АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3497/18 

Екатеринбург

13 декабря 2021 г.

 

Дело № А71-8456/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 декабря 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Соловцова С.Н., Кудиновой Ю.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.04.2021 по делу № А71-8456/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Судебное заседание проведено путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Удмуртской Республики приняли участие представители:

финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 01.12.2020);

общества с ограниченной ответственностью «Хлебзавод № 5» (далее – общество «Хлебзавод № 5») – ФИО5 (доверенность от 11.01.2021).

 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.11.2016 в отношении ФИО6 (далее – ФИО6, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.03.2017 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Определением суда от 15.12.2017 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением суда от 12.02.2018 финансовым управляющим утвержден ФИО3.

В арбитражный суд 11.04.2017 обратился конкурсный кредитор – общество «Хлебозавод № 5» с заявлением к ФИО6, супруге должника ФИО1, ФИО8 о признании недействительными сделками договоров купли-продажи следующих объектов недвижимости, принадлежащих супругам ФИО9 на праве общей совместной собственности:- нежилое помещение в жилом доме, площадью 57 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:010119:1497, расположенное по адресу: 

<

...>; - нежилое помещение, площадью 72,3 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:050918:5006, расположенное по адресу: 

<

...>; - нежилое помещение, площадью 20,9 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:030906:2608, расположенное по адресу: 

<

...> Победы, д. 76; - нежилое помещение в жилом доме с тамбурами витриной площадью 222,3 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:030906:2770, расположенное по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевска, ул.40 лет Победы, д. 76., и применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу должника (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены последующие приобретатели спорного имущества: ФИО10 и ФИО11.

Определением суда от 22.08.2018 изменен процессуальный статус третьих лиц ФИО10 и ФИО11, которые привлечены в качестве соответчиков по требованию об оспаривании сделок.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.04.2021 признаны недействительными сделки по отчуждению недвижимого имущества: 

- нежилого помещения в жилом доме площадью 57 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:010119:1497, расположенного по адресу: 

<

...>, совершенную между ФИО1 с одной стороны и ФИО11 с другой, последовательно заключенными сделками купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1 и ФИО8 от 24.11.2015., между ФИО8 и ФИО10 от 19.01.2016, между ФИО10 и ФИО11 от 30.01.2017;

- нежилого помещения площадью 72,3 кв.м, кадастровый (или условный) номер:18:26:050918:5006, расположенного по адресу: 

<

...>, совершенную между ФИО1 с одной стороны и ФИО11 с другой, последовательно заключенными сделками купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1 и ФИО8 от 25.11.2015, между ФИО8 и ФИО10 от 19.01.2016, между ФИО10 и ФИО11 от 30.01.2017;

- нежилого помещения площадью 20,9 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:030906:2608, расположенного по адресу: 

<

...> Победы, д. 76, совершенную между ФИО1 с одной стороны и ФИО12 Н,А. с другой, последовательно заключенными сделками купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1 и ФИО8 от 27.11.2015, между ФИО8 и ФИО10 от 19.01.2016, между ФИО10 и ФИО11 от 30.01.2017;

- нежилого помещения в жилом доме с тамбурами витриной площадью 222,3 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:030906:2770, расположенного по адресу: 

<

...> Победы, д. 76, совершенную между ФИО1 с одной стороны и ФИО11 с другой, последовательно заключенными сделками купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1 и ФИО8 от 27.11.2015, между ФИО8 и ФИО10 от 19.01.2016, между ФИО10 и ФИО11 от 30.01.2017.

Применены последствия недействительности сделок в виде прекращения права собственности ФИО11 на следующие объекты недвижимости:

- нежилое помещение в жилом доме площадью 57 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:010119:1497, расположенное по адресу: 

<

...>; 

- нежилое помещение площадью 72,3 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:050918:5006, расположенное по адресу: 

<

...>; 

- нежилое помещение площадью 20,9 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:030906:2608, расположенное по адресу: 

<

...> Победы, д.6; 

- нежилое помещение в жилом доме с тамбурами витриной площадью 222,3 кв.м, кадастровый (или условный) номер: 18:26:030906:2770, расположенное по адресу: 

<

...> Победы, д.76.

Также судом определено зарегистрировать право собственности ФИО1 на указанные объекты недвижимого имущества.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, супруга должника ФИО1 и ФИО2 обжаловали его в апелляционном порядке.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2021, определение суда первой инстанции оставлено без изменения. Производство по апелляционной жалобе ФИО2 прекращено.

В Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами обратились ФИО1 и ФИО2 

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 19.04.2021 и постановление от 18.08.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт, в соответствии с которым в удовлеорении заявления общества «Хлебозавод № 5» отказать, ссылаясь на неверное применение судами норм права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Заявитель выражает несогласие с установленной оценщиком общей стоимостью спорных объектов недвижимости; считает, стоимость определённой экспертизой завышенной, а также полагает, что судом первой инстанции необоснованно были отклонены ходатайства о проведении повторной оценочной экспертизы; указывает на нарушения в методике почерковедческого исследования подписей и проведение исследований без соблюдения требований методик по технико-криминалистическому исследованию документов. Заявитель также указывает на одновременное изменение кредитором предмета и основания иска, при уточнении требований по заявлению об оспаривании сделки, которые приняты судом с нарушением требований статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Помимо изложенного, кассатор обращает внимание на то, что представление интересов по доверенности, поручительство по иным сделкам, а также соучредительство лиц, не свидетельствует об осведомленности ответчиков о цели совершения сделок. Кроме этого, ФИО1 считает, что оспариваемыми судебными актами нарушаются права ФИО2, являющейся супругой ответчика – ФИО11, поскольку спорные объекты недвижимости являются их совместной собственностью.

В своей кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 19.04.2021 и постановление от 18.08.2021 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм процессуального права, указывая на необходимость исследования и оценки фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Заявитель считает, что определением от 19.04.2021 непосредственно затрагиваются ее права и законные интересы, как собственника имущества, в отношении которого судом применены последствия недействительности сделок; отмечает, что спорные объекты недвижимости хоть и оформлены на супруга – ФИО11, но они все равно являются совместной собственностью. В этой связи, ФИО2 считает, что судебный акт суда первой инстанции – незаконен, поскольку она не была привлечена к участию в споре в качестве третьего лица, также как и незаконно постановление суда апелляционной инстанций, поскольку производство по ее апелляционной жалобе было прекращено. 

В отзывах финансовый управляющий ФИО3 и общество «Хлебзавод № 5» просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, заслушав в судебном заседании участников процесса, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, общество «Хлебозавод № 5» указывало на то, что должником и его супругой было выведено ликвидное недвижимое имущество в пользу аффилированных лиц в отсутствие встречного предоставления при следующих обстоятельствах.

В период брака на имя супруги должника ФИО1 приобретены на праве собственности следующие объекты недвижимости:

- нежилое помещение, общей площадью 72,3 кв.м, кадастровый номер 18:26:050918:5006, расположенное по адресу: 

<

...>; согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕРГН) № 18/001/001/2015-8691 от 24.04.2015 запись о регистрации права собственности совершена 18.08.2009 за №18-18-01/080/2009-166;

- нежилое помещение, общей площадью 20,9 кв.м, кадастровый номер 18:26:030906:2608, расположенное по адресу: 

<

...> Победы, д. 76; согласно выписке из ЕГРН № 18/001/001/2015-8974 от 29.04.2015 запись о регистрации права собственности совершена 06.11.2012 за № 18-18-01/124/2012-928;

- нежилое помещение, общей площадью 222,3 кв.м, кадастровый номер 18:26:030906:2770, расположенное по адресу: 

<

...>; согласно выписке из ЕГРН № 18/001/001/2015-8521 от 23.04.2015 запись о регистрации права собственности совершена 31.05.2011 за №18-18-01/046/2011-517;

- нежилое помещение, общей площадью 57 кв.м, кадастровый номер 18:26:010119:1497, расположенное по адресу: 

<

...>; согласно выписке из ЕГРН №18/001/001/2015-8975 от 29.04.2015, запись о регистрации права собственности совершена 23.06.2015 за №18-18-01/017/2005-861.

В дальнейшем названные объекты недвижимости были отчуждены на основании следующих сделок:

1) нежилое помещение общей площадью 72,3 кв. м, кадастровый номер 18:26:050918:5006:

- по договору купли-продажи от 25.11.2015 ФИО1 (продавец) продано ФИО8 (покупатель), стоимость объекта недвижимости по договору составила 2 260 000 руб.; 12.12.2015 Управлением Росреестра по Удмуртской Республике зарегистрирован переход права собственности за № 18-18/001-18/001/034/2015-5671/2;

- по договору купли-продажи от 19.01.2016 ФИО8 (продавец) продано ФИО10 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 2 272 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 02.02.2016 за № 18-18/001-18/001/010/2016-597/2;

- по договору купли-продажи от 30.01.2017 ФИО10 (продавец) продано ФИО11 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 2 290 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 01.02.2017 за № 18:26:050918:5006-18/001/2017-2;

2) нежилое помещение, общей площадью 57 кв. м кадастровый номер 18:26:010119:1497:

- по договору купли-продажи от 24.11.2015 ФИО1 (продавец) продано ФИО8 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 1 600 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Удмуртской Республике 14.12.2015 за № 18-18/001-18/001/034/2015-5676/2;

- по договору купли-продажи от 19.01.2016 ФИО8 (продавец) продано ФИО10 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 1 610 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 01.02.2016 за № 18-18/001-18/001/010/2016-593/2;

- по договору купли-продажи от 30.01.2017 ФИО10 (продавец) продано ФИО11 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 1 630 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 01.02.2017 за N 18:26:010119:1497-18/001/2017-2.

3) нежилое помещение, общей площадью 222,3 кв. м, кадастровый номер 18:26:030906:2770:

- по договору купли-продажи объекта недвижимости от 27.11.2015 ФИО1 (продавец) продано ФИО8 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 4 300 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Удмуртской Республике 12.12.2015 за № 18-18/001-18/001/034/2015-5672/2;

- по договору купли-продажи объекта недвижимости от 19.01.2016 ФИО8 (продавец) продано ФИО10 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 4 315 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 08.02.2016 за № 18-18/001-18/001/010/2016-595/2;

- по договору купли-продажи объекта недвижимости от 30.01.2017 ФИО10 (продавец) продано ФИО11 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 4 340 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 01.02.2017 за № 18:26:030906:2770-18/001/2017-2;

4) нежилое помещение, общей площадью 20,9 кв. м, кадастровый номер 18:26:030906:2608:

- по договору купли-продажи объекта недвижимости от 27.11.2015 ФИО1 (продавец) продано ФИО8 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 330 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Удмуртской Республике 15.12.2015 за № 18-18/001-18/001/034/2015-5674/2;

- по договору купли-продажи объекта недвижимости от 19.01.2016 ФИО8 (продавец) продано ФИО10 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 341 000 руб.; переход права собственности зарегистрирован 05.02.2016 за № 18-18/001-18/001/010/2016-594/2;

- по договору купли-продажи объекта недвижимости от 30.01.2017 ФИО10 (продавец) продано ФИО11 (покупатель); стоимость объекта недвижимости по договору составила 350 000 руб. 00 коп.; переход права собственности зарегистрирован 01.02.2017 за № 18:26:030906:2608-8/001/2017-2.

В рамках рассмотрения настоящего спора определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.09.2917 судом назначена судебная оценочная экспертиза, по определению рыночной стоимости имущества, являющегося предметом продажи по оспариваемым договорам на момент его отчуждения. Проведение экспертизы было поручено обществу с ограниченной ответственностью «Агентство оценки «КРОМ».

Экспертная организация представила в материалы дела заключение 22.03.2018 №38-АС/18, согласно которому стоимость спорного имущества определена в сумме 21 069 000 руб.

Возражая против заявленных требований, ФИО1 утверждала, что спорные объекты недвижимости не являются совместной собственностью супругов, поскольку были приобретены на денежные средства, переданные ей ее отцом – ФИО13 до брака.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.03.2020 назначена судебно-техническая экспертиза на предмет установления давности изготовления договоров дарения денежных средств и актов приема-передачи денежных средств, составленных между ФИО1 и ее отцом ФИО13, и назначена судебно-почерковедческая экспертиза для определения подлинности подписи ФИО13 на указанных договорах дарения денежных средств и актах приема-передачи денежных средств. Проведение экспертизы поручено эксперту Научно-учебно-практической лаборатории судебных экспертиз ФГБО УдГУ ФИО14

В арбитражный суд поступило заключение технико-криминалистической экспертизы от 25.09.2020 № 06/ТКЭД, согласно которому даты изготовления договоров дарения денежных средств от 11.06.2005, 25.07.2009 , 08.05.2011, 08.05.2011, 12.10.2012 и актов приема-передачи денежных средств, оформленных между ФИО1 и ее отцом ФИО13, не соответствуют датам в указанных выше документах.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия правовых оснований для признания недействительной оспариваемой цепочки сделок по отчуждению имущества по указанным конкурсным кредитором мотивам.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, признав их законными и обоснованными.

Удовлетворяя заявление, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо доказать совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестность контрагента), не требуется.

Кроме того, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судами, заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 26.07.2016, оспариваемые сделки совершены первый этап – 24.11.2015, 25.11.2015 и 27.11.2015, второй этап – 19.01.2016 и 30.01.2017 – третий этап, то есть в пределах периода «подозрительности», указанного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судами отмечено, что все недвижимое имущество, являющееся совместной собственностью должника и его супруги, в преддверии процедуры банкротства в отношении ФИО6 в ноябре 2015 года было продано ФИО15, затем в январе 2016 года перепродано ФИО10 и через год 30.01.2017 (т.е. в ходе процедуры реструктуризации долгов гражданина) отчуждено ФИО11

Проанализировав представленные в материалы дела документы и доказательства, суды установили, что на момент совершения спорных сделок у должника наличествовали неисполненные обязательства перед иными кредиторами, что подтверждается судебными актами о взыскании задолженности и о включении соответствующих требований в реестр кредиторов должника, что свидетельствует о наличии признаков несостоятельности. 

Устанавливая признаки недействительности оспариваемой цепочки сделок по выводу активов должника, суды установили, что ФИО1 (ранее ФИО13) – супруга должника является сестрой ФИО10 (ранее ФИО13) Татьяны Викторовны, которая в свою очередь является матерью ФИО10– второго приобретателя спорного имущества, из чего следует, что ФИО10 является племянником ФИО1 – титульного собственника и супруги должника.

Кроме этого, исходя из совокупного анализа представленных доказательств и оценки сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, суды установили признаки  заинтересованности между собой конечных приобретателей недвижимого имущества —  ФИО6 и ФИО11, приняв во внимание наличие между указанными лицами общих бизнес-интересов. Так, между обществом с ограниченной ответственностью «Карамель» (далее – общество «Карамель») директором которого является должник ФИО1 и ФИО11 в отношении спорного имущества заключены долгосрочные договоры аренды от 07.04.2018 сроком на 7 лет, при этом  ФИО11 является единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Гастрономторг» (далее – общество «Гастрономторг»), а общество «Гастрономторг» и общество «Карамель» являются учредителями некоммерческой организации «Удмуртская ассоциация компаний розничной торговли», председателем которой является ФИО6 

Проанализировав материалы регистрационных дел, документы, касающиеся обстоятельств регистрации перехода права собственности на спорные объекты недвижимости, данные СУ СК России по Удмуртской Республике суды первой и апелляционной инстанций также  установили, что от имени ФИО8 при заключении спорных сделок действовала представитель ФИО16 по доверенности от 19.11.2015, удостоверенной нотариусом города Семилуки Воронежской области ФИО17,  от имени ФИО10 при отчуждении (продаже) объектов недвижимости действовал представитель ФИО18 по доверенности от 24.01.2017, удостоверенной нотариусом города Семилуки Воронежской области ФИО19, а при приобретении объектов недвижимости – представитель ФИО20 по доверенности от 20.11.2015, удостоверенной нотариусом города Воронеж ФИО21 С учетом установленных обстоятельств суды заключили, что поверенные ФИО8 – ФИО16, в том числе обладающая полномочиями по заключению договоров купли продажи объектов недвижимости (приобретение, отчуждение) на условиях по своему усмотрению, ФИО10 – ФИО20, являются аффилированными лицами по отношению к супругам ФИО9, что также следует из сложившихся деловых отношений между ними.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды констатировали, что оспариваемые договоры применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве совершены между аффилированными лицами.

Учитывая данные обстоятельства, руководствуясь вышеуказанными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся доказательства с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что ни один из новых собственников спорных объектов не заключал договоры с управляющими компаниями, не производил коммунальных платежей, платежей на капитальный ремонт, все расходы продолжает нести ФИО1 через общество «Карамель», поскольку в отношении нежилых помещений заключены договоры долгосрочной аренды с данным обществом, принимая во внимание заключение эксперта от 22.03.2018 № 38-АС/18, согласно которому стоимость отчужденных объектов в момент совершении сделок составляла 21 069 000 руб., учитывая, что нежилые помещения были реализованы за сумму значительно меньше рыночной, проанализировав заключение технико-криминалистической экспертизы от 25.09.2020 № 06/ТКЭД, признав, что нежилые помещения с кадастровыми номерами 18:26:050918:5006, 18:26:030906:2608, 18:26:030906:2770, 18:26:010119:1497 являются совместным имуществом супругов А-вых, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что целью совершения спорных сделок являлось исключение обращения взыскания на спорное имущества должника по обязательствам его независимых кредиторов, а именно совместное имущество супругов А-вых, которое в силу его правового статуса подлежит реализации в настоящем деле о банкротстве.

Таким образом, удовлетворяя требования общества «Хлебозавод № 5», суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведённые сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объёме с указанием в обжалуемых судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены судами правильно.

Приведенные в кассационной жалобе доводы о неправомерном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертиз, судом округа отклоняются. В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Учитывая изложенное, принимая во внимание, что вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. В рассматриваемом случае каких-либо неясностей, требующих разъяснений и являющихся основанием для проведения повторных экспертиз судом не выявлено, заключения экспертов признаны судом надлежащими доказательствами, совокупность имеющихся в деле доказательств признана достаточной для рассмотрения спора. Проанализировав представленные в материалы дела документы в их совокупности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии необходимости проведения повторной экспертизы и возможности рассмотрения требований по имеющимся в деле доказательствам. 

Доводы об одновременном изменении предмета и основания иска и, соответственно, нарушения арбитражным судом статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, данным доводам дана надлежащая правовая оценка, оснований для несогласия с которой у суда округа не имеется.

Вопреки позиции заявителя, как верно указал апелляционный суд, преследуемый заявителем материально-правовой интерес по настоящему обособленному спору как первоначально, так и с учетом уточнения заключался в признании неправомерным отчуждение в преддверии процедуры банкротства ФИО6 принадлежащего супругам ФИО9 совместно нажитого в период брака имущества, окончательно сформулированное требование кредитора не является новым требованием с целью его квалификации как отдельного заявления. При этом изменение субъектного состава оспариваемых сделок (в части включения в состав ответчиков ФИО10, ФИО11) не влечет изменение предмета заявления, по смыслу пункта 2 части 1 статьи 127.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации субъектный состав спора не является элементом ни предмета, ни основанием иска.

Довод о не привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, судом кассационной инстанции также подлежит отклонению в соответствии с положениями статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку из содержания обжалуемых судебных актов не следует, что судом принято решение о правах и обязанностях указанного лица.

Относительно доводов кассационной жалобы ФИО2 об отсутствии оснований для прекращения производства по ее апелляционной жалобе суд округа отмечает следующее.

Лица, не участвующие в деле, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт по правилам, установленным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле (статья 42 Кодекса).

Из пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление № 12) следует, что в случае когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования апелляционная жалоба возвращается в силу пункта 1 части 1 статьи 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по жалобе подлежит прекращению.

В соответствии со статьей 273 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство право кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных актов судов первой и апелляционной инстанций имеют лица, участвующие в деле, и иные лица в предусмотренных Кодексом случаях.

Как следует из пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее - Постановление №13) при применении статей 273, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство судам кассационной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке кассационного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных Кодексом.

К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт.

В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и (или) резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке кассационного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Учитывая, что такое лицо вправе подать апелляционную жалобу на соответствующий судебный акт, это лицо вправе подать кассационную жалобу на определение суда апелляционной инстанции о возвращении его апелляционной жалобы (о прекращении производства по его апелляционной жалобе) (абзац 4 пункта 4 Постановления № 13).

В пункте 3 Постановления № 13 разъяснено, что в случае когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования кассационная жалоба возвращается в силу пункта 1 части 1 статьи 282 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство. Если после принятия кассационной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по жалобе подлежит прекращению.

Таким образом, для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемые судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно об их правах и обязанностях. При этом наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов.

Суд апелляционной инстанции исследовал материалы дела и доводы, приведенные в апелляционных жалобах, и пришел к выводу о том, что судебное решение по настоящему делу не принято о правах и обязанностях ФИО2, в судебных актах отсутствуют какие-либо выводы о правах данного лица, какие-либо обязанности на нее также не возложены.

С учетом изложенного, суд правомерно прекратил производство по апелляционной жалобе ФИО2 

Оснований для отмены обжалуемого постановления в соответствующей части по доводам, содержащимся в кассационной жалобе, не имеется.

Суд кассационной инстанции также не установил нарушений прав и законных интересов ФИО2 и не усмотрел оснований для признания ее лицом, правомочными согласно статье 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на обжалование определения суда первой инстанции, поэтому посчитал необходимым прекратить производство по кассационной жалобе в части обжалования определения  суда от 19.04.2021 применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем вынесено самостоятельное определение.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов. По своей сути, заявленные доводы жалоб касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенциии полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Мнение о том, что приведенные доказательства, судам следовало оценить иным образом, не свидетельствует о нарушении при принятии обжалуемых судебных актов норм права, в связи с чем не может служить основанием для отмены определения и постановления. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.04.2021 по делу № А71-8456/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    С.Н. Соловцов 

 

                                                                                              Ю.В. Кудинова