ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-22493/2020

Дело № А41-13602/15

18 марта 2021 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 марта 2021 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего АО «Строительное управление № 1» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 20.01.2021;

от АО «КПМГ»: ФИО4 по доверенности от 08.05.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО "СУ №1" ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 16 октября 2020 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой договора об оказании услуг №C-MSKZ-15-00041 от 23.01.15, заключенного с АО "КПМГ", платежей, произведенных в рамках данного договора и применении последствий недействительности сделки по делу № А41-13602/15,

о несостоятельности (банкротстве) АО «Строительное управление № 1»

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Московской области находится дело N А41-13602/2015 о несостоятельности (банкротстве) акционерное общество "Строительное управление N 1" (далее - должник).

Решением Арбитражного суда Московской области от 23 ноября 2018 года Акционерное общество "Строительное управление N 1" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура банкротства - конкурсное производство сроком на 6 месяцев, до 21 мая 2019 года.

Конкурсным управляющим должника утвержден член Союза "СРО АУ "Стратегия" ФИО2.

          В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Акционерного общества Строительное управление N 1" конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительным Договора об оказании услуг № C-MSKZ-15-00041 от 23 января 2015 года, заключенного между АО «КПМГ» и АО «Строительное управление №1» и возврате денежных средств в общей сумме 2 000 000,00 руб., уплаченных по платежным поручениям №987 от 12.02.2015г. на сумму 500 000,00 рублей; №1468 от 10.03.2015г. на сумму 500 000,00 рублей; №45 от 23.03.2015г. на сумму 1 000 000,00 рублей от АО «Строительное управление № 1» в пользу АО «КПМГ».

Не согласившись с указанным определением суда, конкурсный управляющий АО "Строительное управление N 1" ФИО2 подал апелляционную жалобу в Десятый арбитражный апелляционный суд, в которой просил определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

До начала судебного разбирательства поступил отзыв на апелляционную жалобу от ООО "КПМГ", который приобщен судом к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель конкурсного управляющего поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить.

Представитель ООО «КПМГ» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав участников процесса, арбитражный апелляционный суд считает, что определения Арбитражного суда Московской области подлежит изменению.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом, между АО «Строительное управление № 1» и АО «КПМГ» был заключен Договор об оказании услуг № C-MSKZ-15- 00041 от 23 января 2015 года, по условиям которого АО «КПМГ» обязуется оказать АО «Строительное управление № 1» консультационные услуги по анализу финансово- хозяйственной деятельности компаний АО «Строительное управление № 1» и АО «Управление механизации». 

Описание объема Услуг, подхода к выполнению услуг и сроков их оказания, а также результатов услуг, содержится в Приложении 3 к Договору «Подход к оказанию услуг» и Приложении 4 к Договору «Объем услуг». 

Общая стоимость Услуг АО «КПМГ» по Договору составляет 4 000 000 (четыре миллиона) рублей. Дополнительно АО «Строительное управление № 1» уплачивает АО «КПМГ» фактически понесенные расходы, НДС и другие налоги, установленные российским законодательством, действующим на дату выставления счета. 

Между АО «КПМГ» и АО «Строительное управление № 1» 24.03.2015 подписан Акт об оказании услуг, из которого следует, что услуги АО «КПМГ» были оказаны надлежащим образом и в согласованный срок. 

Стоимость оказанных услуг согласно Акту составила 4 720 000 (четыре миллиона семьсот двадцать тысяч) рублей. 

В рамках Договора оказания услуг в феврале, марте 2015 г. АО «Строительное управление № 1» перечислило АО «КПМГ» денежные средства в общей сумме 2 000 000 руб. в качестве частичной оплаты за оказанные услуги. 

В целях взыскания оставшейся суммы по Договору АО «КПМГ» обратилось в Арбитражный суд Московской области.

14.01.2016 в рамках рассмотрения дела № А41- 93470/15 вынесено решение Арбитражного суда Московской области о взыскании с АО «Строительное управление № 1» задолженности в размере 2 720 000 руб., а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 36 600 руб. Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда решение Арбитражного суда Московской области оставлено без изменения. 

В соответствии с Определением Арбитражного суда Московской области 28.10.2016 рассмотрено и признано обоснованным требование АО «КПМГ» в размере 2 720 000 руб., управляющий АО «Строительное управление №1» был обязан судом включить требование АО «КПМГ» в размере 2 720 000 руб. в реестр требований кредиторов в третью очередь.

         Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника ссылался на пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, указывая, что перечисление денежных средств по спорной сделке повлекло за собой предпочтительное удовлетворение требований ООО «КПМГ» перед требованиями других кредиторов ОАО «СУ № 1». Кроме того, конкурсный управляющий указал на наличие оснований для признания договора оказания услуг и перечислений по нему недействительными применительно к п. п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку заключая договор оказания услуг и исполняя его стороны действовали с целью причинения вреда имущественным правам как самому должнику, так и его кредиторам, поскольку должник не получил встречного предоставления, а также имеются основания для признания договора оказания услуг притворной сделкой, что является основанием для признания его ничтожным применительно к п. 2 ст. 170 ГК РФ.

При вынесении судебного акта суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим должника совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности совершенной сделки в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве.

        Кроме того, суд указал на отсутствие доказательств наличия совокупности условий для признания сделки оказания услуг и перечислений по нему недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку должником получено встречное предоставление по договору поставки, что подтверждено представленными в материалы дела доказательствами. В материалы дела не предоставлено надлежащих доказательств совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Из документов, представленных в материалы дела, следует, что должник на момент заключения оспариваемого договора не был в процедуре банкротства, ликвидации или реорганизации.

        Сведениями о наличии у АО "Строительное Управление N 1" признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату заключения оспариваемого договора оказания услуг, ООО "КПМГ" не обладало. Более того, ООО "КПМГ" не могло знать о наличии указанных признаков, поскольку не является заинтересованным лицом и не могло знать о финансовом положении контрагента по сделке.

Кроме того, суд пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение в суд с настоящим требованием.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. ст. 10,168, 170 ГК РФ законным и обоснованными по следующим основаниям.

         В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как отмечалось ранее, между АО «Строительное управление № 1» и АО «КПМГ» был заключен Договор об оказании услуг № C-MSKZ-15- 00041 от 23 января 2015 года, по условиям которого АО «КПМГ» обязуется оказать АО «Строительное управление № 1» консультационные услуги по анализу финансово- хозяйственной деятельности компаний АО «Строительное управление № 1» и АО «Управление механизации». 

Производство по настоящему делу возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2015, оспариваемый договор и перечисления совершены в пределах периода, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что для признания сделки недействительной в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве а именно:

- сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пункту 1 статьи 779 и пункту 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

По смыслу правовых норм, регулирующих возмездное оказание услуг, исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении перечисленных в договоре действий или осуществлении определенной деятельности, что является основанием оплаты выполненных работ.

При этом суд учитывает, что если договор подряда предполагает как выполнение определенной работы, так и передачу ее результата заказчику, то предметом договора оказания услуг являются определенные действия или определенная деятельность, которая может не иметь овеществленного результата. Отсутствие акта приемки выполненных работ не влечет отказа в оплате полученных услуг.

Составление и подписание актов приема-передачи услуг является обязательным, только если это предусмотрено договором .

В соответствии с положениями статьи 783 ГК РФ, к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Кодекса), если это не противоречит статьям 779 - 782 Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Подписание актов выполненных работ (услуг) свидетельствует о потребительской ценности для ответчика полученного результата, желании им воспользоваться и устанавливает обязанность уплатить денежные средства.

Как следует из материалов дела, между АО «КПМГ» и АО «Строительное управление № 1» 24.03.2015 подписан Акт об оказании услуг, из которого следует, что услуги АО «КПМГ» были оказаны надлежащим образом. 

Факт оказания услуг установлен также в рамках дела № А 41-93470/15.

   В материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих, что оспариваемые конкурсным управляющим договор и платежи в пользу ООО «КПМГ» в общей сумме 2 000 000 руб. совершены сторонами с целью причинения вреда имущественным интересам прав других кредиторов должника без предоставления равноценного встречного предоставления. Доказательств того, что стоимость оказания услуг, согласованная сторонами в договоре была завышена, конкурсным управляющим не представлено.

Арбитражному апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

При этом, в любом случае, наличие на момент заключения договора признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества при отсутствии совокупности других условий, в том числе доказательств неравноценного встречного предоставления, само по себе не может являться основанием для признания их недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

         При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со ст. 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемой сделки недействительной.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда об отсутствии оснований  для применений статьи 170 ГК РФ в связи со следующим.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания мнимой сделки недействительно необходимо установить следующее: 1) на момент ее совершения стороны не собирались создать соответствующие условиям сделки правовые последствия; 2) порочность воли каждой из сторон сделки.

Как отмечалось ранее, между сторонами был подписан акт оказанных услуг, подписаннйе сторонами без возражений и разногласий. 

Таким образом, вопреки доводам конкурсного управляющего, представленные в материалы дела документы подтверждают реальное оказание услуг ООО «КПМГ» по договору в пользу должника.

Доказательств того, что в результате заключения договора Обществу причинен явный ущерб, о чем ответчик (вторая сторона сделки) знал или должен был знать, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителей сторон сделки в ущерб интересам должника, материалы дела не содержат.

Кроме того, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Надлежащих и допустимых доказательств заключения оспариваемой сделки исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника, то есть злоупотребления со стороны должника и/или ООО «КПМГ» правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, материалы дела не содержат. Апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора оказания услуг ничтожным применительно к ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Как следует из заявления управляющего, им, в том числе, оспаривались платежи произведенные должником в счет оплаты по договору № C-MSKZ-15-00041 от 23 января 2015 года в пользу ответчика, произведенные платежными поручениями № 987 от 12.02.2015 на сумму 500 000 руб., № 1468 от 10.03.2015 на сумму 500 000 руб., № 45 на сумму 1 000 000 руб. ( т. 1 л.д. 4-8, раздел 3 заявления). Кроме того, о совершении упомянутых платежей с нарушением очередности, конкурсным управляющим указывалось в дополнении к заявлению (т. 3 л.д. 152).

В обоснование своего заявления, конкурсный управляющий должника ссылался также на пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, указывая, что перечисление денежных средств по спорной сделке повлекло за собой предпочтительное удовлетворение требований ООО «КПМТ» перед требованиями других кредиторов ОАО «СУ № 1».

Судом установлено, что оспариваемые перечисления совершены в период за месяц до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника и после его возбуждения, то есть в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.), а также банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, доказыванию подлежат два обстоятельства: совершение сделки после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом и наличие признаков предпочтительного удовлетворения требований кредитора перед другими кредиторами должника.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемых платежей, у должника имелись неисполненные обязательства, в том числе перед уполномоченным органом, относящиеся ко второй и третьей очереди реестра, датой возникновения которых являются даты окончания налоговых периодов 2012-2014 гг.

Как следует из реестра требований кредиторов должника, у последнего имеются неисполненные обязательства перед работниками должника по заработной плате.

Кроме того, оспариваемые перечисления произведены должником в период наличия у должника, в том числе, уже возникших текущих обязательств перед иными кредиторами, уполномоченным органом и работниками должника. 

В рассматриваемом случае, произведенные должником платежи с учетом условий заключенного договора (п. 4.2), и установленных в рамках дела № А41-93470/15 обстоятельств текущими не являются, соответственно, подлежали включению в реестр требований кредиторов должника .

В соответствии с п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве требования кредиторов удовлетворяются в следующей очередности: в первую очередь производятся расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также расчеты по иным установленным настоящим Федеральным законом требованиям; во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; в третью очередь производятся расчеты с другими кредиторами, в том числе кредиторами по нетто-обязательствам.

Таким образом, судом первой инстанции не учтено, что приведенные обстоятельства свидетельствуют о получении ООО «КПМГ» преимущественного удовлетворения своего требования перед другими кредиторами должника за месяц до и после возбуждения в отношении него дела о банкротстве. 

Доводы ответчика об  отсутствии доказательств того, что он знал о нарушении очередности произведенных платежей, подлежат отклонению апелляционной коллегией исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10

Кроме того, как следует из материалов дела и условий договора, он  был заключен должником АО «СУ № 1» для целей проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности (что прямо указано в п. 1.1 Договора), соответственно, ответчик не мог не знать о наличии неисполненных обязательств должника перед контрагентами с более ранним сроком исполнения.

Совершением оспариваемых перечислений оказано большее предпочтение в удовлетворении требования ответчика перед иными кредиторами, поскольку, кроме него, кредиторами должника являлись иные лица, в том числе, работники должника, требования которых включены в реестр требований.

Таким образом, апелляционная коллегия находит ошибочным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания платежей недействительными применительно  ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Кроме того, апелляционная коллегия находит ошибочным вывод суда первой инстанции о пропуске управляющим срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.07.2018 N 305-ЭС18-2393 для выявления факта совершения оспоримых сделок конкурсному управляющему должника предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве и пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В течение такого срока конкурсный управляющий, в том числе, должен принять меры к получению документов, отражающих экономическую деятельность предприятия, на основании полученных документов провести анализ финансового состояния должника, по итогам которого подготовить заключение о финансовом состоянии должника, о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок, если иной срок не доказан сторонами.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Московской области от 23 ноября 2018 года (резолютивная часть судебного акта объявлена 21 ноября 2018 года) Акционерное общество "Строительное управление N 1" (признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура банкротства - конкурсное производство сроком на 6 месяцев, до 21 мая 2019 года.

Конкурсным управляющим должника утвержден член Союза "СРО АУ "Стратегия" ФИО2.

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 22.11.2019.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 N 305-ЭС17-8225, для определения даты осведомленности суду следует установить, в связи с какими обстоятельствами конкурсный управляющий имел (должен был иметь) основания для оспаривания сделок должника. Дата потенциальной субъективной осведомленности конкурсного управляющего об обстоятельствах заключения сделки, с которой следует исчислять срок исковой давности, устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации. В то же время в зависимости от определения даты осведомленности о заключении спорных сделок не исключается ситуация, когда к моменту назначения конкурсного управляющего с учетом разумного срока, необходимого для ознакомления с имевшейся документацией конкурсного производства, у него могла отсутствовать реальная возможность своевременно оспорить сделки должника.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 N 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 N 305-ЭС17-13572, от 19.11.2018 N 301-ЭС18-11487, от 11.02.2019 N 305-ЭС16-20779 срок исковой давности не может течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать не только о нарушении своих прав, но и об основаниях для предъявления иска, а также о личности надлежащего ответчика.

Поскольку при определении начала исчисления срока исковой давности необходимо учитывать объективное знание конкурсного управляющего о наличии оснований для оспаривания сделки, суды не могут руководствоваться формальным подходом и считать срок исковой давности с момента утверждения конкурсного управляющего.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В связи с чем в случае надлежащего исполнения руководителем должника своих обязанностей конкурсный управляющий мог бы получить документацию в пределах указанных трех дней и узнать о наличии оснований для оспаривания сделки должника.

Однако в данном обособленном споре выводы суда о том, что с учетом конкретных обстоятельств дела конкурсный управляющий должника, действуя разумно и осмотрительно, имел возможность своевременно ознакомиться с документами, необходимыми для оспаривания сделки, являются ошибочными.

В рассматриваемом случае, доказательств своевременной передачи документов конкурсному управляющему, в том числе, сведений о всех совершенных сделках, материалы дела не содержат.

Инвентаризация имущества должника неоднократно продлевалась, о чем были опубликованы соответствующие сообщения на ЕФРСБ.

Согласно сообщению № 3692576 от 19.04.2019, конкурсный управляющий разместил сообщение о продлении сроков инвентаризации, в связи со значительным количеством контрагентов организации- должника и незавершенной сверкой расчетов.

Таким образом, конкурсный управляющий предпринимал меры по получению документов должника и сведений в отношении совершенных сделок в разумные сроки.

Как отмечалось ранее, конкурсный управляющий был утвержден судом 23.11.2018 (дата оглашения резолютивной части решения 21.11.2018), с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился в суд 22.11.2019, то есть, оснований полагать, что срок исковой давности им был пропущен, у суда первой инстанции не имелось. 

Согласно статье 167 ГК РФ по недействительной сделке каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке или возместить его стоимость.

Как следует из пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Из смысла указанной нормы следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

В силу абзаца 2 пункта 25 приведенного Постановления в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

При этом в соответствии с пунктом 29 Постановления в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

         При таких обстоятельствах апелляционная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде обязания АО "КПМГ" возвратить в конкурсную массу АО "СУ №1" денежные средства в размере 2 000 000 рублей.

           Учитывая изложенное, определение Арбитражного суда Московской области от 16 октября 2020 года по делу №А41-13602/15 подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, п.3 ч.4 ст. 272, п.1 ч.1 ст. 270, ст.271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 16 октября 2020 года по делу №А41-13602/15 изменить.

Признать недействительными платежи на общую сумму 2 000 000 рублей, осуществленные должником в пользу АО "КПМГ".

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания АО "КПМГ" возвратить в конкурсную массу АО "СУ №1" денежные средства в размере 2 000 000 рублей.

В остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 16 октября 2020 года оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

 

Судьи

Н.Н. Катькина

 В.П. Мизяк