ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-33046/2020

20 октября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.9

Резолютивная часть постановления объявлена     11 октября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 октября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей   Н.В.Аносовой, И.В.Юркова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от КЗПИФ «Невский берег» ФИО2 по доверенности от 01.09.2022,  ФИО3 по доверенности от 26.09.2022 (после перерыва),

от ФИО4 ФИО5 по доверенности от 15.02.022,

от конкурсного управляющего  ФИО6 по доверенности от 11.05.2022 (онлайн),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-22436/2022)  конкурсного управляющего ФИО7 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.06.2022 по делу № А56-33046/2020/сд.9 (судья Шведов А.А.), принятое

по заявлению конкурсного управляющего

о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная Строительная Компания»,

ответчик по обособленному спору: индивидуальный предприниматель ФИО4,

установил:

в ходе открытой в отношении должника  процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий ООО «Инвестиционная Строительная Компания» (далее - ООО «ИСК»)  обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника – просил признать недействительным договор купли-продажи от 01.10.2019; применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «ИСК» нежилого здания, наименование: Банковский центр, этажность: 1, площадью 475,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, лит. А, кадастровый номер 78:13:7415А:26:55;  земельного участка, общей площадью 2840 +/- 19 кв.м., кадастровый номер 78:13:7415А:26, категория земель: земли населенного пункта, разрешенное использование: для размещения финансово-кредитных объектов, расположенный по адресу: 

<

...>, лит. А. 

Определением  арбитражного суда первой инстанции от 07.06.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности недействительности сделки ни по нормам главы III.1 Закона о банкротстве, ни  по общим гражданским нормам права.  

Конкурсным управляющим подана и в судебном заседании поддержана апелляционная жалоба, в которой просил определение отменить, заявленные требования удовлетворить. По мнению конкурсного управляющего, вывод суда первой инстанции о недоказанности аффилированности сторон сделки не соответствует фактическим обстоятельствам дела. ФИО4 является генеральным директором ООО «Интервест», учредителем которого до 25.10.2019 являлся ФИО8 – бывший супруг ответчика по обособленному спору, на текущую дату единственным учредителем Общества является сын ФИО8 - ФИО9. Руководителем и учредителем ООО «ИСК» является также ФИО8. ФИО4 не могла ни знать о наличии признаков неплатежеспособности должника на дату совершения сделки и о преследовании должником цели причинения имущественного вреда правам кредиторов. По мнению конкурсного управляющего, нельзя считать ФИО4 добросовестной стороной по сделке и неосведомленной о наличии у должника цели вывода ликвидного имущества. Судом первой инстанции не принят во внимание довод о причинении имущественного вреда правам кредиторов совершенной сделкой. Как следует из выписки по банковскому счету ООО «ИСК», открытому в ПАО «БАНК «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ»», 11.10.2019 должник получил от ФИО4 в качестве частичной оплаты по договору купли-продажи от 01.10.2019 денежные средства в размере 36900000,00 руб., которые в последующем в полном объеме были перечислены в адрес ООО «Невская логистика» с основанием платежа «Частичный возврат беспроцентного займа по договору займа №1 от 14.06.2012». Следовательно, денежные средства, полученные от аффилированного лица (ФИО4). тут же выведены на других аффилированных по отношению к должнику лиц (ООО «Невская логистика» и ООО «ТД Интерторг»), что свидетельствует о транзитном движении денежных средств и намерении сторон создать характерные для обычных участников гражданского оборота правоотношения. Должником осуществлено отчуждение ликвидного имущества, и в то же время денежные средства, полученные от сделки, не были направлены на погашение текущей задолженности и исполнение обязательств перед ПАО Сбербанк. Конкурсный управляющий полагает, что фактически договор являлся для должника безвозмездным, что свидетельствует о неравноценности сделки, то есть о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника, которые в случае реализации земельного участка в процедуре банкротства рассчитывали бы на погашение своих требований за его счет.

ФИО4 в представленном отзыве и представитель в судебном заседании возражали относительно апелляционной жалобы, определение просили оставить без изменения. Ответчик по обособленному спору ссылался, что при оценке довода конкурсного управляющего об афиллированности сторон,  су первой инстнции пришел к правомерному выводу о его необоснованности и недоказанности наличия между бывшими супругами ИП ФИО4 и ФИО8 доверительных отношений и оказания влияния ФИО8 и его сыном ФИО9 на ИП ФИО4 при согласовании условий спорной сделки и ее заключения. На момент совершения сделки ФИО8 не являлся учредителем ООО «Интервест», что исключает вывод об осведомленности ответчика о финансовом положении должника. При этом, даже совершение сделки с аффилированным лицом не свидетельствует о недобросовестном поведении. Также ФИО4 полагает правомерными выводы суда первой инстанции о том, что конкурсный управляющий не представил доказательств противоправных действий сторон, направленных на причинение должнику и его кредиторам вреда, и  доводы конкурсного управляющего о мнимости и притворности сделки должника по отчуждению объектов недвижимости в пользу ответчика, безвозмездном характере сделки и выводе активов должника из его имущественной массы в целях сохранения конечным бенефициаром контроля над ними имеют предположительный характер. Кроме того, судом первой инстанции достоверно была установлена финансовая возможность ответчика на приобретение объекта недвижимости.  ИП ФИО4 представила суду доказательства продажи принадлежащей ей квартиры площадью 209 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, лит.А, кв.333, по цене 37000000 руб., а также сведения о доходах от предпринимательской деятельности за 2018 и 2019 годы, оценив которые суд признал наличие у ФИО4 на момент оплаты цены оспариваемого договора финансовой состоятельности, что подтверждает факт оплаты объектов недвижимости. При этом факт оплаты покупателем - ФИО4 приобретенных объектов не оспаривается  конкурсным управляющим. Отметили, что на момент заключения договора в отношении должника отсутствовали исковые требования, заявленные в судебном порядке, наличие которых устанавливалось и устанавливается путем обзора на сайте http://www.arbitr.ru/, также отсутствовали неисполненные решения суда, по которым могли быть выданы исполнительные документы, отсутствие исполнительных производств в данном периоде было установлено путем обзора информации на сайте судебных приставов https://fssp.gov.ru/, также в данном периоде отсутствовали сведения о намерении кредиторов обратится в суд с заявлением о банкротстве, данная информация была так же установлена путем обзора Единого федерального реестра юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности (Федресурс)https://fedresurs.ru/, первое подобное сообщение было зарегистрировано 06.04.2020, то есть спустя несколько месяцев после заключения оспариваемого конкурсным управляющим договора. Таким образом, ФИО4 не знала и не могла знать о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у ООО «ИСК», проявив при этом должную осмотрительность. ФИО4 полагает, что по существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств. 

В обоснование возражений по апелляционной жалобе ответчиком представлены дополнительные доказательства, подтверждающие источники происхождения денежных средств, которыми ответчик произвел оплату объекта недвижимости по оспариваемой сделке. ФИО4 направила запрос в банковскую организацию, посредством которой производились расчеты по сделке купли-продажи собственного объекта недвижимости, расположенного по адресу: 

<

...>, за счет средств от продажи которого частично (82%) был оплачен объект недвижимости по оспариваемой сделке. Представлена заверенная Операционным управлением Московского банка ПАО Сбербанк г. Москва копия электронного платежного поручения №482124 о проведении операции по перечислению денежных средств от ООО «ЦНС» по ДКП от 27.09.2019 за ФИО10 для ФИО4 в размере 36900000 рублей. дата операции - 10.10.2019. Дата операции на сумму 36900000 рублей по перечислению денежных средств в счет оплаты 1 этапа по оспариваемой сделке (договор от 01.10.2019) - 11.10.2019. 

В судебном заседании  представитель КЗПИФ «Невский берег» возражал относительно апелляционной жалобы, определение просил оставить без изменения. 

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов  обособленного спора, между ООО «ИСК» (продавец) и ИП ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 01.12.2019 (далее - договор), в соответствии с которым продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель - принять и оплатить нежилое здание, наименование: Банковский центр, этажность: 1, площадью 475,5 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, лит. А, кадастровый номер 78:13:7415А:26:55;  земельный участок общей площадью 2840 +/- 19 кв.м., кадастровый номер 78:13:7415А:26, категория земель: земли населенного пункта, разрешенное использование: для размещения финансово-кредитных объектов, расположенный по адресу: 

<

...>, лит. А. 

Переход права собственности зарегистрирован за ФИО4 на земельный участок 31.12.2019 (запись в ЕГРН 78:13:0741501:26-78/036/2019-5), на здание - 31.12.2019 (запись в ЕГРН 78:13:0741501:1061-78/036/2019-15).

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ПАО Сбербанк о признании ООО «Инвестиционная Строительная Компания» несостоятельным (банкротом). 

Определением от 27.04.2020 заявление принято; возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвестиционная Строительная Компания». 

Определением от 20.08.2020, резолютивная часть которого объявлена 19.08.2020, заявление признано обоснованным; в отношении ООО «ИСК» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО11 

Решением от 22.03.2021, резолютивная часть которого объявлена 17.03.2021, ООО «ИСК» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО7 Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.12.2019 № 236. 

Конкурсный управляющий ФИО7, полагая, что заключенный между должником и ответчиком договор купли-продажи объектов недвижимости является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве, статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду его безвозмездности, заключения за четыре месяца до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве с аффилированным с должником лицом, которое было осведомлено о признаках неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника, со злоупотреблением сторонами правом и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в частности с целью вывода ликвидных активов из состава имущественной массы, обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам о недоказанности конкурсным управляющим заявленных требований. При этом суд первой инстанции указал, что переход права собственности на объекты недвижимости, которые отчуждены по оспариваемому договору, совершен 31.12.2019, тогда как дело о банкротстве должника возбуждено 27.04.2020, следовательно, оспариваемая сделка подпадает под действие пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и доводы конкурсного управляющего  о наличие соответствующих оснований объективного подтверждения в ходе рассмотрения обособленного спора не нашли. Пороков воли, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, конкурсным управляющим не доказано,  и судом первой инстанции не установлено. При этом суд первой инстанции отклонил довод  конкурсного управляющего об аффилированности ИП ФИО4 по отношению к должнику, поскольку не доказано наличие между бывшими супругами  доверительных отношений, не представлено доказательств оказания влияния ФИО8 и его сыном ФИО9 на ИП ФИО4 при согласовании условий спорной сделки,  ее заключения и исполнения. 

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого  судебного акта.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из разъяснений пунктов 5, 6 и 7 постановления Пленума N 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В обоснование довода о наличии у должника признаков неплатежеспособности конкурсный управляющий ссылался, что в 2018 году у ООО «ТД Интерторг» появились признаки неплатежеспособности, что свидетельствует об их появлении и у ООО «ИСК» в силу вхождения в одну общую организационно-финансовую структуру, поскольку экономическая связь компаний имеет негативные последствия, подразумевающие под собой, что ухудшение финансового положения одной из компаний обуславливает или делает вероятным ухудшение финансового положения другой компании группы, что может послужить причиной неисполнения обязательств должника перед кредиторами.

Ссылаясь на данные финансового состояния ООО «ИСК», выполненного в процедуре банкротства, конкурсный управляющий указал, что первые признаки неплатежеспособности у ООО «ИСК» возникли еще в 2018 году, в 2019 году должник находился в состоянии тяжелого финансового кризиса и уже в полной мере не имел возможности исполнять взятые на себя обязательства. 

В настоящем споре нельзя признать доказанным конкурсным управляющим наличие у должника в спорный период признаков неплатежеспособности.

Значение коэффициентов абсолютной ликвидности, определяющих возможность погасить долговые обязательства немедленно, само по себе не может однозначно свидетельствовать о неплатежеспособности должника.

Доказательства наличия просроченных обязательств перед кредиторами на дату заключения сделок в материалах дела отсутствуют.

Финансово-экономическое состояние должника не указывало на наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, соответственно, отсутствует обязательный критерий для сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве - наличия цели причинения имущественного вреда кредиторам.

Указывая на наличие неплатежеспособности у должника, конкурсный управляющий, чьи доводы признаны судом первой инстанции необоснованными, ссылался на наличие неплатежеспособности у ООО "ТД Интерторг", называя его "головной компанией".

При этом наличие признаков неплатежеспособности у ООО "ТД Интерторг" на момент совершения оспариваемой сделки также не подтверждено.

Аффилированность должника и ответчика по обособленному спору не установлена.

Между тем сама по себе заинтересованность сторон сделки не является основанием для признания ее недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества. При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 Постановления N 63).

Таким образом, в любом случае оценке подлежит добросовестность контрагента должника через сопоставление его поведения с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно.

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. При таком положении предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества должника по заниженной (бросовой) цене не по рыночным мотивам. Как следствие, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника, действует с ним совместно, а потому его интерес не подлежит судебной защите.

В абзаце третьем пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзаце седьмом пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" приведены разъяснения о критерии кратности превышения цены сделки над рыночной, явном и очевидном для любого участника рынка, который актуален и для рассмотрения споров, связанных с оспариванием сделок должника на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 305-ЭС21-19707, применение критерия кратности является явным и очевидным для любого участника оборота; возможность применения более низкого критерия должны быть обоснована.

В рассматриваемом случае на занижение цены имущества конкурсный управляющий не ссылался.

Согласно пункту 3.1 оспариваемого договора стоимость имущества определена в 45000000 руб., из которых: цена земельного участка составляет 14500000 руб.; цена помещения составляет 30500000 руб.

Пунктом 3.2 договора предусмотрено, что оплата цены имущества производится покупателем в полном объеме в срок до 31.12.2019 включительно. 

Принятые на себя обязательств покупатель выполнил в полном объеме в следующем порядке: 11.10.2019 покупатель произвел частичную оплату по договору в размере 36900000 руб., а оставшуюся сумму в счет оплаты имущества покупатель перечислил 11.12.2019.

 Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки вред имущественным правам кредиторов причинен не был, должник получил равноценное встречное предоставление - в  счет оплаты стоимости объектов недвижимости ООО «ИСК» получило денежные средства в объеме, предусмотренном договором купли-продажи.

Исполнение покупателем условий договора купли-продажи  не оспаривается.

Имеющиеся в материалах дела доказательства об оплате имущества за счет средств самой ИП ФИО4 опровергают довод конкурсного управляющего о безвозмездности договора. На момент согласования сторонами условия о цене сделки рыночная стоимость объектов недвижимости была определена отчетом об оценке от 20.09.2019, выполненном оценщиком ФИО12, членом «Саморегулируемой междрегиональной ассоциации оценщиков», доказательств несоответствия выводов оценщика конкурсный управляющий не представил

В подтверждение наличия на момент совершения сделки возможности оплатить стоимость объектов недвижимости, приобретенных у должника, ИП ФИО4 представила суду доказательства продажи принадлежащей ей квартиры площадью 209 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, лит.А, кв.333, по цене 37000000 руб., а также сведения о доходах от предпринимательской деятельности за 2018 и 2019 годы.

Указанные доказательства суд первой инстанции правомерно признал относимыми, допустимыми и достаточными для подтверждения финансового положения ответчика.

В обоснование возражений по апелляционной жалобе ответчиком представлены дополнительные доказательства, подтверждающие источники происхождения денежных средств, которыми ответчик произвел оплату объекта недвижимости по оспариваемой сделке. Предоставлена заверенная копия электронного платежного поручения №482124 о проведении операции по перечислению денежных средств от ООО «ЦНС» по ДКП от 27.09.2019 за ФИО10 для ФИО4 в размере 36900000 рублей. дата операции - 10.10.2019.   При этом 11.10.2019 36900000 рублей перечислено в счет оплаты 1 этапа по оспариваемой сделке (договор от 01.10.2019).

В связи с тем, что оспариваемый договор заключен должником с ФИО4, являющейся бывшей супругой ФИО8 - конечного бенефициара группы компаний, в которую входит ООО «ИСК», конкурсный управляющий полагал, фактически имущество не выбыло из собственности контролирующего лица.

Как указал суд первой инстанции и не опроверг податель апелляционной  жалобы, конкурсным управляющим не доказано транзиторное движение денежных средств, полученных от ИП ФИО13, и само по себе расходование должником полученных от продажи имущества средств, в частности в назначении платежа, совершенного должником в пользу ООО «Невская логистика», а также позднее  исполнение ООО «Невская логистика» перед ООО «ТД «Интерторг» обязательств по частичному возврату беспроцентного займа по договору №30 от 04.06.2012, не может быть квалифицировано как злоупотребление сторонами правом, свидетельствующее о выводе активов должника из состава имущественной массы последнего.

При изложенных фактических обстоятельствах статус бывшей супруги ФИО8 не является достаточным  основанием для вывода о том, что ФИО4 имела возможность контролировать действия юридических лиц и денежные потоки внутри группы лиц, подконтрольной ее бывшему супругу. 

Приобретенное по спорной сделке имущество в настоящее время  зарегистрировано за ответчиком, используется  ФИО4, денежные средства, уплаченные по договору купли-продажи, ФИО4 не возвращались, и контролировать использование должником полученных  по  оспариваемому договору денежных средств ответчик не должен был и не мог.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к правомерным и соответствующим фактическим обстоятельствам выводам о том, что приведенные конкурсным управляющим доводы не свидетельствуют о доказанности обстоятельств, с которыми положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве позволяют признать подозрительную сделку недействительной, поскольку цель причинения вреда может быть признана доказанной только при одновременном наличии доказательств осведомленности стороны сделки о цели причинения вреда на дату совершения сделки.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 4 Постановления N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В данном случае доказательств того, что объективный состав действий, совершенных ответчиком и должником, выходит за пределы состава недействительности сделки, предусмотренного специальными нормами Закона о банкротстве, не представлено, следовательно, основания к применению положений статей 10, 168 ГК РФ отсутствуют.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 07.06.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.Н. Бармина

 

Судьи

Н.В. Аносова

 И.В. Юрков