﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

30 августа 2021 года

Дело №

А56-95896/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24.08.2021

Полный текст постановления изготовлен 30.08.2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л., судей Троховой М.В., Чернышевой А.А.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «ВиК» Невесенко А.В. (руководитель, решение собрания от 29.05.2017, паспорт), от Терентьева В.И. - Фомичева И.К. (доверенность от 24.05.2019),

рассмотрев 24.08.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «ВиК» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.12.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2021 по делу № А56-95896/2018,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.04.2019 по делу № А56-95896/2018, в отношении акционерного общества «Водоканал-Инжиниринг», адрес: 199178, Санкт-Петербург, 17-я линия В.О., дом 40, ОГРН 1037800027803, ИНН 7801184881 (далее – АО «Водоканал-Инжиниринг», Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Мясников Александр Александрович, о чем сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 08.05.2019.

Временный управляющий 12.03.2020 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его руководителя – Терентьева Вячеслава Ивановича (Санкт-Петербург), просил установить основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а также приостановить производство по обособленному спору в части определения размера ответственности до окончания осуществления расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 16.12.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2020, в удовлетворении заявления временному управляющему отказано.

В ходе рассмотрения дела о банкротстве АО «Водоканал-Инжиниринг» Мясников А.А. освобожден от исполнения обязанностей временного управляющего, новым временным управляющим сначала утвержден Прокофьев Сергей Геннадьевич (определение суда от 28.07.2020), а затем освобожден (определение от 13.04.2021); с 26.05.2021 функции  временного управляющего Общества осуществляет Патрушева Мария Сергеевна (определение от 25.05.2021).

В кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «ВиК», адрес: 194044, Санкт-Петербург, улица Комиссара Смирнова, дом 15, литер А, помещение 655,                        ОГРН 1127847165973, ИНН 7802784137 (далее – ООО «ПСК «ВиК», Компания) просит отменить указанные определение от 16.12.2020 и постановление от 08.04.2021, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование права на обращение с кассационной жалобой, ее податель ссылается на наличие у него статуса конкурсного кредитора в связи с признанием обоснованным и включением в реестр требований кредиторов заявленных Компанией требований (постановлениями апелляционного суда от 29.12.2020 и от 09.04.2021). 

ООО «ПСК «ВиК» не согласно с принятыми судебными актами, поскольку считает, что обособленный спор был рассмотрен без привлечения к участию в нем всех заинтересованных лиц (кредиторов), при чем, в это время действовали принятые судом обеспечительные меры в виде отложения первого собрания кредиторов. 

Согласно позиции Компании, обстоятельства, на которые указывал ответчик в отзыве на заявление относительно объективных причин банкротства Общества, не подтверждены доказательствами. Так, например, отсутствуют копии генеральных договоров между АО «Водоканал-Инжиниринг» и акционерным обществом «Атомпроект», доказательства получения Обществом дохода за 2013 – 2015 года в конкретной сумме и ее соотношение с расходами, доказательства наличия недостатков в работах, выполненных субподрядчиками должника (по договорам указанным временным управляющим). Податель жалобы, также, указывает, на то, что апелляционным судом не принято во внимание фактическое отсутствие у Прокофьева С.Г. права на сохранение статуса временного управляющего Общества в период рассмотрения апелляционной жалобы. 

Кроме того, в письменных дополнениях к кассационной жалобе, Компания  указывает на то, что по имеющимся у нее сведениям, АО «Водоканал-Инжиниринг» в 2016 – 2017 годах не имел возможности самостоятельно выполнять крупные заказы по причине отсутствия у него достаточных оборотных средств и квалифицированного персонала. В этой связи все обязательства за Общество по подрядным договорам исполнялись другими лицами - субподрядчиками с использованием субподрядных договоров, которые в свою очередь для должника являлись убыточными. Заключая такие договоры, которые, в том числе перечислил временным управляющий в заявлении, ответчик знал, что у Общества имеется непогашенная кредиторская задолженность, возникшая еще в 2013 – 2014 годах. В качестве примера, податель жалобы приводит обстоятельства исполнения должником муниципального контракта от 30.10.2006  № 23, которое прекратилось в         2011 году (обстоятельства дела № А04-10422/2017); по генподрядному договору от 06.12.2016 № FH1/5539 АО «Атомпроект» (заказчик) оплатило Обществу лишь работы первого этапа, а после чего отказалось от договора с должником. При этом, сам должник продолжил субподрядные отношения с ООО «Легион Проект» по упомянутому договору, чем очевидно увеличил размер обязательств перед субподрядчиком и причинил ущерб кредиторам должника. 

В отзыве на жалобу Терентьев В.И. возражает против ее удовлетворения, ссылаясь на то, что рассмотрение заявления временного управляющего о привлечении его к субсидиарной ответственности по существу не противоречит положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а на момент рассмотрения обособленного спора требования Компании о включении в реестр требований кредиторов были рассмотрены по существу судом первой инстанции. Ответчик указывает на то, что им были представлены в материалы дела документы по сделкам Общества, а также приведены обстоятельства исполнения договоров, подтвержденные судебными актами на  взыскание должником с обязанных перед ним лиц задолженности, которая в свою очередь подлежала распределению между его субподрядчиками.

В судебном заседании представитель ООО «ПСК «ВиК» поддержал доводы, приведенные в жалобе, настаивал на том, что основания для привлечения Терентьева В.И. к субсидиарной ответственности по заявленным обстоятельствам имелись независимо от того, что приведенные временными управляющим договоры в судебном порядке не оспорены. 

Представитель Терентьева И.К. возражал против удовлетворения жалобы по мотивам, изложенным в отзыве.   

Остальные участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы по существу. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 10.03.2020, единоличным исполнительным органом АО «Водоканал-Инжиниринг» является Терентьев В.И. (генеральный директор) с 28.03.2007.

Обращаясь в суд с заявлением о субсидиарной ответственности Терентьева В.И.,  временный управляющий указал на то, что, по его мнению, ответчиком от имени должника, в период 2013 – 2017 годов были заключены     30 договоров с контрагентами, в результате которых Общество стало неплатежеспособным, а затем фактически банкротом. Как посчитал заявитель, перечисленные в его заявлении договоры были заключены Обществом на заведомо невыгодных для него условиях, поскольку  у самого отсутствовали необходимые для этого ресурсы, в том числе по займам - достаточные средств для их возврата. 

В частности, временным управляющий приводит договоры Общества, заключенные (как заказчиком): с обществом с ограниченной ответственностью «Легион Проект», обществом с ограниченной ответственностью «ПСК-Трасса», обществом с ограниченной ответственностью «Технологии и безопасности», обществом с ограниченной ответственностью «Проектный институт «Петрохим-технология», обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Гидрокор», обществом с ограниченной ответственностью «Петро Строй Изыскания» и с ООО «ПСК «ВиК» на разработку проектной документации в отношении очистных сооружений и объектов водоснабжения, также выполнение иных работ.

По условиям договоров с названными лицами - субподрядчиками, последние  привлекались должником для работ в интересах генеральных заказчиков: акционерного общества Инжиниринговая компания «АСЭ», акционерного общества «РАОС Проект», акционерного общества «Атомпроект» и общества с ограниченной ответственностью «КИНЕФ».

Возражая против доводов и требований временного управляющего, Терентьев В.И. указывал на то, что все перечисленные заявителем договоры прямо связаны с деятельностью АО «Водоканал-Инжиниринг», соответственно считать их неразумными по своим условиям и планируемым результатам (доход 456 185 927 руб.) не приходится, в этой же связи отсутствуют какие-либо признаки его недобросовестного отношения к Обществу и его кредиторам. Тот факт, что ряд контрагентов нарушил свои обязательства перед Обществом, повлекший за собой финансовые проблемы последнего, говорит об объективных причинах неплатежеспособности должника.  

Кроме того, по заключениям временного управляющего относительно финансово-хозяйственной деятельности, вины ответчика в причинах банкротства должника не установлено. При этом возбуждение производства о несостоятельности в отношении должника одним кредиторов, соответственно повлекло за собой расторжение контрактов, от которых предполагалось получить прибыль.   

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что временным управляющим со ссылкой на договоры не доказано обстоятельств, которые бы безусловно подтверждали ущербность каждой из таких сделок, либо в их совокупности для Общества, не доказано неразумного  поведение ответчика по подбору контрагентов, ведению расчетов, принятию на Общество невыполнимых обязательств. 

Как указал суд, заявителем не доказано причинной связи между поведением ответчика и заявленными основаниями - банкротство должника.  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, указав на отсутствие обоснования со стороны заявителя заведомой убыточности сделок, совершение которых должником положено в основание заявления временного управляющего. 

Судом апелляционной инстанции также принято во внимание и то, что в процедуре наблюдения должника еще не все были установлены обстоятельства его несостоятельности, не сформирован реестр кредиторов, не проведено первое собрание кредиторов, не сделан анализ сделок должника. При этом суд, отклоняя довод ООО «ПСК «ВиК» о невозможности рассмотрения по существу данного заявления, отметил, что конкретные обстоятельства, которые могут быть положены в основание привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, подлежат доказыванию и опровержению в любой процедуре.     

 Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражения на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующему.    

Для квалификации правоотношений, связанных с применением гражданско-правовой ответственности к контролирующим должника лицам, в соответствии с положениями статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) подлежат применению положения Закона о банкротстве, устанавливающие основания для применения субсидиарной ответственности, действовавшие в период, когда имели место обстоятельства, вменяемые ответчику в качестве оснований для применения субсидиарной ответственности, в том числе, до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (далее - Закон № 266-ФЗ). 

Нарушения, допущенные в ходе управления АО «Водоканал-Инжиниринг», которые, по мнению временного управляющего, привели к его банкротству, имели место в период 2013 - 2017 годов, следовательно, применительно к основаниям субсидиарной ответственности, к правоотношениям сторон подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве, действующие до внесения в него изменений Законом № 266-ФЗ. Так, в пункте 4 статьи 10 Закона сказано, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом, процессуальные положения, регулирующие порядок рассмотрения в деле о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, применяются в редакции, действующей на момент обращения с заявлением, которая, согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, позволяет арбитражному управляющему обратиться с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, в том числе, в процедуре наблюдения. 

Обязательным элементом состава правонарушения, предусмотренного пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является вина контролирующего должника лица в доведении его до банкротства, что следует из разъяснений пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996      № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям, предусмотрена презумпция наличия причинно-следственной связи действий контролирующего лица с последующим банкротством должника, в случае если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Порядок квалификации действий контролирующих должника лиц на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в силу которых под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. 

В данном случае предписывается, что суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Терентьевым В.И. при рассмотрении дела в суде первой инстанции были даны объяснения относительно обстоятельств заключения обозначенных временным управляющим договоров, целей их заключения и экономического обоснования совершения спорных сделок. 

Вопреки утверждению подателя жалобы, доказательства, на которые ссылаться Терентьев В.И. в отзыве на заявление в суде первой инстанции, приобщены к материалам дела. 

Оценив объяснения Терентьева В.И. с учетом разъяснений пунктов 18-20 Постановления № 53, суды двух инстанций приняли во внимание рисковый характер предпринимательской деятельности Общества в этот период, однако не усмотрели обстоятельств, очевидно говорящих о неразумности заключения этих договоров или наличия недобросовестности в поведении ответчика при их заключении, например преследования иных целей, чем тех, которые предполагались договорными отношениями.  

В силу разъяснений пункта 18 Постановления № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи              1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве)

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Также в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», разъяснено, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Таким образом, не во всех случаях убыточность деятельности организации является следствием виновных неразумных или недобросовестных действий ее руководителя. 

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении Терентьева В.И. к субсидиарной ответственности в связи с заключением им указанных договоров, равно как и в ходе рассмотрения заявления, временный управляющий не представил безусловных доказательств своего утверждения о заведомой убыточности совершения спорных сделок, не обосновал наличия у ответчика умысла при их совершении на причинение ущерба Обществу или его кредиторам.

При таком положении, доводы подателя жалобы не могут свидетельствовать о том, что возможные негативные последствия, которые могли наступить для АО «Водоканал-Инжиниринг» в связи с заключением спорных договоров, выходят за пределы обычных рисков предпринимательской деятельности и указывают на допущенные ответчиком нарушения в ходе организации текущей деятельности Общества. 

При квалификации спорных правоотношений судами правильно применены нормы материального права, положений процессуального законодательства не нарушено. 

Указывая на необходимость привлечения к участию в обособленном споре иных лиц, податель жалобы не обосновал свои доводы ссылками на конкретные нормы процессуального права и не объяснил необходимости такого участия с точки зрения основания и предмета рассмотренного заявления. Обращение временного управляющего с заявлением о его освобождении, само по себе, не прекращает его статуса и не освобождает от исполнения возложенных на него обязанностей до вынесения соответствующего судебного акта о его освобождении. Данное обстоятельство не препятствовало рассмотрению обособленного спора по существу.

Доводы, приведенные Компанией в жалобе, не нашли своего обоснованного подтверждения в суде кассационной инстанции.

При таком положении определение от 16.12.2020 и постановление от 08.04.2021 отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.12.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2021 по делу № А56-95896/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Проектно-строительная компания «ВиК» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

М.В. Трохова

А.А. Чернышева