваемые акты. Иное означало бы необоснованный отказ в судебной защите, что противоречит статье 46 Конституции Российской Федерации.

С учетом изложенного представление прокурора не может быть исключено из числа решений органов государственной власти, которые могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ и главой 24 АПК РФ.

Таким образом, если орган или должностное лицо, в отношении которых внесено представление, считают, что представление нарушает их права и свободы, создает препятствия к осуществлению их прав и свобод либо незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, они вправе обратиться в суд с соответствующим заявлением в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ и главой 24 АПК РФ.

Поскольку оснований для отказа в принятии и оснований для возвращения такого заявления ст. 128 КАС РФ и ст. 129 АПК РФ не содержат, суд общей юрисдикции или арбитражный суд рассматривают данное заявление по существу.

Учитывая, что деятельность АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» является предпринимательской, связанной с извлечением прибыли, суд считает, что  оспариваемое представление затрагивает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, и подлежит оспариванию в арбитражном суде.

Согласно абзацу 3 статьи 11 Закона РФ от 11.03.1992 N 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» частная охранная деятельность не распространяется на объекты государственной охраны и охраняемые объекты, предусмотренные Федеральным законом от 27 мая 1996 года N 57-ФЗ "О государственной охране", а также на объекты, перечень которых утверждается Правительством Российской Федерации. Охранным организациям разрешается оказывать услуги в виде вооруженной охраны имущества в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, а также использовать технические и иные средства, не причиняющие вреда жизни и здоровью граждан и окружающей среде, средства оперативной радио- и телефонной связи.

Постановлением  Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности" утвержден Перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется (далее – Перечень).

Согласно пункту 13 данного Перечня, частная охранная деятельность не распространяется на объекты микробиологической промышленности, противочумные учреждения, осуществляющие эпидемиологический и микробиологический надзор за особо опасными инфекциями, объекты по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации наркотических, токсических, психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ и препаратов и их смесей.

В рассматриваемом случае прокуратурой в ходе рассмотрения обращения филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Иркутской области устаовлено, что в АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» находятся 5 объектов на которые частная охранная деятельность не распространяется согласно пункту 13 Перечня утвержденного Постановлением Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности". Оказание услуг по пультовой охране данных объектов АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» не подразумевает непрерывное нахождение на объекте подразделений организаций, правомочных осуществлять государственную охрану, снижает уровень условий безопасности, обеспечивающих состояние защищенности объектов от противоправных посягательств.

Судом установлено, что АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» выдана лицензия №ФС-38-03-000019 от 21.07.2017 на деятельность по обороту наркотических средств, психотропных веществ и их прокуроров, культивирование наркосодержащих растений.

Материалами дела подтверждено и не оспаривается заявителем, что в помещениях: № 75-77, 2 этаж, здание цеха № 8; № 27-33, 1 этаж, здание цеха № 12; № 74, 2 этаж, здание цеха № 8; № 34, 4 этаж, здание цеха № 15, заявителем осуществляется хранение и переработка психотропного вещества фенобарбитал.

Фенобарбитал включен в Список психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации ограничен и в отношении которых допускается исключение некоторых мер контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации (утвержден Постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 N 681).

Постановлением Правительства РФ от 31.12.2009 N 1148 "О порядке хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров" (вместе с "Правилами хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров") установлен порядок хранения наркотических средств и психотропных веществ, включенных в перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. N 681, а также прекурсоров наркотических средств и психотропных веществ, внесенных в список I перечня.

Согласно пунктам 3-5 Правил хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров (утверждены  Постановлением Правительства РФ от 31.12.2009 N 1148) хранение наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров осуществляется в специально оборудованных помещениях, соответствующих требованиям к оснащению инженерно-техническими средствами охраны объектов и помещений, в которых осуществляются деятельность, связанная с оборотом наркотических средств, психотропных веществ и внесенных в список I прекурсоров, и (или) культивирование наркосодержащих растений, установленным в порядке, определенном постановлением Правительства Российской Федерации от 17 декабря 2010 г. N 1035 "О порядке установления требований к оснащению инженерно-техническими средствами охраны объектов и помещений, в которых осуществляются деятельность, связанная с оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, и (или) культивирование наркосодержащих растений", а также в местах временного хранения (за исключением прекурсоров).

Помещения подразделяются на 4 категории. В отношении помещений каждой из категорий устанавливаются требования к условиям хранения в них наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров.

К 1-й категории относятся помещения производителей и изготовителей (за исключением аптечных организаций) наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров, предназначенные для хранения исходных материалов и готовой продукции (за исключением продукции, находящейся в незавершенном производстве), помещения организаций, осуществляющих оптовую торговлю наркотическими средствами, психотропными веществами и прекурсорами и (или) переработку наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров, предназначенные для хранения наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров, а также помещения организаций, осуществляющих хранение наркотических средств и психотропных веществ, предназначенных для ликвидации медико-санитарных последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера или для мобилизационных нужд. 

Судом установлено, что в соответствии с вышеуказанными нормами и представленными в материалы дела доказательствами, помещения заявителя в которых осуществляется хранение и переработка фенобарбитала относятся к 1 категории помещений.

В помещении, относящемся к 1-й категории, наркотические средства, психотропные вещества и прекурсоры хранятся в запирающихся сейфах или металлических шкафах. Допускается хранение наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров на стеллажах (поддонах) в невскрытой (неповрежденной) групповой или транспортной таре либо в опечатанной таре в случае хранения больших объемов наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров, не позволяющих размещение их в сейфах (металлических шкафах).

Пунктом 10 Правил хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров установлено, что в целях обеспечения сохранности наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров помещения подлежат охране.

Охрана помещений, относящихся к 1-й и 2-й категориям, осуществляется на договорной основе подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организацией, подведомственной Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, либо ведомственной охраной федеральных органов исполнительной власти и организаций, в ведении которых находятся указанные помещения.

Охрана помещений, относящихся к 3-й и 4-й категориям, осуществляется путем привлечения указанных охранных организаций, либо юридических лиц, имеющих лицензию на осуществление частной охранной деятельности.

Уровень инженерно-технической оснащенности помещений, виды технических средств охраны и класс устойчивости сейфов к взлому определяются при заключении договора с охранной организацией, указанной в пункте 10 настоящих Правил.

Таким образом, в силу Перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется,  Правил хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, помещения заявителя (№ 75-77, 2 этаж, здание цеха № 8; № 27-33, 1 этаж, здание цеха № 12; № 74, 2 этаж, здание цеха № 8; № 34, 4 этаж, здание цеха № 15) подлежат охране подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организацией, подведомственной Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, либо ведомственной охраной федеральных органов исполнительной власти и организаций, в ведении которых находятся указанные помещения.

Судом установлено, что АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод»  с ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» заключен договор № 2068/1 от 01.03.2014 (с учетом дополнительного соглашения №2 от 01.01.2017).

Согласно приложению № 1 к названному договору к объектам подлежащим охране ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» отнесены: помещение № 75-77, 2 этаж, здание цеха № 8; помещение № 27-33, 1 этаж, здание цеха № 12; помещение № 74, 2 этаж, здание цеха № 8; помещение № 34, 4 этаж, здание цеха № 15.

Согласно указанному договору ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» оказывает услуги по охране указанных объектов, осуществляет техническое обслуживание комплекса технических средств охраны, установленных на объекте. Под охраной понимается комплекс специальных мероприятий, осуществляемых охраной, с целью предотвращения случаев проникновения на охраняемые объекты посторонних лиц и совершения ими противоправного изъятия или повреждения имущества заявителя (пункт 2.1 договора). Охрана осуществляется путем наблюдения в охраняемое время за состоянием средств охранно-пожарной сигнализации), установленных на объекте и подключенных к пульту централизованного наблюдения (пункт 3.1 договора).  ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» обязуется принять объект под охрану, обеспечить охрану товарно-материальных ценностей, осуществлять наблюдение за режимом работы ОПС на объекте, подключенных на пульт централизованной охраны, при поступлении сигнала о срабатывании охранной сигнализации прибыть к охраняемому объекту кратчайшим путем, произвести внешний осмотр объекта на предмет его целостности, обеспечит охрану до прибытия заказчика,  в случае обнаружения на охраняемом объекте посторонних лиц, а равно признаков повреждения целостности охраняемого объекта, принять меры к задержанию этих лиц, осуществлять контроль за техническим обслуживанием ОПС, информировать заказчика о дефектах и неисправностях и давать предписания по их устранению (пункты 5.1.1-5.1.6 договора).

Учитывая изложенное, суд считает, что АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» выполнены требования пункта 13 Перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, а именно объекты заявителя по производству, хранению и переработке, психотропных веществ и химически опасных веществ, охраняются ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области».

В отношении помещения № 6, 1 этаж, здание цеха № 21-1, указанного в оспариваемом представлении суд отмечает следующее.

Хлоокись фосфора (фосфора оксид трихлорид) включена в Федеральный регистр потенциально опасных химических и биологических веществ.

С учетом изложенного, суд считает вывод прокуратуры о том, что помещение, в котором осуществляется хранение данного вещества, подпадает под действие пункта 13 Перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, обоснованным.

Вместе с тем, согласно пояснениям представителя, в помещении № 6, 1 этаж, здания цеха № 21-1 хлорокись фосфора, не хранится, хранение данного вещества осуществляется в помещении № 3 здания цеха № 21-1, специально оборудованном для этих целей (ванна, запас соды на случай утечки и т.д.).

Доказательств, подтверждающих хранение заявителем хлорокиси фосфора в помещении № 6 здания цеха № 21-1 ответчиком в нарушение части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

При этом, помещение № 3, 1 этаж, здания цеха № 21-1 (в котором фактически осуществляется хранение хлорокиси фосфора) также включено в Приложение № 1 к договору № 2068/1 от 01.03.2014  на охрану объектов  ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области».

Таким образом, судом установлено, что объекты заявителя, в которых осуществляется хранение и переработка психотропного вещества – фенобарбитала и хранение опасного химического вещества - хлорокиси фосфора, охраняются ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области».

Иными словами требования пункта 13 Перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, заявителем выполнены в установленном порядке.

Ссылка ответчика на то, что  оказание ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» услуг по охране не подразумевает непрерывное нахождение на объекте подразделений организаций, уполномоченных осуществлять охрану объектов, что снижает уровень условий безопасности, обеспечивающих состояние защищенности объектов от противоправных посягательств, судом отклоняется, так как ни Перечнем объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, ни Правилами хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, ни иными актами, не предусмотрено требование о непрерывном нахождении на объектах подразделений охранных организаций.

Названными актами предусмотрены лишь общие требования к оборудованию помещений и охране подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организацией, подведомственной Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, либо ведомственной охраной федеральных органов исполнительной власти и организаций, что и было выполнено заявителем путем заключения договора с ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области».

Согласно пунктам 5.1.1-5.1.6 договора № 2068/1 от 01.03.2014 ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» обязалось принять объект под охрану, обеспечить охрану товарно-материальных ценностей, осуществлять наблюдение за режимом работы ОПС на объекте, подключенных на пульт централизованной охраны, при поступлении сигнала о срабатывании охранной сигнализации прибыть к охраняемому объекту кратчайшим путем, произвести внешний осмотр объекта на предмет его целостности, обеспечит охрану до прибытия заказчика,  в случае обнаружения на охраняемом объекте посторонних лиц, а равно признаков повреждения целостности охраняемого объекта, принять меры к задержанию этих лиц, осуществлять контроль за техническим обслуживанием ОПС, информировать заказчика о дефектах и неисправностях и давать предписания по их устранению.

Доказательства того, что в результате заключения заявителем  договора с ФГКУ «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области» на централизованную охрану, был снижен уровень условий безопасности, обеспечивающих состояние защищенности объектов от противоправных посягательств, ответчиком в материалы дела не представлено.

Довод ответчика о том, что объекты заявителя не передавались под охрану с 24.08.2020 по 25.08.2020, на выводы суда не влияет, так как указанные обстоятельства (даже в случае если имели место) не изменяет саму по себе обязанность заявителя по обеспечению охраны объектов подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организацией, подведомственной Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, либо ведомственной охраной федеральных органов исполнительной власти и организаций.

Кроме того, указанные обстоятельства в оспариваемом представлении приведены не были и не указывались в обоснование оспариваемого представления и имели место после вынесения оспариваемого представления.

При этом ответчик пояснил, что психотропные вещества и опасные вещества не хранятся в АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» на постоянной основе, фактически эти вещества хранятся при наличии производственной необходимости (когда выполняются заказы на поставку лекарственных средств). В связи с отсутствием на хранении психотропных веществ и химически опасных веществ в указанные дни объекты под охрану не сдавались.

Ссылка ответчика в оспариваемом представлении на Перечень объектов, потенциально наиболее подверженных террористической угрозе на территории Иркутской области (утв. распоряжением Губернатора Иркутской области от 11.03.2013 № 9дсп) судом не принимается, так как объекты заявителя не категорировались, не включены в перечень предприятий (объектов) промышленности, подлежащих  антитерростической защите, что признано ответчиком в судебном заседании и подтверждается письмом Правительства Иркутской области (л.д. 91 т.2).

Ссылка ответчика на то, что  на территории АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» имеются опасные производственные объекты (свидетельство о регистрации  А67-01353 от 31.10.2017), включенные в перечень опасных производственных объектов по числовому  коду 2.1 (л.д. 105 т.1) и  согласно Приложению № 1 к Приказу Ростехнадзора от 25.11.2016 N 495 «Об утверждении Требований к регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов и ведению государственного реестра опасных производственных объектов" код 2.1 относится к объектам по признаку получения, использования, переработки, образования, хранение, транспортирование, уничтожение опасных веществ в количествах, указанных в приложении 2 к Федеральному закону от 21 июля 1997 г. N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов", поэтому объекты заявителя подлежат государственной охране (охране не частными охранными организациями), судом отклоняется в связи со следующим.

Согласно Федеральному закону от 21.07.1997 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" к категории опасных производственных объектов относятся объекты, на которых получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются опасные вещества, относящиеся к различным категориям (воспламеняющиеся вещества – газы, окисляющие вещества, взрывчатые вещества,  высокотоксичные вещества и вещества, представляющие опасность для окружающей среды в зависимости от средней смертельной дозы, концентрации и т.д).

Федеральный закон "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" определяет промышленную безопасность опасных производственных объектов как состояние защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий (статья 1). Абзац пятнадцатый пункта 1 статьи 9 данного Федерального закона предусматривает обязанность организации, эксплуатирующей опасный производственный объект, предотвращать проникновение на опасный производственный объект посторонних лиц. При этом названный Федеральный закон не определяет, чьими средствами необходимо предотвращать проникновение на опасный производственный объект.

Таким образом, установление в системе действующих нормативных правовых актов опасных производственных объектов в целях Федерального  закона от 21.07.1997 N 116-ФЗ и объектов по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ (на которые частная охранная деятельность не распространяется) не распространяется, имеет различную цель. 

Охранная деятельность (или оказание услуг по охране) согласно содержанию пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 21.07.1997 N 116-ФЗ не относится к видам деятельности в области промышленной безопасности (проектирование, строительство, эксплуатация, реконструкция, капитальный ремонт, техническое перевооружение, консервация и ликвидация опасного производственного объекта; изготовление, монтаж, наладка, обслуживание и ремонт технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте; проведение экспертизы промышленной безопасности).

Данная правовая позиция согласуется с  правовой позицией, изложенной в Решении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 21.08.2019 N АКПИ19-453.

Таким образом, Федеральный закон от 21.07.1997 N 116-ФЗ сам по себе не предусматривает обязанность по охране опасных производственных объектов, поэтому ссылка в оспариваемом представлении на названный Федеральный закон несостоятельна.

Довод ответчика со ссылкой на судебные акты по делу № А19-20059/2019 о том, что вся территория предприятия должна охраняться подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организацией, подведомственной Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, либо ведомственной охраной федеральных органов исполнительной власти и организаций судом отклоняется в связи со следующим.

Согласно буквальному толкованию пункта 13 Перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, данная деятельность не распространяется на объекты микробиологической промышленности, противочумные учреждения, осуществляющие эпидемиологический и микробиологический надзор за особо опасными инфекциями, объекты по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации наркотических, токсических, психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ и препаратов и их смесей.

Таким образом, охране  не частными охранными организациями подлежат отдельные объекты, а не территории или имущественные комплексы.

Как указано в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16.01.2020 по делу № А19-20059/2019 ООО «Лигр» осуществляло частную охранную деятельность в отношении единого имущественного комплекса АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод», включающего в себя в том числе объекты по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации наркотических, токсических, психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ и препаратов и их смесей, что явилось основанием для привлечения ООО «Лигр» к административной ответственности.

Тот факт, что все объекты АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» входят в единый имущественный комплекс завода не означает автоматическую обязанность завода обеспечить охрану всех без исключения объектов, помещений и территорий завода не частными охранными организациями (в том числе и объектов, не имеющих отношения к хранению и переработке психотропных и химически опасных веществ). Такое требование предусмотрено лишь в отношении отдельных объектов микробиологической промышленности, противочумных учреждений, осуществляющих эпидемиологический и микробиологический надзор за особо опасными инфекциями, объектов по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации наркотических, токсических, психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ и препаратов и их смесей.

Суд отмечает, что в оспариваемом представлении указаны пять объектов заявителя (в которых осуществляется хранение и переработка фенобарбитала и хранение хлорокиси фосфора) которые подлежат охране не частными охранными организациями, в отношении иных объектов заявителя или иных веществ, оборот которых потенциально может осуществлять заявитель, оспариваемое представление не выносилось.

При таких обстоятельствах, суд считает, что оспариваемое представление не соответствует Постановлению Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности» и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Кроме того, в силу пунктов 2, 3 статьи 21 Закона о прокуратуре проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки.

Решение о проведении проверки принимается прокурором или его заместителем и доводится до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня начала проверки. В решении о проведении проверки в обязательном порядке указываются цели, основания и предмет проверки.

Типовая форма решения о проведении проверки и типовая форма мотивированного решения о расширении предмета указанной проверки утверждаются Генеральным прокурором Российской Федерации.

 Согласно письму прокуратуры Иркутской области № 7/1-31-2019/21583 от 13.06.2019 (л.д.  118 т. 1) прокуратуре г. Усолье-Сибирское  поручено провести проверку по обращению ФГУП Охрана» Росгвардии».

В данном случае судом установлено, что в рамках проведенной проверки, прокуратурой осуществлялось взаимодействие с АО «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод», так  заявителем по запросу прокурора  предоставлялись сведения (л.д. 104-121 т.1), также предоставлялись сведения филиалом ФГУП «Охрана» Росгвардии по Иркутской области».

Определением суда от 13.08.2019  ответчику было предложено представить материалы проверки в полном объеме.

В представленных материалах решение о проведении проверки отсутствует, доказательства доведения решения о проведении проверки до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемой организации также не представлены.

На основании представленных доказательств суд  приходит к выводу о нарушении ответчиком  установленной Законом о прокуратуре процедуры проведения проверки и прав заявителя, что является самостоятельным основанием для признания оспариваемого представления недействительным.

Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что требование Акционерного общества «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» о признании недействительным представления прокуратуры г.Усолье-Сибирское от 02.07.2019 №07-22-19,  следует признать обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на обязанность субъекта, принявшего оспариваемый акт, устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" по смыслу норм статьи 110 АПК РФ вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины разрешается арбитражным судом по итогам рассмотрения дела, независимо от того, заявлено ли перед судом ходатайство о его разрешении.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным расходам относится государственная пошлина и судебные издержки, связанные с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, присуждаются стороне, в пользу которой принят судебный акт.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 N 15 "О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе", если по результатам рассмотрения арбитражным судом заявления прокурора принято решение об отказе в удовлетворении требований прокурора, судебные расходы стороны, в пользу которой принят судебный акт, подлежат возмещению за счет казны Российской Федерации.

На основании указанных норм судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3000 руб. подлежат взысканию за счет казны Российской Федерации в пользу Акционерного общества «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод». 

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

заявленные требования Акционерного общества «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод»   удовлетворить. 

Признать недействительным полностью представление прокуратуры города  Усолье-Сибирское об устранении нарушений федерального  законодательства от 02.07.2019 №07-22-19 как несоответствующее Постановлению Правительства РФ от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности.

Обязать прокуратуру города Усолье-Сибирское устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Акционерного общества «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод». 

Взыскать в пользу Акционерного общества «Усолье-Сибирский химико-фармацевтический завод» за счет казны Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

 

Судья                                                                                               А.А. Пугачёв