Д Е В Я Т Ы Й   А Р Б И Т Р АЖ Н Ы Й   А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й   С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-43133/2018

Дело № А40-88500/14

г. Москва

22 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2018 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 22 октября 2018 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи П.А. Порывкина,

судей О.И. Шведко, А.С. Маслова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу 

к/у ООО КБ "Банк БФТ" в лице ГК" Агентство по страхованию вкладов" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.07.2018

по делу № А40-88500/14, вынесенное судьёй ФИО2,об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО КБ «Банк БФТ» ГК АСВ о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности на сумму 898.343.000 рублей,по делу о банкротстве ООО КБ «Банк БФТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО7, дов. от 24.04.2018

от ФИО5 – ФИО8, дов. от 17.08.2017

от ФИО6 – ФИО9, дов. от 15.01.2018

от к/у ООО КБ "Банк БФТ" в лице ГК" Агентство по страхованию вкладов" – ФИО10, дов. от 19.09.2018

от ФИО4 – ФИО11, дов. от 29.09.2017 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2014 должник ООО КБ «Банк БФТ» признан банкротом, открыто конкурсное производство сроком на один год, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация Агентство по страхования вкладов. 

Сообщение о признании должника банкротом, об открытии процедуры конкурсного производства и утверждении конкурсного управляющего опубликовано в газете "Коммерсантъ" № 135 от 02.08.2014, стр. 27.

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ООО КБ «Банк БФТ» ГК АСВ о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности на сумму 898 343 000 рублей. 

Определением суда  от 16.07.2018 в удовлетворении указанного заявления отказано. 

Конкурсный управляющий должника с определением суда не согласился, обратился  в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и разрешить вопрос по существу.   

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней, просил отменить определение суда. 

Представители ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность, просили определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, представили в материалы дела отзывы. 

Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения  суда. 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что стоимость имущества банка уменьшилась в результате следующих недобросовестных действий Председателя Правления - ФИО3, членов Правления Банка - ФИО4 (заместитель Председателя Правления), ФИО5 (главный бухгалтер) и управляющего филиалом Банка в г. Санкт-Петербург - ФИО6:  заключение и одобрение кредитных договоров с юридическими лицам, заведомо неспособными выполнить свои обязательства, причинившее ущерб на сумму 4.653.000.000 рублей; заключение договоров уступки прав требований (цессии) с юридическими лицами, заведомо неспособными выполнить свои обязательства, причинившее ущерб на сумму 114.549.589,04 рублей.

Действия ответчиков привели к уменьшению стоимости имущества Банка на 4.767.549.589,04 рублей. В настоящее время сумма неудовлетворенных требований кредиторов составляет 2.287.942.000 рублей.

Конкурсный управляющий указывает, что в случае, если бы контролирующие лица банка не совершали указанных действий, то ликвидные активы банка были бы достаточны для удовлетворения требований всех его кредиторов, в связи с чем просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам банка по основаниям ст. 10 Закона о банкротстве, ст. 14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций».

В силу абзаца 2 части 3 статьи 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 1 статьи 14 Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей. Указанные лица, признаются виновными, если их решения или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также если они при наличии оснований, предусмотренных статьей 4 настоящего закона, не предприняли предусмотренные настоящим законом меры для предупреждения банкротства кредитной организации.

Согласно части 3 статьи 1 Закона о банкротстве кредитных организаций отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций, не урегулированные настоящим Федеральным законом, регулируются Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, нормативными актами Банка России.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

В силу п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии со статьей 14 Закона о банкротстве кредитных организаций руководители признаются виновными в доведении Банка до банкротства, если их решения или действия не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота,

Принципы добросовестности и разумности разъяснены в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), которое применяется при привлечении к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда РФ от 25.11.2014 № 305-ЭС14-4131 по делу № А40-15836/2010, Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 309-ЭС17-5282 по делу № А60-23912/2014).

В силу пункта 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку (голосовал за ее одобрение) с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Конкурсный управляющий указывает, что действия ответчиков привели к уменьшению стоимости имущества банка на 4.767.549.589,04 рублей.

При этом как указывает сам заявитель, на момент подачи им настоящего заявления сумма неудовлетворенных требований кредиторов составляет 2.287.942.000 рублей.

То есть, заявителем вменяется ответчикам неправомерное совершение сделок на сумму вдвое большую, чем размер неудовлетворенных требований кредиторов банка.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что юридические лица - контрагенты банка не только были способны исполнять свои обязательства по указанным сделкам, но и исполнили их к моменту отзыва у банка лицензии па осуществление банковских операций 02.06.2014 более, чем на 50%.

Как показывает анализ выписок по банковским счетам заемщиков банка, представленных заявителем, таких как ООО «СТС «Теплый Дом», ООО «Эксперт», ЗАО «Мацестинская Долина», ООО «Автовэй», ООО «Сапега-центр», ООО «АльянсСити», ООО «Весна», ООО «ТосканаЛюб», ООО «Капитал Инвест», ООО «Комета+», ООО «АЭ-Брокер», ООО «Балтсервис», ЗАО «Автодор Экспресс», ООО «БАТ Брокер», ООО «БАТ Ф-Брокер», ООО «Евробетоп», указанных в заявлении, а также иных заемщиков банка, в отношении которых заявителем представлены выписки по банковским счетам: заемщики банка осуществляли финансово-хозяйственную деятельность, имели разветвленную сеть контрагентов, осуществляли платежи и получали денежные средства во исполнение заключенных хозяйственных договоров, выплачивали заработную плату, осуществляли налоговые платежи и платежи в государственные внебюджетные фонды; в отношении заемщиков банка не осуществлялось взыскание денежных средств по исполнительным документам, в отношении них не применялись аресты денежных средств на счетах либо меры государственного воздействия в виде приостановления операций по счетам; заемщики своевременно исполняли обязательства по кредитным договорам, заключенным с банком, уплачивали проценты за пользование заемными денежными средствами, осуществляли возврат кредитных средств Банку.

На момент отзыва у банка лицензии на осуществление банковских операции 02.06.2014 неисполненные обязательства по кредитным договорам, заключение которых ставится в вину ответчикам, отсутствовали.

В отношении каждого из заемщиков банком велись кредитные досье, содержащие систематизированную подборку документов о заемщики, запрашиваемых банком до принятия кредитного решения, включающую заключенные с клиентом договоры, а также материалы последующего мониторинга исполнения клиентом договорных обязательств.

Указанные досье в полном объеме были переданы временной администрации Банка, введенной после отзыва лицензии па осуществление банковских операций.

Документы, содержащиеся в указанных кредитных досье, включающие в том числе, анализ финансово-хозяйственной деятельности заемщиков на основании утвержденных методик, результаты проверок сотрудниками банка реальности финансово-хозяйственной деятельности заемщиков, сохранности заложенного имущества, финансового мониторинга за деятельностью заемщиков являлись основанием для принятия уполномоченными органами Банка решении о заключении кредитных договоров, определения условий кредитования и применения, в случае необходимости, в отношении заемщиков мер финансового воздействия.

Однако, конкурсным управляющим в обоснование своей позиции указанные кредитные досье не представлены.

В период деятельности банка Банком России в рамках осуществления надзорных функций неоднократно проводились проверки ООО КБ «Банк БФТ», в ходе которых, в том числе, исследовался кредитный портфель банка, а проверяющими сотрудниками Банка России выборочно осуществлялась проверка реальности финансово-хозяйственной деятельности заемщиков, в том числе с выездом по месту нахождения заемщиков.

Подробные результаты указанных проверок, подтверждающие, в том числе, реальность финансово-хозяйственной деятельности заемщиков, на кредитование которых ссылается заявитель, содержатся в актах проверок.

В связи с кредитованием заемщиков, указанных в рассматриваемом заявлении, Банком создавались резервы на возможные потери по ссудам, в порядке и в размерах, установленных нормативными актами Банка России.

Правомерно отклонены ссылки заявителя на то, что в период 2016-2017 часть заемщиков банка не находилась по адресу, указанному в учредительных документах, либо перестала сдавать отчетность в налоговые органе, поскольку указанные обстоятельства возникли значительно позже прекращения полномочий ответчиков в связи с отзывом у ООО КБ «Банк БФТ» лицензии на осуществление банковских операций 02.06.2014 и не могли быть известны ответчиком на момент совершения либо одобрения сделок кредитования.

Заявитель указывает на то, что в результате заключения договоров цессии, указанных в части II заявления, ответчики действовали недобросовестно, чем причинили ущерб интересам банка.

Договор уступки прав требований (цессии) от 14.02.2014 с ООО «ЛЮКС-строй Головинка» у истца отсутствует, в материалы дела не представлен.   

В отношении договоров уступки прав требований (цессии) от 29.05.2014 № 1/121 и № 1/143 заявитель не указывает какой-либо информации, которая может свидетельствован, о недобросовестности какого либо из ответчиков при совершении указанной сделки либо о том, что в результате ее совершения был причинен вред интересам банка.

Изложенное свидетельствует о несостоятельности доводов заявителя о том, что в результате заключения и одобрения кредитных договоров и договоров уступки прав требований (цессии) с юридическими лицами произошло уменьшение стоимости имущества банка.

Заключая (одобряя) указанные договоры, ответчики действовали разумно и добросовестно, с учетом реального коммерческого риска. В период деятельности банка, до прекращения полномочий ответчиков в связи с отзывом у банка лицензии па осуществление банковских операций 02.06.2014 договоры исполнялись надлежащим образом, какие либо признаки фиктивности указанных договоров или нереальности финансово-хозяйственной деятельности должников банка отсутствовали.

Заявителем не доказано, что сделками, на которые он ссылается, причинен существенный вред кредиторам, о чем ответчики в момент совершения (одобрения) знали либо должны были знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом их положения

Конкурсный управляющий указывает, что кредитование заемщиков банка велось недобросовестно и, таким образом, привело к банкротству банка, поскольку заемщики изначально не были в состоянии погасить выданные кредиты. Данные доводы противоречат характеру кредитования, поскольку решения о выдаче кредитов принималось правлением на основе разработанной банком «методики оценки финансового состояния заемщиков», которая, в свою очередь, подлежала обязательному утверждению соответствующим подразделением Банка России. Именно соответствие оценки финансового состояния заемщика утвержденным Банком России методикам и проверялось в рамках проводимых последним инспекционных проверок, материалы которых имеются как в документах Банка, переданных в ГК АСВ, так и в архивах Банка России. Последняя такая проверка была проведена в Банке в 2013-м, по результатам этой проверки были сделаны замечания по качеству созданных резервов, но замечаний по характеру кредитования и несоответствию заемщиков критериям утвержденных методик сделано не было, что свидетельствует о соответствии действий руководства Банка нормативным актам Банка России.

Довод заявителя о фиктивности деятельности заемщиков также не соответствует действительности, что видно из документов, приведенных заявителем, поскольку все заемщики платили в срок и в полном объеме обозначенные в договорах проценты по ссудам; те заемщики, срок кредитов которым истекал, погашали их в срок или досрочно, и только после этого получали новые кредиты; абсолютное большинство клиентов со счетов в банке платило в бюджет налоги (налог на прибыль, НДС, налоги на имущество, НДФЛ); большинство клиентов производило начисление заработной платы путем безналичного перевода на карточки сотрудников; аргумент о том, что таких сотрудников немного, не является весомым: Банк изначально позиционировал себя как институт, работающий, в основном, с предприятиями малого бизнеса, и такая ситуация была во многих компаниях, в том числе и не получавших кредиты; значимая часть клиентов проводило со своих счетов оплату хозяйственного характера, как то покупка канцелярии, оплата поддержки сайтов и т.д. Изложенное свидетельствует о реальном, а не фиктивном характере их деятельности.

Только кредитование клиентов принесло банку доход в размере 494.731.032 рублей, что явным образом свидетельствует о реальной деятельности указанных компаний и экономической целесообразности их кредитования банком.

Материалами дела не подтверждена причастность ФИО4 к заключению всех указанных конкурсным управляющим договоров. Напротив, самим заявителем прямо указано на участие ФИО4 в заключении и одобрении лишь 5 кредитных договоров.

Согласно перечню кредитных договоров, на который ссылается заявитель, ФИО4 от имени ООО КБ «Банк-БФТ» подписано 3 кредитных договора: кредитный договор от 01.04.2013 № 1957/КДР на сумму 90.000.000 рублей (Заёмщик -ООО «Каравелла»); кредитный договор от 11.06.2013 № 1991/КДР на сумму 39.000.000 рублей (Заёмщик - ООО «Лимакс групп»); кредитный договор от 16.09.2013 № 2049/КДР на сумму 30.000.000 рублей (Заёмщик - ООО «АльфаПрагматос»).

Также согласно указанному перечню кредитных договоров - приложению к заявлению, документу, составленному в произвольной форме самим заявителем, ФИО4 наряду с иными членами Правления от имени ООО КБ «Банк-БФТ» одобрено заключение лишь 2 кредитных договоров: кредитный договор от 30.11.2012 № 1926/КДР на сумму 44.000.000 рублей (Заёмщик - ООО «Эксперт»); кредитный договор от 05.09.2013 №2042/КДР на сумму 34.000.000 рублей (Заёмщик - ООО «Стс «Тёплый дом»).

Таким образом, ФИО4 имеет отношение к заключению лишь 5 кредитных договоров на общую сумму 237.000.000 рублей, тогда как в качестве основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности на сумму 898.343.000 рублей конкурсный управляющий приводит довод о заключении ООО КБ «Банк-БФТ» 93 кредитных договоров на сумму 4.687.000.000 рублей, а также заключение договоров уступки прав требований (цессии) на сумму 114.549.589,04 рублей.

Таким образом, ссылка конкурсного управляющего на привлечение ФИО4 на общую сумму задолженности должника является необоснованной.

Согласно перечню кредитных договоров - приложению к заявлению, документу, составленному в произвольной форме самим заявителем, а также согласно представленным заявителем скан-копий кредитных договоров ФИО4 от имени ООО КБ «Банк-БФТ» подписано лишь 4 кредитных договора (т. 122 л.д.82 - 85): Кредитный договор от 01.04.2013 № 1957/КДР на сумму 90.000.000 рублей, заключённый с ООО «Каравелла» (согласно решению Арбитражного суда г. Москвы от 14.10.2015 по делу №А40-106223/2015 задолженность составляет 109.713.271,31 рублей, из которых: 90.000.000 рублей - основной долг, 13.902.467,23 рублей - проценты, 5.810.804,08 рублей - штрафные санкции); кредитный договор от 11.06.2013 № 1991/КДР на сумму 39.000.000 рублей, заключённый с ООО «Лимакс групп» (согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2016 по делу № А40-241365/2015 задолженность составляет 47.616.328,76 рублей, из которых 39.000.000 рублей - по кредиту и 8.616.328,76 рублей -по процентам); кредитный договор от 26.06.2013 № 1998/КДР на сумму 65.000.000 рублей, заключённый с ООО «Преимущество» (согласно решению Арбитражного суда г. Москвы от 29.01.2016 по делу № А40-211765/2015 задолженность составляет 89.143.310,99 рублей, из которых 65.000.000 рублей - по кредиту, 13.505.751,93 рублей - по процентам и 10.637.559,06 рублей -штраф); кредитный договор от 16.09.2013 № 2049/КДР на сумму 30.000.000 рублей, заключённый с ООО «АльфаПрагматос» (согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2015 по делу № А40-182419/2015 задолженность составляет 36.253.434,41 рублей, из которых: 30.000.000 рублей - кредит, 3.904.046,63 рублей -проценты за пользование кредитом, 2.349.387,78 рублей - пени).

Также согласно указанному перечню кредитных договоров, ФИО4 наряду с иными членами Правления от имени ООО КБ «Банк-БФТ» одобрено заключение лишь 2 кредитных договоров (т. 122 л.д.82 - 85): кредитный договор от 30.11.2012 № 1926/КДР на сумму 44.000.000 рублей, заключённый с ООО «Эксперт» (согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2015 по делу № А40-149131/2015 задолженность составляет 58.066.840,59 рублей, из которых: задолженность по кредиту в размере 44.000.000 рублей, проценты за пользование кредитом в размере 8.077.283,38 рублей, штраф за просрочку погашения долга в размере 5.424.657,38 рублей, штраф за просрочку погашения процентов по кредиту в размере 564.899,67 рублей); кредитный договор от 05.09.2013 № 2042/КДР на сумму 34.000.000 рублей, заключённый с заёмщиком ООО «Стс «Тёплый дом» (согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2015 по делу № А40-149157/2015 задолженность составляет 44.024.740 рублей, из которых: 34.000.000 рублей - кредит, 5.841.053,26 рублей - проценты за пользование кредитом, 3.878.794,52 рублей -неустойка за нарушение обязательства по возврату кредита, 304.892,90 рублей -неустойка за нарушение обязательства по уплате процентов).

При этом, представленная заявителем скан-копия кредитного договора от 16.09.2013 №2049/КДР на сумму 30.000.000 рублей, заключённого с ООО «АльфаПрагматос», содержит подпись не ФИО4, а иного лица, что очевидно при сравнении подлинной подписи ФИО4 с подписью неустановленного липа, содержащейся в кредитном договоре от 16.092013 № 2049/КДР.

Ввиду того, что ФИО4 не подписывал кредитный договор от 16.092013 №2049/КДР, он не может нести субсидиарную ответственность в связи с заключением и исполнением данного договора.

Также конкурсным управляющим не представлены доказательства волеизъявления ФИО4 на одобрение заключения кредитных договоров.

Согласно перечню кредитных договоров, ФИО4, действующим как член Правления, наряду с иными членами Правления от имени ООО КБ «Банк-БФТ» одобрено заключение лишь 2 кредитных договоров (т. 122 лд.82 - 85): кредитный договор от 30.11.2012 № 1926/КДР на сумму 44.000.000 рублей, заключённый с ООО «Эксперт»; кредитный договор от 05.09.2013 № 2042/КДР на сумму 34.000.000 рублей, заключённый с ООО «Стс «Тёплый дом». 

В подтверждение факта одобрения ФИО4 заключения двух кредитных договоров в материалы дела представлены копии протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 13.11.2012 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Эксперт» на сумму 44.000.000 рублей (т. 122 л.д.95), и копия протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 05.09.2013 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Стс «Тёплый дом» на сумму 34.000.000 рублей (т. 122 л.д.96).

В соответствии с п.7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому липу, те члены коллегиальных органов юридического липа, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

При этом, копия протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 13.11.2012 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Эксперт» на сумму 44.000.000 рублей (т.122 л.д.95) подписана исключительно ФИО3 При этом, указанная копия протокола не содержит никакого указания на выражение ФИО4 волеизъявления на ободрение заключения кредитного договора. ФИО4 не голосовал за заключение настоящего кредитного договора. Допустимые доказательства обратного (например, протокол или бюллетени голосования, видеозапись собрания, указание в имеющемся протоколе на принятие решения единогласно и т.д.) отсутствуют.

Копия протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 05.09.2013 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Стс «Тёплый дом» на сумму 34.000.000 рублей подписана ФИО4 исключительно как председательствующим заседания Правления. При этом, указанная копия протокола не содержит никакого указания на выражение ФИО4 волеизъявления на ободрение заключения кредитного договора. 

При этом, ФИО4 не голосовал за заключение указанного кредитного договора. 

Допустимые доказательства обратного (например, протокол или бюллетени голосования, видеозапись собрания, указание в протоколе на принятие решения единогласно и т.д.) отсутствуют.

Заявителем не представлены допустимые доказательства самого факта заключения и одобрения заключения указанных кредитных договоров.

Указанный перечень кредитных договоров являет собой приложение к заявлению о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, не является документом строгой отчётности, не является официальным документом, составлен в произвольной форме самим конкурсным управляющим.

При этом, конкурсным управляющим в материалы дела не представлены договоры, подписанные ФИО4 от имени ООО КБ «Банк-БФТ». Соответственно, имеющиеся доказательства в своей совокупности не подтверждают отношение ФИО4 даже к заключению указанных 5 договоров.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют подлинники кредитных договоров, способных достоверно подтвердить факт их заключения.

В подтверждение факта одобрения ФИО4 заключения двух кредитных договоров в материалы дела представлены копия протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 13.11.2012 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Эксперт» на сумму 44.000.000 рублей, подписанная исключительно ФИО3, и копия протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 05.09.2013 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Стс «Тёплый дом» на сумму 34.000.000 рублей, которая согласно расшифровке подписи, подписана ФИО4 как председательствующим заседания Правления.

В соответствии с ч. 8 ст.75 АПК РФ письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

В свою очередь копия может считаться надлежаще заверенной лишь в том случае, когда достоверно установлено, что копия точно отражает содержание подлинника документа.

При заверении документа представителем конкурсного управляющего представленная копия документа может считаться надлежащим образом заверенной - лишь в случае снятия копии с подлинника документа самим конкурсным управляющим.

В связи с этим допустимость (ст.68, ч.8 ст.75 АПК РФ) представленной копии, заверенной представителем конкурсного управляющего, как доказательства может быть обеспечена лишь при подтверждении снятия копии с самого подлинника, в связи с чем для подтверждения соответствия представленных копий подлинникам указанных документов в материалы дела или на обозрение суду и сторонам спора необходимо представление подлинников протоколов заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 13.11.2012 и от 05.09.2013.

В отсутствие подлинника представитель конкурсного управляющего не может достоверно установить содержание подлинника, соответственно, заверение копии в отсутствие подлинника не имеет юридического значения.

При непредставлении подлинника в судебное заседание у суда и сторон будут отсутствовать основания полагать, что копия снята с подлинника документа, в связи с чем копия не может считаться надлежащим образом заверенной, допустимость и достоверность которой как доказательства в указанном случае не будет обеспечена.

При этом, подлинники указанных протоколов заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 13.11.2012 и от 05.09.2013 суду не представлены, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, заявителем не представлены допустимые, достоверные и достаточные доказательства заключения указанных договоров, а также одобрения заключения указанных договоров со стороны ФИО4

Заявителем не представлены доказательства реального волеизъявления ФИО4 на одобрение заключения кредитных договоров.

Согласно перечню кредитных договоров, на который ссылается заявитель, ФИО4, действующим как член Правления, наряду с иными членами Правления от имени ООО КБ «Банк-БФТ» одобрено заключение 2 кредитных договора с ООО «Эксперт» и ООО «Стс «Теплый дом».

В соответствии с п.7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ПК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

При этом, копия протокола заседания Правления ООО КБ «Банк-БФТ» от 13.11.2012 об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Эксперт» на сумму 44.000.000 рублей подписана исключительно ФИО3 Отношение ФИО4 к принятию указанного решения, а также его мнение, воля, решение относительно заключения указанного договора указанным протоколом, как и иными материалами дела, не установлены.

Таким образом, отношение ФИО12, как члена коллегиального органа -Правления ООО КБ «Банк-БФТ», к принятию решения об одобрении заключения кредитного договора с ООО «Эксперт» и ООО «Стс «Тёплый дом», не установлены.

Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о недобросовестности ФИО4 по заключению договоров с организациями, как указывает конкурсный управляющий «фирмами-одноневками».

ООО «Каравелла» - необеспеченные ссуды превышали среднеквартальную выручку более чем в 10 раз, отсутствуют внеоборотные активы, отсутствуют основные средства;

ООО «Лимакс групп» - необеспеченные ссуды превышали среднеквартальную выручку более чем в 10 раз, отсутствуют внеоборотные активы

ООО «АльфаПрагматос» - отсутствуют внеоборотные активы, отсутствуют основные средства, коэффициент текущей ликвидности был ниже нормативно установленного значения (2), финансовый результат не превышал 1% от размера выручки;

ООО «Эксперт» - отсутствуют внеоборотные активы, отсутствуют основные средства, финансовый результат не превышал 1% от размера выручки;

ООО «Стс «Тёплый дом» - отсутствуют внеоборотные активы, отсутствуют основные средства, коэффициент обеспеченности собственными средствами был ниже нормативно установленного значения (0,1), коэффициент текущей ликвидности был ниже нормативно установленного значения (2), финансовый результат не превышал 1% от размера выручки.

Указанные сведения содержатся в анализе финансовых показателей заёмщиков ООО КБ «Банк-БФТ», составленном конкурсным управляющим банка.

Самим конкурсным управляющим в рамках кредитных досье представлены материалы, свидетельствующие об установлении и подтверждении реальной хозяйственной деятельности организаций, подтверждённой множеством документов, а также об осуществлении анализа и положительной оценке финансовых иных показателей указанных заемщиков.

Согласно заключению от 28.03.2014 по оценке ссуды, представленной ООО «Каравелла», подписанному начальником кредитного управления ФИО13, главным экономистом кредитного управления ФИО14 среднемесячные поступления от текущей деятельности за последние 6 месяцев составляют 246.783.000 рублей, чистый денежный поток покрывает всю задолженность по кредитному договору, положительная кредитная история с апреля 2013 года, финансовое состояние ООО «Каравелла»  характеризуется как среднее, проценты по кредиту уплачиваются своевременно и в полном объёме, обслуживание кредита признаётся средним, деловая активность высокая, величина чистых активов положительная.

Согласно заключению от 30.04.2014 по оценке ссуды, представленной ООО «Каравелла», подписанному начальником кредитного управления ФИО13, главным экономистом кредитного управления ФИО14 среднесписочная численность работников на предприятии - 5 человек, ООО «Каравелла» занимается оптовой торговлей строительными материалами, лакокрасочными материалами, кредитные средства направлены на закупку крупной партии строительных материалов для последующей реализации, чистый среднемесячный денежный поток за последние 6 месяцев составил 224.319.000 рублей, среднемесячные поступления от текущей деятельности за последние 6 месяцев составляют 224.319.000 рублей, чистый денежный поток покрывает всю задолженность по кредитному договору, положительная кредитная история с апреля 2013 года, на 01.01.2014 стоимость имущества составила 2.931.000 рублей (оборудование), в общей структуре активов предприятия основную долю занимают оборотные активы, обстоятельств, свидетельствующих о возможном отсутствии у заёмщика - юридического лица реальной деятельности или осуществлении её в незначительных объёмах не выявлено, деятельность заёмщика в сфере производства продукции, выполнении работ и оказания услуг следует признать реальной, финансовое состояние ООО «Каравелла» характеризуется как среднее, проценты по кредиту уплачиваются своевременно и в полном объёме, обслуживание кредита признаётся средним и только по причине пролонгации кредита, деловая активность высокая, величина чистых активов положительная.

В отношении заемщика ООО «Лимакс групп» представлены гражданско-правовые договоры, подтверждающие реальное осуществление хозяйственной деятельности, в том числе договор поставки от 13.05.2013 № 012/01, договор поставки от 15.05.2013 № 004.12.01, товарные накладные, справки о состоянии расчётов по налогам, многочисленные документы, подтверждающие надлежащее погашение задолженности по договору, в том числе платёжное поручение от 11.06.2013 № 00007 на сумму 243.616,44 рублей, платёжное поручение от 30.07.2013 № 00037 на сумму 397.479,45 рублей, платёжное поручение от 29.08.2013 № 00058 на сумму 397.479,45 рублей, платёжное поручение от 27.09.2013 № 00076 на сумму 384.657,53 рублей, платёжное поручение от 30.10.2013 № 00130 на сумму 397.479,45 рублей, платёжное поручение от 28.11.2013 № 00174 на сумму 384.657,53 рублей, платёжное поручение от 30.12.2013 № 00211 на сумму 397.479,45 рублей, платёжное поручение от 29.01.2014 № 00015 на сумму 397.479,45 рублей, платёжное поручение от 26.02.2014 №0 0045 на сумму 359.013,70 рублей, платёжное поручение от 28.03.2014 № 00093 на сумму 397.479,45 рублей, платёжное поручение от 07.05.2014 № 00019 на сумму 89.753,42 рублей и платёжное поручение от 30.04.2014 № 00015 на сумму 384.657 рублей, подтверждающие уплату процентов по кредитному договору, а также платёжное поручение от 07.05.2014 № 00020, подтверждающее уплату в пользу ООО КБ «Банк БФТ» 39.000.000 рублей (сумма основного долга) в качестве оплаты по кредитному договору:

Согласно заключению от 30.05.2014 по оценке ссуды, предоставленной ООО «Преимущество», подписанному главным экономистом кредитного управления ФИО15 обстоятельств, свидетельствующих о возможном отсутствии у заёмщика - юридического лица реальной деятельности или осуществления её в незначительных объёмах, не выявлено. Деятельность заёмщика следует признать реальной, финансовое состояние можно охарактеризовать как среднее, качество обслуживания долга признаётся средним; согласно заключению от 30.04.2014 по оценке ссуды, предоставленной ООО «Преимущество», подписанному главным экономистом кредитного управления ФИО15, начальником кредитного управления ФИО13 обстоятельств, свидетельствующих     о  возможном  отсутствии  у заёмщика  -  юридического лица реальной деятельности или осуществления её в незначительных объёмах, не выявлено. Деятельность заёмщика следует признать реальной, финансовое состояние можно охарактеризовать как среднее, качество обслуживания долга признаётся средним, коэффициент общей и промежуточной ликвидности находятся в рамках допустимых норм, деловая активность - высокая.

Таким образом, в отношении ООО «Каравелла», ООО «Лимакс групп», ООО «Преимущество», а также в отношении ООО «АльфаПрагматос», ООО «Эксперт», ООО «Стс «Тёплый дом» в кредитных досье имеются гражданско-правовые договоры, исполненные платёжные поручения об уплате процентов за пользование кредитами на протяжении многих месяцев, а также платёжное поручение о погашении суммы основного долга, периодические заключения об оценке финансово-хозяйственных показателей указанных организаций и обслуживанию ими ссуды с прямым указанием на реальных характер деятельности указанных организаций и средней или хороший уровень обслуживания долга на протяжении длительного периода времени, что прямо опровергает довод конкурсного управляющего об отнесении указанных организаций к «фирмам-однодневкам».

Таким образом, материалами дела опровергается довод конкурсного управляющего о недобросовестности ФИО4, выразившейся в том, что кредитные договоры заключались с организациями, не ведущими хозяйственной деятельности и заведомо неспособными исполнять обязанности по заключённым кредитным договорам.

Более того, в соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Сам факт наличия у заёмщиков некоторых признаков «фирм-однодневок» не свидетельствует об их недобросовестности. Также сам факт наличия у заёмщиков некоторых признаков «фирм-однодневок» не свидетельствует об их невозможности исполнять обязательства.

Вышеуказанный довод конкурсного управляющего о недобросовестности ФИО4 и заёмщиков также помимо презумпции добросовестности в отсутствие доказательств обратного опровергается следующим.

Конкурсный управляющий указывает, что кредиты, выданные заёмщикам, были погашены на сумму 34.000.000 рублей. Организации - заёмщики, которых конкурсный управляющий именуют «однодневками», существовали длительное время, в том числе не один год и после получения кредитных средств, а некоторые существуют и на сегодняшний день.

При этом, такие характеристики, как отсутствие внеоборотных активов и иные вышеуказанные характеристики могут быть обусловлены, например, отсутствием необходимости оборотных средств, особенностями и видами хозяйственной деятельности и не свидетельствуют прямо о недобросовестности и (или) заблаговременной неплатёжеспособности организаций.

Кроме того, примечательным является тот факт, что указанные конкурсным управляющим признаки относятся к финансовым показателям компаний. При этом, заёмщики были созданы менее чем за год до заключения договоров, в связи с чем могли не обладать достаточными средствами на осуществление запланированной хозяйственной деятельности и позитивной финансовой историей, в связи с чем и были заключены кредитные договоры, что является вполне обычным для хозяйственного оборота и составляет саму суть и природу кредитования в условиях недостаточности средств.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют допустимые и достоверные доказательства, подтверждающие наличие у организаций - заёмщиков признаков «фирм-однодневок».

Более того, сам факт наличия у заёмщиков некоторых признаков «фирм-однодневок» не свидетельствует об их недобросовестности и неплатёжеспособности и, напротив,  помимо презумпции  добросовестности  в  отсутствие  прямых  доказательств обратного также опровергается фактом погашения кредитной задолженности на сумму 34.000.000 рублей.

Заявителем не доказана недобросовестность ФИО4, а также причинно-следственная связь между заключением вышеуказанных кредитных договоров и неплатёжеспособностью должника.

Необходимым условием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО КБ «Банк-БФТ» является установление недобросовестности при заключении и (или) одобрении заключения указанных 5 кредитных договоров.

В соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т. п.

В соответствии с п.7 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» надлежит принимать во внимание ограниченные возможности членов коллегиальных органов юридического лица по доступу к информации о юридическом лице, на основании которой они принимают решения.

При этом, индивидуальная и детальная оценка многочисленных финансовых, имущественных и иных показателей каждой организаций-заёмщиков, оценка указанных обстоятельств с учётом круга обязанностей и возможностей ФИО4 с учётом его должности, характера соответствующего действия и масштабов деятельности банка, не относится к компетенции ФИО4 как заместителя Председателя Правления ООО КБ «Банк-БФТ», а относится к компетенции кредитного комитета, на основании заключения которого принимается соответствующее решение об одобрении и заключении кредитного договора.

Более того, как указано ранее, наличие у заёмщиков признаков «фирм-однодневок» на дату заключения договоров не свидетельствует о недобросовестности или заблаговременной неплатёжеспособности заёмщиков, что, соответственно, не свидетельствует недобросовестности со стороны лиц, заключивших указанные кредитные договоры.

Таким образом, необходимая для целей удовлетворения заявленных требований недобросовестность ФИО4 не доказана.

Конкурсным управляющим не доказана невозможность реального взыскания денежных средств с заёмщиков.

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника только в случае, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие его действий и (или) бездействия.

В случае, если бы конкурсным управляющим было доказано то, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий ФИО4 по заключению 3 кредитных договоров, то необходимым условием привлечения ответчика к ответственности являлась бы реальная невозможность взыскания денежных средств с заёмщиков.

Иное бы означало искусственное освобождение конкурсного управляющего от добросовестного осуществления своих обязанностей и от обязанности совершать все необходимые действия, направленные на реальное взыскание дебиторской задолженности, автоматически переложив все негативные последствия на контролирующих   должника   лиц   в части любой непогашенной задолженности, вне зависимости от реальной возможности её погашения путём осуществления исполнительного производства.

При этом, конкурсным управляющим не представлено никаких доказательств, свидетельствующих о невозможности взыскания в рамках исполнительного производства денежных средств с ООО «Каравелла», ООО «Лимакс групп», а также с ООО «АльфаПрагматос», ООО «Эксперт», ООО «Стс «Тёплый дом» имеющейся задолженности., что в отсутствие признаков недобросовестности со стороны ФИО4 делает невозможным возложение обязанности по погашению указанной задолженности на последнего только лишь по причине неисполнения заёмщиками своих обязанностей. Кроме того, конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между заключениемвышеуказанных кредитных договоров и неплатёжеспособностью должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суду надлежит оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом, конкурсным управляющим не доказано, что именно заключение ФИО12 вышеуказанных 3 кредитных договоров привело к банкротству ООО КБ «Банк БФТ».

При этом, с учётом того, что заёмщики реально осуществляли хозяйственную деятельность, на протяжении длительного периода времени надлежащим образом исполняли обязанности по кредитным договорам, последующее неисполнение ими обязательств не может быть вменено ФИО4 в вину, так как не было вызвано причинами, зависящими от ФИО4

ФИО4 при заключении договоров действовал добросовестно, что в том числе подтверждается вышеуказанными обстоятельствами и материалами дела. Доказательств обратного не представлено.

В материалы дела поступило заключение эксперта № 458 от 03.05.2018, выполненное в соответствии с определением суда по настоящему делу от 26.03.2018.

Согласно вывода эксперта «Подписи от имени Главного бухгалтера ООО «КБ«Банк-БФТ» ФИО5, расположенные  в оригиналах распоряжении от 21.05.2014, от 27.02.2014, от 01.04.2014, от 04.03.2014, от 20.11.2013, от 19.20.2014, от 17.04.2014, от 16.04.2014, от 15.04.2014, от 14.04.2014, от 20.05.2014, от 04.02.2014, от 12.05.2014, от 27.03.2014, от 13.11.2013, от 24.03.2014, от 11.06.2013, от 08.05.2014, от 14.11.2013, 17.03.2014, от 02.04.2014, от 05.05.2014, от 16.05.2014. от29.01.2014, от 13.05.2014, от 04.04.2014, от 07.05.2014, от 15.05.2014, от 17.04.2014, от 19.05.2014, 14.05.2014, от 06.02.2014, от 22.04.2014, от 04.04.2014, от 01.04.2014, от 25.04.2014, от 26.03.2014, от 30.04.2014, от 10.02.2014, от 07.03.2014, от 16.04.2014, от 12.03.2014, от 17.12.2013, от 15.11.2013, от 17.12.2013, от 27.03.2014, от 04.12.2013, от 21.11.2013, от 30.01.2014, от 10.02.2014, от 28.04.2014, от 16.09.2013; изображения подписей от имени Главного бухгалтера ООО «КБ «Банк-БФТ» ФИО5, расположенные в копиях распоряжений от 10.04.2014, 27.05.2014, выполнены не ФИО5, а другим лицом.»

В силу положений статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Соответственно, заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пунктах 1 - 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии со статьей 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», статьей 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», пунктами 7.З.1., 7.3.4., 7.4.1., 7.4.2. Устава Банка руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом председателем правления Банка, который без доверенности действует от имени и в интересах кредитной организации, в том числе совершает сделки от имени Банка, а также коллегиальным исполнительным органом - Правлением Банка.

Статья 65 АПК РФ возлагает на каждое лицо, участвующее в деле, обязанность доказывания обстоятельств, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

ФИО5 в период с 22.05.2007 являлась членом правления Банка, с 21.07.1997 по 16.06.2014 работала в ООО КБ «Банк БФТ» в должности главного бухгалтера.

В представленных суду кредитных договорах в разделе «Реквизиты и подписи сторон», со стороны ООО КБ «Банк БФТ», а также в протоколах Правления банка отсутствует подпись главного бухгалтера банка ФИО5 Однако, на внутренних документах банка, таких как распоряжения на выдачу кредитов и иных распоряжениях, носящих технический характер и относящихся к деятельности банка по учету уже выданных ссуд, имеется подпись от имени главного бухгалтера ФИО5

Главный бухгалтер не является органом юридического лица и, в соответствие с нормами действующего законодательства, не имеет полномочий по формированию и выражению воли юридического лица.

Наличие подписи главного бухгалтера обусловлено положениями 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» от 21.11.1996 (утратил силу с 01.01.2013), п.3 статьи 7 которого указывает, что «без подписи главного бухгалтера денежные и расчетные документы, финансовые и кредитные обязательства считаются недействительными и не должны приниматься к исполнению».

Кроме того, в соответствие с пунктом 1.4. части 1 Положения ЦБ РФ «О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации» от 16.07.2012 №385-11 в редакции от 26.09.2012г. (действовали до 03.04.2017) без подписи главного бухгалтера или уполномоченных им должностных лиц расчетные и кассовые документы, финансовые и кредитные обязательства, оформленные документами, считаются недействительными и не должны приниматься к исполнению.

Таким образом, наличие на расчетных документах банка подписи от имени ФИО5 свидетельствует о соблюдении руководством банка норм действующего законодательства о бухгалтерском учете, нормативных актов ЦБ РФ и соблюдении должностной инструкции.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств.

Статья 65 АПК РФ устанавливает, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом указанные фактические обстоятельства должны быть подтверждены со стороны заявителя доказательствами, отвечающими правилам об относимости и допустимости доказательств.

В нарушении указанной нормы права, заявителем не представлено доказательств того, что ФИО5 являясь членом Правления банка, принимала решения или могла оказывать влияние на принятие решения о заключении конкретных кредитных договоров.

Более того, представленные протоколы заседания Правления не свидетельствуют об участии ФИО5 в этих заседаниях.

Представленные в материалы дела документы подтверждают факт совершения Правлением Банка проверки о возможности предоставления кредита заемщикам.

Так, заключения об оценке ссуды за подписью начальника отдела, а также главного экономиста кредитного управления, во всех случаях заключения кредитных договоров, содержит указание о возможном предоставления кредита заёмщикам.

При этом в материалах дела содержатся только 54 распоряжения операционному отделу об оформлении операций по предоставлению и перечислению заемщикам кредитов, в которых в разделе «подпись главного бухгалтера» содержат подпись от имени ФИО5

Однако, как установлено проведенной по делу судебной экспертизой, распоряжения операционному отделу об оформлении операций по предоставлению и перечислению заемщикам кредитов подписаны не ФИО5, а другим (неизвестным) лицом.

Все распоряжения, имеющиеся в материалах дела, содержат ссылки на уже заключенные кредитные договоры.

Согласно ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Кредитный договор, в отличие от договора займа, является консенсуальным, то есть считается заключенным с момента подписания договора, а не предоставления денежных средств. Таким образом, даже если бы ФИО5 и подписывала распоряжения на перечисление денежных средств по подписанным кредитным договорам, она не могла бы уже влиять на заключение данных договоров, в связи с чем нельзя признать подписание распоряжений о начислении процентов, увеличение резервов и других, фактом последующего одобрения заключения сделки. Невозможно применить положения последующего одобрения сделки, когда от выражения воли лица не зависит факт ее заключения.

Выполнение обязанностей бухгалтерского работника в соответствии с законом «О бухгалтерском учете» № 402-ФЗ от 06.12.2011 по сопровождению сделок, которые уже совершены, не является последующим одобрением и не влечет субсидиарной ответственности.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО5, ни как главный бухгалтер, ни как член Правления, не имела возможности оказывать влияние и принимать решение об одобрении заключения кредитных договоров и предоставлении денежных средств заемщикам.

На момент получения заемных денежных средств все заемщики проходили первичную идентификацию, предоставляли дополнительную информацию для формирования кредитных досье, и решение о предоставлении кредита принималось на основании уже сформированного кредитного досье.

Исходя из анализа представленных в материалы дела документов, усматривается отсутствие выводов о нецелесообразности предоставления кредитов, рекомендаций по отказу в их выдаче заемщикам.

Более того, в материалах дела имеются профессиональные суждения об уровне кредитного риска по кредитным договорам, за подписью начальника кредитного управления, согласно которым качество обслуживания долга по кредитным договорам оценивается как «хорошее» либо «среднее». Указанные обстоятельства опровергают доводы конкурсного управляющего об изначальной неспособности заемщиков осуществлять погашение по предоставленным ссудам.

Из представленных в материалы дела банковских выписок по счетам заемщиков, которые конкурсный управляющий посчитал невозвратными, видно, что эти заемщики вплоть до момента отзыва лицензии у Банка оплачивали проценты за пользование кредитом, что указывает на реальность кредитования по данным операциям. Кредитное управление фактически и юридически отвечало за принимаемые в Банке решения в области кредитования, а не главный бухгалтер Банка.

На основании пунктов 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При этом для взыскания убытков необходимо доказать их размер, вину лица, нарушившего право заинтересованного лица, а также причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех указанных элементов ответственности.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении № 306-ЭС 15-3469 (20) от 03.04.2014 по делу № А55-28168/2013 для привлечения к гражданско-правовой ответственности лиц (в том числе бывшего главного бухгалтера должника) конкурсному управляющему необходимо доказать совокупность обстоятельств, а именно противоправное поведение, причинение должнику вреда, причинно-следственную связь и вину. Более того, доказательству подлежит существенный факт, а именно, что волю на заключение убыточных сделок формировал именно ответчик. Данное мнение, выраженное ВС РФ поддерживает позицию Арбитражного суда Поволжского округа, изложенную в Постановлении от 27.11.2017, о том, что согласно положениям Устава банка и норм Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» главный бухгалтер не является органом юридического лица и не имеет полномочий по формированию и выражению воли юридического лица.

Между тем, заявителем не доказана неправомерность действий (бездействия) ФИО5, а также наличие причинной связи между причиненными убытками и действиями (бездействием) ФИО5

Не доказана вина ФИО5 в том, что осуществляя функции члена органов управления кредитной организацией, т.е. лиц, обязанных действовать добросовестно и разумно, обеспечить выполнение Банком требований законодательства, в т.ч. Положения № 254-П, она, действуя недобросовестно либо неразумно (не проявив требуемую от неё степень заботливости и осмотрительности), в нарушение указанных нормативных правовых актов, не предприняв никаких мер по организации проведения комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков, обеспечению возврата денежных средств, не имея достаточной и объективной информации о заемщиках, приняла решение о выдаче кредитов заведомо неплатежеспособным заемщикам, причинив тем самым Банку убытки, равные сумме непогашенной задолженности в размере 898.343.000 рублей.

Не доказаны факты заключения кредитных договоров от имени банка самостоятельно ФИО5, не доказан факт того, что ФИО5, как член Правления банка, принимала решения или могла оказывать влияние на принятие решения о предоставлении кредитов заемщикам.

Тот факт, что в материалах дела имеются распоряжения в операционный отдел за подписью от имени ФИО5, не доказывает тот факт, что она имела возможность влиять на принятие решений об одобрении выдачи кредитов, так как подписание распоряжений не является одобрением выдачи кредитов, а доказывает добросовестное исполнение норм действующего законодательства.

Распоряжения по отражению и сопровождению кредитных операций формировались в соответствии с требованиями действующего на тот момент нормативного акта Банка России, "Положения о порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)" № 54-П от 31.08.1998, в редакции 27.07.2001.

При этом все распоряжения, которые имеются в материалах дела и содержат подпись от имени ФИО5 , ею не подписывались, что также подтверждено заключением эксперта, так как она данных распоряжений не подписывала по обстоятельствам нахождения в отпуске по уходу за ребенком.

26.03.2018 в дополнении к исковому заявлению ГК АСВ указала, что стоит обратить внимание на то, что ФИО5 не представлены в материалы дела доказательства пребывания на больничном и/или декретном отпуске. При этом всеми изложенными доказательствами подтверждается обратное, а именно то, что ФИО5 исполняла в течение всего спорного периода свои обязанности, как главного бухгалтера, так и члена исполнительного органа банка (правления)».

Данное утверждение не подтверждается материалами дела, поскольку ответчиком к отзыву на исковое заявление 02.10.2017 в материалы дела были представлены копии следующих документов: свидетельство о рождении ребенка - дочери (14.10.2012); копия листка нетрудоспособности № 071772138845; копия листка нетрудоспособности № 071447151775; копия выписного эпикриза; письмо ГГБ им. С.С. Юдина от 15.09.2017; копия карты амбулаторного больного (ГКБ №7); выписка из копии карты амбулаторного больного (ГБУЗ ДГП № 39 ДЗМ филиал № 2 (ДГП № 19); запрос на выдачу копии карты амбулаторного больного (ГКБ № 7); запрос на выдачу копии карты амбулаторного больного (ГБУЗ ДГП № 39 ДЗМ филиал № 2 (ДГП № 19); родовой сертификат.

Указанные документы подтверждают то обстоятельство, что в указанный период времени ФИО5 была беременна, родила ребенка и ухаживала за ним, как того требовали медицинские показания. Следует обратить внимание на то, что на дату отзыва лицензии ребенок ФИО5 находился в возрасте 1 года и 7 месяцев и без помощи матери себя не обслуживал.

Из представленных в материалах дела копии карты амбулаторного больного (ГБУЗ ДГП № 39 ДЗМ филиал № 2 (ДГП № 19) и копии карты амбулаторного больного (кабинет катамнеза детского боксированного корпуса ГКБ № 7), видно с какой высокой частотой и периодичностью происходило/осуществлялось посещение (вызов) разных врачей  в  первые  годы  жизни   ребенка.

26.03.2018 представителем ГК АСВ предоставлены в материалы дела дополнительные протоколы, однако, ФИО5 не участвовала в собраниях, подтвержденными данными протоколами.

Более того, в копиях медицинских карт, которые представлены в материалы дела, содержатся записи о посещении врачей в даты некоторых Протоколов заседания Правления банка.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО5 после рождения ребенка продолжала работать, опровергаются материалами дела и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с п. 1 ст. 44 Федерального закона 08.02.1998 № 14-ФЗ "Обобществах с ограниченнойответственностью"членысоветадиректоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии с п. 2 ст. 44 Федерального закона № 14-ФЗ члены совета директоров I наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

В п. 2 и п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (Постановление Пленума № 62) указано, что недобросовестность действий единоличного исполнительного органа, членов коллегиального исполнительного органа юридического лица доказана, когда данные лица организации знали или должны были знать о том, что совершили сделку с заведомо неспособным исполнить обязательства лицом; неразумным считаются такие действия указанных органов как не совершение действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор, разумные члены коллегиального исполнительного органа отложили бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Статья 401 ГК РФ устанавливает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Согласно п.2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещение вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

С учетом указанных норм и имеющихся в материалах дела доказательств недобросовестном и неразумном поведении заинтересованных лиц при исполнении ими возложенных на них обязанностей, бремя доказывания отсутствия вины лежит на руководителях банка.

Учитывая изложенное суд пришел к правомерному  выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в виде взыскания убытков, поскольку конкурсным управляющим не доказана вина ФИО5 в совершении сделок, значительно ухудшивших финансовое положение банка.

В соответствии с п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника ми к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным, образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 53 само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

ООО КБ «Банк БФТ» предоставляло банковские услуги на территории г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области через свой филиал (обособленное подразделение) на основании Положения о филиале ООО КБ «Банк БФТ» в городе Санкт-Петербурге, утвержденного Советом директоров. Как самостоятельно структурное подразделение филиал имел свой баланс, также наимя филиала был открыт корреспонденский субсчет: к/с 30101810200000000872 г 1 РКП ГУ ЦБ РФ по Санкт-Петербургу, который использовался  филиалом для осуществления деятельности. Об указанных обстоятельствах свидетельствуют платежные поручения, согласно которым все перечисления в филиал ООО КБ «Банк БФТ», открытый в Санкт-Петербурге, шли на указанный отдельный субсчет.

Выдача кредитов филиалом ООО КБ «Банк БФТ» в г. Санкт-Петербурге осуществлялась в соответствии с правилами и регламентами, утвержденными головным офисом. Одним из определяющих критериев выдачи кредита был анализ финансового состояния заемщиков, который определялся согласно Методике оценки кредитного риска и финансового состояния заемщика, утвержденной Советом директоров ООО КБ «Банк БФТ» Протоколом 10 от 11.07.2013.

Согласно указанной методике сотрудником кредитного отдела проводилась оценка финансового состояния организации-заемщика, на основании которого составлялось заключении о категории качества обслуживания и критериях финансового состояния. 

Указанное заключение направлялось в кредитное управление головного офиса, который после проверки расчетов, представленных в кредитном досье, принимал решение о предоставлении кредита с поручением ФИО6 выдать кредит.

Заключения в отношении каждой организации представлены в материалы дела. Вместе с тем, в отношении каждой организации при оценке ее показателей, влияющих на одобрение и выдачу кредитов, в том числе, учитывались такие показатели как размер уставного капитала, массовый адрес регистрации, наличие в штате сотрудников, бухгалтера, иных счетов. Кроме данных показателей, при анализе организации, также учитывались иные критерии при расчете баллов, по результатам которых принималось решение. В отношении всех организаций, которым были выданы кредиты филиалом, обслуживание долга оценивалось как хорошее.

В материалы дела заявителем не представлено ни одного доказательства, подтверждающего то, обстоятельство, что ФИО6 являлся контролирующим должника лицом.

В своем заявлении конкурсный управляющий указывает, что ФИО6, как управляющим банка в г. Санкт-Петербурге, было заключено 10 кредитных договоров с 10 заемщиками на общую сумму 250.000.000 рублей. Среди заемщиков, заявитель указывает следующие организации: ООО «Капитал Инвест», ООО «Комета+», ООО «АЭ-Брокер», ООО «Балтсервис», ЗАО «Автодор Экспресс», ООО «БАТ Брокер», ООО «БАТ Ф-Брокер», ООО «Евробетон», ООО «Южная комета», ООО «Подкова».

Согласно разъяснениям Пленума Верховного суда РФ, изложенным в п. 23 Постановления № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" от 21.12.2017, если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Вместе с тем, привлечение ФИО6 к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в ст. 61.11 Закона о банкротстве возможно только в том случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона

Указанная в заявлении задолженность в размере 250.000.000 рублей была выявлена конкурсным управляющим не в результате одобрения и выдачи ФИО6 кредитов, а в результате признания недействительными сделок - банковских операций по возврату полученных кредитов в полном объеме организациями-заемщиками.

Таким образом, по состоянию на дату отзыва лицензии у ООО КБ «Банк БФТ», задолженность у организаций-заемщиков перед должником отсутствовала.

Согласно ст. 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность только в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

К сделкам должника, которые были совершены организациями-заемщиками и признаны недействительными, ФИО6 не имел отношения, и не мог и не давал указаний по перечислению денежных средств. Возврат денежных средств в качестве погашения задолженности по кредитным договорам осуществлялся организациями-заемщиками самостоятельно в добровольном порядке.

Выдача кредитов филиалом ООО КБ «Банк БФТ» в г. Санкт-Петербурге осуществлялась в соответствии с правилами и регламентами, утвержденными головным офисом. Одним из определяющих критериев выдачи кредита был анализ финансового состояния заемщиков, который определялся согласно Методике оценки кредитного риска и финансового состояния заемщика, утвержденной Советом директоров ООО КБ «Банк БФТ» Протоколом 10 от 11.07.2013. 

Все кредиты, выданные заемщикам, были одобрены Председателем правления - ФИО3 До погашения выданных кредитов, организации-заемщики добросовестно выполняли свои обязательства по погашению процентов.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВС РФ № 53 под действиями (бездействием) контролирующего липа, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с п. 19 Постановления Пленума ВС РФ № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Как самостоятельно структурное подразделение филиал имел свой баланс, также наимя филиала былоткрыт корреспонденский субсчет: к/с 30101810200000000872 в ГРКЦ ГУ ЦБ РФ по Санкт-Петербургу, который использовался филиалом для осуществлении деятельности. Об указанных обстоятельствах свидетельствуют платежные поручения согласно которым все перечисления в филиал ООО КБ «Банк БФТ», открытый в Санкт-Петербурге, шли на указанный отдельный субсчет.

На дату отзыва лицензии филиал работал в обычном режиме, им осуществлялись банковские операции, денежные средства как приходили на расчетный субсчет от контрагентов, так и уходили с него, что подтверждается выписками по счету организаций, представленными в материалы дела.

На дату отзыва лицензии у головного офиса у филиала не имелось неисполненных платежных поручений по корреспонденскому субсчету 30101810200000000872, какие-либо ограничения, картотека также отсутствовала. Кроме того, баланс филиала на дату отзыва лицензии имел положительный остаток.

Таким образом, сделки, положенные конкурсным управляющим в обоснование привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности не могли причинить вред кредиторам.

В своем заявлении конкурсный управляющий указывает на недобросовестность ФИО6, которая заключается в предоставлении кредитов фирмам, которые, по мнению заявителя, обладают признаками «фирм-однодневок». Действительно, указанные в заявлении фирмы, косвенно содержат в себе признаки «фирм-однодневок» (зарегистрированы по одному адресу, уставный капитал составляет 10.000 рублей, имеют один расчетный счет в БФТ банке, однако на момент выдачи   кредитов,   данные   фирмы   вели   хозяйственную   деятельность,   добросовестно исполняли свои обязательства перед банком по погашению процентов по кредиту согласно условиям кредитного договора. Однако, до отзыва лицензии указанными фирмами были в полном объеме погашены все кредитные обязательства.

После признания ООО «КБ «Банк БФТ» банкротом и открытия в отношении него процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим были признаны недействительными операции по перечислению денежных средств в счет погашения своих обязательств по кредиту перед банком-должником. 

Таким образом, задолженность фирм возникла в результате признания недействительными банковских операций по погашению кредита. 

Данное обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах дела определениями о признании недействительными сделок в отношении: ООО «Капитал Инвест» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015), ООО «Комета+» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 15.07.2015), ООО «АЭ-Брокер» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015), ООО «Балтсервис» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 15.07.2015), ООО «БАТ Брокер» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015), ООО «БАТ Ф-Брокер» (Определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 15.07.2015), ООО «Евробетон» ( определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015), ООО «Южная комета» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015), ООО «Подкова» (Определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 15.07.2015), ООО «СантехМастер» (определение Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.07.2015.

Операции по погашению кредитов были признаны недействительными, поскольку данные операции были проведены в течение одного месяца до даты отзыва лицензии у должника. Согласно разъяснениям пленума ВАС РФ № 63 для признания сделок недействительными по ст. 61.3 абз. 2 достаточно лишь факта перечисления денежных средств.

Заявителем также были оспорены сделки -банковские операции по погашению кредитов, выданных в Санкт-Петербургском филиале ООО КБ «Банк БФТ» иным клиентам, в частности: ООО «Энерджи Проджект» (определением Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015 сделка по погашению кредита была признана недействительной, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.02.2016 определение отменено, дело было направлено на новое рассмотрение, определением Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2016 в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной было отказано); ООО «Юридическая фирма «Максимум +» (определением Арбитражного суда города Москвы по делу А40-88500/2014 от 22.06.2015 сделка по погашению кредита была признана недействительной, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.02.2016 определение было отменено, дело направлено на новое рассмотрение, определением Арбитражного суда города Москвы от 16.06.2016 в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной было отказано).

В отношении ООО «Южная Комета» первоначально было удовлетворено заявление в части признания недействительной сделки в отношении двух кредитных договоров, однако постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2016 определение было отменено, дело направлено на новое рассмотрение, определением Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2016 в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной было отказано в части. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.09.2016 определение было оставлено без изменений. В своем судебном акте Арбитражный суд Московского округа указал, что Санкт-Петербургский филиал ООО КБ «Банк БФТ» на дату отзыва лицензии   у  головного   отделения  ООО   КБ   «Банк  БФТ»  работал   в   обычном   режиме, осуществляя перечисление денежных средств по счетам клиентов.

Однако в своем заявлении, конкурсный управляющий указывает, что непосредственно основанием для привлечения ФИО6 к ответственности является выдача им кредитов именно тем организациям, по которым судом на основании заявления конкурсного оправляющего сделки по возврату выданных кредитов были признаны недействительными.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего. 

Приведенные в апелляционной жалобе доводы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Заявителем жалобы не представлены в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной  жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все доводы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.  

Определение суда законно и обосновано. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.07.2018 по делу № А40-88500/14 оставить без изменения, а апелляционную жалобу к/у ООО КБ "Банк БФТ" в лице ГК" Агентство по страхованию вкладов"  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:П.А. Порывкин

Судьи:О.И. Шведко

А.С. Маслов