ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-1373/2021

г. Вологда

15 февраля 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 15 февраля 2023 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Марковой Н.Г. и               Селецкой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии от должника конкурсного управляющего ФИО2, от подателя апелляционной жалобы ООО «Промторг» представителя       ФИО3 по доверенности от 20.04.2021, от подателя апелляционной жалобы ООО «Торговый дом «Промдрагмет» и кредитора Dietze & Schell Maschinenfabrik GmbH & Co, KG представителя ФИО4 по доверенностям от 27.10.2022 № 15 и 028.11.2022 соответственно, от ЗАО «НПЦ «ЛАВАинтел» представителя ФИО5 по доверенности от 11.05.2022, от кредиторов ФИО6, ФИО6, ФИО6 представителя ФИО7 по доверенностям от 06.07.2021 № 77 АГ 7071340, от 06.07.2021 № 77 АГ 7071344, 06.07.2021 № 77 АГ 7071342 соответственно, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Промдрагмет», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МАГМАнит» ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Промторг» на определение Арбитражного суда Новгородской области от 18 ноября 2022 года по делу № А44-1373/2021,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Промторг» (далее –                     ООО «Промторг») обратилось 11.03.2021 в Арбитражный суд Новгородской области (далее – суд) с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «МАГМАнит» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 173011, Новгородская область, Великий Новгород,  ул. Восточная, д. 15, пом. 1; далее – ООО «МАГМАнит», Общество, должник).

Определением суда от 07.05.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества. 

Определением суда от 13.06.2021 (резолютивная часть от 08.06.2021) в отношении ООО «МАГМАнит» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО2.

Решением суда от 10.12.2021 (резолютивная часть от 08.12.2021)                 ООО «МАГМАнит» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Конкурсный управляющий ФИО2 24.02.2022 направила в суд заявление, уточненное в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –              АПК РФ), о признании недействительным дилерского договора от 26.08.2019          № 2019/1 на распространение продукции на основе непрерывных базальтовых волокон (далее – дилерский договор), заключенного между закрытым акционерным обществом «Научно производственный центр «ЛАВАинтел» (далее – Компания) и Обществом. В качестве последствий признания недействительности сделки конкурсный управляющий просил суд взыскать с Компании в пользу должника денежные средства в размере 57 800 971 руб.                    09 коп.

Определением суда от 18.11.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Конкурсный управляющий ФИО2,  ООО «Промторг» и общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Промдрагмет» с судебным актом не согласились и обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили указанное определение отменить и удовлетворить заявленные конкурсным управляющим требования. 

По мнению апеллянтов, являются ошибочными выводы суда об отсутствии доказательств наличия у должника неисполненных обязательств, срок исполнения которых наступил, по причине отсутствия или недостаточности средств, о недоказанности как совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, так и причинения такого вреда. Полагают, что причинение вреда кредиторам оспариваемой сделкой связано с несправедливым распределением прибыли, полученной Компанией от участия в созданной схеме хозяйственных отношений, в результате которой Общество, в свою очередь, продолжало накапливать убытки. Заключение и исполнение спорного дилерского договора считают истинной причиной банкротства должника. По мнению апеллянтов, в основание обжалуемого определения суда положены ничем не подтвержденные доводы ответчика о том, что самостоятельная реализация должником выпускаемой продукции была бы связана с риском еще больших затрат и времени для формирования деловой репутации Общества. Указали, что доводы ответчика о необходимости несения Компанией затрат на продвижение и реализацию продукции опровергаются отсутствием увеличения таких расходов у должника после перевода сотрудников коммерческого отдела Компании в Общество. 

Доводы апелляционных жалоб поддержаны их представителями, а также представителями кредиторов Dietze & Schell Maschinenfabrik GmbH & Co, KG, ФИО6, ФИО6, ФИО6 в судебном заседании апелляционной инстанции. 

Представитель Компании в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на нее. Полагает, что заключение и исполнение дилерского договора не выходило за рамки обычной деловой практики принятия определенных корпоративных решений, в условиях осуществления группой компаний совместной деятельности, направленной на достижение экономического результата. Экономическая целесообразность в реализации должником Компании продукции по цене ниже ее себестоимости была связана с необходимостью увеличения новым предприятием объема производства, по достижении которого планируемое снижение себестоимости продукции позволило бы получать прибыль всем участникам коммерческого проекта. При этом в результате реализации продукции путем исполнения дилерского договора должник не был обременен расходами по продвижению ее на рынке. 

В судебном заседании представитель ООО «Промторг», не ссылаясь на наличие оснований для отмены обжалуемого определения по безусловным основаниям в порядке части 4 статьи 270 АПК РФ, просил привлечь к участию в обособленном споре в качестве третьего лица ФИО8 Суд апелляционной инстанции, исходя из обстоятельств дела и с учетом мнения лиц, участвующих в споре, а также отказа в удовлетворении аналогичного ходатайства, заявленного Компанией, судом первой инстанции, не нашел оснований для удовлетворения данного ходатайства по изложенным в нем основаниям. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктами 14, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов». 

Заслушав представителей явившихся лиц, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалоб. 

Как следует из материалов дела, 26.08.2019 Обществом (поставщик) и Компанией (дилер) заключен спорный дилерский договор на распространение продукции на основе непрерывных базальтовых волокон и продуктов их переработки (далее – продукция), согласно пункту 1.1 которого поставщик передает в собственность дилера производимую поставщиком продукцию для ее реализации согласно заявке на приобретение, в соответствии с дилерским ценовым листом поставщика, а дилер принимает и оплачивает продукцию, а также осуществляет ее дальнейшую реализацию на рынки России и стран СНГ.

Дилер приобретает продукцию у поставщика и продает ее третьим лицам от своего имени и за свой счет (пункт 1.3 договора). 

В соответствии с пунктом 4.5 договора поставка каждой партии продукции производится на основании заявки, оформленной дилером на основании своих потребностей. Поставщик с течение трех рабочих дней от даты получения заявки обязан ее согласовать и направить дилеру спецификацию на поставку партии продукции либо письменно известить о невозможности исполнения заявки (пункт 4.6 договора). Наименование, ассортимент и количество продукции, цена, стоимость и порядок оплаты продукции, срок поставки продукции устанавливаются в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора (пункт 4.7 договора). 

Ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции, отказавшего в удовлетворении заявленного требования, апелляционная коллегия не находит.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из разъяснений, приведенных в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ) или законодательством о юридических лицах). 

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (абзац четвертый пункта 9.1 постановления № 63). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Указанный законодателем в статье 61.3 Закона о банкротстве предельный шестимесячный срок введен в целях соблюдения принципа правовой определенности, поддержания стабильности гражданского оборота и обеспечения разумного баланса имущественных интересов всех кредиторов. 

В связи с тем, что дело о несостоятельности (банкротстве)                                Общества возбуждено 07.04.2021, а оспариваемый договор заключен за пределами шестимесячного срока, установленного пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве (26.08.2019), он не может быть оспорен по признаку предпочтительности. 

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Оспариваемый дилерский договор заключен 26.08.2019, то есть в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу названной выше правовой нормы для признания сделки недействительной необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму–пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункты 5, 6 постановления № 63).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судом установлены и материалами дела подтверждены доводы конкурсного управляющего об аффилированности сторон сделки.

Вместе с тем судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы конкурсного управляющего о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения оспариваемой сделки. 

В материалах дела усматривается наличие у Общества определенных финансовых затруднений, связанных со становлением производственной деятельности, но не следует прекращения исполнения должником обязательств. При этом доказательств, объективно и достоверно свидетельствующих о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения сделки, материалы дела не содержат. 

При разрешении спора судом принято во внимание, что основным видом деятельности должника является производство стекловолокна (базальтовых волокон). 

Как ранее установлено вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу, с мая 2018 года группой юридических лиц и их учредителей реализовывалось деловое решение – коммерческий проект «Магманит» по запуску «с нуля» крупного производства непрерывных базальтовых волокон в Великом Новгороде, который предусматривал участие в нем 5 компаний, из которых: Общество – промышленная компания по производству непрерывных базальтовых волокон, АО «НПК «Суперметалл» – эксклюзивный производитель фильерных питателей, посредством которых изготавливается базальтовое волокно, ООО «ИБВ» – обладатель исключительного права на техническое решение (ноу-хау), используемое в технологии производства базальтовых волокон, ЗАО «НПЦ «Лаваинтел» – торговый дом по продвижению и реализации продукции Общества на российском и международном рынках, ООО «Промторг» – инвестор коммерческого проекта «Магманит». 

Сторонами не оспаривается, что масштаб деятельности должника требовал поэтапного запуска производства. С мая 2018 года по август 2019 года в Обществе велись подготовительные работы и мероприятия к запуску производства, производство базальтового волокна было запущено на предприятии должника с 10.08.2019, что повлекло заключение дилерского договора. На первом этапе запуска завода (4 квартал 2019 года – 1 квартал 2020 года) производство работало в режиме отработки технологии с выбором оптимальных технологических режимов и наработки товарной продукции. 

Размер активов Общества по состоянию на 31.12.2018 составлял                        100 547 тыс. руб. (в том числе: 38 980 тыс.руб. – основные средства, 1 759 тыс. руб. – отложенные налоговые активы, 8 187 тыс. руб. – запасы, 6 436 тыс. руб. – налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям, 35 502 тыс. руб. – дебиторская задолженность, 8 244 тыс. руб. – денежные средства и денежные эквиваленты, 1 438 тыс. руб. – прочие оборотные активы), в то время как размер кредиторской задолженности (без учета долгосрочных и краткосрочных обязательств) – 1 346 тыс. руб. 

Показатели бухгалтерской отчетности за 2019 и 2020 годы свидетельствуют о стабильном увеличении активов должника, в том числе основных средств (с 38 980 тыс. руб. до 127 308 тыс. руб.), запасов (с 8 187 тыс. руб. до 20 418 тыс. руб.), уменьшении размера дебиторской задолженности                (с 35 502 тыс. руб. до 8 694 тыс. руб.). 

Как правильно указал суд первой инстанции, заключение дилерского договора не выходило за рамки обычной деловой практики принятия определенных корпоративных решений, в условиях осуществления группой компаний совместной деятельности, направленной на достижение экономического результата. Оспариваемая сделка являлась частью взаимосвязанных сделок, а деятельность должника являлась частью единой технологической цепочки, что подтверждается последовательным заключением договоров аренды оборудования (фильерных питателей) с ООО «Промторг» (22.05.2019), с ЗАО «НПК «Суперметалл» (07.06.2019), а также оспариваемого дилерского договора с Компанией на реализацию продукции.

Утверждения конкурсного управляющего о крайне невыгодных условиях дилерского договора в отношении стоимости продукции находятся в противоречии с пунктом 3.2 дилерского договора, предусматривающего, что именно поставщик (Общество) имеет право в одностороннем порядке изменить цены на продукцию. 

Конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не опровергнуты доводы ответчика о реальном исполнении Компанией условий дилерского договора и реализации им дилерских функций, не оспорен факт несения Компанией расходов по продвижению продукции Общества и их размер (более 19 млн руб.). 

Заявляя о том, что причиной банкротства должника послужило спорное дилерское соглашение, в результате которого, по мнению заявителя, Общество накопило задолженность, связанную с производственной деятельностью, а Компания, напротив, – в единой технологической цепочке стала центром накопления прибыли, конкурсный управляющий не привел никакого документального подтверждения указанных доводов: ни расчета стоимости продукции в случае ее реализации самостоятельно должником, минуя дилера, и с учетом возложения на должника расходов по продвижению продукции, ни экономического обоснования установления для дилера иной, справедливой цены, ни расчета стоимости продукции должника в условиях существенного изменения факторов ценообразования, связанных со снижением спроса на продукцию и ограничений возможности ее эффективной реализации в условиях пандемии 2020 года, увеличением стоимости драгоценных металлов, используемых в оборудовании для изготовления продукции Общества, и т. п. 

На основании части 1 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

С учетом отсутствия обоснования того, что заключение спорного дилерского договора выходило за рамки обычной деловой практики в условиях фактического запуска технологии, наработки товарной продукции и рынков ее сбыта, что осуществление группой компаний совместной деятельности было направлено на достижение экономического результата, вывод суда о недоказанности цели причинения вреда в результате оспариваемой сделки является правильным. 

Учитывая вышеизложенное, при отсутствии всей совокупности обстоятельств, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленного требования об оспаривании сделки по специальным основаниям. 

Пленум ВАС РФ в абзаце четвертом пункта 4 постановления № 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную. 

Доводы конкурсного управляющего о наличии в спорном договоре признаков мнимой и притворной сделки также обоснованно отклонены судом первой инстанции. 

Из пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

В обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. 

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

Реально исполненный договор не может быть признан мнимой или притворной сделкой (постановление Президиума ВАС РФ от 01.11.2005                    № 2521/05). 

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. 

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах, допущено причинение или возможность причинения в результате ее исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение.

Злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются

Таких доказательств суду также не представлено. 

Всем доводам апеллянтов, приведенным в суде первой инстанции                             и продублированным в апелляционных жалобах, арбитражным судом дана надлежащая правовая оценка, оснований для их переоценки апелляционная коллегия не находит. 

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционных жалобах                  не содержится.

Доводы подателей жалоб по существу сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции установленных по делу обстоятельств. Между тем иная оценка имеющихся доказательств не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального права.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно  и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права, которые повлияли на рассмотрение спора по существу, не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Новгородской области от 18 ноября 2022 года по делу № А44-1373/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Промдрагмет», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МАГМАнит» ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Промторг» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Т.Г. Корюкаева

 

Судьи

Н.Г. Маркова

С.В. Селецкая