АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А67-4967/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 28 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Глотова Н.Б.,

судей                                                                  Куклевой Е.А.,

ФИО1 -

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрелкассационную жалобу ФИО10 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>), ФИО5 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>), обществас ограниченной ответственностью «Северная транспортная компания «Успех» (ИНН 

<

***>) на определение от 04.08.2022 Арбитражного суда Томской области (судья Хасанзянов А.И.) и постановление от 01.02.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу№ А67-4967/2020  о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГАЗсервис», принятые по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО6 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В заседании приняли участие представители: ФИО7 – ФИО8 по доверенности от 30.06.2021; ФИО4 – ФИО8 по доверенностиот 08.07.2021; ФИО5 - ФИО8 по доверенности от 29.06.2021;ФИО4 - ФИО8 по доверенности от 29.06.2021; общества с ограниченной ответственностью «Северная транспортная компания «Успех» - ФИО8 по доверенности от 27.10.2022; акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» - ФИО9 по доверенности от 20.05.2020.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГАЗсервис» (далее – должник, общество «ГАЗсервис»)его конкурсный управляющий ФИО6 (далее - управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно: ФИО10, ФИО4, ФИО5, ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Северная транспортная компания «Успех» (далее – общество СТК «Успех»).

Определением от 04.08.2022 Арбитражного суда Томской области заявление удовлетворено частично. Суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Постановлением от 01.02.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда определение от 04.08.2022 Арбитражного суда Томской области отменено в части отказав удовлетворении заявления управляющего о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО5, ФИО4, общества СТК «Успех»к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В данной части принят новый судебный акт, которым признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО4, общества СТК «Успех» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В остальной части определение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО4, общество СТК «Успех» обратились с кассационной жалобой, в которой просят определение суда первой инстанции отменить частично, постановление суда апелляционной инстанции отменить полностью, принять новый судебный акт, которым оставить в силе определение от 04.08.2022 в части отказав привлечении ФИО5, ФИО4, общества СТК «Успех»к субсидиарной ответственности; направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в части рассмотрения заявления управляющего о признании доказанными наличия оснований для привлечения ФИО7 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В обоснование кассационной жалобы её податели ссылаются на то, что причиной невозможности передать документы управляющему явилось их изъятие правоохранительными органами, а также тяжелая болезнь ФИО7,не позволившая ему принять меры к восстановлению документации. Суды в нарушение статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не обосновали каким образом непередача документов бывшим директором должника затруднила проведение процедуры банкротства и не позволила сформировать конкурсную массу.

Кассаторы полагают, что судами при решении вопроса о наличии субсидиарной ответственности каждого из ответчиков, обстоятельства, предусмотренные пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), пунктами 19, 22 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственностипри банкротстве» (далее – Постановление № 53), а именно степень вины контролирующихлиц с учетом воздействия на деятельность должника внешних факторов, степень влияния поведения каждого из контролирующих лиц на поступление признаков объективного банкротства, не устанавливались.

По мнению подателей жалобы, утверждения судов о том, что ответчиками выведено всё имущество должника, за счёт которого было возможно удовлетворить требования кредиторов, не соответствуют обстоятельствам дела; суждения судов об уголовном делекак доказательстве соучастия ответчиков, не соотносится со статьями 64-71 АПК РФ.

Заявители приводят доводы о том, что сделки, в которых судами установлены признаки подозрительности, совершены задолго до банкротства и не повлекли возникновения признаков банкротства. Кроме того, указанные договоры не оспаривались, причинно-следственная связь между ними и банкротством общества не доказана, при том,что дата объективного банкротства должника не определена.

В отзывах на кассационную жалобу управляющий, акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - банк) возражают против её удовлетворения.

В судебном заседании представитель подателей жалобы поддержал изложенныев ней доводы.

Представитель банка возражал против удовлетворения заявленной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда кассационной инстанции,не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствиев порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, изучив материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в споре, исходя из доводов кассационной жалобы, пришёл к выводу об отсутствии оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции.

Как следует из материалов дела, общество «ГАЗсервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.05.2010, учредителем и единственным участником должникас момента основания является ФИО7, он же исполнял обязанности руководителя до момента признания общества банкротом.

ФИО4 является сыном ФИО7 (акт о записи о рожденииот 04.03.1983 № 31), а также участником и руководителем общества СТК «Успех». ФИО5 является супругой ФИО7, ФИО4 - дочерьюФИО7

Управляющий, ссылаясь на то, что должником под руководством ФИО7,а также его сына ФИО4 совершались существенно убыточные сделки по выводу активов должника, необоснованную выгоду из которых извлекали ФИО5, ФИО4, общество СТК «Успех», а также на неисполнение ФИО7 обязанности по передаче документов и материальных ценностей управляющему,что лишило возможности сформировать конкурсную массу, повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов в рамках дела о банкротстве, обратилсяв арбитражный суд с указанным заявлением.

Суд первой инстанции, выводы которого в этой части поддержал апелляционный суд, удовлетворяя заявление о привлечении к субсидиарной ответственностиФИО7 и ФИО4 за доведение общества «ГАЗсервис» до банкротства, вследствие непередачи документов и имущества (запасы, материальные ценности, дебиторская задолженность) управляющему, совершения существенно убыточных сделок, повлекших отчуждение имущества в пользу аффилированных лиц без получения равноценного встречного исполнения, исходил из того, что именно на них лежит ответственность по обязательствам, оставшимся неудовлетворенными в процедуре банкротства.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, пришёл к выводу о том, что ФИО5, ФИО4 и общество СТК «Успех», действуя совместно с бывшим руководителем должника, в результате совершения подозрительных сделок безосновательно, в отсутствие на то финансовой возможности, получили во владение принадлежащие ему дорогостоящие активы.

Суд округа считает, что судом апелляционной инстанции по существу принят правильный судебный акт.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Исходя из положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а также последующей редакции пункта 2 статьи 61.11, контролирующие должника лица несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника перед кредиторами,если документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информациюоб объектах, формирование которой является обязательным, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур банкротства,в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обстоятельства, указанные в приведённой статье, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов,то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привелик невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствиев ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В рассматриваемом случае, учитывая, что ФИО7 является единственным участником должника и исполнял обязанности руководителя до момента признания общества банкротом, именно на нём лежала ответственность по организации бухгалтерского учёта и отчётности, а также последующей передачи документации управляющему.

Согласно определению от 05.04.2021 Арбитражного суда Томской областина ФИО7 возложена обязанность передать управляющему должником бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности, принадлежащие должнику.

Вместе с тем определение суда не исполнено, документы общества «ГАЗсервис»,а также какие-либо материальные ценности бывшим руководителем не переданы.

Подобная модель поведения ФИО7 не позволила управляющему выявить активы должника, проверить законность перечисления денежных средств аффилированному с ним лицу - обществу СТК «Успех», сформировать конкурсную массу, оспорить сделки, имеющие признаки подозрительности.

Таким образом, судами установлено, что в результате непередачи документациии имущества должника проведение процедуры банкротства существенно затруднено.

Вопреки суждению ФИО7 о невозможности исполнитель судебный акт по причине изъятия правоохранительными органами при проведении оперативно-розыскных мероприятий документации должника, из представленных им документов невозможно с достаточной степенью достоверности установить, какие именно документыизъяты. Копия протокола осмотра изъятых предметов и документов от 30.08.2019не содержит указания на передачу документов об активах должника и сделках с ними.

К тому же ответчиком не представлено доказательств принятия всеобъемлющих мер гражданско-правового характера по истребованию документов, раскрытиюих местонахождения, а также совершению действий, направленных на восстановление утраченной документации должника, оказания управляющему содействия в её получении.

Подобное бездействие бывшего руководителя может быть объяснено только намерением скрыть сведения об активах должника и юридических фактах, обнародование которых может иметь негативные последствия.

При указанных обстоятельствах причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ФИО7 и невозможностью полного погашения требований кредиторов по указанному основанию доказана.

Кроме того, из материалов дела следует, что банком и обществом «ГАЗсервис» (заёмщик) заключён кредитный договор от 30.07.2014 № 146400/0027, в соответствиис которым кредитор предоставил заёмщику денежные средства в сумме 30 000 000 руб.В обеспечении исполнения обязательств должника по кредитному договору от 30.07.2014 № 146400/0027, банк и ФИО7 подписали договор поручительства от 30.07.2014 № 146400/0027-9.

В дальнейшем между банком и обществом «ГАЗсервис» заключён кредитный договор от 27.01.2015 № 156400/0003-7, в соответствии с которым кредитор предоставил заёмщику денежные средства в сумме 45 000 000 руб. В обеспечении исполнения обязательств общества «ГАЗсервис» по кредитному договору от 27.01.2015№ 156400/0003-7, банк и ФИО7 подписали договор поручительстваот 27.01.2015 № 156400/0003-9.

Определением от 11.04.2016 Ленинского районного суда города Томска по делу№ 2-708/2016, между банком (истец), обществом «ГАЗсервис» и ФИО7 (ответчик) утверждено мировое соглашение, по условиям которого ответчики признают требования истца о взыскании задолженности по кредитному договору от 27.01.2015№ 156400/003 в сумме 53 473 141, 93 руб.; требования истца о взыскании задолженности по кредитному договору от 30.07.2014 № 146400/0027 в сумме 29 922 536, 51 руб.

Решением от 17.12.2020 Арбитражного суда Томской области в реестр требований кредиторов общества «ГАЗсервис» в составе третьей очереди включено требование банка в размере 132 615 538,80 руб., в том числе: 67 600 000 руб. – основной долг,58 700 191,56 руб. – проценты по кредиту, 1 214 445, 50 руб. – комиссии, 5 028 901,78 руб. – неустойка, 72 000, 00 руб. – государственная пошлина.

В свою очередь, из содержания постановления о прекращении уголовного делаот 10.06.2020 № 1-353/2020, возбуждённого в отношении ФИО7 по статье 176 Уголовного кодекса Российской Федерации (незаконное получение кредита), прекращённого по нереабилитирующим основаниям (вследствие акта об амнистии), следует, что финансовое положение должника на момент получения кредитных средств заведомо не позволяло ему произвести их возврат, о чём бывший руководитель должника не мог не знать. Свою вину ФИО7 признал.

Полученные по кредитному договору от 30.07.2014 № 146400/0027 денежные средства в сумме 30 000 000 руб. перечислены на счёт общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Мой дом» (далее – общество «СК «Мой дом») за выполненные работы по ремонту недвижимости по проспекту Ленина, дом 217 строение 12 с назначением платежа: «оплата по договору подряда от 01.08.2014».

ФИО7 отчитался перед банком об использовании кредитных средств, предоставив сведения об исполнении договора подряда, заключённого с обществом «СК «Мой дом».

Между тем судом апелляционной инстанции установлено, что указанные работыпо ремонту выполнены ранее обществом с ограниченной ответственностью «ТД Статус Премиум» (далее – общество «ТД Статус Премиум») и оплачены должником в 2013 году.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том,что денежные средства в размере 30 000 000 руб. перечислены должником обществу«СК «Мой дом» без надлежащих на то правовых оснований с целью их неправомерного вывода из имущественной сферы должника.

В отношении денежных средств, полученных по кредитному договору от 27.01.2015 № 156400/0003-7 в размере 45 000 000 руб., судом апелляционной инстанции установлено их дальнейшее перечисление должником на счёт общества с ограниченной ответственностью «СпектрИнвест» (далее - общество «СпектрИнвест») за приобретение транспортных средств без намерения получить встречное предоставление.

По целевому назначению должник осуществил расходование только четырнадцати миллионов рублей путём приобретения четырёх единиц техники, которые сразу перерегистрированы на общество СТК «Успех» (подтверждается сведениямииз Управления государственной инспекции безопасности дорожного движенияпо Томской области).

Оценка условий вышеуказанных сделок позволила апелляционному суду прийтик выводу о том, что перечисленные должником денежные средства на счета общества «СК «Мой дом», общества «СпектрИнвест», носили транзитный характер, что соответствует выводам, содержащимися в представлении о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления Управления Федеральной службы безопасности России по Томской области от 06.04.2020 № 124/17-10153, сделаннымипо итогам расследования уголовного дела в отношении ФИО7 по незаконному получению кредитных средств.

Также из результатов анализа дела № А27-24302/2016 Арбитражного суда Кемеровской области следует, что общество СК «Мой Дом» в период 2014-2015 годыне обладало имуществом, транспортными средствами, не осуществляло платежей, характеризующих ведение им хозяйственной деятельности; в рамках рассмотрения дела № А67-8209/2016 Арбитражным судом Томской области учтено, что общество «СпектрИнвест» в период 2011-2014 годы не владело имуществом, транспортными средствами, движение денежных средств, поступающих на счета общества «СпектрИнвест», носило транзитный характер.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришёл к правильному выводу о том, что действия ФИО7 как участника и руководителя привели к негативным последствиям для должника и его кредиторов, в 2014-2015 годах в отношении имущества общества «ГАЗсервис» контролирующими лицами реализована схема по выводуего активов, в отсутствие к тому разумных экономических причин, что и стало причинойбанкротства.

В отношении привлечения контролирующего должника лиц ФИО4 и общества СТК «Успех» к субсидиарной ответственности, суд округа отмечает следующее.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что презумпция доведениядо банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть примененак контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинён существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимыедля него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложеннойв определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо приниматьво внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделкии (или) получило (потенциальную) выгоду от её совершения.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальнымлибо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке,для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинён существенный вред кредиторам (абзац второй пункт 23 Постановления № 53).

По результатам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьёй 71 АПК РФ, судом апелляционной инстанции установлено и подтверждено материалами дела, что ФИО4 принимал активное участие в существенных вопросах деятельности должника (в том числе на основании выданной доверенности являлсяего представителем в банке при оформлении кредита); непосредственно участвовалв выводе активов (от имени должника взаимодействовал в схеме транзитных перечислений денежных средств с целью их обналичивания); являлся выгодоприобретателем (на подконтрольное ему лицо безвозмездно выведено пятнадцать единиц транспортных средств).

Указанные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том,что фактические действия ФИО4 выходят за рамки обычного поведенияпри сложившихся родственных отношениях, подтверждают обстоятельства его участияв руководстве должника, а также то, что неплатёжеспособность должника явилась следствием умышленных недобросовестных действий ФИО7 и ФИО4, выходящих за пределы обычного предпринимательского риска.

Действия контролировавших должника и общества СТК «Успех» лицпо оформлению кредитов и последующему выводу активов на подконтрольную структуру свидетельствуют о совместном характере их действий, объединенных общей целью.

Согласно представленным Управлением Министерства внутренних дел Российской Федерации по Томской области сведениям и документам о регистрационных действиях, совершённых с транспортными средствами, принадлежащими должнику, в период с июня по август 2015 года, пятнадцать единиц техники (всё ликвидное имущество, имеющиесяу должника), в том числе приобретенные должником за счёт предоставленного кредита, переоформлены под видом купли-продажи на общество СТК «Успех», где ФИО4 являлся руководителем и единственным участником.

В выписках о движении денежных средств по расчётным счетам должника сведений об оплате транспортных средств не содержится.

Суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал обществу СТК «Успех» представить договоры купли-продажи, обосновать рыночность условий сделки, доказательства осуществления встречного предоставления должнику.

Обосновывающие документы в материалы дела не представлены. Разумного экономического обоснования совершения сделок не представлено.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции пришёл к правильному выводу о том, что указанные сделки, совершённые ФИО7 и ФИО4, повлекли выбытие ликвидных активов должника и сделали окончательно невозможным расчёт с кредиторами по обязательствам должника. При этом ФИО4 и принадлежащее ему общество СТК «Успех» суд признал выгодоприобретателямипо сделкам с автомобилями, что и послужило основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

В отношении привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО4, являющаяся дочерью ФИО7, занимала должность заместителя директора должника, в виду чего непосредственно участвовала в его деятельности, принимала управленческие решения.

Согласно представленным выпискам по счёту должника в её пользу производились перечисления денежных средств, в том числе на значительную сумму с назначением платежа «возврат займа».

Кроме того, со счёта, открытого в банке, ей произведены платежи на общую сумму 2 600 000 руб.

При этом денежные средства от ФИО4 в распоряжение должникане поступали, доказательства встречного предоставления также отсутствуют.

В материалы дела не представлено доказательств наличия у ФИО4 самостоятельного дохода, достаточного для предоставления заёмных средств, а также экономического обоснования совершения платёжных операций; договоры займа отсутствуют. Сами по себе приходные кассовые ордера в условиях заинтересованности лиц не могут считаться достаточными доказательствами.

Кроме того, ФИО4 в период 2014 - 2015 годов (в момент получения кредитов) приобретено имущество (земельный участок, площадью 1005 кв. м, жилое здание, площадью 421,9 кв. м стоимостью 13 000 000 руб.; земельный участок площадью 911 кв. м стоимостью 416 860 руб.; транспортное средство стоимостью 4 500 000 руб.),что подтверждается представленными в материалы дела договорами купли-продажи.

Сопоставляя даты заключения договоров купли-продажи указанного имущества, апелляционный суд пришёл к выводу о том, что его оплата, в отсутствие доказательств обратного, производилась за счёт должника, путём совершения притворных сделок.

К суждениям ФИО4 относительно совершения сделок по приобретению зарегистрированных на её имя активов на заёмные средства, полученные от третьих лиц,а также собственные сбережения и накопления, суд апелляционной инстанции обоснованно отнёсся критически в силу существенных противоречий в отношении обстоятельств предоставления денежных средств и недоказанности финансовой возможности лиц, их якобы предоставивших.

Следовательно, вывод суда апелляционной инстанции о доказанности соответствия ФИО4 признакам выгодоприобретателя за счёт средств должникапри её непосредственном участии в совершении сделок, повлекших банкротство компании, соответствуют установленным обстоятельствам согласованного поведения членов семьи и передачи активов должника; сделаны при правильном применении приведённых норм права в их толковании, данном высшей судебной инстанцией.

Принимая во внимание изложенное, суды правомерно констатировали наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственностипо обязательствам должника.

В отношении привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, судом апелляционной инстанции установлено, что она способствовала получению должникомв банке кредита путём предоставления согласия своему супругу на поручительство.

Как заинтересованное лицо она осведомлена о финансовом состоянии должника, осознавала невозможность возврата кредитных средств, не могла не знатьо том, что в 2013 году уже выполнен ремонт принадлежавшей супругам на праве общей совместной собственности недвижимости.

Платежи ФИО4 на счёт общества «ТД Статус Премиум» с назначением: «Оплата по договору от 03.07.2013 № 3 за услуги строительно-отделочных работ» содержатся в выписке по расчётному счёту общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Российский промышленный банк».

В дальнейшем ФИО5 получила в дар от своего супруга долю в правена совместное имущество и стала единоличным владельцем отремонтированной за счёт должника недвижимости.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришёл к обоснованному выводуо наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности как лица, получившего необоснованную и нетипичную выгоду.

Доказательств обратного ФИО5 не представлено, не обоснована добросовестность действий и разумность осуществленных хозяйственных операцийи сделок.

По итогам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств,суд апелляционной инстанции, проанализировав поведение привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств,их вовлечённости в процесс управления должником и наличие родственных, доверительных отношений, счёл, что результате совершения целенаправленных действий ФИО7, его сыном ФИО4, обществом СТК «Успех»,ФИО4, ФИО5 утрачено дорогостоящее имущество должника,чем причинён вред его кредиторам.

Фактически семьёй И-вых реализована схема получения кредита в ситуации заведомой невозможности его возврата, вывода денежных средств с представлением недостоверных документов, а также оформления ликвидного имущества общества «ГАЗсервис» на подконтрольных лиц с целью исключения возможности обращенияна него взыскания по обязательствам должника.

С учётом объёма деятельности общества «ГАЗсервис» и размера его кредиторской задолженности стоимость утраченного имущества квалифицирована судамикак существенный вред.

Утверждение заявителей кассационной жалобы относительно неправильной оценки причин наступления несостоятельности (банкротства) должника противоречит установленным в данном споре обстоятельствам и по существу не опровергает правильного применения судом апелляционной инстанции действовавших норм Законао банкротстве.

В целом приведённые в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки апелляционного суда. Каких-либо иных (не рассмотренных ранее) доводов кассационная жалоба не содержит, а приведённые в ней суждения не опровергают правильности принятого по делу судебного акта и сводятся к иной оценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 АПК РФ выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 01.02.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу№ А67-4967/2020 Арбитражного суда Томской области оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                       Н.Б. Глотов

 

Судьи                                                                                    Е.А. Куклева

 

ФИО1