РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-311536/24-122-1804

г. Москва

14 мая 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 29 апреля 2025года

Полный текст решения изготовлен 14 мая 2025 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шипуновым Е.И.,

рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению: ООО "РИОТЕХ" (606023, НИЖЕГОРОДСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ДЗЕРЖИНСК, Б-Р МИРА, Д. 29, КВ. 55, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 22.11.2017, ИНН: 

<

***>, КПП: 524901001)

к: ГБУЗ "ГВВ № 3 ДЗМ" (129336, Г.МОСКВА, УЛ. СТАРТОВАЯ, Д.4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 07.02.2003, ИНН: 

<

***>, КПП: 771601001)

об оспаривании Решения об одностороннем отказе от исполнения контракта,

при участии:

от истца: ФИО1 (паспорт, диплом, дов. б/н от 10.01.2025),

от ответчика: ФИО2 (паспорт, диплом, дов. от 12.04.2024).

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «РИОТЕХ» (далее – Истец, ООО «РИОТЕХ», общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения города Москвы «Госпиталь для ветеранов войн № 3 Департамента здравоохранения города Москвы» (далее – Ответчик, Заказчик, Учреждение) об оспаривании решения об одностороннем отказе от исполнения гражданско-правового договора бюджетного учреждения № 16401201 от 2 сентября 2024 года, содержащегося в письме ГБУЗ «ГВВ № 3 ДЗМ» № 2681 от 19 декабря 2024 года.

Представитель Истца в судебном заседании поддержала заявленные требования, настаивала на их обоснованности по доводам искового заявления и представленных возражений на отзыв Ответчика, ссылаясь на безосновательность осуществленного Заказчиком отказа от исполнения контракта и недоказанность Учреждением допущенных обществом нарушений его условий, поскольку положения закупочной документации и, как следствие, государственного контракта, не содержали требования об осуществлении контроля качества и приёмки фильтров-поглотителей военным представительством Минобороны России и предоставления поставщиком документа, подтверждающего факт прохождения указанного контроля качества и приемки, тем более что обозначенное требование само по себе является незаконным как направленное на ограничение количества участников закупки, что свидетельствует о ничтожности заключенного государственного контракта в принципе. При указанных обстоятельства представитель Истца в судебном заседании настаивала на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просила суд о его удовлетворении.

Представитель Ответчика в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам представленного отзыва и дополнений к нему, ссылаясь на несоответствие поставленного ему Истцом товара требованиям заключенного контракта и, как следствие, отсутствие у Заказчика каких-либо оснований к принятию такого товара, что, соответственно, повлекло за собой в рассматриваемом случае принятие Учреждением решения об отказе от исполнения упомянутого контракта. Приведенные Истцом ссылки на заведомую нелегитимность условий заключенного государственного контракта представитель Ответчика отклонил как не имеющие правового отношения к рассматриваемому спору, поскольку положения аукционной документации и самого государственного контракта обществом в установленном законом порядке не оспаривались, вследствие чего судебная ревизия обозначенных положений на стадии расторжения государственного контракта является безосновательной.

Изучив представленные в материалы дела документы, выслушав доводы представителей участвующих в деле лиц, проверив все доводы искового заявления и отзыва на него, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между Истцом и Ответчиком заключен гражданско-правовой договор бюджетного учреждения № 16401201 от 2 сентября 2024 года (далее - договор), предметом которого является поставка фильтров-поглотителей в количестве 37 штук для оснащения защитного сооружения (убежища) гражданской обороны Заказчика.

Указанный договор был заключен по итогам проведения процедуры определения поставщика в форме электронного аукциона № 0373200056424000222 (далее - электронный аукцион), опубликованного на сайте Единой информационной системы в сфере закупок (zakupki.gov.ru), в соответствии с положениями Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе). 

Материалами рассматриваемого дела в настоящем случае подтверждается, что ООО «Риотех» была подана заявка на участие в указанном электронном аукционе и предложена наименьшая стоимость поставки закупаемого ГБУЗ «ГВВ № 3 ДЗМ» товара, вследствие чего общество было признано победителем проведенной закупки и с ним заключен договор № 16401201 от 2 сентября 2024 года.

В соответствии с пунктом 3.2 обозначенного договора Истец обязался осуществить поставку товара в течение 60 рабочих дней с даты заключения договора, то есть до 25 ноября 2024 года включительно.

Между тем, из представленных материалов рассматриваемого дела явствует, что в установленный договором срок Истец товар в адрес Ответчика не передал, в связи с чем ГБУЗ «ГВВ № 3 ДЗМ», посредством Единой информационной системы в сфере закупок в соответствии с частью 16 статьи 94 Закона о контрактной системе, направило Истцу претензионное письмо № 2436 от 27 ноября 2024 года с требованием исполнить обязательство по поставке товара и в течение трех рабочих дней сообщить о возможности исполнения договора.

По истечении указанного в претензионном письме № 2436 от 27 ноября 2024 года срока поставка Истцом товара также не была осуществлена, сведения о возможности исполнения договора также не поступили.

В связи с этим, как видно из материалов рассматриваемого дела, 03 декабря 2024 года Ответчиком в адрес Истца была направлена повторная претензия № 2511 с повторным требованием исполнить обязательство по поставке товара и в течение трех рабочих дней сообщить о возможности исполнения договора.

Между тем, как видно из представленных материалов рассматриваемого дела, требования направленных в его адрес претензий исполнены обществом так и не были, что повлекло за собой принятия Заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения гражданско-правового договора бюджетного учреждения № 16401201 от 2 сентября 2024 года.

В то же время, не согласившись с упомянутым решением Заказчика, полагая указанное решение безосновательным, немотивированным, не имеющим под собой документального подтверждения и, как следствие, ущемляющим права и законные интересы общества, последнее обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о его оспаривании.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд соглашается с позицией Ответчика, при этом исходит из следующего.

Так, из материалов дела в рассматриваемом случае видно, что между сторонами заключен гражданско-правовой договор бюджетного учреждения № 16401201 от 2 сентября 2024 года на поставку фильтров-поглотителей в количестве 37 штук для оснащения защитного сооружения (убежища) гражданской обороны Заказчика.

Согласно части 5 статьи 43 Закона о контрактной системе подача заявки на участие в закупке (в том числе электронном аукционе) означает согласие участника закупки, подавшего такую заявку, на поставку товара на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки, и в соответствии с заявкой такого участника закупки на участие в закупке. Из указанной нормы Закона о контрактной системе следует, что, подавая заявку на участие в электронном аукционе, по итогам которого заключен договор, ООО «Риотех» выразило согласие (ч. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) на осуществление поставки товара, соответствующего требованиям извещения об электронном аукционе (включая проект договора и описание объекта закупки (техническое задание)), в том числе прошедшего контроль качества и приемку военного представительства Министерства обороны Российской Федерации (далее - ВП Минобороны России).

В соответствии с пунктом 2.10 технического задания (приложение № 1 к договору) Поставщик обязуется передать вместе с товаром сертификат (паспорт) качества изготовителя товара (с заключением военного представительства Министерства обороны Российской Федерации (заверяется печатью военного представительства Министерства обороны Российской Федерации и печатью завода-изготовителя).

В рассматриваемом случае, как правильно указывает Ответчик, подписав договор № 16401201 от 2 сентября 2024 года, Истец добровольно согласился на поставку товара на условиях, предусмотренных данным договором, в том числе согласился осуществить поставку фильтров-поглотителей, контроль качества и приемка которых осуществлены ВП Минобороны России.

В силу п. 1 ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

При этом продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи (пункт 1 статьи 469 ГК РФ).

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с частью 8 статьи 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно части 9 статьи 95 Закона о контрактной системе Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В настоящем случае возможность одностороннего расторжения договора Заказчиком предусмотрена пунктом 8.1 данного договора.

Пунктом 1 статьи 523 ГК РФ предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450).

В свою очередь, нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным, в том числе, в случае неоднократного нарушения сроков поставки товаров (пункт 2 статьи 523 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в пункте 8.1.1.3 договора предусмотрено, что основанием расторжения договора в связи с односторонним отказом от исполнения договора по инициативе Заказчика является неоднократное (от двух и более раз) нарушение сроков или объемов поставки товаров, предусмотренных договоров, включая график поставки.

В то же время, из представленных в рассматриваемом случае материалов дела явствует, что Истец не осуществил поставку товара в адрес Ответчика ни в срок, установленный пунктом 3.2 договора, ни в срок, указанный в претензиях № 2436 от 27 ноября 2024 года и № 2511 от 3 декабря 2024 года, что очевидно позволяет утверждать о неоднократности нарушений сроков поставки товара.

При указанных обстоятельствах суд в рассматриваемом случае приходит к выводу о том, что решение об одностороннем отказе от исполнения гражданско-правового договора бюджетного учреждения № 16401201 от 2 сентября 2024 года является законным и обоснованным, принятым в соответствии со статьей 523 ГК РФ, частями 8 и 9 Закона о контрактной системе и пунктами 8.1 и 8.1.1.3 договора поставки.

При этом, в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307 и пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При указанных обстоятельствах, суд в настоящем случае признает, что в рассматриваемом случае договор был расторгнут Заказчиком на законных основаниях по причине существенных нарушений, допущенных Поставщиком.

В обоснование своей правовой позиции по рассматриваемому спору Истец указывает, что в договоре отсутствовали условия, обязывающие Поставщика осуществить контроль качества и приемку поставляемого товара посредством ВП Минобороны России, исходя из чего Истец сделал вывод о том, что приемка и контролькачества поставляемого товара посредством ВП Минобороны Россииявляется обязанностью Ответчика, вследствие чего у общества не имелось обязанности организовывать проверку контроля качества и приемку поставляемого товара военным представительством Министерства обороны России, вследствие чего отказ государственного заказчика от исполнения условий контракта на этом основании является заведомо незаконным.

Между тем, Истцом в рассматриваемом случае, по мнению суда, не учтено следующее.

Так, постановлением Правительства Российской Федерации от 11 августа 1995 года № 804 «О военных представительствах Министерства обороны Российской Федерации» (далее - Постановление № 804) утверждено положение о военных представительствах Министерства обороны Российской Федерации (далее - Положение о ВП Минобороны России).

Согласно пункту 1 Положения о ВП Минобороны России военные представительства Министерства обороны Российской Федерации создаются для контроля качества и приемки военной продукции на предприятиях, в организациях и учреждениях независимо от ведомственной подчиненности и организационно-правовых форм (далее именуются организации), осуществляющих в интересах обороны разработку, испытания, производство, поставку и утилизацию этой продукции как непосредственно, так и в порядке кооперации, а также работ по сервисному обслуживанию, ремонту и (или) модернизации военной продукции, проводимых специалистами организаций непосредственно у потребителей этой продукции в соответствии с условиями государственных контрактов (контрактов).

В соответствии с пунктом 2 Положения о ВП Минобороны России руководство деятельностью военных представительств осуществляется Министерством обороны Российской Федерации через уполномоченные им органы военного управления.

Согласно пункту 3 Положения о ВП Минобороны России в случаях, когда в организациях не создаются военные представительства, Министерство обороны Российской Федерации направляет в них своих представителей, которые осуществляют контроль качества и приемку военной продукции, а также контроль мобилизационной подготовки этих организаций.

Из абзаца 2 пункта 4 Положения о ВП Минобороны России следует, что военные представительства вправе контролировать качество военной продукции и ее соответствие технической документации на любом этапе разработки, производства, сервисного обслуживания, ремонта, модернизации и утилизации этой продукции. То есть приемка и контроль качества осуществляются ВП Минобороны России на этапе производства принимаемой   и   контролируемой   продукции.

При этом, приемка   и   контроль продукции ВП Минобороны России на этапе поставки такой продукции Положением о ВП Минобороны России, равно как каким-либо иным нормативным правовым актом, не предусмотрена.

В свою очередь, предметом расторгнутого Контракта (пункт 1.1) является поставка фильтров-поглотителей ФП-300, а не их разработка, производство, сервисное обслуживание, ремонт, модернизация или утилизация.

Таким образом, поставляемая Истцом согласно условий Контракта продукция на момент ее поставки уже должна была пройти приемку и контроль качества ВП Минобороны России, так как из абзаца 4 пункта 4 Положения о ВП Минобороны России очевидно следует, что в контексте рассматриваемого Контракта, приемка ВП Минобороны России проводится на этапе производства продукции, а не ее поставки.

Таким образом, из приведенных выше норм Положения о ВП Минобороны России, утвержденного постановлением № 804, следует, что:

военные представительства Минобороны России создаются в организациях, осуществляющих производство продукции, принимаемой и контролируемой ВП Минобороны России (в рассматриваемом случае в организации-производителе фильтров-поглотителей ФП-300, то есть в ООО «ГП «Спецоборона») (пункт 1 положения о ВП Минобороны России);

если в организации-производителе военное представительство Минобороны России не создано, то именно Минобороны России направляет военных представителей в такую организацию-производителя для целей приемки и контроля качества производимой продукции (пункт 3 положения о ВП Минобороны России).

При этом, суд в настоящем случае отмечает, что в Положении о ВП Минобороны России, равно как в любом другом нормативном правовом акте, отсутствуют нормы, обязывающие Заказчика (Ответчика, покупателя) создавать (закреплять) в организации-производителе военное представительство или взамен Минобороны России направлять военных представителей в организацию-производителя, в которой военное представительство не создано.

Как сообщал Истец, что также следует из его писем, направленных Ответчику в период действия Контракта, в ООО «ГП «Спецоборона» военное представительство Минобороны России не создано (не закреплено), а приемка продукции ООО «ГП «Спецоборона» военными представительствами Минобороны России не осуществлялась, что свидетельствует о ненаправлении Минобороны России своих военных представителей в адрес ООО «ГП «Спецоборона».

Кроме того, из абзаца 3 пункта 4 Положения о ВП Минобороны России следует, что военные представительства определяют перечни изделий, сборочных единиц и операций технологического процесса, подлежащих обязательному контролю качества и приемке, которые доводятся до руководителей организаций и могут уточняться военными представительствами в зависимости от результатов эксплуатации и контроля качества военной продукции. Цитируемый пункт свидетельствует о том, что приемка и контроль качества продукции военными представительствами осуществляется в процессе всего цикла производства продукции: от приемки и контроля сборочных единиц (сырья, узлов, агрегатов и т. д.) и операций технологического процесса, до приемки и контроля готовой продукции (изделия).

Вместе с тем, как видно в настоящем случае из представленных материалов дела, в представленных Истцом письмах, направленных Ответчику в период действия Контракта, Истец ставит Ответчика перед фактом, что планируемая к поставке продукция уже произведена (то есть все технологические процессы пройдены и производство завершено) и требует направить к производителю военных представителей Минобороны России.

Таким образом, Истец требовал прислать к производителю военных представителей на момент, когда контролируемые ими отдельные этапы процесса производства продукции фактически уже были произведены (пройдены) без соответствующего контроля и приемки со стороны ВП Минобороны России. Очевидно, что уже прошедшая (пройденная) операция технологического процесса не может быть проконтролирована и принята ВП Минобороны России в силу того, что она уже прошла (завершилась).

Вместе с тем приемка и контроль качества поставляемого товара посредством ВП Минобороны России не является обязанностью Ответчика, что следует из указанных ниже положений закона и договора.

Так, из пунктов 1.2, 3.3, 4.2 договора следует, что Поставщик обязан поставить товар, соответствующий требованиям, указанным в техническом задании договору (приложение № 1 к договору).

Также суд в настоящем случае обращает внимание и на положения п. 5.4 статьи 5 договора, в подпункте 5.4.1 которого указано следующее: поставщик обязан своевременно и надлежащим образом поставить товары в соответствии с условиями договора и выполнить сопутствующие работы, услуги в соответствии с требованиями технического задания. 

Согласно пункту 5.4.7 пункта 5.4 статьи 5 договора поставщик обязан исполнять иные обязательства, предусмотренные действующим законодательством и Контрактом.

Пунктом 1.7 договора также предусмотрено, что сопутствующие услуги оказываются поставщиком в соответствии с требованиями технического задания.

Из пункта 2.10 технического задания следует, что вместе с товаром Поставщик предоставляет Заказчику комплект отчетных документов, который в том числе должен включать: сертификат (паспорт) качества изготовителя товара (с заключением военного представительства Министерства обороны Российской Федерации (заверяется печатью военного представительства Министерства обороны Российской Федерации и печатью завода-изготовителя).

Таким образом, из системного толкования вышеуказанных условий договора следует, что ООО «Риотех», подписав договор, приняло на себя обязательства по поставке фильтров-поглотителей, а также по выполнению сопутствующих поставке работ, услуг в соответствии с требованиями технического задания, то есть осуществления контроля качества и приёмки фильтров-поглотителей ВП Минобороны России и предоставления документа, подтверждающего факт прохождения указанного контроля качества и приемки, указанного в пункте 2.10 технического задания.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В абзаце 3 пункта 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в частности в абзаце 3, указано, что толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Из буквального содержания вышеуказанных положений договора следует, что именно Истец (Поставщик) обязан не только поставить товар в адрес Ответчика (Заказчика), но и обеспечить исполнение сопутствующих поставке услуг, в том числе по приемке и контролю качества товара со стороны ВП Минобороны России с дальнейшим предоставлением (при поставке) сертификата (паспорта) качества изготовителя товара (с заключением военного представительства Минобороны России (заверяется печатью военного представительства Минобороны России и печатью завода-изготовителя).

На основании изложенного, с учетом совокупной оценки ранее обозначенных пунктов государственного контракта, суд признает приведенные Истцом доводы о том, что из условий договора не следовала его обязанность по организации приемки и контроля качества товара со стороны ВП Минобороны России, ошибочными и противоречащими условиям заключенного контракта.

Так, приемка и контроль качества товара военными представительствами Минобороны России является услугой, которая оказывается данным министерством на договорной основе. В свою очередь, пункты 1.7, 5.4.1, 5.4.7 договора однозначно указывают на то, что исполнение сопутствующих поставке услуг является обязанностью Поставщика (Истца), вопреки его доводам об обратном.

Кроме того, из положений статей 469 и 470 ГК РФ очевидно следует, что обеспечение соответствия качества поставляемого товара требованиям, установленным в договоре, является обязанностью продавца, то есть Истца.

Из нормативных правовых актов также не следует, что обязанность по обеспечению контроля качества и приемки товара ВП Минобороны России возложена на Заказчика (Ответчика).

Согласно пункту 3 постановления Правительства Российской Федерации от 11 августа 1995 года № 804 «О военных представительствах Министерства обороны Российской Федерации» (далее - Постановление № 804) контроль качества и приемка военной продукции (не является синонимом военной техники), поставляемой вне государственного оборонного заказа, осуществляются на договорной основе.

Вместе с тем из пункта 1 Положения о ВП Минобороны России, утвержденного Постановлением № 804, следует, что военные представительства Минобороны России создаются для контроля качества и приемки военной продукции на предприятиях, в организациях и учреждениях, осуществляющих разработку, испытания, производство, поставку и утилизацию этой продукции как непосредственно, так и в порядке кооперации.

Таким образом, договорные отношения (договорная основа) для проведения контроля качества и приемки продукции со стороны ВП Минобороны России устанавливаются между Минобороны России и предприятием, осуществляющим производство продукции, подлежащей приемке и контролю качества, а не между Минобороны России и заказчиком товара (ГБУЗ «ГВВ № 3 ДЗМ»).

В связи с этим, у Истца отсутствуют основания возлагать организацию контроля качества и приёмки поставляемого товара на Ответчика, в условиях, когда нормы Положения о ВП Минобороны России очевидно свидетельствуют о том, что контроль качества и приемка товара со стороны ВП Минобороны России осуществляется на предприятии-изготовителе товара и на основании заключенного между предприятием-изготовителем товара договора с Минобороны России.

В этой связи доводы искового заявления о неисполнении Ответчиком встречного обязательства по договору являются необоснованными и не имеют под собой ни нормативного обоснования, ни документального подтверждения.

Кроме того, при оценке фактических обстоятельств рассматриваемого спора суд также обращает внимание на то обстоятельство, что в письме управляющей организации изготовителей фильтров-поглотителей ФП-300 (ОАО «ЭХМЗ им. Н. Д. Зелинского) также сказано, что приемка и контроль качества фильтров-поглотителей ФП-300 ВП Минобороны России осуществляется на основании договора, заключенного между ОАО «ЭХМЗ им. Н. Д. Зелинского» и Министерством обороны Российской Федерации (Управление военных представительств), дополнительная оплата данного контроля качества и приемки со стороны заказчика фильтров-поглотителей ФП-300 не требуется.

Как справедливо отмечает Истец, условия договора не предусматривали в настоящем случае обязанности поставить фильтры-поглотители ФП-300 какого-либо конкретного изготовителя, в связи с чем Истец был вправе, во исполнение своих обязательств, предусмотренных договором, осуществить поставку фильтров-поглотителей ФП-300 вышеуказанного производителя (ОАО «ЭХМЗ им. Н. Д. Зелинского»).

Таким образом, во исполнение своих обязательств по поставке товара, Истец был вправе поставить товар с уже пройденными на предприятии-изготовителе контролем качества и приемкой товара со стороны ВП Минобороны России.

Приведенные Истцом в рассматриваемом случае доводы о неисполнении Заказчиком обязанности по приемке товара отклоняются судом как не соответствующие действительности.

Согласно пункту 1 статьи 531 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с условиями государственного или муниципального контракта поставка товаров осуществляется непосредственно государственному или муниципальному заказчику или по его указанию (отгрузочной разнарядке) другому лицу (получателю), отношения сторон по исполнению государственного или муниципального контракта регулируются правилами, предусмотренными статьями 506 - 522 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец,     осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Вместе с тем, из представленных материалов рассматриваемого дела явствует, что Истцом в адрес Ответчика товар, предусмотренный договором, не передавался.

Согласно пункту 1 статьи 513 ГК РФ покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки.

Однако принятие товара ГБУЗ «ГВВ № 3 ДЗМ» не могло быть осуществлено, в силу того, что Истец не исполнил своего обязательства по передаче товара, предусмотренного договором.

Нормы Положения об особенностях оценки соответствия оборонной продукции (работ, услуг), поставляемой по государственному оборонному заказу, процессов проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации, утилизации и захоронения указанной продукции (далее - Положение), утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 11 октября 2012 года № 1036 «Об особенностях оценки соответствия оборонной продукции (работ, услуг), поставляемой по государственному оборонному заказу, процессов проектирования(включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации, утилизации и захоронения указанной продукции» (далее - Постановление № 1036), на которые ссылается Истец, не применимы к правоотношениям, возникшим между сторонами рассматриваемого договора, ввиду следующего.

Как следует из наименования указанного нормативного правового акта, а также из пункта 1 Постановления № 1036, рассматриваемое Положение затрагивает вопросы особенностей оценки соответствия оборонной продукции (работ, услуг), поставляемой по государственному оборонному заказу.

Вместе с тем договор между Истцом и Ответчиком заключен вне рамок государственного оборонного заказа, следовательно товар, поставка которого является предметом договора, не является оборонной продукцией и нормы Постановления № 1036, в том числе в части используемой терминологии («представитель заказчика»), к нему не применимы.

Кроме того, согласно пункту 3 Постановления № 1036 под термином «представительство заказчика» понимается представительство Министерства обороны Российской Федерации или другого федерального органа исполнительной власти. Ответчик не является Министерством обороны Российской Федерации или другим федеральным органом исполнительной власти. Очевидно, что в Постановлении № 1036 термин «Заказчик» используется в другом значении, нежели в Законе о контрактной системе, в силу чего, доводы искового заявления о том, что обязанность по организации контроля качества и приемке со стороны ВП Минобороны России лежит на Ответчике, как на представительстве заказчика, несостоятельны и основаны на неверном толковании норм материального права.

Приведенные Истцом в обоснование заявленного требования доводы о самой по себе незаконности и ничтожности заключенного договора ввиду наличия в его составе спорного условия об организации обществом контроля качества и приемке со стороны ВП Минобороны России отклоняются в настоящем случае судом как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Так, из представленных материалов рассматриваемого дела явствует, что договор № 16401201 от 2 сентября 2024 года был заключен между сторонами по результатам проведенного электронного аукциона № 0373200056424000222, что свидетельствует не только о заведомой осведомленности Истца со всеми изложенными в договоре условиями (ст. 64 Закона о контрактной системе в сфере закупок), но и о конклюдентном согласии общества с такими условиями (ч. 1 ст. 8 ГК РФ). При этом, в установленном законом порядке положениями аукционной документации оспорены Истцом не были, а потому приведенные им в рассматриваемом случае доводы о необходимости судебной ревизии законности положений заключенного оговора расцениваются в настоящем случае судом исключительно как злоупотребление правом, не подлежащее судебной защите (ч. 2 ст. 10 ГК РФ) и направленное на изыскание любых возможных способов добиться отмены принятого в отношении него Заказчиком решения, с которым общество в настоящем случае не согласно, что, однако же, не может являться основанием к удовлетворению заявленных исковых требований в контексте ст. 65 АПК РФ.

По этой же причине суд не принимает во внимание и доводы Истца о противоправном, антиконкурентном характере спорного требования договора, направленном на искусственное ограничение количества участников закупки, как не имеющие отношения к рассматриваемому спору, поскольку предметом заявленных исковых требований является законность одностороннего отказа Ответчика от исполнения заключенного с Истцом договора, а не легитимность формирования и утверждения Учреждением условий такого договора.

Приведенные Истцом в настоящем случае ссылки на судебную практику отклоняются судом, поскольку обозначенная практика сформирована на основании иных конкретных фактических обстоятельств дела, а потому не имеет для настоящего спора ни общеобязательного (ст. 16 АПК РФ), ни преюдициального (ст. 69 АПК РФ), ни практикообразующего характера.

Согласно ст. 2 ГК РФ, предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Подписывая государственный контракт, Поставщик был знаком с его содержанием и принимал на себя обязательства поставить товар в предусмотренные Контрактом сроки и в соответствии с требованиями Технического   задания, чего обществом в рассматриваемом случае сделано не было.

При указанных обстоятельствах, исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства данного дела, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции считает исковое заявление необоснованным и не подлежащим удовлетворению, поскольку, как видно в настоящем случае из материалов дела, при принятии оспоренного в рамках настоящего дела решения Заказчик действовал в строгом соответствии с требованиями действующего законодательства о контрактной системе в сфере закупок, ввиду чего никаких оснований к признанию незаконным его решения в рассматриваемом случае у суда не имеется.

Безусловных и убедительных доказательств обратного обществом в рассматриваемом случае не представлено.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску относятся на ответчика в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Учитывая изложенное, на основании ст.ст.307, 309, 310, 314, 330, 506, 509, 516 ГК РФ, руководствуясь ст. ст. 9, 64, 75, 110, 121- 123, 156, 167- 171, 176, 177, 181 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении  исковых требований отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                                    Н.Е. Девицкая