ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-10554/2022

г. Киров

07 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2024 года.          

Полный текст постановления изготовлен 07 мая 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судей Калининой А.С., Кормщиковой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Федотовой Ю.А.,

 

без участия представителей в судебном заседании,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Костромской области от 14.02.2024 по делу № А31-10554/2022, 

по ходатайству финансового управляющего ФИО2 

о завершении процедуры реализации имущества гражданина ФИО1, 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – ФИО1, должник, заявитель) финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 (далее – финансовый управляющий) обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

От конкурсного кредитора ФИО3 (далее – ФИО3, кредитор) поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО3

Определением Арбитражного суда Костромской области от 14.02.2024 завершена процедура реализации имущества гражданина ФИО1; ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением обязательств перед конкурсным кредитором ФИО3; прекращены полномочия финансового управляющего ФИО2; распределены денежные средства в размере 25 000 рублей, находящиеся на депозитном счете Арбитражного суда Костромской области.

ФИО1 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

В обоснование жалобы ФИО1 указывает, что норма абзаца третьего пункта 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) распространяется только на лиц, которые причинили убытки юридическому лицу в статусе участника или члена коллегиального органа. ФИО1 членом коллегиального органа не являлся. Все его действия контролировались самой ФИО3, являющейся единственным учредителем. Заявитель отмечает, что судебным актом о взыскании с ФИО1 убытков причиненных юридическому лицу, не установлен его прямой умысел и грубая неосторожность. Заявитель указывает, что суд отказал в приобщении к делу договора цессии в результате которого ФИО3 приобрела права требования. При этом указанный договор, содержал цену вознаграждения за приобретение права, которая не была выплачена, и более того была намного ниже размера требований. Сама ФИО3 не является юридическим лицом соответственно применение норм закона на которых исключается возможность освобождения от исполнения обязательств к ней как к физическому лицу -не применима. По мнению заявителя, Арбитражный суд Костромской области фактически подменяет понимание недобросовестности от умышленных действий и недобросовестных действий совершенных по грубой неосторожности. Из судебного акта на основании которого изначально основаны требования юридического лица к ФИО1 не следует о форме вины в виде умысла и грубой неосторожности, а напротив усматривается небрежность. Заявитель отмечает, что решение Свердловского районного суда г. Костромы в законную силу не вступило и не исключено что судебный акт мог быть отменен по доводам апелляционной жалобы ФИО1, а не в связи с оставлением иска без рассмотрения. На каком основании арбитражный суд принял в качестве доказательств обстоятельства указанные в отменном судебном акте, - совершенно непонятно. Вывод Арбитражного суда Костромской области о недействительности сделки и ее недобросовестности в отношении имущества, которое не выбывало из конкурсной массы - основан не на доказательствах, а на предположении. Также ФИО1 не согласен с выводом суда о недобросовестности поведения в том, что ФИО1 не указал ФИО3 в перечне своих кредиторов при обращении в арбитражный суд.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 03.04.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 04.04.2024.

В дополнениях ФИО1 указывает, что самой ФИО3 были созданы препятствия, по которым после расторжения договора купли-продажи по соглашению и наложения обеспечительных мер, ФИО4 и ФИО1 не смогли произвести перерегистрацию ТС и затягивали удовлетворение ходатайства о замене обеспечительных мер. Кроме того, на дату замены обеспечительных мер ФИО1 не был признан банкротом, соответственно не имелось препятствий в реализации ТС. Материалами гражданского дела подтверждается наличие доказательств (свидетелей и иных документов) которым суд общей юрисдикции первой инстанции не дал оценки и не опроверг доказательства того, что гр-ка ФИО4, приобрела спорное ТС и распоряжалась им как собственник. Кроме того, как указывает ФИО1, безосновательно арбитражный суд отказал в приобщении договора цессии по которому ФИО3 перешло право требования между тем, на дату его заключения ФИО3 имела и имеет колоссальную задолженность перед кредиторами, что подтверждается сведениями ФССП.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

До судебного заседания от должник поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи желанием должника лично участвовать в заседании и из-за невозможности явки представителя должника в судебное заседания по причине наличия маленького ребенка и нахождения мужа в командировке. 

Судом апелляционной инстанции в порядке статей 158, 159, 185, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также АПК РФ) рассмотрено заявленное апеллянтом ходатайство об отложении судебного заседания.

В силу части 4 статьи 158 АПК РФ суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса (части 5 статьи 158 АПК РФ).

Таким образом, доводы, положенные в обоснование ходатайства лица, участвующего в деле, об отложении рассмотрения дела, оцениваются судом с точки зрения необходимости и уважительности причин для отложения судебного разбирательства применительно к каждому конкретному делу.

Поскольку заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, апеллянт не обосновал необходимость личного участия представителей в процессе, не указал, какие конкретные процессуальные действия необходимо выполнить представителю при очной явке в судебное заседание, учитывая ограничения, установленные частью 2 статьи 268 АПК РФ, то, что явка стороны обязательной судом не признана, позиция должника, исходя из доводов апелляционной жалобы, ясна и понятна, суд апелляционной инстанции считает, что отложение рассмотрения жалобы в настоящем случае приведет к необоснованному затягиванию дела, в связи с чем не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства и, в порядке статьи 158 АПК РФ, отказывает в его удовлетворении.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что с момента принятия апелляционной жалобы к производству до даты судебного заседания (06.05.2024) от должника ходатайства об участии в судебном заседании в режиме веб-конференции и видеоконференц-связи не поступали.

Об отказе в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания вынесено протокольное определение.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Костромской области от 21.11.2022 гражданин ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

По результатам процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий представил в суд отчет о своей деятельности, реестр требований кредиторов, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, а также иные документы.

Конкурсный кредитор ФИО3 обратилась в суд с ходатайством о неприменении правила об освобождении должника от исполнения обязательств перед ФИО3 при завершении процедуры банкротства.

Из представленных финансовым управляющим документов следует, что на основании заявленных кредиторами требований финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов, согласно которому требования первой и второй очереди реестра отсутствуют, в третью очередь реестра включены требования общества с ограниченной ответственностью «Остин», ФИО3, публичного акционерного общества «Сбербанк», акционерного общества «Альфа Банк», Банк ВТБ (ПАО), Управления Федеральной налоговой службы по Костромской области в общем размере 2 014 787 руб. 71 коп. 

За счет реализации имущества - транспортного средства (137 000 руб.), вычета доли от реализации имущества супруге должника (68 500 руб.), а также с учетом денежных средств, находящихся на депозите суда (25 000 руб.) сформирована конкурсная масса на общую сумму 93 500 руб. 

Денежные средства, поступившие в конкурсную массу, направлены финансовым управляющим на погашение текущих платежей и расходов по делу о банкротстве, а также выплату вознаграждения финансовому управляющему в общей сумме 51 438 руб. 92 коп., оставшаяся часть денежных средств (включая 25 000 руб. на депозитном счете) распределена на погашение требований конкурсных кредиторов третьей очереди в общем размере 42 061 руб. 08 коп. (с учетом уточненного отчета).

Иного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу для целей реализации и произведения последующих расчетов с кредиторами, не выявлено. Доказательства, свидетельствующие о возможности его обнаружения, не представлены.

На основании проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, проведенной в процедуре реализации имущества гражданина, сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства и об отсутствии признаков фиктивного банкротства должника.

Рассмотрев представленные финансовым управляющим документы, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и ходатайство кредитора о неосвобождении должника от исполнения обязательств, суд первой инстанции пришел к выводу о выполнении финансовым управляющим всех необходимых мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве в связи с чем завершил процедуру реализации имущества гражданина. 

Также судом установлено наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств перед ФИО3.

Обжалуя судебный акт, ФИО1 не согласен выводом суда в части неприменения правила об освобождении должника от исполнения обязательств перед ФИО3.

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 АПК РФ, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений сторон, законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверяется апелляционным судом только в обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гласит, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: 

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; 

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; 

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Костромской области от 12.11.2021 по делу № А31-3550/2020 с ФИО1 в пользу ООО «Тайм Групп» взыскано 503 652 руб. 35 коп. убытков. 

Определением Арбитражного суда Костромской области от 28.02.2022 по делу №А31-3550/2020 произведена замена взыскателя – общества с ограниченной ответственностью «Тайм Групп» на его правопреемника – ФИО3 

На основании исполнительного листа серии ФС № 015298481 от 21.12.2021 возбуждено исполнительное производство № 47485/22/44003-ИП. После частичной оплаты на сумму 11 копеек долг по исполнительному производству от 04.05.2022 № 47485/22/44003-ИП составил 503 652 руб. 24 коп.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 16.02.2023 по делу №А31-10554/2022 требования ФИО3 в сумме 503652 руб. 24 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1. 

Таким образом, задолженность перед ФИО3 является убытками, причиненными обществу с ограниченной ответственностью «Тайм Групп», его руководителем – ФИО1, которые взысканы с последнего решением арбитражного суда по делу № А31-3550/2020.

В силу прямого указания абзаца третьего пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила об освобождении от исполнения обязательств не применяются к требованиям о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 ГК РФ), умышленно или по грубой неосторожности.

Вопреки доводам заявителя, данное правило о неосвобождении от исполнения обязательств распространяется на убытки, причиненные гражданином как членом коллегиального органа юридического лица, так и на убытки, причиненные должником при осуществлении функций единоличного исполнительного органа, каким и являлся ФИО1

Как следует из решения Арбитражного суда Костромской области от 12.11.2021 по делу № А31-3550/2020, взысканные с ФИО1 убытки представляют собой: 481 500 руб. полученных ответчиком со счета общества по карте путем снятия наличных денежных средств и 22 152 руб. 35 коп., израсходованных на оплату товаров и услуг (операция «покупка») посредством карты. При рассмотрении дела Арбитражным судом Костромской области также установлено, что указанные денежные средства не были потрачены на цели, связанные с хозяйственной деятельностью общества.

Проанализировав обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом о взыскании убытков по делу № А31-3550/2020, имеющим преюдициальное значение в силу части 2 статьи 69 АПК РФ, и исходя из того, что выбытие денежных средств ООО «Тайм Групп» произошло по воле ФИО1 и не оспаривалось последним при рассмотрении дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному к выводу о том, что судебным актом установлена вина должника при осуществлении функций единоличного исполнительного органа в причинении убытков ООО «Тайм Групп» (правопреемник ФИО3).

Таким образом, установлено, что ООО «Тайм Групп» понесло убытки (реальный ущерб) в результате незаконных и необоснованных действий ФИО1, который в отсутствие к тому каких-либо правовых оснований распорядился денежными средствами подконтрольного ему общества.

Вопреки доводам заявителя, отсутствие в судебном акте прямого указания на форму вины не означает, что виновность действий ФИО1 не установлена, незаконное и необоснованное расходование денежных средств общества указывают на наличие в данном случае именно умысла, так как такое расходование не могло состояться по неосторожности, поскольку будучи руководителем общества ФИО1 не мог не знать, что снятие наличных денежных средств со счета общества, перечисление третьим лица денежных средств в отсутствие на то оснований не отвечает интересам вверенного ему общества.

Данные обстоятельства исключают возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств перед данным кредитором в силу прямого указания абзаца третьего пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Исходя из того, что полученное ФИО3 право требование к должнику соответствует положениям статей 382, 384, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, то обстоятельство, что должником причинены убытки ООО «Тайм Групп», а не кредитору ФИО3 правового значения не имеют.

Доводы заявителя о несогласии с состоявшимся переходом права требования к ФИО3 противоречат вступившему в законную силу судебному акту о процессуальном правопреемстве. При этом, вопреки доводам ФИО1, правопреемство произведено на всю сумму убытков, в связи с чем основания для уменьшения ответственности до суммы, по которой было приобретено право требования, отсутствуют.

Кроме того, в качестве основания, предусмотренного пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, ФИО3 ссылается на недобросовестное поведение должника, выразившееся в сокрытии последним имущества (транспортного средства марки Форд С-Мах, государственный регистрационный номер 

<

***>) от обращения взыскания в ходе исполнительного производства в целях принудительного исполнения решения арбитражного суда по делу № А31-3550/2020.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

Участвующими в деле лицами не оспаривается, что ФИО1 в преддверии своего банкротства (дата обращения в суд 30.09.2022) совершил сделку по отчуждению принадлежащего ему имущества – транспортного средства марки Форд С-Мах. Данная сделка являлась предметом исследования Свердловского районного суда гор.Костромы в рамках дела № 2-2871/22 по заявлению ФИО3 к ФИО1 и ФИО4 о признании недействительными сделками договора купли-продажи транспортного средства от 20.01.2022 и соглашения о расторжении договора.

При рассмотрении спора, суд общей юрисдикции в решении Свердловского районного суда города Костромы от 26.12.2022 по делу № 2-2871/22 заключил, что транспортное средство отчуждено ФИО1 в пользу сотрудника организации ФИО4 (главного бухгалтера), где ФИО1 занимал должность технического директора; с момента заключения договора купли-продажи транспортное средство не выбывало из владения ФИО1 т.е. находилось в его фактическом пользовании; иного имущества во владении ФИО1 не имелось; при заключении договора стороны не имели намерения достичь соответствующие договору правовые последствия в виде перехода права собственности, их действия были направлены не на добросовестную реализацию прав по отчуждению и приобретению имущества, а на лишение ООО «Тайм групп» и его правопреемника ФИО3 возможности получить причитающиеся исполнение судебного акта по делу № А31-3550/2020 в рамках, возбужденного исполнительного производства; в действиях сторон сделки выявлено злоупотребление правом с целью не допустить обращения взыскания на транспортное средство.

Впоследствии решение Свердловского районного суда города Костромы от 26.12.2022 по делу № 2-2871/22 отменено апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда от 22.06.2023, исковое заявление ФИО3 оставлено без рассмотрения по причине введения в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина.

Несмотря на отмену решения о признании сделки недействительной, ФИО1 не раскрыл разумных мотивов отчуждения ликвидного имущества по договору от 20.01.2022 непосредственно после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Костромской области от 12.11.2021 по делу № А31-3550/2020. Более того, как следует из пояснений ФИО1, впоследствии, договор купли-продажи от 20.01.2022 был расторгнут.

При этом, вопреки доводам ФИО1, Арбитражный суд Костромской области не признавал договор от 20.01.2022 недействительной сделкой, действительность указанного договора не является предметом настоящего спора.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, факт возвращения спорного имущества (транспортного средства) и его последующая реализация в ходе процедуры банкротства, не влияет на квалификацию поведения должника в качестве недобросовестного и не опровергает совершения им злостного противодействия погашению требования кредитора ФИО3 в рамках исполнительного производства по делу № А31-3550/2020.

Более того, приведенные обстоятельства также указывают на то, что ФИО1 при рассмотрении дела в суде общей юрисдикции № 2-2871/22 сокрыл от суда первой инстанции сведения о возбуждении дела о несостоятельности (банкротстве) и о последующем признании его несостоятельным (банкротом) на основании решения Арбитражного суда Костромской области от 21.11.2022 по настоящему делу (решение суда общей юрисдикции вынесено 26.12.2022, в арбитражный суд заявление о банкротстве подано 30.09.2022).

Суд первой инстанции также правомерно усмотрел недобросовестное поведение в том, что ФИО1 не указал ФИО3 в перечне своих кредиторов при обращении с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), при этом на момент подачи заявления ему было достоверно известно о правопреемстве взыскателя ООО «Тайм Групп» на ФИО3 и правопритязаниях последней.

Таким образом, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и в совокупности, с учетом подлежащих применению норм права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в отношении ФИО1 не подлежат применению правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредитора ФИО3 в размере, установленном определением Арбитражного суда Костромской области от 16.02.2023 по обособленному спору № А31-10554-5/2022, за вычетом денежных средств, полученных при распределении конкурсной массы.

Таким образом, судебный акт в обжалуемой части принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 14.02.2024 по делу № А31-10554/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий 

 

Судьи

 

Е.В. Шаклеина

 

А.С. Калинина

 

Н.А. Кормщикова