АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4178/2023

22 сентября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 сентября 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.  

при участии:

в отсутствие участвующих в деле лиц

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ванда» ФИО1

на определение от 20.04.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2023

по делу №  А59-7481/2019 

Арбитражного суда Сахалинской области 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ванда» ФИО1

к ФИО2, ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Ванда» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 694009, 

<

...>           д. 37) несостоятельным (банкротом) 

   

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Сахалинской области от 20.12.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ванда» (далее – ООО «Ванда», общество, должник).

Определением суда от 10.02.2020 в отношении ООО «Ванда» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением суда от 17.09.2020 ООО «Ванда» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В рамках настоящего дела о банкротстве в арбитражный суд 05.12.2022поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности учредителя ООО «Ванда» ФИО2, бывшего руководителя ФИО3 (далее – ответчики) и взыскании с них солидарно 3 409 255,75 руб.

Определением суда от 20.04.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2023,     в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит  определение суда от 20.04.2023, апелляционное постановление от 12.07.2023 отменить, заявленные требования удовлетворить. В обоснование приводит доводы о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ванда», предусмотренных статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в связи с совершением сделок во вред кредиторам. Также указывает, что судами не дана надлежащая оценка доводам о притворности договора поставки от 25.11.2019, заключенного ООО «Ванда» с индивидуальным предпринимателем ФИО2 (далее – ИП ФИО2). Считает, что ФИО2 злоупотребил своим положением, использовал общество в своих личных интересах, получил необоснованную выгоду, тем самым нарушил права независимых кредиторов ООО «Ванда» на погашение задолженности.

В материалы обособленного спора поступил отзыв ФИО2 с возражениями относительно кассационной жалобы.

Приложенные к отзыву документы не подлежат приобщению к материалам обособленного спора ввиду отсутствия у суда кассационной инстанции в силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) соответствующих полномочий; поступили в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр», в связи с чем фактический их возврат на бумажном носителе не производится.

Лица, участвующие в обособленно споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов обособленного спора, ФИО2 является единственным участником ООО «Ванда» (сведения внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 06.08.2015),  ФИО3 являлась его генеральным директором (сведения внесены 14.08.2018) до открытия в отношении должника конкурсного производства.

25.11.2019 между ООО «Ванда» (поставщик) в лице генерального директора ФИО3 и ИП ФИО2 (заказчик) заключен договор поставки рыбы-сырца (мойвы свежей) в количестве до 200 тонн.

Во исполнение указанного договора на основании товарных  накладных в период с 29.04.2020 по 15.05.2020 ООО «Ванда» произвело поставку ИП ФИО2 96 300 кг мойвы-сырца по цене 6 руб. за 1 кг.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на совершение ответчиками сделки – договора поставки от 25.11.2019 по заниженной стоимости, для вида, прикрывая поставку готовой продукции, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона       о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом,     с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку вменяемые ответчикам действия (бездействие) совершены    в 2019-2020 годах, а также исходя из даты возбуждения дела о банкротстве ООО «Ванда», настоящий спор подлежит рассмотрению с применением положений Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

По смыслу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления               о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок                 по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53          «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 18 Постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствияна стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий сослался на реализацию ООО «Ванда» в лице генерального директора ФИО3 аффилированному лицу ИП ФИО2 (участнику должника) рыбной продукции по заниженной цене, что подтверждается заключением эксперта от 18.05.2022 № 348, подготовленным экспертом независимого агентства оценки акционерного общества «ГАКС» ФИО4; на недобросовестное поведение сторон при совершении сделки (статья 10 ГК РФ); притворность договора поставки от 25.11.2019, поскольку им прикрыта сделка, совершенная на иных условиях (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстведля доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Из представленного конкурсным управляющим заключения эксперта от 18.05.2022 № 348 следует, что среднерыночная стоимость мойвы мороженной составляет 169,20 руб.

Вместе с тем предметом экспертного исследования являлась среднерыночная стоимость мойвы мороженной, а не мойвы свежей, являющейся предметом поставки по договору поставки от 25.11.2019. Соответственно, данное заключение обоснованно не было принято судами в качестве относимого доказательства, подтверждающего заниженную цену реализованной рыбы-сырца. Иные доказательства конкурсным управляющим не представлены.

В свою очередь, в подтверждение равноценности встречного предоставления по договору поставки от 25.11.2019 в материалы обособленного спора представлены доказательства приобретения ИП ФИО2 мойвы-сырца у других поставщиков по аналогичной цене.

Таким образом, указанные конкурсным управляющим обстоятельства не являются достаточными для постановки выводов о совершении сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств.

По мнению конкурсного управляющего, сделка между ООО «Ванда» и ИП ФИО2 должна быть совершена на большую стоимость; использование схемы поставки с участием ИП ФИО2 повлекло за собой уменьшение прибыли общества, за счет которой имелась возможность погасить кредиторскую задолженность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 Постановления № 25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства,                  в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 Постановления № 25).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным кодексом или специальными законами (пункт 87 Постановления № 25).

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для разрешения спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, якобы передаваемым по притворным сделкам.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы обособленного спора доказательства, среди которых документы на поставку товара и произведенной оплаты, принимая во внимание наличие договора переработки от 09.01.2018, предусматривающего переработку мойвы-сырца, принадлежащей ИП ФИО2, суды пришли к выводу о реальности правоотношений сторон по договору поставки от 25.11.2019 и отсутствии оснований для квалификации сделки ничтожной применительно к пункту 2 статьи 170 ГК РФ.

Судами верно отмечено, что факт того, что в последующем                    ИП ФИО2 передавал приобретенную у ООО «Ванда» мойву  должнику на переработку, доказательством притворности договора поставки от 25.11.2019 не является, а представляет собой обычную хозяйственную деятельность. Подобные действия (передача мойвы должнику на переработку) совершались ИП ФИО2 и в отношении рыбной продукции, приобретенной у иных поставщиков по цене, не отличающейся от условий договора поставки от 25.11.2019.

Доказательства того, что ФИО2 действовал от имени       ООО «Ванда» или реализовал принадлежащее обществу имущество                      в материалах обособленного спора отсутствуют.

Учитывая, что конкурсным управляющим в материалы обособленного спора не представлены надлежащие доказательства того, что договор поставки от 25.11.2019 отличается существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, а стороны при его исполнении действовали недобросовестно, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 ГК РФ.

В пункте 23 Постановления № 53 указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения                  до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В рассматриваемом случае ответчиками представлены первичные бухгалтерские документы, подтверждающие реальность правоотношений между ООО «Ванда» и ИП ФИО2, которые имели длительный характер, а также даны пояснения целесообразности использования подобной конструкции правоотношений, вызванной отсутствием у общества постоянных клиентов по передаче рыбной продукции на переработку.

Доказательств того, что спорные правоотношения носили фиктивный характер, не связанный с реальным осуществлением должником хозяйственной деятельности, либо осуществлены в отсутствие встречного исполнения, не представлено.

Принимая во внимание недостаточность доказательств совершения ответчиками действий, умышленно направленных на увеличение кредиторской задолженности должника, использование его имущества             в личных целях, а равно доказательств причинения вреда кредиторам общества, следует признать обоснованным вывод судов об отсутствии условий для привлечения ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

Довод конкурсного управляющего об оставлении без внимания судами факта признания в судебном порядке недействительным заключенное 31.12.2019 между ООО «Ванда» и ИП ФИО2 соглашение к договору поставки от 25.11.2019 о проведении зачета требований (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 09.02.2023 по настоящему делу) подлежит отклонению в связи с тем, что указанные обстоятельства не свидетельствуют о намерении сторон уклониться от оплаты, поскольку соглашение признано недействительным исключительно по статье 61.3 Закона о банкротстве, как приведшее к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). Указанное, в свою очередь, предоставляет конкурсному управляющему право требовать оплаты по договору.

Иные доводы кассационной жалобы повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с их выводами и связаны с переоценкой имеющихся доказательств и установленных обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Нарушений норм права, повлекших принятие незаконных судебных актов, либо являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для их отмены, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 20.04.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2023      по делу № А59-7481/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                А.Ю. Сецко

 

Судьи                                                                                        И.Ф. Кушнарева

 

Е.О. Никитин