Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-2450/2022

г. Владивосток

18 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 сентября 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.Б. Култышева,

судей Е.А. Грызыхиной, С.М. Синицыной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-4370/2023

на решение от 16.06.2023 судьи Е.Г. Клёминой

по делу № А51-2450/2022 Арбитражного суда Приморского края

по иску ФИО2 

к ФИО3, ФИО4 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Влад-Регион»,

о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, 

о взыскании 6 434 366 рублей, 

при участии: представитель истца ФИО5 по доверенности от 19.12.2022 сроком действия на 3 года, диплом о высшем юридическом образовании №15064, паспорт; 

представитель ФИО3 адвокат Чугунов Д.А. (в режиме веб-конференции) по доверенности от 18.11.2021 сроком действия на 3 года, удостоверение адвоката. 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Приморского края с иском к ФИО3; ФИО4 о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Влад-Регион» о взыскании 6 434 366 рублей.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 16.06.2023 в удовлетворении искового требования отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Приморского края от 16.06.2023 отменить. В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что суд первой инстанции поверхностно отнесся к доводу истца об аффилированности  ФИО4 и ФИО6, через ее участие в ООО «Инновационные Лакокрасочные Технологии», где ФИО7 являлся генеральным директором, ошибочно отклонил довод истца, о том, что ответчик уклонялся от уплаты долга, осуществлял вывод средств, не обратил внимание, что ФИО4, в условиях обязательства перед ФИО2 по возврату займа 5 053 000,00 рублей, вывела по сомнительным причинам соразмерную долгу сумму на третье лицо - ООО «Советская аптека ДВ» (позднее переименовано в ООО «Верба ДВ»), необоснованно отклонил представленные истцом доказательства и построил выводы в судебном решении только лишь на одних пояснениях ФИО3 о его намерении сменить сферу деятельности и заниматься медицинским оборудованием, в связи с чем и были совершены эти платежи ООО «Верба ДВ». По мнению апеллянта ФИО4, вместо погашения долга перед истцом совершала на протяжении полугода ничем не обоснованные платежи в адрес аффилированной организации, действовала не добросовестно.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу ответчики с доводами жалобы не согласились, просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции.

Исследовав и оценив материалы дела, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Согласно материалов дела, ООО «Влад-Регион» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 19.11.2012, единственным участником общества до 03.10.2019 являлась ФИО4, после - ФИО3.

Генеральным директором ООО «Влад-Регион» до момента назначения ликвидатора  22.11.2019 являлась ФИО4, с 22.11.2019 ликвидатором был ФИО3

Данное общество зарегистрировано во время нахождения ФИО4 и ФИО3 в браке, являлось совместной собственностью супругов, по желанию ФИО4 было зарегистрировано на нее, но управлением и финансовой деятельностью занимался ФИО3

Решением Арбитражного суда Приморского края от 06.10.2021 по делу №А51- 20000/2020, ликвидируемый должник ООО «Влад-Регион» признано несостоятельным (банкротом), открыто в отношении него конкурсное производство по упрощенной процедуре.

Основанием обращения ФИО2 с заявлением о признании ООО «Влад-Регион» явилась задолженность по договору займа №15 от 24.12.2015, в рамках которого ФИО2 передал ООО «Влад-Регион» в качестве займа под 8,25% годовых денежные средства в размере 5 053 000,00 рублей.

22.01.2018 истцом в адрес ответчика направлено требование о возврате суммы займа в размере 5 053 000,00 рублей и причитающиеся проценты в срок до 01.03.2018; требование о возврате осталось без удовлетворения. 

Заочным решением Советского районного суда города Владивостока от 11.06.2020 исковые требования удовлетворены частично, с ООО «Влад-Регион» в пользу                     ФИО2 взысканы сумма основного долга в размере 5 053 000,00 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в период с 28.12.2015 по 01.02.2019 в размере 1 176 205,00 рублей, судебные расходы в размере 39 346,02 рублей.

Заочное решение вступило в законную силу 21.07.2020, выдан исполнительный лист серия ФС №032433409 от 22.07.2020.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 06.10.2021 по делу №А51-20000/2020 включены требования ФИО2 в размере 6 434 366,30 руб., в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Влад-Регион».

Определением Арбитражного суда Приморского края от 07.02.2022 производство по делу №А51-20000/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВладРегион» прекращено ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства.

Полагая, что невозможность погашения задолженности перед истцом вызвана недобросовестными действиями ответчиков, включая вывод средств должника на счет аффилированной компании ООО «Советская аптека ДВ» (переименовано в ООО «Верба ДВ»), истец обратился с настоящим иском. на основании статей 61.11, пунктом 3 и 4 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Исследовав представленные в дело доказательства и оценив их по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции и отклоняет доводы апелляционной жалобы в силу следующего.

Судом первой инстанции обоснованно учтены положения частей 1-2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), отклонены доводы ответчика об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности с учетом того что ООО «Влад-Регион»  является действующим, поскольку требования истца основаны на положениях Закона о банкротстве, включая статью 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) «Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов», с учетом правовых позиций пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53), пункта 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021.

Истец являлся заявителем по делу о банкротстве ООО «Влад - Регион», и, учитывая отсутствие у должника в необходимом объеме имущества и доказательств, обосновывающих вероятность его обнаружения для покрытия расходов по делу о банкротстве, а также отсутствие согласия лиц, участвующих в деле, нести расходы по делу о банкротстве, производство по делу о банкротстве ООО «Влад - Регион» на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве было прекращено.

Судом первой инстанции сделан верный вывод о наличии у истца достаточных правовых оснований для обращения с рассматриваемыми требованиями.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная п. 1 ст. 61.11 в действующей редакции Закона о банкротстве является ответственностью данного лица по собственному обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (Пункт 2 статьи 61.12 Закона).

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Директором общества до момента назначения ликвидатора 22.11.2019 являлась ФИО4, с 22.11.2019 ликвидатором общества был назначен ФИО3

В качестве действий, существенно ухудшивших финансовое положение должника, истец указывает на сделки, с ООО «Верба ДВ», а также расходы, по перечислению денежных средств контрагентам ООО «Профессиональный Крепеж» на сумму 155 000,00 рублей (расход по р/с от 23.01.2018); покупку мебели по договорам купли-продажи №11 от 10.08.2017 на сумму 360 000,00 рублей, договору купли-продажи №4 от 28.12.2018 на сумму 419 000,00 рублей, договору купли продажи №2 от 07.03.2019 на сумму 486 000,00 рублей, заключенным с Горным Н.А., впоследствии мебель реализована ООО «ПРИМСНАБ».

При этом, бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Учитывая исключительный характер субсидиарной ответственности, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Судом первой инстанции оценено положение ООО «Верба ДВ» (ранее - ООО «Советская аптека ДВ»), зарегистрированного 29.07.2015, деятельность которого была прекращена 01.09.2021 на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ; в дальнейшем по заявлению ООО «Влад-Регион» ООО «Верба ДВ» было восстановлено в государственном реестре юридических лиц.

В рамках вступившего в законную силу решения по делу А51-5068/2022 от 24.08.2022 установлено, что ООО «Влад-Регион» перечислил ООО «Верба-ДВ» 8 240 623 рубля, в том числе 29.06.2018 по счету № 18 сумму 611 000 рублей, 18.07.2018 по счету № 5 сумму 513 000 рублей, 05.09.2018 по счету № 26 сумму 112 000 рублей, 28.09.2018 по счету № 30 сумму 698 000 рублей, 15.10.2018 по счету № 31 сумму 700 000 рублей, 07.11.2018 по счету б/н сумму 457 023 рубля, 08.11.2018 по счету б/н сумму 300 000 рублей, 10.12.2018 по счету № 35 сумму 269 700 рублей, 11.12.2018 по счету № 36 сумму 697 000 рублей, 12.12.2018 по счету № 37 сумму 604 000 рублей, 13.12.2018 по счету № 41 сумму 810 100 рублей, 13.12.2018 по счету № 42 сумму 718 800 рублей, 13.12.2018 по счету № 43 сумму 960 000 рублей, 18.12.2018 по счету № 45 сумму 790 000 рублей. 

В связи с отсутствием доказательства передачи ООО «Верба-ДВ» ООО «Влад-Регион» имущества, товаров, оказания услуг, выполнения работ, доказательства осуществления ответчиком иного встречного исполнения в пользу истца на указанную сумму, суд взыскал с ООО «Верба ДВ» в пользу ООО «ВладРегион» взыскано 8 240 623 рубля неосновательного обогащения, 664 260 рублей 43 копейки процентов, а также начисленные на сумму неосновательного обогащения в размере 8 240 623 рубля проценты за пользование чужими денежными средствами по действующей в соответствующие периоды ключевой ставке Банка России за период с 23.02.2022 по 31.03.2022.

Доводы истца о том, что ФИО4 вывела денежные средства в размере                     8 240 623,00 в 2018 году со счета ООО «Влад-Регион» на счет ООО «Верба ДВ» именно как аффилированного лица, а также перечислила 155 000 рублей в адрес ООО «Профессиональный крепеж» как аффилированному лицу за покупку металлического стеллажа, а не перечислила денежные средства в счет погашения задолженности перед истцом, судом первой инстанции рассмотрены и обоснованно отклонены.

Так, принимая во внимание что участником ООО «Верба ДВ» с долей 50% является ФИО8, генеральным директором ООО «Верба ДВ», равно как директором и участником с 50% долей ООО «Профессиональный крепеж», является ФИО6, который одновременно являлся генеральным директором ООО «Инновационные Лакокрасочные Технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), зарегистрированного 18.08.2014 и прекратившего свою деятельность 19.11.2019, при этом участником данного общества в указанный период являлась также и ФИО4

Согласно ст. 53.2 ГК РФ в случаях, если данный кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.

Для целей установления аффилированности подлежат применению критерии, установленные Законом РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках».

Согласно статье 4 вышеуказанного закона аффилированными лицами юридического лица являются в том числе лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа.

С учетом положений статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Федеральный закон № 135-ФЗ) под группой лиц понимается совокупность субъектов, действующих в едином экономическом интересе и в силу определенных связей способных оказывать влияние на деятельность друг друга, а также заинтересованных в результатах такой деятельности.

Согласно подпункту 9 пункта 1 статьи 9 Федерального закона № 135-ФЗ хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

При этом, обстоятельство что ФИО6 являлся генеральным директором ООО «Инновационные Лакокрасочные Технологии», генеральным директором ООО «Верба ДВ», директором и участником с 50% долей ООО «Профессиональный крепеж», а участником ООО «Инновационные Лакокрасочные Технологии» в период с 18.08.2014 по 19.11.2019 являлись также ФИО6 и ФИО4 не может быть признано бесспорным образом, что данные лица аффилированны по отношению к ООО «Влад-Регион». 

Также приведенное обстоятельство само по себе не свидетельствует об умышленном выводе активов ФИО4 из общества через отмеченных лиц как аффилированных.

Истцом не приведено доказательств, свидетельствующих о том, что ООО «ВладРегион» намеренно уклонялся от погашения задолженности перед истцом намеренно и вводил кредитора в заблуждение, скрывал имущество общества или отчуждал активы без правовых оснований в иные юридические лица.

Судебная коллегия поддерживает позицию суда первой инстанции, что с ООО «Верба ДВ» в связи с наличием своих долговых обязательств и отсутствием имущества невозможно будет взыскать по решению суда по делу А51-5068/2022 задолженность, не подлежит поставлению в вину ответчикам.

Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, в связи с чем перечисление денежных средств в ООО «Верба ДВ» в качестве предварительной оплаты, не могли сами по себе свидетельствовать о намеренном уклонении ответчиком от исполнения обязательств перед истцом, либо о его недобросовестном поведении в управлении обществом и установлении очередности погашения требований перед контрагентами.

В Пункте 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» указано, что согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. По смыслу, придаваемому этой норме в правоприменительной практике, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы; суд оценивает существенность влияния таких действий (бездействия) на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между ними и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). При этом в силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ и абзаца 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности тогда, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что, рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Однако, таких доказательств истцом, в материалы дела не представлено. Указанные сделки по перечислению денежных средств в установленном действующим законодательством порядке признаны недействительными не были.

Доказательств того, что именно действия по перечислению предварительной оплаты за товар, который не был в дальнейшем поставлен, являлись для общества заведомо убыточными, в результате которых должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее доход, и, как следствие, стали причиной объективного банкротства должника, а также повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов, в материалах дела отсутствуют, не доказана направленность данных перечислений денежных средств именно на причинение существенного вреда истцу как кредитору, их безосновательность и отсутствие экономического обоснования.

Реализуя свободу предпринимательской деятельности, ФИО4 как директор ООО «Влад-Регион» самостоятельно определяла необходимость перечисления денежных средств на закупку товара, с целью в дальнейшем осуществлять предпринимательской деятельность общества в соответстсующей сфере продажи медицинских товаров.

Не выполнение ООО «Верба ДВ» обязанностей по поставке оплаченного товара, привело к невозможности получить прибыль, на которую общество рассчитывало при реализации полученного товара.

Спорная ситуацию в настоящем деле обосновано квалифицирована судом первой инстанции не как действия контролирующего лица, вредящего общества, а обычный предпринимательский (разумный) риск.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства управляемым им обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Само по себе наличие у общества непогашенной задолженности перед                 ФИО2 не может являться доказательством вины ответчиков.

Доводы истца о том, что ответчик ФИО3 не представил арбитражному управляющему в рамках банкротного дела документацию, связанную с деятельностью общества, были рассмотрены и  обоснованно отклонены судом в силу следующего.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53 лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинноследственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и существенным затруднением проведение процедуры банкротства, невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Между тем, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве возможно при установлении судом всего состава правонарушения. Отсутствие причинно-следственной связи между действием (бездействием) контролирующих должника лиц и возникшим вредом у кредиторов должника исключает привлечение лица к такому виду ответственности.

ООО «Влад-Регион» неоднократно подавало иски как при рассмотрении заявления об обоснованности искового заявления о признании общества банкротом, а с учетом введенной процедуры банкротства в 2021 году, подразумевалась, что в рамках процедуры дебиторская задолженность будет взыскана арбитражным управляющим с ООО «ВербаДВ» с учетом, того что в распоряжении арбитражного управляющего имелась справка о наличии дебиторской задолженности, подписанная ликвидатором          ФИО3, согласно которой, в бухгалтерском учете должника за 2020 год числилась дебиторская задолженность (согласно представленному в материалы банкротного дела А51-20000/2020 ходатайству арбитражного управляющего от 11.01.2022, размещенного в картотеке арбитражных дел).

В связи с прекращением процедуры банкротства ООО «Влад-Регион» вновь обращался к ООО «Верба-ДВ» с самостоятельным исковым заявлением, требования по которому были удовлетворены, что не свидетельствует о недобросовестности в действиях ответчика, а недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, так как фактически процедура была прекращена в связи с отсутствием финансирования истцом, попытки арбитражным управляющим взыскать дебиторскую задолженность в рамках процедуры не осуществлялись, не продавалась дебиторская задолженность на торгах и не предпринимались иные меры.

Относительно довода истца о невыполнении контролирующими должника лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Влад-Регион» несостоятельным (банкротом), суд верно отметил, что в силу  абзаца 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о собственном банкротстве, в частности, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). Основание, предусмотренное статьей 61.12 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 10 этого Закона до внесения в него изменений Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ), для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности не связано с совершением действий или дачей обязательных для должника указаний, приведших должника к банкротству. Ответственность возникает при неисполнении руководителем организации-должника обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом в определенный законом срок.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2016), утвержденного Президиумом ВС РФ 13.04.2016, отмечено что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В пункте 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что судам следует давать оценку, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычаи делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера действия.

В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно абзацу 33 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Действительно, согласно анализу финансового состояния должника наблюдаются низкие показатели платежеспособности общества. Однако, само по себе формальное превышение кредиторской задолженности над активами должника, так же как и наличие задолженности перед отдельным кредитором, не может являться свидетельством невозможности юридического лица исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у его руководителя обязанности по подаче заявления должника. Ухудшение финансового состояния предприятия не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника (постановление Конституционного Суда РФ от 18.07.2003 № 4-П).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Как уже было отмечено, само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных финансовых показателей, рода деятельности, экономических факторов и т.д., с учетом постоянной вариативности структуры активов и пассивов баланса большинства юридических лиц в связи с осуществлением ими хозяйственной деятельности, не является безусловным доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. Доказательств, свидетельствующих о том, что должник, имея перед кредиторами задолженность, прекратил исполнение денежных обязательств перед другими контрагентами, не осуществлял ведение хозяйственной деятельности, а его финансовое положение являлось неудовлетворительным и не позволяло удовлетворять требования кредиторов, в деле не имеется.

Принятое решение о ликвидации общества 22.11.2019, назначение ликвидатором ФИО3 с учетом того, что задолженность по договору займа в пользу истца еще не была присуждена решением суда, само по себе не свидетельствует о недобросовестности в действиях ликвидатора ФИО3

В отношении доводов истца о неправомерности перечисления денежных средств в размере 155 000 рублей на закупку у ООО «Профессиональный крепеж», металлического стеллажа по договору поставки №10/132 от 19.09.2017 г. (что подтверждается спецификацией, актом приема передачи от 23.01.2018, УПД №3 от 23.01.2018 и Товарной накладной №5 от 23.01.2018), а также на приобретение мебели по договорам, заключенным с физическим лицом ФИО9: договор купли продажи №11 от 10.08.2017 на сумму 360 000 руб., договор купли продажи №4 от 28.12.2018 на сумму 419 000 руб., договор купли продажи №2 от 07.03.2019 на сумму 486 000 руб. со спецификациями и актами приема -передачи, суд первой инстанции верно исходил из следующего.

Часть мебели в дальнейшем поставлена ООО «Примснаб» по договору поставки № 3 от 08.11.2019, на основании счет-фактуры № 1 от 18.11.2019 и товарной накладной № 1 от 18.11.2019.

В материалы дела ответчика были представлены Авансовые отчеты №1 от 10.08.17, от 28.12.2018 и от 07.03.2019; Требования - накладные №1 о перемещении мебели; Акты №1 о списании малоценных и быстроизнашивающихся предметов; Оборотно-сальдовые ведомости по счету МЦ.04 за 2017, 2018, 2019, 2020 годы.

В свою очередь, задолженность перед истцом взыскана на основании заочного судебного акта от 11.06.2020 года, при этом спорные договоры (кроме договора купли продажи №2 от 07.03.2019), заключены в 2017, 2018 году.

В ходе рассмотрения дела истцом заявлялось о фальсификации поименованных доказательств, представленных в материалы дела ответчиком (договоры поставки с спецификацией, акты приема передачи, товарные накладные,  требования, акта о списании малоценных и быстроизнашивающихся предметов, оборотно-сальдовые ведомости).

Судом первой инстанции предприняты надлежащие действия по проверке заявления о фальсификации доказательств в пределах возможностей, закрепленных АПК РФ, в материалы дела  представлены подлинники документов, о фальсификации которых заявлено истцом, судом данные документы исследованы, сделан вывод, что факт отсутствия отражения в бухгалтерской отчетности общества данных платежей и договоров не свидетельствует о безусловной обоснованности предъявления требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, а может служить основанием для применения самостоятельных мер ответственности в связи с нарушением законодательства в части формирования бухгалтерской отчетности.

Как следует из представленных в материалы дела документов, общество постепенно намерено осуществлять деятельность и погасить задолженность перед кредиторами, перед истцом погашено 200 000 рублей согласно представленным в материалы дела платежным поручениям.

Судебная коллегия не имеет оснований для несогласия с выводов суда первой инстанции о том, что в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие об умышленном выводе активов директором,  ликвидатором общества действий, свидетельствующих о намеренном уклонении от исполнения обязательств.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия приходит к выводу о доказанности ответчиком принятия мер для получения денежных средств для погашения задолженности, в том числе перед истцом, отсутствии безусловных оснований для вывода о заведомо неразумном или недобросовестном характере действий ответчиков при осуществлении руководства контролируемым юридическим лицом.

Доводы апелляционной жалобы ответчика фактически представляют собой ранее сформированную ответчиком позицию по делу, между тем все обстоятельства возникшего спора и доказательства в обоснование данной позиции были исследованы судом первой инстанции и получили правовую оценку.

В силу вышеизложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения исковых требований.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что рассматривая настоящий спор, суд первой инстанции полно и всестороннее исследовал все существенные обстоятельства дела и дал им надлежащую оценку, правильно применил нормы материального и процессуального права. Основания для отмены судебного акта не установлены, а доводы заявителя апелляционной жалобы не нашли своего объективного подтверждения. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. По правилам статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате госпошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя, с учетом ее уплаты при подаче жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 16.06.2023 по делу №А51-2450/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.Б. Култышев

Судьи

Е.А. Грызыхина

С.М. Синицына