АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ 

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край 

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А78-1942/2023

г.Чита

24 октября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 10 октября 2025 года 

Решение изготовлено в полном объёме 24 октября 2025 года  

Арбитражный суд Забайкальского края в составе судьи А.А. Артемьевой  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания С.Д. Сергеевой рассматривает в открытом судебном заседании 

дело по исковому заявлению Управления Федеральной налоговой службы по Забайкальскому края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к 1) обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибэнергомаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

2) обществу с ограниченной ответственностью «Ист Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

о признании недействительным договора уступки требования (цессии) № 02/06 от 02.06.2021,  

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, публичного акционерного общества "Приаргунское производственное горно-химическое объединение" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

при участии Прокуратуры Забайкальского края, при участии в судебном заседании: 

от истца – ФИО1, представителя по доверенности от 10.01.2024, ФИО2, представителя по доверенности № 28-08/12 от 01.04.2025;  

от соответчика – ФИО3, представителя по доверенности от 08.01.2025 (после перерыва);  

от третьего лица – ФИО4, представителя по доверенности № 100-25/ДОВ-2455 от 09.01.2025.  

от ответчика, Прокуратуры Забайкальского края – представители не явились.  

Управление Федеральной налоговой службы по Забайкальскому края (далее – истец, УФНС России по Забайкальскому краю, налоговый орган) обратилось в Арбитражный суд Забайкальского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибэнергомаш» (далее – ответчик, ООО «НПО «СЭМ») и обществу с ограниченной ответственностью «Ист Групп»  

(далее – соответчик, ООО «Ист Групп») о признании недействительным договора уступки требования (цессии) № 02/06 от 02.06.2021, заключенного между ответчиками в отношении права требования с публичного акционерного общества «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» 21 762 711,86 рублей в качестве обеспечительного платежа по договору поставки ТМЦ № 100-10-05/31875 от 12.10.2018, а также процентов в случае нарушения сроков возврата обеспечительного платежа.  

Определением от 22.02.2023 исковое заявление принято судом к производству. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Приаргунское производственное горно-химическое объединение».  

На основании части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в дело вступила Прокуратура Забайкальского края (протокольное определение суда от 08.06.2023).  

В ходе рассмотрения дела протокольным определением от 21.11.2023 суд отложил судебное разбирательство до 14 часов 10 минут 09 января 2024 года.  

Настоящее дело находилось в производстве судьи Алфёрова Д.Е. 

Определением суда от 09.01.2024 в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена замена судьи в деле № А78-1942/2023 в связи с назначением судьи Арбитражного суда Забайкальского края Алфёрова Д.Е. судьей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.  

Автоматизированной системой дело № А78-1942/2023 распределено судье А.А. Артемьевой.  

Определением от 09.01.2024 дело принято к рассмотрению. 

Протокольным определением от 28.08.2025 судебное разбирательство отложено до 02.10.2025.  

В судебном заседании объявлялись перерывы до 07.10.2025, 10.10.2025.  

Информация об объявленных перерывах размещена на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети интернет и на официальном сайте суда в сети интернет.  

В процессе рассмотрения дела истец заявленные требования поддержал полностью.  

Представители истца в судебном заседании просят иск удовлетворить, отклонить заявленные возражения ответчиков.  

Позиция истца изложена в исковом заявлении, дополнительных пояснениях, возражениях на отзывы ответчиков (т.1 л.д.3-11, т.5 л.д.15-19, 122-126, т.8 л.д.3-7, 159-161, т.9 л.д.4-10, 102-107, т.10 л.д.23-38, т.11 л.д.88-94, 153-157).  

Ответчик (ООО «НПО «СЭМ») явку представителя в суд не обеспечил, в процессе рассмотрения дела представил отзывы на иск, просил в иске отказать (т.2 л.д.141-143, т.5 л.д.94-95)  

Соответчик (ООО «Ист Групп») просил в иске отказать по мотивам, изложенным в отзыве на иск, дополнительных пояснениях (т.3 л.д.22-26, т.5 л.д.154-156, т.6 л.д.5-15, т.8 л.д.151, т.9 л.д.43-55).  

Представитель соответчика в судебном заседании поддержал возражения, изложенные в отзывах на иск, дополнительных пояснениях, просит в иске отказать.  

Представитель третьего лица поддержала заявленный иск, полагает требования истца подлежащими удовлетворению (т.2 л.д.9-13).  

От прокуратуры представитель не явился, в письменных пояснениях прокурор полагает требования истца подлежащими удовлетворению (т.7 л.д.181, т.9 л.д.172-173).  

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.  

02.06.2021 между ООО НПО «СЭМ» (цедент) в лице директора ФИО5 и  

ООО «Ист Групп» (цессионарий) в лице директора ФИО6 заключен договор  

уступки права требования № 02/06, по условиям которого цедент уступает цессионарию  

право требования на получение от должника ПАО «ППГХО» уплаты денежных средств в размере 21 762 711,86 рублей по договору поставки ТМЦ № 100-10-05/31875 от 12.10.2018, которые должник обязан вернуть 28.02.2023 в качестве обеспечительного платежа в соответствии с разделом 8 договора поставки ТМЦ № 100-10-05/31875 от 12.10.2018 (т.1 л.д.14-15).  

Согласно пункту 2.1 договора цена уступки и порядок оплаты согласовываются сторонами в дополнительном соглашении.  

Дополнительным соглашением к договору уступки (т.3 л.д.6) установлено, что цена уступки составляет 21 762 711,86 рублей, цессионарий ООО «Ист Групп» обязуется внести цеденту ООО «НПО «СЭМ» плату за уступку единовременно в срок до 02.07.2021 в безналичном порядке либо погасить данную задолженность путем зачета взаимных требований.  

01.07.2021 между ООО «НПО «СЭМ» и ООО «Ист Групп» заключено соглашение о зачете взаимных требований (т.3 л.д.7), согласно которому стороны договорились провести зачет по следующим взаимным требованиям:  

1. По состоянию на 01.07.2021 ООО «Ист Групп» имеет задолженность в пользу ООО «НПО «СЭМ» на общую сумму 78 388 091,37 рублей:  

- по договору займа № 73 от 06.07.2020 в сумме 12 641 914,65 рублей, в том числе начисленные проценты за пользование займом 1 211 706,65 рублей;  

- по договору займа № 74 от 08.04.2021 в сумме 9 060 657,86 рублей, в том числе начисленные проценты за пользование займом 60 657,86 рублей;  

- начисленные проценты по договору займа № 71 от 28.04.2020 в сумме 2 041 рубль;  

- предоплата по договору № 024/20/ПР от 20.06.2020 в сумме 34 000 000 рублей; 

- по договору поставки № 001-21 от 28.06.2021 в сумме 920 766 рублей;  

- по договору уступки требования (цессии) № 02/06 от 02.06.2021 – 21 762 711,86 рублей.  

2. По состоянию на 01.07.2021 ООО «НПО «СЭМ» имеет задолженность в пользу ООО «Ист Групп» на общую сумму 81 847 510,97 рублей:  

- по договору перевода долга № 1 от 30.06.2021 – 28 870 950,26 рублей; - по договору перевода долга № 2 от 30.06.2021 – 19 235 470,11 рублей; - по договору перевода долга № 3 от 30.06.2021 – 33 741 090,60 рублей; Стороны договорились произвести зачет в общей сумме 78 388 091,37 рублей.  

В соглашении стороны согласовали, что с момента подписания соглашения задолженность ООО «Ист Групп» погашена полностью, задолженность ООО «НПО «СЭМ» погашена полностью по договорам перевода долга № 1 и № 2 от 30.06.2021, остаток задолженности по договору перевода долга № 3 от 30.06.2021 составляет 3 459 419,60 рублей.  

Уведомление об уступке направлено ПАО «ППГХО» 29.12.2021 (т.3 л.д.8-9, т.5 л.д.165).  

Согласно материалам дела 12.10.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Сибэнергомаш» (поставщик, в настоящее время ООО «НПО «СЭМ») и ПАО «ППГХО» (покупатель) заключен договор поставки ТМЦ № 100-10-05/31875, по условиям которого поставщик обязуется передать покупателю товар – водоочистной комплекс «Импульс», характеристики которого определены в Спецификации (приложение № 1) и техническом задании (приложение № 5) (договор с приложениями т.2 л.д.14-44).  

В период действия договора сторонами заключено 10 дополнительных соглашений (т.2 л.д.45-62).  

Согласно представленным пояснениям и документам от ПАО «ППГХО» договор исполнен, произведена поставка водоочистного комплекса «Импульс» общей стоимостью 435 254 237,29 рублей, что подтверждается товарными накладными, актом приема-передачи выполненных работ (т.2 л.д.63-114, 122).  

Поставленный товар полностью оплачен покупателем (т.2 л.д.115-115-120). 

В соответствии с пунктом 8.3 договора в целях исполнения гарантийных обязательств поставщик произвел обеспечительный платеж в размере 21 762 711,86 рублей по платежному поручению № 1375 от 30.09.2020 (т.2 л.д.121).  

Согласно пункту 8.7.2 договора срок действия обеспечения гарантийных обязательств равняется сроку исполнения гарантийных обязательств по договору плюс 60 дней.  

В соответствии с пунктом 5.1 договора гарантийный срок эксплуатации на поставленные ТМЦ установлен не менее 24 месяцев с даты ввода ТМЦ в эксплуатацию.  

01.03.2023 ООО «Ист Групп» направлена претензия о возврате обеспечительного платежа в сумме 21 762 711,86 руб.  

Оплата обеспечительного платежа не произведена в связи с рассмотрением настоящего дела, иск о взыскании обеспечительного платежа, процентов за пользование чужими денежными средствами рассматривается Арбитражным судом Забайкальского края по делу № А78-3996/2023 (производство по делу приостановлено до рассмотрения настоящего спора).  

Согласно материалам налоговой проверки и сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Сибэнергомаш» (ООО «ТД «СЭМ») зарегистрировано в качестве юридического лица 29.05.2009.  

Основным видом деятельности общества является (по коду ОКВЭД 42.41) - Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения.  

26.06.2020 общество изменило наименование на общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибэнергомаш» ООО «НПО «СЭМ».  

В период с 29.05.2009 по 28.01.2015 ООО «ТД «СЭМ» состояло на учете в ИФНС России по Железнодорожному району г.Барнаула, в период с 29.01.2015 по 14.01.2015 в Межрайонной ИФНС России № 14 по Алтайскому краю и находилось по юридическом адресу: Алтайский край, г.Барнаул, с 15.01.2021 общество состояло на учете в Межрайонной ИФНС России № 4 по Забайкальскому краю в связи с изменением юридического адреса на Забайкальский край, г.Краснокаменск, а с 29.11.2021 общество состоит на учете в УФНС России по Забайкальскому краю.  

В отношении ООО «НПО «СЭМ» (цедент) Межрайонной ИФНС России № 14 по Алтайскому краю проведена выездная налоговая проверка по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за период с 01.10.2018 по 31.12.2018.  

Налоговая проверка проводилась в период с 11.09.2020 по 09.03.2021, по результатам которой установлено, что ООО «НПО» СЭМ» необоснованно заявило налоговый вычет по НДС за 4 квартал 2018 года в сумме 49 153 064 рубля.  

Инспекцией установлены факты, свидетельствующие о нарушении условий пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившиеся в создании формального документооборота с целью применения необоснованных налоговых вычетов по НДС без реального осуществления финансово-хозяйственных взаимоотношений с заявленными контрагентами.  

Налоговым органом составлен акт налоговой проверки № АП-16-01 от 30.03.2021 (т.1 л.д.125-158).  

По итогам проверки Межрайонной ИФНС России № 14 по Алтайскому краю принято решение от 02.09.2021 № РА-16-01 о привлечении ООО «НПО «СЭМ» к ответственности за совершение налогового правонарушения, обществу доначислен НДС в сумме 49 153 064 рублей, пени 17 066 012 рублей по состоянию на 02.09.2021, штраф в порядке статьи 122 НК РФ в сумме 9 830 613 рублей, решение получено обществом 09.09.2021 (т.1 л.д.90-124).  

По результатам налоговой проверки УФНС России по Забайкальскому краю вынесено требование № 2278 об уплате недоимки по НДС в сумме 49 142 319 рублей, пени 17 066 012,27 рублей, штрафа 9 830 613 рублей со сроком исполнения 08.02.2022 (т.1 л.д.186-187).  

В связи с неисполнением требования налоговым органом вынесено решение № 666 от 10.02.2022 о взыскании налога, пени и штрафов на общую сумму 76 038 944,27 рублей (т.1 л.д.188-189).  

10.02.2022 в ПАО «Промсвязьбанк» налоговым органом направлены поручения на списание и перечисление денежных средств со счетов налогоплательщика № 2240, 2241, 2242, 2243, 2244 (т.1 л.д.231-235).  

10.02.2022 в порядке статьи 76 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налоговым органом вынесены решения о приостановлении операций по счетам налогоплательщика № 2413, 2414 (т.1 л.д.236-239).  

11.05.2022 налоговым органом принято постановление № 813 о взыскании налога, пени и штрафов на общую сумму 76 038 944,27 рублей за счет имущества налогоплательщика (т.1 л.д.240-241).  

12.05.2022 судебным приставом-исполнителем Краснокаменского РОСП УФССП России по Забайкальскому краю на основании решения налогового органа принято постановление о возбуждении исполнительного производства № 48264/22/75048-ИП (т.1 л.д.242-244).  

25.07.2022 исполнительные производства объединены в сводное по должнику № 64624/22/75048-СД, исполнительное производство окончено на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях).  

Исполнительное производство № 67233/24/98075-ИП (сводное № 67230/24/98075-СД), возбужденное 10.10.2024 также окончено на основании пункта 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (отсутствие у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными).  

Принятые налоговым органом меры принудительного взыскания не привели к погашению налоговой задолженности.  

Согласно сведениям налогового органа ООО НПО «СЭМ» является должником по уплате налоговых платежей в бюджет в общей сумме 99 429 178,72 рублей (т.9 л.д.108).  

ФНС России в лице УФНС России по Забайкальскому краю обращалось в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о признании ООО НПО «СЭМ» несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 09.01.2023 по делу № А78-14118/2022 заявление принято к производству.  

Определением суда от 29.05.2025 производство по делу № А78-14118/2022 прекращено на основании пункт 9 статьи 45 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в связи с отсутствием кандидатуры арбитражного управляющего в целях утверждения в качестве конкурсного управляющего более трех месяцев.  

Налоговый орган указал, что после завершения налоговой проверки ООО «НПО «СЭМ» фактически прекратило деятельность, поскольку отсутствуют движения по расчетным счетам (представлены сведения о банковских счетах общества, открытых в ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «Сбербанк», справки об остатках денежных средств на счетах, выписки (т.1 л.д.161-163, т.9 л.д.142-152), финансово-хозяйственная деятельность  

обществом не ведется (бухгалтерские балансы по состоянию на 31.12.2021, 31.12.2022, 20.03.2024 т.1 л.д.218-227, т.9 л.д.112-141), имущество, на которое может быть обращено взыскание у общества отсутствует, что подтверждается сведениями Росреестра об отсутствии недвижимое имущество, справкой налогового органа о снятии с учета транспортных средств в 2017, 2019 годах, сведениями Государственной инспекции Забайкальского края, Главного управления МЧС России по Забайкальскому краю (т.1 л.д.159, 160, 209-214).  

Налоговый орган полагает, что договор уступки требования (цессии) № 02/06 от 02.06.2021, заключенный между ООО «НПО «СЭМ» и ООО «Ист Групп» является ничтожным ввиду его мнимости, заключен с целью вывода дебиторской задолженности из активов общества и направлен на уклонение от уплаты доначисленных налогов по результатам налоговой проверки.  

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения налогового органа в суд с иском о признании сделки недействительной.  

Иск заявлен с целью обращения взыскания на дебиторскую задолженность общества в соответствии со статьей 75 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".  

Рассмотрев материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 4 АПК РФ и статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.  

Согласно части 1 статьи 53 АПК РФ в случаях, предусмотренных Федеральным законом, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы вправе обратиться в арбитражный суд в защиту публичных интересов.  

Пунктом 11 статьи 7 Закона Российской Федерации от 21.03.1991 № 943-1 "О налоговых органах Российской Федерации" (далее - Закон о налоговых органах) налоговым органам предоставляется право предъявлять в суде и арбитражном суде иски о признании сделок недействительными и взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам.  

Статьей 6 Закона о налоговых органах предусмотрено, что к главным задачам налоговых органов отнесен контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в бюджетную систему Российской Федерации налогов и сборов, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в бюджетную систему Российской Федерации других обязательных платежей, установленных законодательством Российской Федерации.  

Такое право может реализовываться налоговым органом постольку, поскольку удовлетворение соответствующего требования направлено на выполнение задач налоговых органов, определенных в статье 6 Закона о налоговых органах.  

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2001 № 138-О о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.1998 по делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 11 Закона Российской Федерации "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" указал, что в случае непоступления в бюджет соответствующих денежных средств для установления недобросовестности налогоплательщиков налоговые органы вправе в целях обеспечения баланса государственных и частных интересов осуществлять необходимую проверку и предъявлять в арбитражных судах требования, обеспечивающие поступление налогов в бюджет, включая иски о признании сделок недействительными и взыскании в доход  

государства всего полученного по таким сделкам, как это предусмотрено пунктом 11 статьи 7 названного Закона.  

Таким образом, налоговые органы вправе предъявлять в суд иски о признании сделок недействительными, если это полномочие реализуется ими в рамках выполнения задач по контролю за соблюдением налогового законодательства и если удовлетворение такого требования будет иметь в качестве последствия определение должной квалификации отношений сторон с целью применения соответствующих данным отношениям налоговых последствий.  

В частности, для обеспечения поступления в бюджет налогов в полном объеме налоговый орган вправе, руководствуясь статьями 10 и 168 или статьей 170 ГК РФ, предъявлять требования о признании совершенных налогоплательщиками сделок недействительными, поскольку удовлетворение этого требования может способствовать реализации соответствующей задачи.  

Иск налогового органа подлежит рассмотрению по существу. 

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.  

Статьей 8 ГК РФ определено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе из договоров и иных сделок. Статья 9 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает принцип осуществления гражданами и юридическими лицами принадлежащих им гражданских прав по своему усмотрению.  

Статья 153 ГК РФ признает сделками действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.  

Таким образом, сделки представляют собой действия, соответствующие требованиям законодательства, и направленные на достижение определенного правового результата.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).  

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

По правилам статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами, также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).  

Статьей 422 ГК РФ предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом, и иным правовым актам, действующим в момент его заключения.  

Спорной является сделка – договор уступки права требования (цессии), заключенный между ответчиками – юридическими лицами, на основании которого цедент  

(ответчик) передал цессионарию (соответчик) право требования дебиторской задолженности к третьему лицу (должнику).  

В соответствии с параграфом 1 главы 24 ГК РФ уступка требования влечет перемену лиц в обязательстве и возможна в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.  

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.  

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).  

Статья 388 ГК РФ предусматривает, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.  

Судом отклоняются доводы истца относительно отсутствия согласия должника на передачу прав и обязательств по договору поставки (пункт 16.8 договора).  

В силу пункта 2 статьи 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.  

Согласно статье 383 ГК РФ не допускается переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью.  

В спорном случае уступка права требования не находится в неразрывной связи с личностью кредитора, не ухудшает положения должника по выполнению им своих обязательств и не противоречит действующему законодательству.  

Согласно пункту 3 статьи 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.  

Судом в совокупности рассмотрены иные позиции истца о признании сделки ничтожной.  

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 25), в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).  

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

То есть, в случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки и целью сторон сделки не является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении как самих сторон сделки, так и третьих лиц.  

Обязательным условием в таком случае является порочность воли каждой из сторон сделки. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.  

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства либо участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.  

С учетом правовых подходов к применению пункта 1 статьи 170 ГК РФ, изложенных в пункте 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.  

Согласно правовой позиции, отраженной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  

В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.  

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 также отражено, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.  

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума ВС РФ № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Согласно пункту 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.  

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).  

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное,  

целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.  

Поскольку квалификация сделки как мнимой предполагает доказанность взаимной заинтересованности сторон сделки с учетом того, что мнимая сделка должна быть совершена между лицами, имеющими доверительные отношения, поскольку только в рамках взаимного доверия сторон мнимой сделки возможен сам сговор с противоправной целью и его сокрытие от иных лиц.  

В связи с этим порок воли сторон подлежит доказыванию на основании всестороннего анализа представленных доказательств, исходя из того, что из обстоятельств дела должна быть установлена связь сторон сделки и реальная или наиболее вероятная противоправная взаимная цель ее совершения.  

В рамках дела № А03-3138/2022 ООО «НПО «СЭМ» обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Алтайскому краю о признании недействительным решения от 02.09.2021 № РА-16-01 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

Указанным решением ООО «НПО «СЭМ» доначислен НДС в сумме 49 153 064 рублей, пени в сумме 17 066 012 рублей, также общество привлечено к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 НК РФ, в виде взыскания штрафа в размере 9 830 613 рублей.  

Инспекцией установлены факты, свидетельствующие о нарушении условий пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившиеся в создании формального документооборота с целью применения необоснованных налоговых вычетов по НДС без реального осуществления финансово-хозяйственных взаимоотношений с заявленными контрагентами.  

Решением от 21.02.2024 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 17.05.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда, признано недействительным решение Инспекции в части назначения штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ в сумме 4 915 306,50 рублей, в остальной части в удовлетворении требования отказано (т.9 л.д.28-42, 78-88).  

Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.09.2024 судебные акты первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения.  

В обоснование заявленных требований налоговый орган указывает на мнимость договора цессии, поскольку договор уступки совершен после получения ООО «НПО «СЭМ» акта налоговой проверки № АП-16-01 от 30.03.2021 с целью уклонения от исполнения решения налогового органа по взысканию доначисленных сумм налога; договор заключен взаимозависимыми лицами, поскольку на момент совершения сделки 02.06.2021 одним из учредителей ООО «Ист Групп» являлась ФИО7 (50%), а директором и учредителем ООО НПО «СЭМ» с долей 50% являлся ФИО5 50%, являющиеся супругами; в пункте 16.8 договора поставки ТМЦ № 100-10-05/31875 от 12.10.2018 установлен запрет на передачу прав и обязательств по договору третьей стороне без письменного согласия другой стороны; при заключении договора уступки права требования отсутствовало условие о возмездности; договоры перевода долга, указанные в соглашении о зачете взаимных требований от 01.07.2021, заключены после подписания договора уступки права требования от 02.06.2021, а договоры займа признаны фиктивными при проведении налоговой проверки;  

общества, в пользу которых перечислены денежные средства, ликвидированы как недействующие; ООО НПО «СЭМ» не отразило в декларации на прибыль за 2021 год доходы и расходы по договору уступки права требования; ФИО8 и ФИО9, допрошенные в качестве свидетелей в рамках дела № А03-3138/2022, подтвердили отсутствие долга ООО НПО «СЭМ» перед ООО «Ист Групп»; в банковских выписках ООО НПО «СЭМ» и ООО «Ист Групп» отсутствуют сведения о перечислении денежных средств в пользу физических лиц.  

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 64, статьи 65 и 168 АПК РФ).  

В соответствии с частью 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).  

Ответчики в отзывах на иск и дополнительных пояснениях полагали все доводы истца необоснованными, не влияющими на действительность договора уступки права требования цессии, указали, что довод о взаимозависимых лицах в настоящем случае не применим, договор цессии является возмездным, основан на соглашении о зачете взаимных требований сторон, обязательства, явившиеся основанием для зачета взаимных требований исполнения, заключение договора цессии после проведения налоговой проверки не свидетельствует об его ничтожности.  

Уступка права (требования) кредитора является одной из форм перемены лиц в обязательстве, влечет за собой переход прав кредитора к другому лицу, но не прекращает и не видоизменяет неисполненных обязательств должника.  

При этом исходя из положений статей 382, 383 ГК РФ личность кредитора в денежном обязательстве по общему правилу не имеет значения.  

Согласно положениям статьи 391 ГК РФ перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником.  

В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника.  

Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным.  

К новому должнику, исполнившему обязательство, связанное с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, переходят права кредитора по этому обязательству, если иное не предусмотрено соглашением между первоначальным должником и новым должником или не вытекает из существа их отношений.  

В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его  

недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).  

В пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Даже отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само но себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.  

Из разъяснений пункта 3 постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" следует, что в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).  

Отсутствие прямого указания на плату за уступаемое право само по себе не означает безвозмездность сделки.  

Итак, в счет уступаемого права по спорному договору стороны произвели зачет задолженности ООО «НПО «СЭМ» (первоначальный должник) по договорам перевода долга перед кредиторами ФИО8, ФИО10, ФИО9  

В материалы дела представлены договоры перевода долга № 1, № 2, № 3 от 30.06.2021 (т.4 л.д.80-82).  

По условиям договоров перевода долга первоначальный должник ООО «НПО «СЭМ» с согласия кредиторов переводит свои обязательства, возникшие из договоров займа, на нового должника:  

- по договору перевода долга № 1 от 30.06.2021 первоначальный должник ООО «НПО «СЭМ» с согласия кредитора ФИО8 переводит свои обязательства, возникшие из договоров займа 2019 года, перечисленных в пункте 1.1 договора, на общую сумму долга в размере 28 870 950,26 рублей;  

 - по договору перевода долга № 2 от 30.06.2021 первоначальный должник ООО «НПО «СЭМ» с согласия кредитора ФИО10 переводит свои обязательства, возникшие из договоров займа 2019 года, перечисленных в пункте 1.1 договора, на общую сумму долга в размере 19 235 470,11 рублей;  

- по договору перевода долга № 3 от 30.06.2021 первоначальный должник ООО «НПО «СЭМ» с согласия кредитора ФИО9 переводит свои обязательства, возникшие из договоров займа 2019 года, перечисленных в пункте 1.1 договора, на общую сумму долга в размере 33 741 090,60 рублей.  

В соответствии с пунктами 1.3 договоров перевода долга первоначальный должник обязуется внести новому должнику плату за перевод долга в срок до 05.07.2021.  

Согласно положениям статьи 391 ГК РФ перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником.  

В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника.  

Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным.  

К новому должнику, исполнившему обязательство, связанное с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, переходят права кредитора по этому обязательству, если иное не предусмотрено соглашением между первоначальным должником и новым должником или не вытекает из существа их отношений.  

В подтверждение наличия обязательств, указанных в соглашении о зачете взаимных требований ООО «НПО «СЭМ» представил договоры займа 2019 года, перечисленные в договорах перевода долга, квитанции к приходным кассовым ордерам о получении денежных средств третьими лицами от заемщиков ФИО8, ФИО10, ФИО9 за ООО «ТД «СЭМ» в счет погашения задолженности по договорам уступки права требования, акты сверки взаиморасчетов, платежное поручение (т.4 л.д.90-216).  

Квитанции к приходным кассовым ордерам выданы ООО "Импала", ООО "Пластик торг", ООО "Стройкомплект", ООО "Интэк", ООО "Магистраль", ООО "Градус", ООО "Никос", ООО "Астра", ООО "Сатурн", ООО "Торгпрофи", ООО "Мастерплюс", ООО "Сириус", ООО "Альянсстрой", ООО "Лидер-Ам", ООО "Вектор", ООО "Орланд", ООО "Альфа", ООО "Премиумплюс", ООО "Пятый элемент", ООО "Мегаполис", ООО "Стройтех".  

В качестве основания получения денежных средств от ФИО8, ФИО10, ФИО9 указаны договоры уступки права требования.  

В подтверждение экономической обоснованности спорного договора цессии ответчиком представлен отчет об оценке рыночной стоимости права требования № 340-23-05-31-17 от 06.06.2023 (т.5 л.д.59-61).  

Соответчик ООО «Ист групп» пояснил, что договоры перевода долга исполнены, денежные средства перечислены кредиторам ФИО8, ФИО9 на корпоративные банковские карты, открытые ООО «Ист Групп» (т.9 л.д.56-59), а ФИО10 путем передачи денежных средств, снятых со счета общества (т.8 л.д.151), в подтверждение формирования долга и исполнения обязательств представлены универсальные передаточные документы, договоры поставки, договоры цессии, договоры займа, акты сверок взаиморасчетов (т.6 л.д.5-200, т.7 л.д.1-173).  

На основании пунктов 1 и 3 статьи 3 НК РФ каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. Налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными.  

Конституционный Суд Российской Федерации при оценке соответствующих положений Налогового кодекса неоднократно отмечал в своих решениях, что законодательная дискреция в области налогообложения обусловлена его связью с экономически значимой деятельностью налогоплательщика, а потому и нормы налогового законодательства, определяя основания, порядок и условия налоговых изъятий в бюджет, находятся в объективной взаимосвязи с нормами гражданского законодательства, которое также составляет предмет ведения Российской Федерации (постановления от 14.07.2003, от 01.07.2015 № 19-П, от 21.12.2018 № 47-П и др.).  

При этом оценка правомерности действий налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать  

законодательству, но и быть реальными, и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления налогоплательщиком своих прав.  

Данный вывод следует из положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, согласно которому не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  

Введение статьи 54.1 НК РФ в НК РФ направлено на установление запрета совершения налогоплательщиком формально правомерных действий с основной целью неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или получения права на возмещение (возврат, зачет) (запрет на злоупотребление правом).  

В пункте 77 Постановления Пленума ВС РФ № 25 указано, что факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.  

Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.  

Налоговым органом (Межрайонной ИФНС России № 14 по Алтайскому краю) в отношении ООО "НПО "СЭМ" была проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности перечисления в бюджет налога на добавленную стоимость за период с 01.10.2018 по 31.12.2018.  

Инспекцией установлены факты, свидетельствующие о нарушении условий пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившиеся в создании формального документооборота с целью применения необоснованных налоговых вычетов по НДС без реального осуществления финансово-хозяйственных взаимоотношений с контрагентами.  

В ходе проверки установлено неправомерное применение налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС в 4 квартале 2018 года в сумме 49 153 064 рублей.  

Согласно положениям главы 21 НК РФ право налогоплательщика на налоговый вычет непосредственно связано с уплатой налога на добавленную стоимость при приобретении им товаров (работ, услуг), то есть с наличием хозяйственной операции по реализации поставщиком товаров (работ, услуг) - объекта налогообложения.  

Следовательно, для признания за налогоплательщиком права на вычет налога на добавленную стоимость требуется подтверждение факта совершения реальных хозяйственных операций по реализации товаров (работ и услуг).  

При рассмотрении Арбитражным судом Алтайского края дела № А03-3138/2022 судом установлено, что фирмы-цессионарии, заявленные налогоплательщиком ООО «НПО «СЭМ» являются недействующими и исключены из ЕГРЮЛ в 2019-2020 годах, то есть до вынесения решения по результатам выездной проверки налоговым органом.  

Факта совершения сделок уступки прав требования не подтверждена.  

В перечень "проблемных" контрагентов включены в том числе ООО "Импала", ООО "Пластик торг", ООО "Стройкомплект", ООО "Интэк", ООО "Магистраль", ООО "Градус", ООО "Никос", ООО "Астра", ООО "Сатурн", ООО "Торгпрофи", ООО "Мастерплюс", ООО "Сириус", ООО "Альянсстрой", ООО "Лидер-Ам", ООО "Вектор", ООО "Орланд", ООО "Альфа", ООО "Премиумплюс", ООО "Пятый элемент", ООО "Мегаполис", ООО "Стройтех", от которых в рамках настоящего спора представлены приходные кассовые ордеры о получении денежных средств от заемщиков ФИО8,  

ФИО10, ФИО9 за ООО «НПО «СЭМ» в счет погашения задолженности по договорам уступки права требования.  

Суд пришел к выводу, что налогоплательщиком в рамках проведения выездной проверки не исполнена обязанность представления документов в рамках статьи 93 НК РФ по требованиям налогового органа, подтверждающая факт оплаты или перехода прав требования задолженности к третьим лицам, что свидетельствует о целенаправленных действиях ООО "НПО "СЭМ" в сокрытии реальных обстоятельств взаимоотношений с "проблемными" контрагентами.  

Судом установлено, что составление формального документооборота, вывод денежных средств в совокупности с иными обстоятельствами, установленными проверкой, прямо свидетельствуют о наличии умысла за неуплату налога с целью получения необоснованной налоговой выгоды - получения вычета по НДС.  

Договоры займа, заключенные между физическими лицами (заимодавцами) ФИО8, ФИО9, ФИО10 и заемщиком ООО "ТД СЭМ", не повлияли на выводы относительно действий налогоплательщика.  

Наличие реальной задолженности перед займодавцами по договорам займа не подтверждено.  

В рамках настоящего дела установленные при рассмотрении дела № А03-3138/2022 обстоятельства не опровергнуты.  

Также при рассмотрении дела № А03-3138/2022 судами принято во внимание, что приговором Центрального районного суда города Барнаула от 28.12.2023 по делу № 1-21/2023, вынесенным в отношении руководителя ООО «НПО «СЭМ» ФИО5, установлено отсутствие поставок от контрагентов и использование фиктивных счетов- фактур, а также внесение в налоговую декларацию общества по НДС за 4 квартал 2018 года заведомо ложных сведений, что свидетельствует об умышленном уклонении от уплаты НДС в особо крупном размере.  

Приговор суда по делу № 1-21/2023 вступил в законную силу 29.03.2024 по итогам рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции Алтайского краевого суда (т.11 л.д.121-149).  

Судом отклоняются доводы соответчика о необходимости оценки в настоящем споре реальности хозяйственных операций по поставке порошка неодима, надлежащая оценка указанным операциям была произведена судами при рассмотрении дел № А03-3138/2022 и № А03-3138/2022.  

Согласно статье 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

Суд соглашается с доводами налогового органа о наличии у ответчиков признаков взаимозависимых организаций.  

Согласно статье 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц.  

Положениями пункта 1 статьи 105.1 НК РФ предусмотрено, что, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в пункте 1 статьи 105.1 НК РФ лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.  

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние  

учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии со статьей 105.1 НК РФ.  

Согласно подпункту 8 пункта 2 статьи 105.1 НК РФ взаимозависимыми лицами признаются организации, в которых полномочия единоличного исполнительного органа осуществляет одно и то же лицо.  

ФИО7 (ИНН 

<

***>) являлась учредителем ООО «Ист Групп» с долей в уставном капитале общества в размере 50%, директором общества являлся ФИО6, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 02.06.2021 (т.1 л.д.176-179).  

ФИО5 (ИНН 

<

***>) являлся директором ООО НПО «СЭМ» и участником общества с долей в уставном капитале в размере 50%, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 02.06.2021 (т.1 л.д.164-175).  

ФИО7 (в девичестве ФИО11) и ФИО5 являются супругами, что подтверждается справкой Управления юстиции Алтайского края от 12.01.2023, запись акта о заключении брака № 1178 совершена 04.09.2024, сведений о расторжении брака не имеется (т.1 л.д. 180-181).  

Аффилированность - это отношения связанности лиц между собой (статья 53.2 ГК РФ).  

Понятия и признаки аффилированности лиц даны в статье 53.2 ГК РФ, статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции", статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".  

В соответствии со статьей 53.2 ГК РФ, в случаях, если ГК РФ или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.  

Согласно статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции", группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, которые определены в пунктах 1-9 части 1 статьи 9 ФЗ "О защите конкуренции".  

Согласно пункту 7 части 1 статьи 9 ФЗ "О защите конкуренции" физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры признаются группой лиц.  

Согласно пункту 8 части 1 статьи 9 ФЗ "О конкуренции", лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктами 1-7 части 1 статьи 9 ФЗ "О конкуренции" признаку, входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 части 1 статьи 9 ФЗ "О конкуренции" признаку, признаются группой лиц.  

Общность экономических интересов и аффилированность может быть как юридической, так и фактической.  

По смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" возможны ситуации, когда структура корпоративного участия и управления не отвечает  

формальным критериям группы лиц, однако позволяет оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

Аффилированность ответчиков (участников оспариваемой сделки) между собой обусловлена родственными связями единоличного исполнительного органа и учредителя одной стороны (ФИО5) и учредителя второй стороны (ФИО7), которые образуют группу лиц согласно пункту 7 части 1 статьи 9 ФЗ "О защите конкуренции" и являются аффилированным лицами.  

Согласно статье 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.  

Так, аффилированные лица (в отличие, от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (пункт 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25).  

Учитывая обстоятельства, касающиеся заключения договора цессии, суд поддерживает довод налогового органа, что спорный договор цессии заключался после проведения в отношении ООО «НПО «СЭМ» мероприятий налогового контроля с аффилированным лицом и, соответственно, было намеренным, заключение договора носило формальный характер, с целью недопущения обращения взыскания налогового органа на дебиторскую задолженность ООО «НПО «СЭМ» в счет погашения задолженности последнего по налогам и сборам перед бюджетом РФ.  

Также судом принимается в совокупности с иными доводами позиции налогового органа об отсутствии в декларации по н налогу на прибыли доходы и расходы по заключенному договору уступки права требования (цессии).  

В материалы дела налоговым органом представлена налоговая декларация ООО «НПО «СЭМ» (т.4 л.д.25-28).  

Форма налоговой декларации по налогу на прибыль организаций, порядок ее заполнения, а также формат представления налоговой декларации по налогу на прибыль организаций в электронной форме утверждены Приказом ФНС России от 23.09.2019 № ММВ-7-3/475@ (девствовал в спорный период).  

По договору цессии уступается право (требование), принадлежащее цеденту на основании обязательства (пункт 1 статьи 382 ГК РФ).  

Поскольку в соответствии с пунктом 2.1 договора уступки уступка права требования является возмездной, следовательно, в декларации подлежало отражению выручка от реализации права требования долга.  

Особенности определения налоговой базы при уступке (переуступке) права требования установлены статьей 279 НК РФ.  

Налоговый орган указал, что в случае уступки права требования в отчетном (налоговом) периоде как до наступления срока платежа, так и в случае ненаступления срока платежа, подлежат заполнению соответствующие строки формы декларации на прибыль в соответствии с пунктами 8.2, 8.6, 8.7 Порядка заполнения декларации по налогу на прибыль.  

Из содержания представленной декларации за 2021 год следует, что такие сведения обществом не указаны.  

Заявленные истцом обстоятельства ответчиком не опровергнуты. 

В статье 1 ГК РФ закреплены основные начала, то есть принципы, гражданского законодательства, в соответствии с которыми граждане (физические лица) и юридические  

лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.  

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.  

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума ВС РФ № 25 оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.  

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.  

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества (денежных средств) с целью предотвращения возможного обращения на него (них) взыскания.  

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ). Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора (соглашения) статьи 10 ГК РФ, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.  

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.  

На основании оценки представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о наличии в действиях ООО «НПО «СЭМ» и ООО «Ист Групп» при заключении договора цессии признаков злоупотребления правом, выразившихся в отсутствии при заключении сделки намерения создать соответствующие ей правовые последствия, поскольку договор уступки права требования заключался с целью сокрытия  

дебиторской задолженности от обращения на нее взыскания, в связи с чем, является ничтожной сделкой в силу мнимости.  

Совершенная сделка привела к уменьшению имущества (денежных средств), за счет которого могли быть удовлетворены требования налогового органа, возникшие на основании решения о привлечении к налоговой ответственности.  

Из материалов дела следует, что в собственности ООО «НПО «СЭМ» отсутствует имущество для погашения в полном объеме задолженности по уплате налогов перед бюджетом.  

Таким образом, защита права налогового органа будет обеспечена в результате признания данной сделки недействительной для реализации возможности взыскания дебиторской задолженности.  

Действия ООО «НПО «СЭМ» по уступке суммы дебиторской задолженности направлены на воспрепятствование принудительному взысканию налоговых платежей.  

Указанная сделка была совершена не в рамках осуществления нормальной хозяйственной деятельности участниками гражданского оборота, а с единственной целью - избежать наступление неблагоприятных последствий после привлечения к налоговой ответственности.  

Соглашение об уступке права (цессии) между ответчиками, является мнимой сделкой, а, следовательно, является ничтожной в силу следующих обстоятельств: сделка совершена после проведений мероприятий налогового контроля; сделка заключена взаимозависимыми аффилированными лицами, возмездность договора уступки не подтверждена, поскольку ответчиком организован формальный документооборот с привлечением "проблемных" контрагентов – недействующих юридических лиц, реальность финансовых операций по предоставлению займа не подтверждена.  

Иск налогового органа о признании договора уступки требования (цессии) недействительным подлежит удовлетворению.  

Доводы ответчиков подлежат отклонению, как необоснованные и не соответствующие указанным нормам права и установленным по делу фактическим обстоятельствам.  

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если, иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

Поскольку доказательств исполнения мнимой сделки суду не представлено, суд полагает необходимым восстановить право требования ООО «НПО «СЭМ» к ПАО «ППГХО» задолженности по договору поставки ТМЦ № 100-10-05/31875 от 12.10.2018 в размере 21 762 711 рублей 86 копеек.  

При наличии убытков, возникших в связи с признанием недействительным договора уступки требования (цессии), общество "Ист Групп" вправе защищать свои права способами, указанными в статье 12 ГК РФ и иными способами, предусмотренными законом.  

Расходы на уплату государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на сторону, не в пользу которой принят судебный акт.  

Истец от уплаты государственной пошлины освобожден на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.37 НК.  

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ (в редакции на дату обращения в суд) размер государственной пошлины при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными составляет 6 000 рублей.  

По заявленному иску размер государственной пошлины составляет 6 000 рублей. 

С учетом пропорционального распределения судебных расходов с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в доход федерального бюджета в сумме 3 000 рублей с каждого.  

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить. 

Признать недействительным договор уступки требования (цессии) № 02/06 от 02.06.2021, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибэнергомаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Ист Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).  

Применить последствия недействительности сделки. 

Восстановить право требования общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибэнергомаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к публичному акционерному обществу "Приаргунское производственное горно-химическое объединение" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) задолженности в размере 21 762 711 рублей 86 копеек по договору поставки ТМЦ № 100-10-05/31875 от 12.10.2018.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибэнергомаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 рублей.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ист Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 рублей.  

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня принятия.  

Судья А.А. Артемьева