АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-11120/2021

11 октября 2021 года

город Саратов

 

Резолютивная часть решения объявлена 04 октября 2021 года. 

Полный текст решения изготовлен 11 октября 2021 года.

 

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Т.А. Ефимовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению 

Общества с ограниченной ответственностью «Синарис», город Саратов,

к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, Саратовская область, город Энгельс,

о взыскании денежных средств по договору №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года в размере 28883 рублей,

при участии:

представителя истца – не явился,   

представителя ответчика – ФИО2, паспорт обозревался, 

 

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Саратовской области поступило исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «Синарис» к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании денежных средств по договору №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года в размере 28883 рублей. 

Как следует из искового заявления, в рамках договора №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года ИП ФИО2 (Подрядчик) принял на себя обязательство по роторному бурению и обустройству скважины на строительной площадке ст. Курдюм - вагонного участка Саратов - Пассажирский, по адресу: Саратовская область, Татищевский район, ст. Курдюм, улица Железнодорожная, 69, на общую сумму 900000 рублей, без учета НДС. Согласно условиям договора в стоимость работ включена установка насоса (локальная смета №00-02-0-00-01).

Указанные работы выполнялись ИП ФИО2 для исполнения ООО «Синарис» своих обязательств в рамках другого договора, заключенного с Приволжским филиалом АО «ФПК», в котором ООО «Синарис» выступал в роли Подрядчика

22.01.2020 в адрес ООО «Синарис» поступила претензия от Приволжского филиала АО «ФПК» о выходе из строя погружного насоса ЭЦВ 4-2,5-80 в количестве 1 штуки. 05.02.2020 был составлен дефектный акт, в присутствии мастера котельной заказчика ФИО3, инженера КИПиА ООО «Синарис» ФИО4 и ИП ФИО5, о том, что насос ЭЦВ 4-2,5-80 ремонту не подлежит. Истец ссылается на то, что ООО «Синарис» за свой счет было вынуждено приобрести новый насос стоимостью 28883 рублей с НДС и передать его Приволжскому филиалу АО «ФПК».

В обоснование заявленных исковых требований ООО «Синарис» указало, что обязательства по выполнению работ по договору №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года были выполнены ИП ФИО2 ненадлежащим образом, следовательно, истец имеет право на возмещение убытков за покупку насоса в гарантийный период. В связи с данными обстоятельствами истец обратился с настоящим иском в суд.

ИП ФИО2 исковые требования не признал по основаниям, указанным в отзыве на исковое заявление. В удовлетворении заявленных исковых требований просит отказать.

Изучив представленные документы, суд полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в рамках договора №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года ИП ФИО2 (Подрядчик) принял на себя обязательство по роторному бурению и обустройству скважины на строительной площадке ст. Курдюм - вагонного участка Саратов - Пассажирский, по адресу: Саратовская область, Татищевский район, ст. Курдюм, улица Железнодорожная, 69, на общую сумму 900000 рублей, без учета НДС. Согласно условиям договора в стоимость работ включена установка насоса (локальная смета №00-02-0-00-01).

Указанные работы выполнялись ИП ФИО2 для исполнения ООО «Синарис» своих обязательств в рамках другого договора, заключенного с Приволжским филиалом АО «ФПК», в котором ООО «Синарис» выступал в роли Подрядчика

22.01.2020 в адрес ООО «Синарис» поступила претензия от Приволжского филиала АО «ФПК» о выходе из строя погружного насоса ЭЦВ 4-2,5-80 в количестве 1 штуки. 05.02.2020 был составлен дефектный акт, в присутствии мастера котельной заказчика ФИО3, инженера КИПиА ООО «Синарис» ФИО4 и ИП ФИО5, о том, что насос ЭЦВ 4-2,5-80 ремонту не подлежит. Ввиду данных обстоятельств, ООО «Синарис» за свой счет было вынуждено приобрести новый насос стоимостью 28883 рублей с НДС и передать его Приволжскому филиалу АО «ФПК».

Истец полагает, что ИП ФИО2 выполнил работы по договору №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года некачественно, в результате чего и произошла поломка насоса. Истец за собственный счет заменил сломанный насос.

Согласно пункту 5.1. договора гарантия на скважины составляет 24 месяца со дня сдачи объекта в эксплуатацию (подписания акта сдачи - приемки работ) при условии полной оплаты стоимости работ. Гарантия распространяется на целостность конструкции скважины, отсутствия взвешенных веществ в водосток), дебет скважины в соответствии с пунктом 2.1.

Таким образом, истец имеет право на возмещение затрат на покупку нового насоса стоимостью 28883 рублей, что подтверждается УПД №3258018 от 28.02.2020 года. Претензия, направленная ответчику, была оставлена без удовлетворения.

Ответчик, возражая против удовлетворения иска, в отзыве указал, что договор №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года о бурении и обустройстве скважины для организации хозяйственно-питьевого водоснабжения, был выполнен в полном объеме, о чем свидетельствует подписанный сторонами акт о приемке выполненных работ от 31.10.2018 года. Каких-либо претензий со стороны заказчика, в том числе и по работе погружного насоса, до 06.03.2020 года не было, что свидетельствует о поставке насоса надлежащего качества.

Согласно пункту 5.1 договора №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года гарантия сроком на 24 месяца распространяется лишь на целостность конструкции скважины, отсутствия взвешенных веществ в воде (песок), дебет скважины. Как видно из приложения №1 к договору погружной насос в конструкцию скважины не входит, следовательно, гарантия 24 месяца установленная договором на него не распространяется.

Кроме того, ответчик указывает, что согласно пункту 10.2 абзаца 2 типового свидетельства (АО «Ливнынасос») о приемке, электронасос ЭЦВ имеет гарантийный срок эксплуатации 15 месяцев со дня ввода электронасоса в эксплуатацию, т.е. гарантийный срок истек 31.01.2020 года. Вместе с тем, истец обратился к ИП ФИО2 с претензионным письмом от 11.02.2020 о возмещении затрат на приобретение нового насоса, поскольку поставленный истцом насос в 2020 году вышел из строя. Данная претензия была отправлена в марте 2020 года и получена ИП ФИО2 лишь 06.03.2020 года - уже после замены насоса.

ИП ФИО2 ссылается на то, что поломка насоса могла возникнуть в ходе неправильной эксплуатации оборудования.

Из пояснений ИП ФИО2 следует, что после получении претензии на объект выезжали два его представителя гл. инженер ФИО6 и зам. по производству ФИО7 По прибытию на место, для решения вопроса о причинах неисправности насоса представители просили предоставить им необходимую документацию по эксплуатации насоса, а именно журнал учета работы насоса и паспорт насоса. Вместе с тем, представители ООО «Синарис», находящиеся в тот момент на объекте, требуемую документацию предоставить не смогли.

25.03.2020 года ИП ФИО2 также просил ООО «Синарис» предоставить паспорт на поставленный насос ЭЦВ, а также «Журнал учета сведений наработки и условий эксплуатации электронасоса», поскольку данная документация необходима для возврата электронасоса и предъявления претензий предприятию - изготовителю, для объективного определения причины выхода из строя электронасоса, что (предусмотрено требованиями завода изготовителя пункты 10.3, 10.4, изложенными в типовом свидетельстве о приемке).

Между тем, ООО «Синарис» данные документы не представило. Таким образом, ответчик полагает, что причинами выхода из строя оборудования (насоса) могли служить несоблюдение правил при эксплуатации насосного оборудования такие как количество включений и отключений насоса в интервале времени больше установленного заводом изготовителем, нарушением электропитания вызванное перекосом фаз или обрывом одной из трех питающих электроэнергией фаз и другими причинами. 

Также, ответчик указывает, что о составлении дефектного акта от 05.02.2020 он не был извещен. При составлении указанного акта представитель ответчика не присутствовал. Таким образом, где и в каком состоянии находится насос ответчику известно не было, что свидетельствует о недобросовестном поведении истца и противоречит пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Таким образом, ответчик ссылается на то, что истец лишил его возможности не только представить доказательства нарушения им правил эксплуатации насоса, но и в дальнейшем воспользоваться правом регресса.

Рассмотрев заявленные доводы сторон, а также представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Из представленных в материалы дела писем истца следует, что ООО «Синарис» направило ИП ФИО2 письмо от 24.01.2020 года, в котором сообщило о том, что при осмотре станции добычи и очистке подземных вод на ППВ ст. Курдюм было выявлено отсутствие подачи воды глубинным насосом в накопительный резервуар. Надземная часть комплекса исправна, но для завершения обследования необходимо изъять из скважины погружной насос. Ввиду данных обстоятельств 05.02.2020 будет произведено обследование оборудования (погружного насоса). Также ООО «Синарис» просило ответчика направить своего представителя для составления дефектного акта.

Согласно представленной квитанции, данным сайта Почты России указанное письмо (ШК 41000545008377) было направлено ответчику 19.03.2020 года и получено им 24.03.2020 года – за пределами даты извлечения и осмотра насоса.

05.02.2020 был составлен дефектный акт, согласно которому была установлена неисправность насоса, и то, что данный насос ремонту не подлежит.

Истец направил ответчику претензию от 11.02.2020 года с требованием устранить недостатки выполненных по договору работ – преоизвести замену вышедшего из строя оборудования.

Согласно представленной квитанции, данным сайта Почты России указанное письмо (ШК 41000545008377) было направлено ответчику 19.03.2020 года и получено им 24.03.2020 года.

Вместе с тем, уже 05.03.2020 года был составлен акт о том, что погружной насос ЭЦВ 4-2,5-80, зав. номер 27262, дата выпуска 18.12.2019, предоставлен ООО «Синарис» в рамках гарантийных обязательств договора №ФПРИВ-18-750 от 04.10.2018 «Бурение и обустройство скважины, добыче из скважины запасов подземных вод для снабжения водой пункта подготовки вагонов (ППВ) ст. Курдюм» из скважины установлен в скважину, подключен и работает исправно. Показания счётчика 00128м3.

Таким образом, поскольку претензия об устранении недостатков от 11.02.2021 была направлена ответчику лишь в марте 2020 года и получена им (24.03.2020 года) уже после выемки сломанного насоса и установки нового насоса, то ИП ФИО2 был лишен возможности предъявить свои возражения, участвовать в осмотре вышедшего из строя оборудования.

Согласно пункту 1 статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела.

В силу пункта 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Одним из способов выражения воли участника гражданского оборота на приобретение гражданских прав и обязанностей является подписание документа, а также скрепление его официальным реквизитом (печатью организации).

По смыслу пункта 1 статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора, что означает свободный выбор стороны договора, условий договора, волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условий, а также выбор контрагента. Данный выбор является исключительной прерогативой субъекта гражданских правоотношений.

В соответствии со статьей 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Статьей 431 ГК РФ установлено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Условия договора в целях защиты от несправедливых договорных условий необходимо оценивать в совокупности и с учетом всех обстоятельств дела (Пункт 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №16).

Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 года №16 «О свободе договора и ее пределах»).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Как разъяснено в пунктах 1 - 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В судебном заседании установлено, что в договоре №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года определены все существенные условия договора подряда.

Истцом выполнялись обязательства по договору – производились работы по роторному бурению и обустройству скважины на строительной площадке ст. Курдюм - вагонного участка Саратов - Пассажирский, по адресу: Саратовская область, Татищевский район, ст. Курдюм, улица Железнодорожная, 69.

Согласно пункту 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2017) по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Частью 4 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик, обнаруживший после приемки работы отступления в ней от договора подряда или иные недостатки, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки (скрытые недостатки), в том числе такие, которые были умышленно скрыты подрядчиком, обязан известить об этом подрядчика в разумный срок по их обнаружении.

Согласно части 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В соответствии с пунктом 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №51 от 24.01.2000 года «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», в силу статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации, качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда и в случае отступления от этого требования обязательство считается исполненным ненадлежащим образом. Следовательно, работы, выполненные с отступлением от требований, норм и правил, не могут считаться выполненными. 

В силу пункта 1 статьи 722 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).

Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.

В силу пункта 1 статьи 737 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае обнаружения недостатков во время приемки результата работы или после его приемки в течение гарантийного срока, а если он не установлен, разумного срока, но не позднее двух лет (для недвижимого имущества - пяти лет) со дня приемки результата работы, заказчик вправе по своему выбору осуществить одно из предусмотренных в статье 723 Гражданского кодекса Российской Федерации прав либо потребовать безвозмездного повторного выполнения работы или возмещения понесенных им расходов на исправление недостатков своими средствами или третьими лицами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Положения названных норм предусматривают презумпцию вины подрядчика за недостатки (дефекты) выполненных работ, выявленных в пределах гарантийного срока, и безвозмездное устранение недостатков только при выполнении подрядчиком работ с отступлениями от договора подряда.

Вместе с тем, суд полагает, что Подрядчик не должен быть лишен возможности представлять доказательства, подтверждающие отсутствие своей вины при выявлении недостатков в выполненной работе.

Судом установлено, что в дефектном акте от 05.02.2020 года указано, что погружной насос не исправен, но не имеется сведений о причинах поломки установленного оборудования. 

Более того, ответчик пояснил суду, что о составлении дефектного акта от 05.02.2020 он не был извещен. При составлении указанного акта представитель ответчика не присутствовал. Таким образом, где и в каком состоянии находится насос, ответчику известно не было.

Из пояснений ИП ФИО2 следует, что после получении претензии на объект выезжали два его представителя гл. инженер ФИО6 и зам. по производству ФИО7 По прибытию на место, для решения вопроса о причинах неисправности насоса представители просили предоставить им необходимую документацию по эксплуатации насоса, а именно журнал учета работы насоса и паспорт насоса. Вместе с тем, представители ООО «Синарис», находящиеся в тот момент на объекте, требуемую документацию предоставить не смогли.

25.03.2020 года ИП ФИО2 также просил ООО «Синарис» предоставить паспорт на поставленный насос ЭЦВ, а также «Журнал учета сведений наработки и условий эксплуатации электронасоса», поскольку данная документация необходима для возврата электронасоса и предъявления претензий предприятию - изготовителю, для объективного определения причины выхода из строя электронасоса, что (предусмотрено требованиями завода изготовителя пункты 10.3, 10.4, изложенными в типовом свидетельстве о приемке).

Из представленного истцом акта от 05.02.2020 года следует, что погружной насос ЭЦВ 4-2,5-80 извлечен из скважины, находящейся на ППВ ст. Курдюм, для дальнейшей диагностики в виду его неисправности. Насос передан представителям ООО «Синарис».

Суд неоднократно в своих определениях по настоящему делу просил истца представить доказательства извещения ответчика о проведении осмотра и составлении дефектного акта от 05.02.2020 года; сведения о месте нахождения демонтированного насоса; представить паспорт на данное оборудование, журнал учета сведений наработки и условий эксплуатации.

Данные документы суду истцом представлены не были; ООО «Синарис» не представил информации о результатах диагностики оборудования, о месте нахождения оборудования.

В соответствии с пунктом 5 статьи 720 ГК РФ, при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. 

Вместе с тем, с учетом вышеперечисленных обстоятельств, ответчик при рассмотрении настоящего дела не смог заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы для установления причины выхода из строя спорного оборудования.

Суд полагает, что исковые требования основаны на противоречивом и недобросовестном поведении истца (правило эстоппель).

Данное правило (эстоппель) вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу принципа эстоппеля и правила venire contra factum proprium (главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной) никто не может противоречить собственному предыдущему поведению.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Кроме того, пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

Ответственность подрядчика за некачественно выполненную работу в рассматриваемом случае установлена статьей 723 ГК РФ, которая является специальной нормой по отношению к общей норме - статье 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика:

безвозмездного устранения недостатков в разумный срок;

соразмерного уменьшения установленной за работу цены;

возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Истец полагает, что денежные средства в размере 28883 рублей являются расходами на устранение недостатков - покупку нового насоса.

Содержащееся в пункте 1 статьи 723 ГК РФ указание на то, что названные расходы возмещаются, когда право заказчика устранять недостатки предусмотрено в договоре, направлено на защиту интересов подрядчика от действий заказчика по изменению результата работ без привлечения подрядчика, а также на уменьшение расходов заказчика, поскольку предполагается, что именно подрядчик, выполнивший работы, имеет полную информацию об их результате и, соответственно, может устранить возникшие недостатки наименее затратным способом.

Следовательно, заказчик вправе требовать возмещения расходов на устранение недостатков работ своими силами или силами третьего лица не обращаясь к подрядчику, лишь в случае, когда такое право установлено договором подряда.

При этом пункт 1 статьи 723 ГК РФ не может быть истолкован как ограничивающий право заказчика на возмещение расходов на устранение недостатков в случае, если он, действуя добросовестно, предпринял меры по привлечению подрядчика к устранению недостатков, то есть направил последнему требование об их устранении в срок предусмотренный законом, иным нормативным актом или договором, а при его отсутствии - в разумный срок (в том числе незамедлительно, если это требовалось по характеру недостатков), однако подрядчик уклонился от устранения недостатков работ. В таком случае расходы заказчика на устранение недостатков работ подлежат возмещению (ст. 15, 393, 721 ГК РФ).

В ходе судебного разбирательства дела установлено, что Заказчик предложил Подрядчику устранить недостатки выполненных работ уже после замены оборудования силами ООО «Синарис». В рамках настоящего иска ООО «Синарис» просит взыскать с ответчика стоимость работ на устранение недостатков.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения расходов на устранение недостатков работ за счет ответчика (аналогичная правовая позиция изложена в ответе на вопрос 1 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2017)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, а также поддержана в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2017 №304-ЭС17-1566, от 04.12.2017 №303-ЭС17-18493).

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Арбитражное судопроизводство в России строится на основе принципа состязательности (статьи 123 Конституции Российской Федерации, статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который заключается в обеспечении сторонам дела «паритетной» возможности доказывать свою правовую позицию всеми доступными им согласно закону способами. Этот принцип в силу его прямого закрепления в Конституции Российской Федерации носит универсальный характер и распространяется на все категории судебных споров. Неиспользование стороной возможности представить доказательства в обоснование своих требований (возражений) по делу оставляет риск возникновения для нее негативных последствий такого процессуального поведения. В арбитражном процессе суд согласно Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации не играет активной роли в сборе доказательств, а лишь обеспечивает их надлежащее исследование на началах независимости, объективности и беспристрастности.

Во исполнение требований статей 8, 9 АПК РФ сторонам обеспечены равные условия для реализации ими своих процессуальных прав, в том числе на представление доказательств, в состязательном процессе; созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств дела.

Бремя доказывания реализуется каждой из сторон с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС16-18600 (5-8)). Отступления от него должны быть обусловлены весомыми обстоятельствами, указывающими на явное неравенство сторон в возможности доказывания значимых для дела обстоятельств (условиями банкротства, аффилированности и пр.).

Обычный стандарт доказывания предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

При представлении таких доказательств, бремя их опровержения переходит ко второй стороне.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального оппонента.

Также распределение бремени доказывания зависит от существа исковых требований и возникших между сторонами правоотношений.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, доказательства, подтверждающие наличие убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками, представляет истец.

Ответчик вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ); должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Таким образом, суд считает, что истец не доказал факт ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору №09/ПД-2018 от 18.10.2018 года, а также не представил доказательств, позволяющих установить вину ответчика. Кроме того, истец не представил информации о результатах диагностики оборудования, о месте нахождения оборудования, что повлекло невозможность назначения экспертизы в рамках настоящего дела в целях установления наличия (отсутствия) вины Подрядчика.

Оценив все представленные в материалах дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, как того требуют положения пункта 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

При обращении с настоящим исковым заявлением в суд истец уплатил государственную пошлину в размере 2000 рублей (платежное поручение №851 от 12.11.2020 года).

Согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судом установлено, что в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Таким образом, судебные расходы по уплате государственной пошлины суд относит на истца.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса   Российской   Федерации 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Общества с ограниченной ответственностью «Синарис» к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании денежных средств в размере 28883 рублей – отказать.

Копии решения направить лицам, участвующим в деле.

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. 

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в апелляционную, кассационную инстанции в порядке, предусмотренном главами 34, 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи соответствующей жалобы через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Судья Арбитражного суда 

Саратовской области

 

Т.А. Ефимова