ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-2354/2020

Дело № А41-6607/17

16 июня 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  08 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 июня 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, 

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО "Гефест" ФИО2: представитель не явился, извещен надлежащим образом, 

от ФИО3 – ФИО4, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 0028843 от 19.07.2019, зарегистрированной в реестре за № 77/670-н/77- 2019-4-993;

от ФИО5: представитель не явился, извещен надлежащим образом, 

от ФИО6: представитель не явился, извещен надлежащим образом, 

от ФИО7: представитель не явился, извещен надлежащим образом, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО "Гефест" ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 25 декабря 2019 года по делу №А41-6607/17 по заявлению конкурсного управляющего ООО "Гефест" ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гефест», 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.03.2017 по делу № А41-6607/17 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Гефест» введена процедура банкротства – наблюдение.

Решением Арбитражного суда Московской области от 25.09.2017 ООО "Гефест" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гефест» ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и взыскании с них солидарно конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 965 247 650, 66 рублей

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 декабря 2019 года в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий подл апелляционную жалобу, в которой просит его отменить.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст.ст. 223, 266, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. Представил письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ. 

Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей конкурсного управляющего ООО "Гефест" ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

 Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя ФИО3, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции. 

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий ссылается на то, что заявление АОР «Банк ВТБ» о признании должника банкротом принято к производству 01.02.2017, соответственно контролирующими лицами должника могут быть признаны лица, являющиеся единоличными исполнительными органами общества с 01.02.2014.

В указанный период руководителями должника являлись:

- ФИО3 с 03.06.2014 по 09.05.2016 гг.;

- ФИО5 с 10.05.2016 по 20.03.2017 гг.;

- ФИО6 с 21.03.2017 по 19.09.2017 гг.

Учредителем должника являлась ФИО7 с 14.12.2009.

По утверждению конкурсного управляющего обязанность по обращению в суд с требованием о признании общества несостоятельным (банкротом) возникла 21.08.2016.

Данное требование обоснованно тем, что решением Арбитражного суда Московской области от 21.06.2016 по делу №а41-25454/16 с должника взыскана задолженность в размере 3 386 698,96 руб.. 

Судебный акт вступил в законную силу 21.07.2016. Данный судебный акт должником не исполнен, требования кредитора включены в реестр требований кредиторов. 

На дату обращения в суд с настоящем требованием в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму основного долга 3 022 493 186,94 рублей. 

В случае надлежащего исполнения контролирующими лицами возложенных на них обязанностей по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом, размер кредиторской задолженности был бы намного меньше.

Конкурсный управляющий, считая, что указанные лица не исполнили обязанность по своевременному обращению с заявлением о признании должника банкротом, а также не исполнили обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказана совокупность оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по указанным основаниям.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд согласен с указанным выводом суда первой инстанции.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 N 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Переходные положения изложены в ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ; положения подпункта 1 п. 12 ст. 61.11, п. п. 3 - 6 ст. 61.14, ст. ст. 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в Постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Применительно к рассматриваемому случаю, поскольку события, в связи с которыми конкурсным управляющим поставлен вопрос об ответственности контролировавших должника лиц, имели место 21.08.2016 (в части не обращения с заявлением о банкротстве должника), то настоящий спор должен быть разрешен согласно нормам материального права, действовавшим на момент событий (Закон о банкротстве в редакции от 12.03.2014), при этом, действующие положения ст. 10 Закона о банкротстве были установлены редакцией Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность руководителей должника носит гражданско-правовой характер, и при ее применении судам надлежит учитывать общие положения глав 25, 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, помимо установления факта неисполнения единоличным исполнительным органом должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), необходимо также установить вину бывшего руководителя должника исходя из анализа его поведения, в том числе с учетом установления факта принятия (непринятия) им всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, наличие у должника признаков банкротства само по себе о возникновении у руководителя должника обязанности инициировать процедуру банкротства не свидетельствует.

Субсидиарная ответственность руководителя должника является одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов. Недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Такое поведение субсидиарного должника выходит за рамки стандартного управления, является противоправным и виновным. Создавая новые обязательства, руководитель осознает отсутствие возможности исполнения обязательств, отсутствует предпринимательский расчет в получении прибыли, за счет которой возможно удовлетворение требований кредиторов.

В обоснование заявленного требования конкурсным управляющим ООО "Гефест" ФИО2 не представлены доказательства с достоверностью свидетельствующие о том, что на указанную им дату (21.08.2016) должник обладал признаками неплатежеспособности, а именно: должник не мог погасить имеющуюся у него задолженность, общество не осуществляло хозяйственную деятельность, отсутствовало движение денежных средств по счету, в рамках исполнительных производств было установлено отсутствие имущества у должника и денежных средств на счете для погашение требований взыскателей, и др. 

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции, считает, что судом первой инстанции обоснованно было отказано в данной части в удовлетворении заявленных требований в связи с недоказанность наличия у бывшего руководителя общества ФИО5 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом. 

ФИО3 являлся руководителем должника до указанной даты (с 03.06.2014 по 09.05.2016), ФИО6 после заявленной даты (с 21.03.2017 по 19.09.2017). 

В обоснование заявленного требования конкурсным управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у должника новых обязательств перед кредиторами, возникшие после 21.08.2016, требования по которым были не исполнены и включены в реестр требований кредиторов должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 22 совместного Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, конкурсный управляющий не доказал ни один из элементов доказывания, необходимых для привлечения контролирующего лица (участника общества - ФИО7) к субсидиарной ответственности: ни дачу указаний должнику на совершение каких-либо действий, ни момент наступления неплатежеспособности должника, ни причинно-следственную связь между действиями или указаниями ответчика и наступлением неплатежеспособности должника.

Наличие задолженности перед отдельными кредиторами не может свидетельствовать о неплатежеспособности должника.

Кроме того, к участнику общества не подлежит применению положение п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве об обязанности участников должника по принятию решения о подаче заявления о банкротстве, поскольку данная обязанность была введена Законом N 266-ФЗ, вступившим в силу 30 июля 2017 г.

Статья 9 Закона о банкротстве в редакции на 09.08.2016 не предусматривала какой-либо обязанности по созыву общего собрания для целей принятия решения о подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд.

Вторым основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности является непередача первичной документации должника конкурсному управляющему.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве по передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено следующее. 

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.

По смыслу пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно, в частности, в случае гибели индивидуально-определенной вещи, которую должник был обязан передать кредитору, либо правомерного принятия органом государственной власти или органом местного самоуправления акта, которому будет противоречить такое исполнение обязательства (пункт 23 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Конкурсный управляющий должника указывает на то, что контролирующим лицом должника не передана первичная документация организации, включая компьютерную базу "1С Бухгалтерия", пояснения к бухгалтерскому балансу, отчету о прибыли и убытках, первичные бухгалтерские документы и прочее.

Привлечение к субсидиарной ответственности - это мера ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника. Следовательно, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась препятствием для формирования конкурсной массы должника.

Конкурсным управляющим не обосновано, каким образом отсутствие истребуемой документации существенно затруднило формирование и реализацию конкурсной массы, а также привело или могло привести к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов. 

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ООО "Гефест" ФИО2, сводящиеся к несогласию с выводами суда первой инстанции, рассмотрены арбитражным апелляционным судом и отклонены, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела. 

Так, в апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает на то, что по результатам анализа финансового состояния должника, проведенного временным управляющим, было установлено, что должник с 2014 года испытывал финансовые трудности. Кроме того, должник прекратил исполнение обязательств задолго до возбуждения своего дела о банкротстве, что подтверждается судебными актами о взыскании с должника задолженности.

Исследовав материалы дела,  арбитражный апелляционный суд считает указанные доводы конкурсного управляющего необоснованными по следующим основаниям

Само по себе наличие кредиторской задолженности на определенную дату не является достаточным доказательством признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 г. №14-П указал, что даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. 

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция, содержится в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.06.2016 г. по делу №309-ЭС16-1553.

При имеющихся в материалах настоящего дела сведениях о финансовых показателях, характеризующих ведение должником предпринимательской деятельности в спорном периоде, возникновение кредиторской задолженности перед отдельным кредитором на конкретный период само по себе не может быть оценено как безусловное и очевидное обстоятельство, которое по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве создает обязанность руководителя обратиться с заявлением о банкротстве должника (т.е. когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей).

Само по себе возникновение у должника непогашенной кредиторской задолженности не свидетельствует о невозможности общества исполнить свои обязательства в конкретный момент, не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, требующий немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Доказательства, достоверно позволяющие определить точную дату возникновения у каждого из ответчиков обязанности подать заявление о банкротстве ООО "Гефест" конкурсным управляющим ФИО2 в материалы дела не представлены.

На основании изложенного и  руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 25 декабря 2019 года по делу № А41-6607/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

Н.Н. Катькина

 Н.В. Шальнева