АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5729/17 

Екатеринбург

11 октября 2017 г.

Дело № А76-21712/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2017 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  11 октября 2017 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Ященок Т. П.,

судей Жаворонкова Д. В., Гусева О. Г.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества                           с ограниченной ответственностью «Станки и Технологии» (далее - ООО «Станки и Технологии», ответчик по делу, заявитель  по кассационной жалобе) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.04.2017 по делу № А76-21712/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2017 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом путем направления                            в их адрес копий определения о принятии кассационной жалобы                                 к производству заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ООО «Станки и Технологии» - Левит К.А. (доверенность от 11.09.2017);

общества с ограниченной ответственностью «Уральский транзит» (далее - ООО «Уральский транзит», истец) - Калетин А.В. (доверенность от 07.08.2017).

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма «Гидромаш-юг» (далее - ООО «Производственно-коммерческая фирма «Гидромаш-юг»), общество с ограниченной ответственностью «Ремонтно-модернизационный центр» (далее - ООО «Ремонтно-модернизационный центр»), представители которых в судебное заседание не явились.

ООО «Уральский Транзит» обратилось с исковым заявлением                            в Арбитражный суд Челябинской области к ООО «Станки и Технологии»                   о взыскании 378 850 руб. 00 коп. убытков, 15 034 руб. 20 коп. неустойки                  за период с 16.05.2015 по 12.07.2015  гг. (с учетом уточнения требования                           в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.04.2017 (судья Костарева И.В.) исковые требования ООО «Уральский Транзит» удовлетворены частично, с ООО «Станки и Технологии» взыскано                                  338 900 руб. 00 коп. убытков, 15 034 руб. 20 коп. неустойки за период                                с 16.05.2015  по 12.07.2015 гг., 63 619 руб. 06 коп. расходов по оплате экспертизы,  9 774 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части искровых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                   от 15.06.2017 (судьи Бабина О.Е., Баканов В.В., Карпусенко С.А.) решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество просит названные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального  права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, доказательствам, представленным                       в материалы дела.

Заявитель в кассационной жалобе приводит довод о том, что шариковая винтовая пара (ШВП) неремонтнопригодна, о чем был уведомлен заказчик                и сторонами принято решение об установлении  новой ШВП, при этом  заказчик возместит ее стоимость и оплатит расходы по доставке, что истцом                         не оспаривается. Ответчик по делу  выражает несогласие с выводом судов                        об отсутствии доказательств уведомления ответчиком истца о неисправности узлов станка, не включенных в техническое задание.

ООО «Станки и Технологии» считает, что судами не дана оценка                                о нарушении заказчиком требования о надлежащем оформлении недостатков выполненных работ, указывая на  имеющийся обоснованный сдвиг срока выполнения работ; подрядчиком принимались все меры для окончания работы.

Заявитель полагает, что заключение эксперта от 10.10.2016                       № 026-05-01250  не может приниматься в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку придя к выводу по объемам выполненных ремонтных работ в процентном соотношении, эксперт Хейфец Н.Г. указала на результаты исследования, проведенного экспертом Огарковым С.Ю. в его заключении                от 22.04.2016 № 026-02-00268. При этом эксперт Огарков С.Ю. приводит лишь краткое описание выполненных работ без процентного соотношения. Ответчик по делу указывает на то, что эксперт Хейфец Н.Г. при осмотре станка                                не присутствовала. Считает,   что истцом разобран станок на своей территории без уведомления подрядчика  и представления на экспертизу, однако                              по условиям договора работы по ремонту станка производятся на территории подрядчика и станок передается согласно накладной в собранном виде.

ООО «Станки и Технологии» в кассационной жалобе указывает                                  на несогласие с расчетом убытков, поскольку экспертом при проведении расчета стоимости работ по приведению механической части станка 16М30                                   в состояние, соответствующее условиям договора не принято во внимание,                     что ШВП станка не ремонтировалось,   а заменено на новое. Полагает,                             что при взыскании убытков с ответчика  не нужно учитывать оплаченные                        204 800 руб. (ШВП + доставка), поскольку они не были предметом спорного договора, и имеют иную правовую природу.

Общество считает необоснованным взыскание убытков в размере40 050 руб.,  отмечая то, что  истцом указано на то, что часть работы (шлифовка                       и шабренье направляющих) выполнена им самостоятельно с привлечением третьих лиц по просьбе ответчика, при этом каких-либо доказательств этому               не приведено. Полагает, что услуги, указанные в спецификации от 19.03.2015          № 02 не согласовывались заранее с ответчиком, истец привлекал третьих лиц             и заключал с ними договоры на оказание дополнительных услуг                                        по собственной инициативе в отсутствие заявки подрядчика, в связи с чем                  у подрядчика не возникло обязанности по их оплате.

Заявитель в кассационной жалобе приводит довод о том, что при удовлетворении требований истца о взыскании неустойки в сумме                                          15 034 руб. 20 коп., начисленной за невыполнение работ на основании                                   п. 6.1  спорного договора   за период с 16.05.2015 г. по 12.07.2015 гг.,  убытков                           в сумме 338  900 руб., судом первой инстанции не учтены положения                                            п. 1 ст. 394 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ),                            в соответствии с которыми если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются                           в части, не покрытой неустойкой.

В дополнение к кассационной жалобе заявитель приводит довод том,               что отказываясь от исполнения договора подряда, истцом нарушены положения ст. 450.1 ГК РФ. Однако судами обеих инстанций данная норма                                       при рассмотрении спора не применена. Указывает также, что заключение экспертов Огаркова С.Ю.и Хейфец Н.Г. не соответствуют требованиям                             ст. 82, 85 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в частности эксперт Хейфец Н.Г. вышла за пределы своих специальных познаний и не отказалась от дачи заключения, нарушив положения ст. 55, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судами при исследовании обстоятельств по делу установлено следующее.

 ООО «Уральский Транзит» (заказчик) и ООО «Станки   и Технологии» (подрядчик) заключен договор подряда от 05.03.2015 № 554 (далее - договор                      № 554), по условиям которого подрядчик обязуется выполнить                                                   по заданию заказчика капитальный ремонт механической части станка 16М30, сдать результат работы заказчику, а заказчик принять результат работы                      и оплатить его (п. 1.1. договора № 554). Также сторонами согласовано,                            что работы по данному договору выполняется иждивением подрядчика                            (из его материалов, его силами   и средствами) (п. 1.2. данного договора).

Пунктом 1.3. договора № 554  предусмотрено, что работы выполняются                                 в следующем объеме: шлифовка направляющих; ремонт, ревизия, замена шариков в ШВП; ремонт револьверной головки; ремонт пиноли, ремонт шпиндельного узла, замена всех подшипников, ремонт и ревизия гидростанций; замена всех резиновых уплотнений, установка джойстика.

Сторонами в договоре согласована общая сумма, которая составляет                   450 000 руб. 00 коп. (в том числе НДС) (п. 2.1. договора), а также оплата                            по нему. 

В соответствии с  п. 2.2. договора № 554  оплата производится заказчиком в два этапа путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика: первый из которых - предоплата в сумме 315 000 руб. 00 коп. производится заказчиком в течение 10 (десяти календарных) дней с момента подписания договора; второй - окончательный расчет по договору                                     за выполненные работы по капитальному ремонту механической части станка модели 16М30 составляет 135 000 руб. 00 коп. и производится заказчиком                        не позднее 5 (пяти календарных) дней после полного окончания работ                                и подписания акта сдачи-приемки работ (приложение № 1), но не позднее дня отгрузки станка.

В силу  п. 3.1 договора № 554 срок выполнения ремонтных работ составляет 70 календарных дней с момента получения предоплаты в сумме указанной  в п. 2.2 названного договора. 

Пунктом п. 3.2. договора № 554 предусмотрено, что доставка комплектующих на место проведения работ производится силами и за счет подрядчика. Расходы по транспортировке комплектующих возмещению                      подрядчику не подлежат. Работы по договору выполняются на территории подрядчика, доставка станка на капитальный ремонт осуществляется за счет заказчика.

В случае необходимости выполнения работ, не предусмотренных договором, стороны заключают дополнительное соглашение (п. 3.3., 3.4. указанного договора).

На основании п. 4.1. договора № 554 стороны согласовали также права                             и обязанности, изложенные в разделе 4, согласно которым подрядчик обязан                    в том числе: своевременно выполнить работы в объеме, предусмотренном договором; в случае возникновения обстоятельств, замедляющих ход работ против планового, немедленно поставить в известность заказчика 

Согласно п. 5.1. договора № 554 на следующий день после выполнения работ подрядчик уведомляет заказчика об окончании работ. Заказчик обязан                         в течение 5 рабочих дней принять объект работ в присутствии представителя подрядчика и подписать акт сдачи-приемки работ (приложение № 1). В случае мотивированного отказа сторонами составляется двусторонний акт с перечнем необходимых доработок и сроков их выполнения.

В разделе 6 договора № 554 содержатся условия об ответственности сторон, согласно которым в случае, когда работа выполнена подрядчиком                               с отступлениями от данного договора, ухудшившими результат работы,                   или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для использования, заказчик вправе по своему выбору потребовать от подрядчика безвозмездного устранения недостатков в срок, определенный сторонами либо соразмерного уменьшения установленной за работу цены, либо возмещения своих расходов.

В пункте  8.3. договора № 554 предусмотрено, что  все изменения, дополнения договора действительны лишь в том случае, если они оформлены                    в письменной форме  и подписаны обеими сторонами.

Во исполнение условий договора истцом оплачен ответчику авансовый платеж в сумме 315 000 руб. 00 коп. за ремонт по счету от 05.03.2015                                   № 6,  произведена  оплата  за товар по счету от 24.04.2015 № 13 в сумме                        202 800 руб. 00 коп. (платежное поручение от 27.04.2015 № 311), оплачены услуги  по организации доставки по счету от 23.06.2015 № 19 в размере                                  2 000 руб. 00 коп. (платежное поручение от 24.06.2015 № 494).

Согласно представленной накладной от 05.03.2015  № 55, истцом передан, а ответчиком принят станок токарно-винторезный 16М30ФЗ                                 (в ремонт). 

В соответствии с накладной от 19.03.2015 № 1 ответчиком передан,                      а истцом принята станина станка 16М30ФЗ (сданного в ремонт); согласно накладной от 26.03.2015 № 130 истец передал, а ответчик принял станину станка 16М30ФЗ (сданного в ремонт).

В последующем ответчиком вновь (13.07.2015) передан истцу станок 16М30ФЗ (сданный в ремонт) после ремонта.

ООО «Уральский Транзит» в адрес ООО «Станки и Технологии» 24.07.2015 направлена претензия с требованием вернуть перечисленные                      ООО «Станки и Технологии» денежные средства в сумме  519 800 руб. 00 коп.                (204 800 руб. 00 коп. + 202 800 руб. 00 коп. + 2 000 руб. 00 коп.), в связи                  с не выполнением ответчиком принятых на себя обязательств по договору                  и не осуществлением капитального ремонта механической части станка 16М30,  выплате неустойки в размере 16 113 руб. 80 коп., оставленная без ответа,                 в связи с чем ООО «Уральский Транзит» обратилось в арбитражный суд                                   с соответствующими исковыми требованиями.

Как следует из материалов дела, исковые требования обусловлены взысканием 378 850 руб. 00 коп. убытков, в том числе 338 900 руб. 00 коп. переплата за фактически невыполненные работы, оплата за работу третьих лиц, в связи с невозможностью выполнения работ ответчиком  в сумме                                         39 950 руб. 00 коп. 

Не соглашаясь с указанными исковыми требованиями, ответчик считает, что им приобретена для истца ШВП на сумму 202 800 руб. 00 коп.                                        (платежное поручение от 28.04.2015  № 110,   оплата услуги по доставке груза                 в размере 1 885 руб. 00 коп. (платежное поручение от 25.06.2015 № 143), отмечая, что им  выполнены условия договора подряда № 554, а также осуществление  работ по ремонту станка в полном объеме на общую сумму                       450 000 руб. 00 коп.

Частично удовлетворяя заявленные требования ООО «Уральский Транзит»,  суды исходили из следующего.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (ст. 8 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

На основании ст. 153 ГК РФ действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, признаются сделками.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) ( п. 3 ст. 154 ГК РФ).

В силу п.  1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора 

На основании ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства                                         и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются,                        за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы (п. 1 ст. 708 ГК РФ).

Согласно ст. 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно. Подрядчик вправе требовать выплаты ему аванса либо задатка только в случаях и в размере, указанных в законе или договоре подряда.

Пунктом   1 ст. 720 ГК РФ установлено, что  заказчик обязан в сроки                      и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы,                       или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

В силу п. 1 ст. 721 ГК РФ, качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии                         или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым                               к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными                            в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями,                               и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено,                             для обычного использования результата работы такого рода. Если законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по договору подряда, подрядчик, действующий в качестве предпринимателя, обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования (п. 2 ст. 721 ГК РФ).

 Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами (ст. 753 ГК РФ).

Таким образом, определяющим элементом подрядных правоотношений является результат выполненных работ, который непосредственно                               и оплачивается заказчиком.

Согласно п. 1 ст. 722 ГК РФ в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен                      для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора                                             о качестве. Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы (п. 2 ст. 722 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 754 ГК РФ подрядчик несет ответственность перед заказчиком за допущенные отступления от требований, предусмотренных                в технической документации и в обязательных для сторон строительных нормах и правилах, а также за недостижение указанных в технической документации показателей объекта строительства.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 723 ГК РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, заказчик вправе потребовать от подрядчика безвозмездного устранения недостатков в разумный срок.

Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока (п. 3 ст. 724 ГК РФ).

В соответствии с положениями  ст. 724, 755, 756 ГК РФ подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах пятилетнего срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами.

Согласно ст. 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.                  Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предъявляя требование о возмещении убытков, кредитор должен доказать их наличие, произвести расчет убытков, в том числе упущенной выгоды, доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения должником принятого на себя обязательства (противоправность) и наличие причинной связи между поведением должника и наступившими убытками                (ст. 393 ГК РФ).

В соответствии со ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно п. 2 ст. 1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем). Состав деликтной ответственности включает размер убытков, противоправность, виновность ответчика, причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и причиненными убытками.

На основании п. 3 ст. 401 ГК РФ, в случае ненадлежащего исполнения обязательства лицо, которому причинены убытки, вправе требовать                           их возмещения от контрагента в обязательстве в случае наличия в действиях последнего: факта неправомерного поведения причинителя убытков (неисполнения им своих обязанностей в обязательстве), наличия ущерба                      и наличия непосредственной причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением обязательства и возникшими убытками, и вины, если это предусмотрено законом или договором.

Объективная сложность доказывания убытков и их размера, равно как                и причинно-следственной связи не должна снижать уровень правовой защищенности участников гражданских правоотношений при необоснованном посягательстве на их права (постановление Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 № 2929/11).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 4, 5 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7               «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности                 за нарушение обязательств», п. 5 ст. 393 ГК РФ суд не может отказать                        в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу ст. 15 и ст. 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие                         с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником                  и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства               и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям                в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением                и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока                      не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

 В соответствии с п. 1 ст. 753 ГК РФ принятие заказчиком результата выполненных работ является обязанностью заказчика при условии сообщения подрядчика о готовности его к сдаче. При этом сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком (ответчиком) является двусторонний акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (ст. 783, 720 ГК РФ), что в силу требований п. 1 ст. 711 ГК РФ является основанием возникновения на стороне заказчика обязательства по оплате принятых результатов работ.

Судами установлено и материалами дела подтверждено, что стоимость работ, необходимых для приведения механической части станка установлена экспертом в размере 229 050 руб. 00 коп., в связи с чем объем                                         и стоимость выполненных работ составляет 220 950 руб. 00 коп. (450 000 руб. 00 коп. общая сумма договора (п. 2.1. договора) - 229 050 руб. 00 коп.  -стоимость работ, необходимых для приведения механической части станка              в соответствие с условиями договора и возможностью его использования           по эксплуатационному назначению).

Судами учтено, что в соответствии с заключением судебной экспертизы стоимость фактически выполненных работ по шлифовке станины составляет  40 050 руб. 00 коп.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.03.2016 в соответствии с ч. 1 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по ходатайству истца по делу назначена судебная экспертиза, производство по которой поручено Южно-Уральской торгово-промышленной палате, экспертам - Огаркову С.Ю.                    и  Хейфец Н.Г, на разрешение которой эксперту поставлены соответствующие вопросы.

Судами принято во внимание, что эксперту 20.04.2016 в присутствии сторон в производственном помещении ООО «Уральский Транзит» (расположенном по адресу: г. Копейск, п. Старокамышинск Челябинской области, ул. Никитина, д. 1Б) представлен станок модель 16И30ФЗ121 заводской № 217/89 производства Рязанского станкостроительного завода. При проведении визуального наружного осмотра станка выявлено следующее: станок находится в частично разобранном состоянии, проведение функциональных испытаний, в частности испытаний на соответствие нормам точности по ТУ2-024-5789-84 невозможно; металлические кабель-каналы вскрыты, электрическая проводка частично находится снаружи кабель-каналов; наблюдается частичное разрушение защитного красочного покрытия металла наружных поверхностей станка до основного металла; на заднем торце коробки смены скоростей и подач визуально наблюдается замена только роликового подшипника шпинделя; шариковая винтовая пара (ШВП) продольного движения имеет признаки замены на новую ШВП; поверхности продольных направляющих прошлифованы и шабрены по всей длине; револьверная головка имеет признаки вскрытия корпуса и замены гибкого металлического защитного рукава подводящей электропроводки; механизм пиноли задней бабки находится в разобранном состоянии, задняя крышка   и механизм пиноли находятся вне станка; пульт управления станком признаков и следов проведения ремонтных работ не имеет; во внутреннем объеме коробки смены скоростей и подач отсутствуют следы подачи масла от централизованной системы смазки, большая зубчатая шестерня шпинделя заменена на новую шестерню; накладки продольных направляющих суппорта заменены на новые.

Для проведения капитального ремонта механической части станка модель 16М30ФЗ121 заводской № 217/89 после проведения экспертизы необходимо выполнить дополнительные работы.

Согласно исследовательской части заключения эксперта от 22.04.2016                     № 026-02-00268 экспертом  указано на то, что в материалах дела, представленных эксперту, отсутствует паспорт станка, а также двусторонние документы (акты измерений параметров), позволяющие судить                                                о техническом состоянии станка, как до проведения ремонта, так и после частичного выполнения ремонтных  и восстановительных работ. Согласно заключению экспертизы (раздел 6 «Выводы. Ответы на вопросы определения суда») на момент проведения экспертизы работы по капитальному ремонту механической части станка 16М30 произведены не в полном объеме,                                         в соответствии с договором подряда от 05.03.2015 № 554. Объем и качество выполненных работ по капитальному ремонту механической части станка 16М30 не соответствует условиям договора подряда от 05.03.2015 № 554                      и требованиям, обычно предъявляемым к такому виду работ.

С учетом заключения экспертов,   суды установили, что стоимость работ по приведению механической части станка в состояние, соответствующее условиям договора подряда от 05.03.2015 № 554 и требованиям, обычно предъявляемым к такому виду работ, после капитального ремонта составляет 229 050 руб.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами дана оценка данному заключению экспертов, в соответствии с которой суды установили,                                что данное заключение каких-либо противоречий не содержат; соответствует требованиям действующего законодательства; выводы экспертов понятны, мотивированны проведенными осмотре объекта экспертизы, исследованиями, основаны на предоставлении всей необходимой документации;  использовании нескольких методов; предупреждении экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения; выводы экспертов сделаны точно  по поставленным вопросам, дополнены объяснениями в ходе судебных разбирательств. 

Апелляционным судом установлено также, что выводы судебной экспертизы судебная экспертиза проведена уполномоченными лицами, имеющими необходимое образование и достаточную квалификацию, выводы экспертов аргументированы, понятны; из расчетов эксперта арифметически логичных, проверяемых и обоснованных следует,  каким образом сформирована стоимость работ по приведению механической части станка                    в состояние, соответствующее условиям спорного договора. 

Судом апелляционной инстанции  отмечено, что эксперты дополнительно вызывались в судебное заседание суда первой инстанции, давали ответы                          по всем вопросам лиц, участвующих в деле, и противоречий между результатами судебной экспертизы и ответами, данными экспертами, судам                          и не выявлены.

С учетом изложенного, а также оценив доводы ответчика о том,                   что  акт (рецензия) на заключение эксперта от 10.10.2016 № 026-05-01250 ставит под сомнение достоверность выводов, изложенных в  экспертном заключении,  апелляционный суд установил, что при рецензировании спорного заключения в качестве исходных данных использовались лишь фотокопия заключения эксперта от 10.10.2016 № 026-05-01250; рецензия не является                                                   по своему содержанию экспертным заключением, а представляет собой мнение одного эксперта относительно экспертного заключения, произведенного другим лицом; в рецензии указано на то, что в экспертном заключении подобранные аналоги, приведенные в таблице № 2 не соответствуют объекту исследования танку 16М30, работы, приведенные в таблице № 3 не соответствуют объекту исследования станку 16М30, правомерно посчитав, что  выводы  составителей рецензии о несоответствии  подобранных аналогов, приведенных в таблице № 2 объекту исследования станку 16М30, работ, приведенных в таблице № 3 объекту исследования станку 16М30, имеют исключительно тезисный, неаргументированный и предположительный характер, оценка таких обстоятельств дана без изложения собственных методов исследования                            и анализа, без нормативного обоснования выводов; при  этом иных аналогов                 не приведено.

Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения по результатам судебной экспертизы, поскольку такие заключения фактически представляют собой рецензию, мнение экспертных организаций относительно проведенной экспертизы иным субъектом экспертной деятельности, которым не может придаваться безусловное приоритетное значение; при этом  предупреждении экспертов                                    об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения  не реализовано  в альтернативных заключениях.

Апелляционным судом верно указано на то, что правильность и полнота подготовленных экспертных заключений, представляющих собой независимое мнение относительно проведенного экспертного исследования, дополнительными доказательствами по делу не подтверждается, правильность расчетов судебной экспертизы    не опровергнута, не приведено обоснованных возражений,  в соответствии с которыми следовал бы однозначный вывод                        о недостоверности выводов экспертного заключения по результатам судебной экспертизы.

С учетом установленного судом апелляционной инстанции правомерно отклонены доводы  ответчика относительно выводов экспертных заключений, поскольку им не установлены основания для принятия их в качестве опровергающих достоверность выводов экспертов по вопросам суда первой инстанции, посчитав, что возражения ответчика фактически представляют собой несогласие с выводами экспертов, что не является достаточным                               и надлежащим основанием для отклонения указанных доказательств в качестве допустимых.

Судами принято во внимание, что для выполнения работ по шлифовке станины, истцом привлечено ООО «Ремонтно-модернизационный центр»,               что подтверждается спецификацией от 19.03.2015 № 02. Стоимость согласованных в спецификации работ по шлифовке составила                              80 000 руб. 00 коп. При этом факт выполнения ООО « Ремонтно-модернизационный центр» работ по шлифовке станины подтверждается накладной на отпуск материалов на сторону (от 25.03.2015 № 6) и актом приема-передачи работ по шлифовке станины (от 25.03.2015 № 0000045)               на сумму 80 000 руб. 00 коп.

Таким образом, материалами дела установлено и ответчиком                          не оспаривается, что сумма выполненных ответчиком в рамках договора подряда работ составляет 180 900 руб. 00 коп. (220 950 руб. 00 коп. стоимость выполненных работ по экспертизе - 40 050 руб. 00 коп. стоимость работ, выполненных третьим лицом, установленная экспертом).

Судами дана оценка платежным поручениям от 27.04.2015 № 311 (оплата в общей сумме 519 800 руб. 00 коп.), от 24.06.2015 № 494 (2 000 руб.),                                    в соответствии с которой суды установили, что  доказательств выполнения работ на всю сумму оплаты равную 519 800 руб. 00 коп. ответчиком                                    в материалы дела не представлено.

Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела,                                        в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном ст. 65, 66, 67, 68, 70, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили, что оплата выполненных работ произведена истцом в полном объеме в соответствии с условиями договора, в отсутствии встречного удовлетворения на сумму 519 800 руб. 00 коп.,  сделав обоснованный вывод                    об обязанности ответчика возвратить суммы платежа в размере                                              338 900 руб. 00 коп.   (519 800 руб. 00 коп. произведенный истцом платеж -                       180 900 руб. 00 коп. сумма выполненных ответчиком в рамках договора подряда работ), удовлетворив заявленные требования в этой части.

С учетом установленного доводы, изложенные в кассационной жалобе, касающиеся обжалуемого эпизода, не опровергают выводов судов, по существу сводятся к несогласию  с этими выводами и с фактами, установленными судами. Несогласие общества  с оценкой имеющихся в деле доказательств                           и с толкованием судами норм права, подлежащих применению в деле,                            не свидетельствует  о том, что судами допущены существенные нарушения действующего  законодательства  и (или) предусмотренные им процессуальные требования.

В части взыскания неустойки за период с 16.05.2015 по 12.07.2015 гг.  суды пришли к следующим выводам. 

В соответствии с п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (ст. 331 ГК РФ).

На основании п. 6.1. договора № 554, в случае нарушения сроков выполнения работ по вине подрядчика, заказчик вправе требовать                                     от подрядчика уплаты пени в размере 0,05% от уплаченной суммы по договору за каждый день просрочки. Общая сумма пени не может превышать                               10% от общей суммы договора. В случае нарушения заказчиком сроков оплаты за окончательно выполненные работы (п. 2.3. договора), подрядчик вправе требовать от Заказчика уплаты пени в размере 0,05% от неуплаченной суммы по договору за каждый день просрочки. 

Пунктом  6.8. договора № 554 предусмотрено, что в случаях, когда работа подрядчика приостанавливается по вине заказчика (неисправность узлов станка не включенных в техническое задание), то срок работ сдвигается пропорционально до устранения этих неисправностей в узлах станка заказчиком, об этом подрядчик обязан уведомить заказчика 

Принимая во внимание условия спорного договора, суды установили,                       что доказательств уведомления ответчиком истца о неисправности узлов станка не включенных в техническое задание, ответчиком не представлено,                               как и доказательств наличия таких неисправностей. 

С учетом  условий спорного договора (п. 1.2., 1.3., 2.2., 3.1., 3.2., 3.4., 8.3. договора № 554), ст. 431 ГК РФ,  в соответствии с которой в случае необходимости выполнения работ, не предусмотренных договором, стороны договора заключают дополнительное соглашение, суды установили также,                       что ответчик на момент заключения договора знал о неисправности ШВП,                       им исследован объем работ в части ремонта ШВП, указанные работы включены в техническое задание, а обязанность   по обеспечению запасными частями ответчик возложил на себя и включил в стоимость работ; однако доказательств возможного заключения дополнительного соглашения ответчиком                                    не представлено, из материалов дела заключение или выражение намерения заключить соответствующее соглашение не следует, сделав обоснованный вывод о том, что  если при выполнении работ возникла необходимость замены ШВП на новую, обязанность по приобретению и доставке указанной запчасти (включенной в перечень работ) за свой счет лежала на ответчике. При этом увеличение стоимости выполнения работ в таком случае (в том числе с учетом необходимости покупки и доставки запасных частей) договором № 554                          не предусмотрено. 

С учетом  установленного суды правомерно посчитали, что саму ШВП                       и ее доставку нельзя рассматривать отдельно от ремонта станка, предусмотренного спорным договором, поскольку истцу спорная деталь                                  не передавалась; установка ШВП на станок, осуществлялась в рамках договора № 554,  в котором предусматривалась обязанность ответчика по ремонту ШВП в рамках капитального ремонта станка. 

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о согласовании увеличения стоимости выполненных работ, согласования изменение видов работ (ремонт детали                     на замену детали) и сроков выполнения работ, покупки новой детали, а также принимая во внимание тот факт, что необходимость замены детали объективно имела место быть и не указаны документально подтвержденные обстоятельства и причины того, вследствие чего, по каким конкретно обстоятельствам, ремонт спорной детали после заключения договора стал невозможным и потребовалась замена детали, а не ее ремонт. 

Судами верно отмечено, что ответчиком не представлено доказательств уведомления истца о необходимости увеличения сроков выполнения работ, приостановки работ на период доставки детали; также  не представлено доказательств того, что спорная деталь, обладающая индивидуально-определенными признаками, в действительности ответчиком для истца приобретена, передана истцу либо согласована истцом к установке, поставлена на спорный станок.

Как следует из  материалов дела  и установлено судами,  истцом произведена доплата ответчику сумм в размере  202 800 руб. 00 коп.,                                2 000 руб. 00 коп., в связи с чем пришли к правильному выводу о том,                               что ремонт оплачен, данная суммы превышает договорную.

При установленных обстоятельствах, оцененных в совокупности, суды сделали правильные выводы о том, что само по себе перечисление истцом ответчику дополнительных денежных средств в отсутствие доказательства согласования новой стоимости работ, нового объема работ, передачи спорной детали, не подтверждает действий ответчика в соответствии с условиями принятого обязательства, нарушает согласованные сторонами условия договора, что образует несение истцом дополнительных расходов, обусловленных поведением ответчика, характеризующимся ненадлежащим исполнением принятых обязательств,   и  позволяет истцу требовать возмещения вынужденно понесенных им расходов, которые  им                                               не согласованы и не обеспечены встречным надлежащим исполнением                              и необходимостью несения дополнительных расходов в будущем.

Судами также принято во внимание не представление ответчиком  доказательств того, что ШВП, стоявшая ранее на станке, является                                      не ремонтнопригодной и требует замены, правомерно отметив,                                          что с ходатайством о назначении судебной экспертизы в указанной части заявитель жалобы  не обратился, он несет риск наступления неблагоприятных последствий не совершения процессуальных действий.

С учетом изложенного, а кроме того, в отсутствие доказательств передачи ответчиком новой спорной детали истцу, с индивидуально-определенными признаками, позволяющими  ее отграничить от любых аналогичных деталей (модель, маркировка, завод-изготовитель, год выпуска, техническая документация и так далее),  судами правомерно не принят довод ответчика                      о заключении эксперта, согласно которому новая деталь установлена, поскольку такое заключение не опровергает выводы судебной экспертизы                   и возражений истца о том, что заявителем жалобы  не доказано, что им выполнены согласованные работы по замене детали и что деталь, которую исследовал эксперт, является в действительности приобретенной именно ответчиком    по представленным документам, а не иной деталью, на установку                         и приобретение которой денежных средств не требовалось, так как аналогичные детали могли быть в наличии, в том числе, у ответчика.

Судом апелляционной инстанции также дана оценка доводу ответчика                                  о приобретении  для истца ШВП 16М 30ФЗ.56. 000 и ШВП 16К 30ФЗ.34. 000,                       в соответствии с которой суд установил, что приобретение данных запчастей явилось следствием неисправности узлов станка,  не включенных в техническое задание, правомерно отметив, что  доказательств передачи истцу станка                             с данными запасными частями, ответчиком не представлено, отсутствуют документы и технические паспорта на эти детали, что не позволяет                                     их идентифицировать, что  ответчиком ШВП 16М 30ФЗ.56.000 и ШВП 16К 30ФЗ.34.000 по накладным или по акту приема-передачи истцу                                       не передавались, доказательств иного ответчиком не представлено.

Принимая во внимание   п. 6.8 договора № 554, а также руководствуясь                     ст. 716, 719, 328 ГК РФ,  судом апелляционной инстанции также дана оценка доводу заявителя о приостановлении сроков выполнения работ с последующем                               их продлением, в соответствии с которой судом установлено, что доказательств уведомления  заказчика о невозможности подрядчиком завершения работ                          в установленные сроки, приостановление выполнения работ в связи                                   с объективной невозможностью начала выполнения работ в установленные договором сроки, в целях исключения своей вины в нарушении обязательства, поскольку сроки приостановления в период просрочки не включаются, ответчиком  суду,  в материалы дела не представлено, суд апелляционной инстанции обоснованно признал, что ответчиком не исполнена обязанность, установленная ст. 716 ГК РФ, не реализовано право, предусмотренное                              ст. 719 ГК РФ, правомерно сделав выводы об отсутствии права ссылаться                         на данные обстоятельства, в связи с чем отсутствуют основания                                           для освобождения его от ответственности за нарушение сроков выполнения работ, невыполнения работ.

Вместе с тем доказательств исполнения указанной обязанности                       об уведомлении о невозможности продолжения работ в целом по ремонту станка (в связи с отсутствием станины и ШВП), о том на какой срок сдвигаются работы в целом в связи с отсутствием станины и ШВП, ответчиком                                    в материалы дела не представлено, а также им не обосновано каким образом отсутствие станины и ШВП влияло на сроки выполнения работ (как в целом, так и в отдельной части по узлам и агрегатам).

Судами установлено, что согласно расчету истца сумма                                   неустойки   за период с 16.05.2015 по 12.07.2015 гг.  составила                                              15 034 руб. 20 коп. При этом арифметическую правильность расчета истца,                           как в части алгоритма расчета, так и в части суммы начисления, ответчиком                        не оспорена, контррасчет не представил (ст. 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Произведенный истцом расчет неустойки проверен судом, признан верным.

Таким образом, оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном ст. 65, 66, 67, 68, 70, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили, что при согласовании условия о неустойке ответчик действовал                         в соответствии со своей волей и в своем интересе, был свободен                                              в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (ст. 1 ГК РФ);                    спорный договор подписан сторонами без разногласий, не расторгался,                         не изменялся; действия сторон по заключению договора не противоречат принципу свободы договора, договор истцом исполнен в соответствии                               с согласованными условиями; правовых оснований для освобождения                                от взыскания неустойки за просрочку исполнения обязательств по оплате                               в пользу истца с ответчика не усматривается.

Судами учтено, что ответчик по своей воле принял предложенные условия и вступил в договорные отношения, а соответственно, на него возложена обязанность по исполнению принятого обязательства.

Доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, ответчиком в материалы дела не представлено. Размер неустойки согласован сторонами в добровольном порядке, уменьшение судами неустойки с экономической точки зрения позволит ответчику получить доступ к финансированию за счет истца на нерыночных условиях, что поставит истца в невыгодное положение.

С учетом установленного, суды  правомерно указали, что необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ   к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников                          к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.

Таким образом, при изложенных обстоятельствах, оцененных                                    в совокупности, а также  руководствуясь ст. 333 ГК РФ, суды обоснованно пришли к выводу о том, что  обстоятельств для уменьшения неустойки                            не установлено. Доказательств обратного ООО «Станки и Технологии»                            в материалы дела  не представлено.

Оснований для переоценки доказательств, выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется. 

При таких обстоятельствах судами правомерно удовлетворены заявленные истцом требования в этой части.

С учетом установленного доводы, изложенные в кассационной жалобе, касающиеся данного эпизода, не опровергают выводов судов, по существу сводятся к несогласию  с этими выводами и с фактами, установленными судами. 

Судами установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства дела, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в обжалуемых судебных актах,  соответствуют доказательствам, представленных в материалы дела, исследованным согласно ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, нормам действующего законодательства.

При рассмотрении спора доказательства, представленные в материалы дела, исследованы судами первой и апелляционной инстанций по правилам, предусмотренным ст. 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана правовая оценка согласно ст. 71 названного Кодекса. В силу ч. 1, 2 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеющие правовое значение для дела обстоятельства определены судом с учетом существа спора, на основании доводов                       и возражений лиц, участвующих в деле в соответствии с подлежащими применению нормами права. 

Иные доводы ООО «Станки и Технологии», приведенные                               в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судами и им дана надлежащая правовая оценка, при этом иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого дела                 не свидетельствуют  о нарушении судами норм права, а потому не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций, а направлены                             на переоценку положенных в их основу доказательств, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции                                                           (ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Само по себе несогласие заявителя с позицией судов, не может служить основанием для отмены законных судебных актов. 

Нормы материального права судами применены правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов в соответствии с ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения. 

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.04.2017 по делу                            № А76-21712/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2017  по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества   с ограниченной ответственностью «Станки и Технологии» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           Т.П. Ященок 

Судьи					           Д.В. Жаворонков 

 

О.Г. Гусев