ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-2319/2015

05 октября 2017 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  28 сентября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 октября 2017 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Шаровой Н.А.,

судей  Зориной О.В., Смольниковой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10226/2017) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 05 июля 2017 года по делу №  А46-2319/2015 (судья Хвостунцев А.М.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управление предприятиями коммунального комплекса Русско-Полянского муниципального района» ФИО3 к ФИО2 о возмещении убытков в сумме 24 386 112 руб.,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Управление предприятиями коммунального комплекса Русско-Полянского муниципального района» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:  

от ФИО2 - представитель не явился, извещен;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управление предприятиями коммунального комплекса Русско-Полянского муниципального района» ФИО3 - лично (удостоверение);

от ФИО4 - представитель не явился, извещен;

от ФИО5 - представитель не явился, извещена;

от ФИО6 - представитель не явился, извещена;

от ФИО7 - представитель не явился, извещен;

от ФИО8 - представитель не явился, извещен;

от Федеральной налоговой службы - представитель ФИО9, по доверенности № 01-17/08472 от 13.06.2017, сроком действия до 26.05.2018, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Управление предприятиями коммунального комплекса Русско-Полянского муниципального района Омской области» (далее – ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района», должник) обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 15.05.2015 (дата объявления резолютивной части – 07.05.2015)  по делу № А46-2319/2015 в отношении ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» введена процедура наблюдения.

Решением арбитражного суда от 09.09.2015 (резолютивная часть решения объявлена 03.09.2015) ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждён ФИО3 (далее – ФИО3).

Конкурсный управляющий ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» ФИО3 29.11.2016 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 о возмещении убытков в сумме 24 386 112 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 06.12.2016 указанное заявление принято к производству суда и назначено к рассмотрению в судебном заседании. Указанным определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8.

Определением Арбитражного суда Омской области от 05 июля 2017 года по делу № А46-2319/2015 заявление конкурсного управляющего ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» ФИО3 удовлетворено частично. Взыскано с ФИО2 в конкурсную массу ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» 21 941 418,50 руб. убытков.

В апелляционной жалобе ФИО2 (далее также – ответчик) просит указанное определение отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Доводы жалобы мотивированы следующим образом:

- к авансовым отчетам были приложены договоры купли-продажи угля у физических лиц;

- договоры купли-продажи проверены бухгалтерией по данным оперативного учета завоза угля, содержали все необходимые реквизиты;

- данные по количеству угля, цене, общей стоимости оприходованного на склад предприятия угля, отраженные в регистрах бухгалтерского учета, соответствовали данным, содержащимся в договорах купли-продажи, что является неоспоримым фактом обоснованности списания руководителем предприятия денежных средств с подотчета работника ФИО4;

- все первичные документы были переданы конкурсному управляющему в электронном виде за весь период деятельности предприятия;

- в суд первой инстанции при рассмотрении обособленного спора были представлены оригиналы документов бухгалтерского учета установленной формы, подтверждающие передачу ФИО4 на склад предприятия приобретенного у физических лиц угля в количестве 12 738,5 т общей стоимостью 23 779 358,5 руб. (приходные ордера ф. М-4 на каждую поставку, регистры бухгалтерского учета, карточка счета, оборотно-сальдовая ведомость по счету) за период январь 2012 г. – апрель 2014 г.;

- в материалы дела представлялись (не приобщены судом) доказательства реализации должником угля сторонним организациям за рассматриваемый период в количестве 16 623 тонны. Закупки у прочих поставщиков (ООО «Дедал», ОАО «Омская топливная компания», ООО «Транспроект», ИП ФИО10) за этот период составили 3 885 тонн. Разница – 12 738 т (16 623 – 3 885), что соответствует подтвержденному бухгалтерскими документами количеству угля, приобретенного у физических лиц.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 28.09.2017, конкурсный управляющий ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» ФИО3 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил отказать в ее удовлетворении, оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Представитель Федеральной налоговой службы также высказался в поддержку обжалуемого определения.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Омской области от 05 июля 2017 года по делу №  А46-2319/2015 проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Выводы суда соответствуют представленным доказательствам и применимым нормам материального и процессуального права.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 53 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

В силу пункта 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц директором ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» с даты создания общества 14.05.2010 до даты открытия конкурсного производства в отношении должника являлся ФИО2.

Как установил суд первой инстанции, в ходе конкурсного производства в отношении ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» конкурсным управляющим ФИО3 установлен факт списания с подотчета ФИО4 в период с 01.01.2012 по 30.04.2013 на основании авансовых отчетов денежных средств.

В подтверждение чего управляющим в материалы обособленного спора представлены соответствующие авансовые отчеты ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района».

В качестве документов, подтверждающих произведенные расходы, в авансовых отчетах указаны договоры купли-продажи угля. 

Представленные в материалы дела договоры подписаны от имени покупателя директором ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» ФИО2, в качестве продавцов указаны ФИО8 и ФИО7.

В обоснование списания денежных средств с подотчета ФИО4 представлены договоры купли-продажи угля, в которых в качестве продавцов указаны ФИО8 и ФИО7. Доказательства, подтверждающие поставку указанными лицами угля, в материалы дела не представлены.

02.05.2017 от конкурсного управляющего поступило письменное заявление о фальсификации договоров купли-продажи угля, представленных в материалы дела заявителем.

Однако суд первой инстанции правильно посчитал необходимым оценить представленные договоры в качестве доказательств по делу в совокупности и взаимосвязи с иными доказательствами в соответствии со статьёй 71 АПК РФ без проверки обоснованности заявления о фальсификации в порядке, предусмотренном статьёй 161 АПК РФ, исходя из того, что документы, о фальсификации которых заявлено, представлены в материалы дела самим конкурсным управляющим, и переданы ему после возбуждения дела о банкротстве в числе прочих бухгалтерских документов должника, а не представлены стороной в связи с принятием к производству заявления об оспаривании сделок должника.

            Суд первой инстанции, исследовав представленные сторонами доказательства, пришёл к выводу о том, что ФИО8 и ФИО7 не поставляли уголь ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района», исходя из следующих обстоятельств.

Из ответов УФМС России по Омской области следует о том, что ФИО8 не значится зарегистрированным в Омской области, ФИО7 проживает в 

<

...>.

            Из акта опроса от 20.04.2016 следует, что ФИО8 не проживает по адресу, указанному в качестве адреса регистрации в договорах. 

            Из ответа Межрайонной инспекции ФНС России по Советскому административному округу города Омска следует, что на налоговом учёте ФИО8 не состоит.

            Из ответа Межрайонной инспекции ФНС России № 1 по Омской области от 19.04.2016 также следует, что ФИО7 не сдавал налоговые декларации за 2012-2014 годы.

            По запросу суда в материалы дела представлен ответ государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда России по Омской области, из которого следует, что ФИО8 в региональной базе данных Пенсионного фонда России не зарегистрирован, за ФИО7 в период с ноября 2013 года по февраль 2014 года поступали страховые взносы как за работника общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Мостовик».

ФИО8 и ФИО7 не явились в заседания суда первой инстанции на его вызовы в качестве свидетелей.

Поэтому суд первой инстанции отнёсся критически к пояснениям ФИО4 и ФИО2, данным в ходе рассмотрения обособленного спора в первой инстанции, об обстоятельствах заключения договоров, которые не смогли пояснить, как стороны договора связывались между собой для исполнения обязательств. 

Пояснения о том, что указанные лица самостоятельно связывались с должником и при наличии денежных средств получали оплату по договору, действительно, как верно указал суд первой инстанции, вызывают обоснованные сомнения, учитывая регулярность заключения договоров, а также длительность отношений между сторонами.

Доводы ФИО2 о том, что на складах должника имелся уголь, который был использован для отопления населенных пунктов Русско- Полянского района, судом первой инстанции были отклонены.

            Как верно указал суд первой инстанции, данные документы не свидетельствуют о приобретении угля за счёт денежных средств, полученных в подотчёт ФИО4, учитывая то, что из представленного ФИО5 отзыва следует, что уголь закупался должником также у иных лиц, - ООО «Дедал», ОАО «Омская топливная компания», ООО «Транспроект», ИП ФИО10

Факт наличия у должника угля не является доказательством обоснованности списания денежных средств на основании оспариваемых авансовых отчетов с подотчета ФИО4, поскольку, учитывая вывод суда об отсутствии хозяйственных отношений на основании договоров, заключенных с ФИО8 и ФИО7, невозможно определить ни стоимость, по которой приобретался на денежные средства должника уголь, ни его объем.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание также следующие, имеющие непосредственное отношение к рассматриваемому обособленному спору, фактические обстоятельства, имеющие преюдициальное значение на основании части 2 статьи 69 АПК РФ.

В рамках этого дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными на основании  статьи 173 ГК РФ сделки по утверждению авансовых отчётов и списанию денежных средств с подотчёта ФИО4 на поставку угля в период времени с 01.01.2012 по 30.04.2014 на общую сумму 24 386 112 руб. и взыскании с ФИО4 24 386 112 руб. в конкурсную массу ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района».

            К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (далее – ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8).

            До принятия судебного акта по существу спора конкурсный управляющий уточнил свои требования, просил признать недействительными сделки по утверждению авансовых отчётов и списанию денежных средств с подотчёта ФИО4 на поставку угля в период времени с 01.01.2012 по 30.04.2014 на общую сумму 24 386 112 руб. и взыскании с ФИО4, ФИО5, ФИО2 солидарно неправомерно удерживаемые денежные средства в сумме 24 386 112 руб. в пользу ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района».

            Определением арбитражного суда от 23.06.2016, оставленным без изменения постановлением от 21.09.2016 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

            Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31.01.2017 судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменены,  дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора конкурсным управляющим ФИО3 уточнено правовое основание оспаривания сделок должника, а именно: заявлено о наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, в дополнение к ранее указанной статье 173 ГК РФ.

            Определением арбитражного суда от 29.06.2017 признаны недействительными сделками утверждение авансовых отчётов и списание денежных средств с подотчёта ФИО4 на основании авансовых отчётов, перечисленных в резолютивной части определения, на общую сумму 24 315 978 руб. 50 коп.

            Суд применил последствия недействительности сделок: взыскал с ФИО4 в конкурсную массу должника  24 315 978 руб. 50 коп. В удовлетворении требований к ФИО2 и ФИО5 в части применения последствий недействительности сделок отказал.

            С ФИО4 в доход федерального бюджета взыскано 9 000 руб. государственной пошлины.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2017 определение Арбитражного суда Омской области от 29.06.2017 по делу № А46-2319/2015 изменено в части применения судом последствий недействительности сделок.

Резолютивная часть определения Арбитражного суда Омской области от 29.06.2017 по делу № А46-2319/2015 в указанной части изложена следующим образом.

«Применить последствия недействительности сделок.

Взыскать с ФИО4, ФИО2, ФИО5 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Управление предприятиями коммунального комплекса Русско - Полянского муниципального района» по 8 105 326 руб. 16 коп. с каждого.

Взыскать с ФИО4, ФИО2, ФИО5 в доход федерального бюджета по 3 500 руб. государственной пошлины с каждого.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управление предприятиями коммунального комплекса Русско - Полянского муниципального района» в пользу ФИО4 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе».

Предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанции в рамках указанного обособленного спора об оспаривании сделок должника являлись те же самые авансовые отчеты, неправомерное утверждение которых ответчиком объявлено в качестве фактического основания заявления конкурсного управляющего о взыскании с ФИО2 убытков.

В рамках указанного обособленного спора, с привлечением ФИО2, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам, исключающим иную оценку по материалам настоящего обособленного спора.

Исходя из положений законодательства о бухгалтерском учете ФИО4 как подотчётное лицо обязан не только формально составить авансовый отчёт, но и приложить к нему в обязательном порядке именно документы, подтверждающие произведённые им расходы (командировочное удостоверение, квитанции, транспортные документы, чеки ККМ, товарные чеки и другие оправдательные документы).

Главный бухгалтер должника (ФИО5) обязана была должным образом проверить достаточность представленных ФИО4 оправдательных документов для целей последующего утверждения авансовых отчётов руководителем должника (ФИО2), если первичные документы действительно подтверждают расходование ФИО4 денежных средств должника на нужды последнего, а также оплату работ, услуг контрагентов должника.

Соответственно, после представления на подпись руководителю должника проверенных главным бухгалтером авансовых отчётов (предполагается должным образом в соответствии с вышеизложенными указаниями) руководитель утверждает эти отчёты, при этом убедившись также в том, что списание с подотчёта работника взятых им у должника денежных средств основывается на каких-либо документах, подтверждающих реальное расходование работником этих средств.

В рассматриваемой ситуации в дело представлены копии авансовых отчётов, которые подписаны подотчётным лицом ФИО4 (заместителем директора), главным бухгалтером ФИО5, директором ФИО2

Вместе с тем, данные авансовые отчёты не подтверждают реального расходования ФИО4 денежных средств, указанных в  авансовых отчётах.

В апелляционной жалобе (08АП-9630/2017) ФИО4 ссылался на следующие обстоятельства:

По договорённости с поставщиками уголь поставлялся авансом, с оплатой в последующие 2-3 месяца. Ввиду того, что по договорённости с поставщиками денежные средства за ранее поставленный уголь передавались с водителями, которые привозили следующую поставку, а поставки происходили в различное время (зачастую – нерабочее  для бухгалтерии предприятия), ему была поручена передача денежных средств за ранее поставленный уголь поставщикам. При появлении финансовой возможности частичной оплаты поставленного ранее угля бухгалтер ставил его в известность о возможности оплатить определённую сумму. Он по телефону доводил эту информацию до поставщика. Представитель поставщика приезжал с готовыми договорами на согласованную сумму. Он передавал полученные в подотчёт денежные средства. Представитель поставщика отдавал ему подписанный договор, в котором были указаны количество угля и стоимость. Договор он, по указанию бухгалтера, прикладывал к авансовому отчёту, в соответствии с действующим законодательством.

Таким образом, из пояснений самого ФИО4 следует, что передача денежных средств поставщикам угля не оформлялась какими-либо платёжными документами (квитанциями к приходным кассовым ордерам, чеками контрольно-кассовых машин, расписками и другими расчётными документами).

Со слов ФИО4 в качестве расчёта ему передавался поставщиками договор.

Однако сам по себе договор, как следует из мотивировочной части постановления от 08.09.2017, не является допустимым доказательством оплаты работ, услуг и товара.

То есть, договор, хотя и содержащий указание на его цену (стоимость товара), не является одновременно документом, подтверждающим расчёт покупателя с поставщиком.

К тому же из условий договоров купли-продажи  (пункты 2.2.) следует, что расчёты по договору производятся в течение 30 дней с момента поступления товара на склад должника.

Договоры заключены должником в лице директора ФИО2

Какой-либо ссылки на подотчётное лицо ФИО4 договоры не содержат.

Тем самым, договоры, ссылка  на которые имеет место в авансовых отчётах ФИО4, указывают лишь о намерениях должника приобрести товар у конкретного поставщика, но не свидетельствуют о произведённом расчёте между поставщиком и должником в лице ФИО4

Судом апелляционной инстанции в постановлении от 08.09.2017 были исследованы и оценены регистры бухгалтерского учёта по движению угля за 2012-2014 годы (оборотно-сальдовые ведомости, анализ счёта, карточки счёта), требования-накладные формы М-11 на отпуск угля со склада за период сентябрь-декабрь 2012 года, январь-апрель 2013 года, представленные в материалы обособленного спора об оспаривании управляющим авансовых отчетов. 

В своей апелляционной жалобе ФИО2 также ссылается на эти документы в подтверждение обоснованности авансовых отчетов, однако в материалы дела представлены только копии приходных ордеров ф. М-4.

Вместе с тем, данные документы не свидетельствуют о приобретении угля за счёт денежных средств, полученных в подотчёт ФИО4, учитывая, что, как указано выше, уголь закупался должником также у иных лиц, - ООО «Дедал», ОАО «Омская топливная компания», ООО «Транспроект», ИП ФИО10 Факт наличия у должника угля не является доказательством обоснованности списания денежных средств на основании оспариваемых авансовых отчётов с подотчёта ФИО4, поскольку, учитывая отсутствие хозяйственных отношений на основании договоров, заключённых с ФИО8 и ФИО7, невозможно определить ни стоимость, по которой приобретался уголь на денежные средства должника, ни его объём.

При таких обстоятельствах в результате рассмотрения судами первой и апелляционной инстанции заявления конкурсного управляющего ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района» о признании недействительными сделок должника спорные авансовые отчеты были квалифицированы в качестве сделок с причинением вреда по п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из аналогии разъяснений, содержащихся в п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 57, п. 4 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22, п. 7 постановления ВАС РФ от 12.07.2012 N 42, п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 N 10, если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по спору, в котором установлены обстоятельства, имеющие преюдициальное значение, он должен указать соответствующие мотивы.

Применительно к материалам настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции не располагает основаниями для формулирования иных, нежели в постановлении от 08.09.2017, выводов относительно оценки спорных авансовых отчетов.

В результате утверждения ФИО2, являвшимся в исковой период директором ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района», спорных авансовых отчетов, из имущественной сферы должника были выведены активы в объеме израсходованных денежных средств на неподтвержденные относимыми и допустимыми доказательствами цели.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Поскольку ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом ООО «УПКК Русско-Полянского муниципального района», именно он несет ответственность за сохранность имущества должника (включая денежные средства), надлежащую организацию работы предприятия и его структурных подразделений. Директор обязан привлекать своих сотрудников к материальной ответственности в случае причинения вреда имуществу работодателя.

Как установлено выше, спорные авансовые отчеты проверены главным бухгалтером и переданы на подпись директору в отсутствие надлежащих оправдательных документов. Поэтому их утверждение ответчиком (в части тех авансовых отчетов, которые подписаны ФИО2) свидетельствует о ненадлежащем исполнении директором присущих ему контрольных функций над работниками предприятия и документооборотом.

При установленных фактических обстоятельствах такое поведение не удовлетворяет стандартам разумности и добросовестности директора (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62). 

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, лицо, требующее их возмещения, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Для удовлетворения требования о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Учитывая, что конкурсным управляющим был доказан факт необоснованного списания руководителем должника денежных средств с подотчета работника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии состава правонарушения: факта наступления вреда, наличия и размера убытков, противоправности поведения причинителя вреда.

Вместе с тем, установив, что ряд авансовых отчетов руководителем должника подписан не был, суд первой инстанции взыскал с ФИО2 21 941 418,50 руб.

В отказной части определения выводы суда никем не оспариваются, что исключает их проверку применительно к правилам, содержащимся в части 5 статьи 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым разъяснить, что взыскание с ФИО2 в порядке реституции 8 105 326 руб. 16 коп. на основании постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2017, само по себе не  исключает обоснованности судебного акта о взыскании с него убытков, находящихся в прямой причинно-следственной связи с нарушением им своих обязанностей как единоличного исполнительного органа. 

Судебная практика допускает применение одновременно двух способов защиты одного и того же нарушенного права (пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В силу пункта 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если будет исполнен один судебный акт, то исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке статьи 325 АПК РФ.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Руководствуясь п. 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 05 июля 2017 года по делу № А46-2319/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

 

Н.А. Шарова

 

Судьи

 

О.В. Зорина

 

М.В. Смольникова