Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6918/2018

10 января 2019 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 27 декабря 2018 года.Полный текст  постановления изготовлен 10 января 2019 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Пичининой И.Е.

судей  Жолондзь Ж.В., Козловой Т.Д.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» ФИО2: ФИО3 по доверенности №ВМНГ-7/18 от 26.11.2018;

от акционерного общества «Универсальная лизинговая компания»: ФИО4 по доверенности от 15.05.2018;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» в лице конкурсного управляющего

на решение от  23.10.2018

по делу № А73-11068/2018

Арбитражного суда Хабаровского края

принятое судьей Серовой Е.Н.

по иску общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу «Универсальная лизинговая компания» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>)

о взыскании 3 168 460 руб. 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» (далее – ООО «ВМНГ», истец, заявитель жалобы) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к акционерному обществу «Универсальная лизинговая компания» (далее – АО «УЛК», ответчик) о взыскании неосновательного обогащения (с учётом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений исковых требований) в размере 3 168 459 руб. 06 коп.

 Иск обоснован тем, что после расторжения договора финансовой аренды (лизинга) № 130п-15/Л от 01.09.2015 и возврата АО «УЛК» лизингового имущества, на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение в виде разницы между внесенными лизинговыми платежами по договору лизинга, с учетом рыночной стоимости лизингового имущества, и суммой предоставленного АО «УЛК» финансирования по указанному договору.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 23.10.2018 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объёме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ВМНГ» обратилось в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить. 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель приводит доводы о том, что имущество в пользу ООО «Хабаровский Хладокомбинат» отчуждено по заниженной стоимости на основании недостоверного отчёта об оценке имущества. По мнению заявителя, отказывая в принятии отчёта об оценке истца и признавая отчёт об оценке ответчика, суд также неправомерно отказал в проведении независимой судебной экспертизы. Ссылается на неверное указание судом о нахождении имущества в залоге у банка, на неверное указание  места положения имущества и сведений о техническом состоянии имущества. Полагает незаконным отказ суда в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств.

Заявитель считает, что размер убытков, включенных в сальдо взаимных обязательств, является необоснованным, так как не подтверждён документально и бремя расходов на ремонт техники не могло быть отнесено на лизингополучателя после возвращение техники лизингодателю. По мнению заявителя, суд первой инстанции также был обязан применить положения ст. 333 ГК РФ и снизить размер учтённой неустойки, обращает внимание на нахождение лизингополучателя в процедуре банкротства, ввиду чего штрафные санкции не подлежали начислению должнику.

От заявителя поступили, кроме того, ходатайства об истребовании из УГИБДД по Хабаровскому краю и УГИБДД по Сахалинской области сведений о собственнике транспортных средств, являвшихся предметом лизинга, а также о проведении судебной оценочной экспертизы для определения рыночной стоимости транспортных средств, являвшихся предметом лизинга, по состоянию на 01.08.2016.

В отзыве АО «УЛК» против доводов заявителя возражает, считает судебный акт не подлежащим изменению. 

Представитель конкурсного управляющего ООО «ВМНГ» в заседании Шестого арбитражного апелляционного суда поддержал апелляционную жалобу в полном объёме и настаивал на её удовлетворении. Также поддержал заявленные ходатайства.

В судебном заседании представитель АО «УЛК» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, возражая против её удовлетворения, а также против удовлетворения ходатайств об истребовании доказательств и назначении судебной экспертизы.

В судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв. После перерыва, судебное заседание продолжено в том же составе суда при участии ответчика, представитель истца в судебное заседание не явился.

Представитель АО «УЛК» на ранее изложенной позиции настаивал.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между истцом (лизингополучатель) и ответчиком (лизингодатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) № 130п-15/Л от 01.09.2015, из которого у лизингодателя возникло обязательство приобрести в собственность выбранное лизингополучателем для целей данного договора имущество – самосвал SCANIA Р6Х400 Р440СВ6Х4ЕНZ, VIN 

<

***>; самосвал SCANIA Р6Х400 Р440СВ6Х4ЕНZ, VIN 

<

***> и предоставить его за плату во временное владение и пользование лизингополучателю, с последующим выкупом последним.

Согласно трехстороннему договору купли – продажи № 133-15/К от 01.09.2015,  предмет лизинга был приобретен у ООО «ДВ Скан» за 13 900 000 руб. и передан лизингополучателю.

 Лизингополучатель обязался принять приобретенное для него имущество и выплачивать лизинговые платежи в размере, порядке и сроки, согласованные договором.

 Согласно условиям договора лизинга, общая сумма подлежащих уплате лизинговых платежей составила 16 647 024 руб. 75 коп. Первый авансовый платеж, подлежащий уплате, согласован в размере 3 475 000 руб., оставшаяся сумма подлежала уплате в течение 36 месяцев, платеж за последний месяц составлял 932 154 руб. 62 коп.

В соответствии с пунктом 4.8. договора лизинговые платежи являются исключительно платой лизингополучателя лизингодателю за предоставленные по договору услуги пользования предметом лизинга в каждом лизинговом периоде. Стоимостью (ценой) услуги, ежемесячно оказываемой Лизингодателем Лизингополучателю, является величина соответствующего лизингового платежа. В лизинговые платежи включены – возмещение стоимости предмета лизинга, стоимость привлеченных кредитных ресурсов, вознаграждение Лизингодателя, сумма страховой премии по договору страхования и иные расходы, связанные с предметом лизинга. В состав лизинговых платежей выкупная цена не включается, за исключением последнего лизингового платежа.

 Стороны пришли к соглашению о том, что выкупная цена предмета лизинга по окончании договора составит сумму, равную последнему лизинговому платежу (Приложение № 1 к настоящему Договору. При установлении выкупной стоимости предмета лизинга стороны учитывают положения пунктов 4.3., 4.4. договора (пункт 4.9. договора).

 При досрочном расторжении договора лизингодатель пересчитывает сумму задолженности исходя из графика начисленных платежей. Начисление неустойки производится исходя из графика начисленных платежей.

Взыскание задолженности и неустойки за пользование до передачи имущества по акту приема – передачи производится на основании графика начисленных платежей согласно пункту 4.12. договора.

 Пунктом 8.1. договора предусмотрена уплата лизингополучателем неустойки 0,1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты лизинговых платежей.

 Согласно условиям договора лизингодатель вправе изъять предмет лизинга, в том числе при досрочном расторжении договора, о чем направляет соответствующее уведомление. Расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе демонтаж, транспортировка предмета лизинга несет лизингополучатель.

В случае неисполнения лизингополучателем требований о добровольном возврате предмета лизинга в указанный в уведомлении о расторжении договора лизинга срок, Лизингополучатель обязан уплатить Лизингодателю штраф в размере 20 % от суммы лизинговых платежей, указанных в разделе 4 договора (пункт 12.10. договора).

 Пунктом 9.1. договора предусмотрено, что в случае возникновения просроченной задолженности устанавливается очередность зачисления платежей: неустойка, просроченные лизинговые платежи, текущие лизинговые платежи.

Лизингодатель вправе в одностороннем порядке изменить очередность зачисления платежей, независимо от назначения, письменно уведомив лизингополучателя.

 Договор предусматривает право лизингодателя в одностороннем порядке отказаться от договора в случае нарушения лизингополучателем обязанности по уплате лизинговых платежей (пункты 12.2., 12.2.2. договора).

 Согласно пунктам 12.3., 12.4. договора уведомление об отказе от договора направляется посредством любого вида связи по усмотрению Лизингодателя, в том числе факсимильной, электронной, почтовой по всем адресам, указанным Лизингополучателем в договоре, либо путем вручения адресату (его представителю) под расписку. С момента получения лизингополучателем уведомления об отказе от договора договор считается расторгнутым.  

Приобретенное во исполнение договора лизинга имущество находилось в залоге у Сбербанка России (публичное акционерное общество) на основании договора залога от 07.09.2015 № 100150054/4-1.

 07.06.2016 лизингодатель направил лизингополучателю претензию с указанием на нарушение обязательства по внесению лизинговых платежей, о начислении неустойки и предложил погасить имеющуюся задолженность, уведомив о возможной реализации им своего права на односторонний отказ от договора.

 В связи с ненадлежащим исполнением истцом обязательства в части внесения лизинговых платежей, неудовлетворением претензионного требования лизингодатель в одностороннем порядке отказался от исполнения договора лизинга уведомлением от 23.06.2016.

 01 августа 2016 года стороны подписали акты приема – передачи имущества.

 Имущество, изъятое у истца, в последующем было продано лизингодателем ООО «Хабаровский Хладокомбинат» по договору купли – продажи от 22.09.2016 № 3/1 по цене 7 000 000 руб.

В связи с расторжением договора лизинга и возвратом лизингового имущества лизингополучатель (истец) 28.02.2018 направил в адрес АО «УЛК» претензию о возврате уплаченных лизинговых платежей, которые были произведены до момента расторжения договора, исходя из произведенного ООО «ВМНГ» расчета сальдо встречных обязательств.

Претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

По мнению истца, на стороне ответчика в результате расторжения договора лизинга образовалось неосновательное обогащение в виде разницы между внесенными лизинговыми платежами по договору лизинга, с учетом рыночной стоимости лизингового имущества, и суммой предоставленного АО «УЛК» финансирования по указанному договору.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «ВМНГ» в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался положениями главы 24, статей 330, 333, 421, 422, 450.1, 453, 1102  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), общими нормами обязательственного права, а также положениями Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) и разъяснениями постановления Пленума ВАС РФ №7 от 14.03.2014, установил, что размер предоставления лизингодателя превышает предоставление лизингополучателя, в связи с чем, неосновательного обогащения на стороне лизингодателя не возникло.

Возражая против выводов суда первой инстанции, заявитель апелляционной жалобы ссылается на неверное определение судом сальдо встречных обязательств по договору лизинга, считая, что стоимость отчуждённого имущества является заниженной, при этом, неправомерно приняты штрафные санкции, которые не подлежали начислению либо должны быть снижены в порядке ст. 333 ГК РФ.

Как верно указано судом первой инстанции и не оспаривается заявителем апелляционной жалобы, возможность взыскания неосновательного обогащения в порядке ст. 1102 ГК РФ предусмотрена при изъятии лизингодателем предмета лизинга при досрочном расторжении договора финансовой аренды лишь в том случае, если размер встречного предоставления лизингополучателя превышает размер предоставления лизингодателя, что определяется на основании составленного сальдо встречных обязательств сторон (п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

Согласно пункту 3.2 Постановления Пленума № 17, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (п. 3.3 Постановления Пленума № 17).

Материалами дела подтверждается, а заявителем не оспаривается, что в отношении спорных договоров допущена просрочка оплаты, то есть лизингополучателем нарушены положения ст. 614 ГК РФ и п. 5 ст. 15 Закона о лизинге.

Таким образом, в данном случае лизингодатель воспользовался правом на расторжение договора в одностороннем порядке, предусмотренным п. 12.2.2 договора и пунктом п. 2 ст. 13 Закона о лизинге, и договор в силу ст. 450.1 ГК РФ признается прекратившим свое действие.

Как следует из разъяснений п. 4 Постановления Пленума № 17, указанная в пунктах 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Арбитражный суд, применяя указанные разъяснения, верно исходил из вытекающего из них смысла о приоритетности использования фактической цены реализации лизингодателем предмета лизинга, придя к выводу, что невозможность ее применения обуславливается недобросовестностью и неразумностью действий лизингодателя при осуществлении продажи, которая должна быть доказана лизингополучателем по правилам статьи 65 АПК РФ.

Материалами дела подтверждается, что имущество, изъятое у истца по акту от 01.08.2016, в последующем было продано ООО «Хабаровский Хладокомбинат» по договору купли – продажи № 3/1 от 22.09.2016 за 7 000 000 руб.

В нарушение ст. 65 АПК РФ заявителем не представлено доказательств того, что лизингодатель действовал заведомо недобросовестно, что снизило цену реализации предметов лизинга. 

Заявленное ходатайство об истребовании из органов ГИБДД сведений о переходе прав на предметы лизинга, в удовлетворении которого отказано судом первой инстанции, также подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку заявитель не представил недобросовестности лизингодателя при реализации предмета лизинга, чем могла быть обусловлена   необходимость в проведении дополнительного исследования для определения рыночной стоимости имущества.  Все доводы  истца построены на предположениях о возможной перепродаже имущества в короткий срок по иной цене и ничем не подтверждены.

По указанным основаниям отсутствует необходимость в назначении судебной оценочной экспертизы, применительно к п. 1 ст. 82 АПК РФ. Следовательно, ходатайство заявителя о назначении судебной экспертизы, в удовлетворении которого судом первой инстанции было отказано, также подлежит отклонению судом апелляционной инстанции.

Кроме того, при отчуждении транспортных средств третьему лицу, стоимость продажи предмета лизинга определена на основании оценки его рыночной стоимости, произведенной ООО «Региональный экспертно – оценочный центр «Вымпел» на дату изъятия, что подтверждается отчетами №2404/1 от 15.08.2016 и №2404/2 от 15.08.2016. Согласно отчётам об оценке рыночная цена объектов оценки составила 2 700 000 руб. за каждый объект.

При этом, во внимание приняты техническое состояние объектов, наличие обременения, а именно - нахождение в залоге у ПАО «Сбербанк России»,  применены затратный и сравнительных подходы к оценке.

В свою очередь, представленный истцом отчет об оценке рыночной стоимости не отвечает принципам относимости и допустимости доказательства, поскольку осмотр транспортного средства специалистом не проводился, рыночная стоимость определена без учета фактического состояния техники на момент возврата предмета лизинга.

Как следует из таблицы 7.2. Отчета (стр. 20), Оценщику для производства оценки не представлялось каких – либо документов, устанавливающих количественные и качественные характеристики объектов оценки.

Кроме того, согласно информации, изложенной в таблице 1 (стр. 5 отчета), оценка Предмета лизинга производилась без учета наличия обременений.

Доводы заявителя жалобы о неправомерности вывода суда о наличии обременений в отношении предметов лизинга отклоняются, поскольку материалы дела содержат соответствующие договоры залога.

Исходя из существенных нарушений, в частности отсутствия обоснования применения тех или иных методов оценки, индивидуальной определённости объектов оценки, технические характеристики, степень износа и техническое состояние, представленный истцом отчёт об оценке №227-1/ОД-2018 от 06.03.2018 правомерно не принят судом в качестве надлежащего  доказательства, как не отражающий действительную рыночную стоимость объекта и не соответствующий принципам, заложенным в Федеральном законе от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

С учетом изложенного, доводы заявителя о неверном определении стоимости возвращенного предметов лизинга судом первой инстанции на основании цены реализации – апелляционной коллегией отклоняются.

Возражения заявителя о включении в размер предоставления лизингодателя расходов на восстановительный ремонт техники, являются необоснованными и противоречащими пункту 3.6 Постановления Пленума № 17. Факт несения расходов и их размер подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, в частности договором на ремонт техники № У-14 от 16.12.2014 между ЗАО «УЛК» и ООО «Вентура», дефектными ведомостями от 04.08.2016, актами от 20.09.2016 и платёжным документом № 6818. Заявителем, в нарушение ст. 65 АПК РФ доказательств опровергающих данные обстоятельства в материалы дела не представлено.

Апелляционная коллегия, проверив предоставленный ответчиком расчёт сальдо встречных обязательств, который был признан верным, судом первой инстанции, считает необходимым отметить следующее.

Согласно указанному расчёту, а также расчёту штрафных санкций ответчика, размер  предоставления лизингополучателя составил 12 695 603 руб. 39 коп., размер предоставления лизингодателя составил 18 028 016 руб. 70 коп., таким образом, размер предоставления лизингодателя превысил размер предоставления лизингополучателя на 5 332 413 руб. 31 коп.

При этом, в размер предоставления лизингодателя включены 1 101 506 руб. 90 коп. пени, ввиду ненадлежащего исполнения, рассчитанные в соответствии со ст. 330 ГК РФ, п. 8.1 договора, а также штраф за несвоевременный возврат предмета лизинга в соответствии с п. 12.10 договора в размере 3 329 404 руб. 95 коп.

Признавая размер штрафных санкций достоверным в полном объёме, судом первой инстанции не учтено следующее.

06.06.2016 индивидуальный предприниматель ФИО5 обратился в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Восток Морнефтегаз» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.06.2016 по делу №А59-2509/2016 заявление ИП ФИО5 принято к производству.

20.06.2016 ООО «Восток Морнефтегаз» обратилось в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.07.2016 по делу № А59-2509/2016 (резолютивная часть от 19.07.2016) заявленные требования ООО «Восток Морнефтегаз» признаны обоснованными, в отношении него как должника введена процедура наблюдения сроком на 5 месяцев – до 19.12.2016, временным управляющим утвержден ФИО6.

В настоящее время ООО «Восток Морнефтегаз» признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда Сахалинской области от 02.06.2017 по делу № А59-2509/2016 (резолютивная часть от 29.05.2017), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Таким образом, с момента вынесения резолютивной части определения Арбитражного суда Сахалинской области от 19.07.2016, к истцу подлежат применению последствия, установленные ст. 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступают следующие последствия, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

В связи с изложенным, начисление пеней на основании  п. 8.1 договора ввиду неисполнения денежных обязательств, не являющихся текущими обязательствами истца, в период с 19.07.2016 по 14.06.2017 было произведено с нарушением положений ст. 63 Закона о банкротстве, которые не подлежали включению в сальдо взаимных обязательств по договору, так как указанные денежные требования не могли быть исполнены истцом при наличии запрета в силу Закона о банкротстве. 

Применительно к пункту 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», при определении размера учитываемых штрафных  санкций в расчёте сальдо взаимных обязательств, с соблюдением ст. 63 Закона о банкротстве  сумма пеней в размере 764 900 руб. 86 коп. подлежит исключению из расчёта.

В силу положений  ст. 622 ГК РФ и статей 13, 17 Закона о лизинге, переданное по договору лизинга имущество подлежало возврату лизингодателю после расторжения договора. Установленные штрафные санкции по п. 12.10 договора лизинга, не относятся к санкциям за неисполнение денежного обязательства и на них не распространяется запрет, установленный п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве. Следовательно, включение в сальдо взаимных обязательств суммы штрафа в размере 3 329 404 руб. 95 коп. являлось обоснованным, которая не подлежит исключению из расчёта.

Судом первой инстанции правомерно отклонены доводы истца о необходимости применения ст. 333 ГК РФ, ввиду отсутствия предъявленного ответчиком требования о взыскании неустойки. Кроме того, заявителем также не были представлены доказательства и обоснования явного чрезмерного размера штрафных санкций. 

В связи с изложенным, оснований для применения ст. 333 ГК РФ судом апелляционной инстанции также не имеется. 

Таким образом, с учётом положений ст. 63 Закона о банкротстве, а также разъяснения, содержащихся в пунктах 3-4 Постановления Пленума № 17размер предоставления лизингодателя, несмотря на исключение суммы 764 900 руб. 86 коп.,  в данном  случае  все равно превысил размер предоставления лизингополучателем, в связи с чем, неосновательного обогащения на стороне лизингодателя не возникло. Судом первой инстанции в удовлетворении требований отказано законно и обоснованно.

Неверное  указание  судом в мотивировочной части решения места нахождения  имущества – п.Ноглики вместо п.Ныш, как и ссылка на крановые установки, которые в данном случае не имели место быть на спорной технике – самосвалах, свидетельствует о допущенных судом технических ошибок либо описок, но не влечет отмену либо изменение судебного акта.

Судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы относятся на заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение от  23.10.2018 по делу № А73-11068/2018 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

И.Е. Пичинина

Судьи

Ж.В. Жолондзь

       Т.Д. Козлова